Глава 17. Дом и новое письмо!

Я заподозрила — она либо под кайфом (от жизни), либо хочет от меня избавиться.

— На окраине, трафик небольшой, зато аренда копеечная.

— Ну да, — хмыкнул Азхар, явно не разделяя ее восторга, — и соседи тут явно доброжелательные.

Он кивнул в сторону дома напротив, из окна которого на нас уставился кто-то с квадратным и красным лицом. А глаза его были налиты кровью.

Соседи просто огонь.

Еще и от дома отвалился кусочек доски.

— Оно что, разваливается? — с сомнением уточнила я.

— Нет, — спокойно ответил Наиль. — Оно уже развалилось.

— Отлично, — вздохнула я. — Значит, вторично обрушиться не сможет.

Азхар хмыкнул, Тахир презрительно скосил взгляд, а Пилар театрально закатила глаза, как будто хотела сказать: «Только идиотка могла это выставить в аренду, а другая идиотка снять».

Да, спасибо, я тоже это поняла, но у нас — три дня, и мне еще мужей оформлять.

— Ну что, — хлопнула я в ладони, — мужчины, а ну живо в дело! Надо убрать мусор, укрепить стены, сделать хотя бы один этаж пригодным для жизни и работы.

— И приготовить еду? — лениво уточнил Азхар.

— Нет, сначала кирпичи переставьте. Еду потом, если выживем.

Я честно пыталась выглядеть командиром, но, когда трое крупных мужиков в ошейниках синхронно на меня посмотрели, я ощутила себя не то что командиром, а маленьким хомячком, который раздает указания медведям.

Правда, медведи были заняты. Наиль сразу пошел разбирать завалы у входа, Азхар, с каким-то странным азартом, выломал остатки двери (видимо, для «психологического» обновления интерьера), а Тахир… Тахир просто стоял и смотрел на меня.

А я на него старалась не обращать внимания. Уж больно он… привлекательный мужчина.

Я села на крашеный подоконник, подписав электронный договор, и выдохнула: жилье официально наше. За 70 кир в месяц.

Для справки: это, как если бы вы снимали «уютное гнездышко» с дырой в крыше и тараканами в подвале, но хозяин уверял, что «уют — в душе». Ну, ладно. Цена не особо подходящая для такой дыры, но остальные варианты были в разы дороже.

Пилар пересчитала пластинки, как бухгалтер, который недоумевает, куда опять исчезли деньги.

Кира — блестящая монета, но не россыпью, а упакованная в пластины по десять копеек. Удобно? Спорно. Но зато красиво: будто мы платим не валютой, а коллекционными марками.

Хозяин, довольный как кот после сметаны, оставил нам ключи (если это можно назвать ключами — больше походило на прямоугольный чип) и ушел, пообещав забирать плату лично. Ох, чую, будет наведываться чаще, чем свекровь к невестке.

Тахир все это время маячил рядом, как моя тень, только с широченными плечами и стальным взглядом. Я решилась. А то че он без дела тут шастал возле меня?

— Тахир, мне нужна твоя помощь.

Он молча подошел сзади, положил руки мне на плечи и начал их разминать.

— Массаж? — уточнил он буднично, как будто это часть его должностных обязанностей.

И тут я… замурчала. Честное слово. Там, где его сильные пальцы надавили, все тело превратилось в жидкий кисель.

— Н-не массаж… — простонала я, прикрывая глаза. — Но… вот здесь… да… именно здесь хорошо.

Пилар стояла рядом и смотрела на нас, будто увидела, как директор школы танцует ламбаду на линейке.

— А ремонт кто делать будет? — недовольно спросила она. — Хозяин же отказался помогать.

Я стряхнула с себя эйфорию и решительно заявила:

— Ремонт мы сами сделаем.

Тахир чуть заметно усмехнулся и, кажется, сжал плечи сильнее, явно намекая: «Тебе же нравится, признайся».

— Сами?! — удивилась Пилар. — А у вас вообще есть навыки?

Я встала, гордо вскинула подбородок и выдала:

— Милая моя, мы, землянки, можем хоть коня на скаку остановить, хоть горящий дом потушить, хоть мусор вынести в тапочках!

Наиль и Азхар переглянулись. Судя по их лицам, они мысленно оценивали: «Скорее всего, вынесет мусор. В тапочках».

— Все, хватит массажа, — строго сказала я, стряхивая с плеч руки Тахира. — Пора за работу!

Внутри здание пахло смесью плесени, пыли и чего-то… трупного. Возможно, мышь не вынесла здешних условий и решила превратиться в призрака прямо в подвале.

Наиль первым делом взялся за окна. Он снял доски, смахнул пыль и наконец впустил в дом солнечный свет. Я зажмурилась — ярко! Но хотя бы стало похоже на место, где можно жить, а не фильм ужасов.

Азхар нашел старую швабру и… начал гоняться с ней за тараканами. По звуку — будто уничтожал древнюю армию.

Тахир все это время молча таскал ящики и отодвигал шкафы. От него исходила такая сила и спокойствие, что я на секунду представила его не мужиком, а роботом.

Пилар же щебетала позади:

— Ужас какой… и тут жить? Да у меня тетя в подвале чище держит!

К вечеру у нас появился хотя бы первый этаж, где можно стоять, не опасаясь рухнувших балок. Полы вымыты, стены протерты, мусор вынесен.

Я устало присела на стул (ну, условно стул — три ящика и доска сверху), и выдохнула.

Пилар влетела в дом, вся на взводе.

— Тут письмо доставили… — она протянула мне конверт.

Я закатила глаза. Ну да, конечно. Если на мою голову еще одно «официальное сообщение», то я просто завернусь в простыню и поползу к ближайшему кладбищу.

Разорвала конверт. Пробежалась глазами по строчкам. И тут…

— Да чтоб вас всех, — вырвалось у меня.