Глава 7. Кулинарное просвещение Шефа

— Как вас зовут? — спросила я, размахивая половником в воздухе и глядя на перепуганного шеф-повара, словно на военнопленного, готового признаться во всех грехах.

Он посмотрел на половник, как на орудие убийства, тяжело вздохнул и, осторожно смахнув капли пота щупальцем со лба, пробормотал:

— М-малыш…

Я чуть не подавилась смехом, но удержалась. Представила, как этот двухметровый зеленокожий тип подходит к зеркалу и говорит: «Эй, красавчик, как дела, Малыш?» Ну разве не очаровательно?

— Господин Малыш, присаживайтесь, — голос автоматически переключился на режим «беседуем с ребенком». Я даже мягко подтолкнула его к ближайшему стулу.

Истеричных и гиперактивных детей нужно усаживать на место и напоить чем-то, завоевав их вниманием.

Повар растерянно моргнул, покорно сел и начал нервно перебирать щупальцами по краю стола.

Пилар наблюдала за всем этим действом с выражением полного ужаса и восторга одновременно. Видимо, она и не подозревала, что кто-то способен утихомирить местного кухонного диктатора.

— А теперь, — сказала я самым вкрадчивым тоном, — я заварю вам чай. Ваш.

Малыш вздрогнул, как от удара током:

— Это отрава?!

— А что такое чай? — тут же встрепенулась Пилар, вцепившись в мой рукав. Ее щупальца нервно подрагивали от любопытства.

Всевышний, ну за что? Эти зеленокожие неандертальцы даже не знали, что такое чай! Дай мне сил, Господи, я их сейчас просвещать буду.

И не дай вселенная, они не знали, что такое кофе. Я его двадцать лет не пила по состоянию здоровья. Хотелось бы наверстать здесь.

— Мята у вас есть? — спросила я с надеждой.

— Допустим, — буркнул шеф, не глядя в мою сторону, — фашистка земная…

Ой, какие мы тут нежные, оказывается! И знали про фашистов.

Я быстро помыла руки, а Пилар, следуя нервным указаниям Шефа-Малыша, достала все необходимое: листья зеленого чая (на удивление, вполне земного вида), мяту, лимон, имбирь и мед.

Я поставила завариваться ароматную смесь и окинула взглядом своих жертв. Шеф сидел на стуле и уже вовсю трясся от страха, как барабан стиральной машины при отжиме.

— Если я умру, это будет на вашей совести! — предупредительно рявкнул он.

— Если вы от этого умрете, я сама депортируюсь, — спокойно заверила я.

Малыш, с видом победителя, гордо отпил глоток из чашки. Сначала его глаза стали похожи на две большие тарелки, затем он замер и... отпил еще раз. Медленнее, с большим вниманием.

Щупальца на его голове слегка приподнялись вверх — явный признак потрясения.

— Судороги уже начались? Вы погибаете? — испуганно прошептала Пилар и залпом выпила две чашки подряд.

Ее ресницы-щупальца восторженно трепетали.

— А можно мне еще? — с мольбой попросила она.

Я, не сдерживая улыбки, снова налила ей чаю. Пока шеф-повар находился в состоянии глубочайшего транса, я быстро принялась за главное дело — готовку.

Чем удивить зеленокожих гурманов, как не классикой земного кулинарного искусства?

Правильно, легендарным борщом! А чтобы уж точно добить их вкусовые рецепторы, я решила добавить гарнир — золотистую жареную картошку и свежий салат: огурцы, помидоры, лук, зелень и капелька масла.

На кухне зашкворчала картошка, а запах, знакомый с детства, уютно разошелся по помещению. Борщ весело булькал в кастрюле, и аромат свеклы, чеснока и помидорной зажарки был настолько соблазнительным, что Пилар потянула носом и зачарованно замерла над кастрюлей.

Когда все блюда были готовы, я эффектно расставила тарелки перед моими зелеными критиками.

Шеф скривился и отвернулся, демонстративно хлюпнув щупальцем в сторону:

— Я это есть не стану! Землянская дрянь! И ноль витаминов! Сплошной жир и плотские удовольствия!

Неужели поэтому здесь не ели ничего подобного? И только по тому, что есть что-то кроме витаминов?! Например, счастье… разве можно переборщить со счастьем?!

Я невозмутимо взяла ложку и поднесла ее к его рту, напевая:

— Открывайте ротик, летит самолетик!

Но шеф-Малыш гордо поджал губы и решительно отвернулся, словно двухметровый ребенок с щупальцами вместо бантиков на голове.

— Ну и зря! — пожала я плечами и, отставив ложку, сама села за стол. — М-м-м, какая вкуснота-а-а! — протянула я, зачерпывая ароматный борщ и картинно закатывая глаза от удовольствия.

Пилар, подхватив мою игру, тоже быстро присела рядом, сунула ложку в рот и театрально выдохнула:

— Я никогда не ела ничего вкуснее!

Шеф вздрогнул, заволновался и чуть не подавился собственной слюной:

— А как же мои супы?! — взвыл он обиженно. — Я уверен, что это все чушь земная! Невозможно вкусно!

Он, сам того не заметив, подцепил вилкой золотистую картошечку и, боязливо оглянувшись, быстро сунул ее в рот.

Наступила тишина.

Малыш медленно, задумчиво пережевывал. Потом его щупальца слегка дернулись, глаза удивленно расширились, и он сделал то, чего никто не ожидал…

Съел еще.