Глава 4. Ева

Но Доронин отвечает сразу. С первого гудка.

— Валер, можешь выйти на улицу? — Получается как-то по-дружески, по-простому. Хотя мы давно уже друг другу чужие. — Тут человек поскользнулся и упал, у него кровь.

Секундная заминка, от которой дискомфортно. Как будто проверяет, лгу я ему или нет.

— Сейчас выйду.

И правда, появляется секунд через двадцать в одном костюме. Даже не накинул верхнюю одежду.

Я отхожу на второй план. Доронин присаживается с другой стороны от мужчины:

— Что случилось? — спрашивает уже у незнакомца.

— Хотел девушке помочь, — кивает на меня. Валера следит за его взглядом и за секунду меня осматривает. На моих коленях в снегу задерживается, — а поскользнулся сам, — заканчивает мужчина.

— Встань со снега, а то колени застудишь, — Доронин бросает мне и возвращает внимание мужчине.

Достает из нагрудного кармана новый отутюженный носовой платок в цвет галстука, прикладывает к голове мужчины, ощупывая рану.

Я поднимаюсь, но никуда не ухожу. Коленкам действительно холодно. Стряхиваю снег, но колготки уже намокли.

— Как вас зовут?

— Александр.

— Александр, голова болит?

— Да. Затылок.

— Руками, ногами пошевелите.

Одной рукой шевелит, при попытке подвигать второй — Александр с шумом втягивает воздух через зубы и хватается за локоть.

Телефон оживает у меня в руках. Варя. Пока Валера осматривает мужчину, я отвечаю.

— Да, Варь.

— А вы где это с Валеркой пропали? — усмехается довольная. Похоже, конкурс она выиграла или заставила кого-то бешено ревновать.

— Тут на улице человек упал. Помогаем.

— Вы ж мои санитары.… — Радостно усмехается, — Я сейчас выйду к вам.

— Не обязательно, Варь. — Но девушка уже отключается.

— Александр, вам в больницу надо. Есть вероятность сотрясения мозга и вывиха руки. Нужен снимок. — Возвращаюсь снова в разговор мужчин.

— Да кто ж новогоднюю ночь работает? — пытается усмехнуться и кривится от боли.

— Я могу вам вызвать скорую в частную клинику. — Доронин помогает мужчине сесть. — Они работают. Но придется оплатить. Или традиционное сто три.

— Да я, может, сам? Отлежусь дома. Не люблю эти больницы.

Александр пожимает плечами, как будто ему неудобно. Я последний раз так себя чувствовала, когда мне предлагали пройти обследование дорогостоящее для Дианы, а на тот момент, у меня попросту не хватало денег.

— Давайте я оплачу, если нет денег, — слова вырываются сами.

Я не знаю этого мужчину, может, и не увижу больше никогда, но что-то в нем есть такое, что хочется помочь. Может, потому что из-за меня упал.

На Доронина не смотрю, но чувствую, как рассматривает меня. Как и незнакомец. А что такого?!

— Спасибо, дело не в деньгах, — мужчина отмораживается первым, поправляя ворот фирменного пальто. — Не люблю я эти больницы, столько в них провел. А тут ещё загреметь в Новогоднюю ночь.

— Александр, я как врач не могу вас отпустить просто так. Давайте пройдем в здание, чтобы ещё и обморожение не получить. Я вызову вам скорую помощь и обработаю пока рану.

— Что случилось? — Варя появляется вместе с Алексом и Егором.

— У вас тут праздник, а я мешаю, — оправдывается Александр неловко.

— Ты как? — Алекс ко мне. Его волную я в первую очередь, а не кто-то посторонний. Ответственный до предела.

— Всё нормально со мной, мужчину надо помочь поднять и завести в здание.

— Конечно, — Алекс кивает мне.

— Егор, поможешь? — Доронин слышит все, но как будто специально игнорирует помощь и просит своего друга. Для всех выглядит нормально, но я ощущаю это нарастающее напряжение.

Хотя Алекс воспринимает это по-своему. Помощь лишней не бывает. И втроём слаженно помогают мужчине подняться.

— Ева, — Доронин лезет за чем-то в карман и достает брелок от машины. — У меня в багажнике аптечка есть, принеси, пожалуйста. Обработаю рану.

Мне доверяет это. Или акцент делает на том, что я знаю его машину? Или просто мне хочется найти оправдания его поступкам?

Передает ключи, задевая кончиками пальцев мою ладошку. Всё ещё горячие, несмотря на холод на улице.

— Хорошо, — и отказать не могу.

Разворачиваюсь и спешу в направлении машины. Я видела ее на стоянке. Знаю, где искать.

— Нога тоже болит? — слышу за спиной как Валера расспрашивает мужчину. Обернувшись, замечаю, что тот хромает.

— У меня протез. — Он ещё и инвалид. Хоть бы все обошлось.

Ускоряюсь, чтобы быстрее аптечку принести и помочь мужчине. Отчасти и я виновата. Если бы не вышла на улицу, он бы не пошел посмотреть, что со мной не так. Неужели так жалко выглядела со стороны?

Нажимаю кнопку на брелоке, снимаю машину с сигнализации и открываю багажник.

Знакомый аромат окутывает и проникает с вдохом в меня. Снова эти триггеры. Хоть ты не дыши в его присутствии.

Машина та же. Спасал меня когда-то тоже в ней. На заднем сидении футбольный мяч. По средам и пятницам у Вовки футбол. Через пару недель первые соревнования.

Стоп.

Забираю аптечку и хлопаю дверцей багажника. Все триггеры можно заменить. Надо только найти чем.

Этот аромат должен теперь ассоциироваться не с романтичным прошлым, а с предательством.

Ставлю машину на сигнализацию и возвращаюсь.

На улице только Алекс. Ждет меня, наблюдает с полуулыбкой на лице.

— Мои услуги уже не нужны? — усмехается, когда приближаюсь к нему.

— Нужны, это ничего не значит. Просто он тут один врач.

— Я так и подумал. — Зубами ведет по губе, усмехается. — Ева, уже семь почти. — Указательным пальцем стучит по циферблату часов. — Меня друзья ждут. Я бы свалил уже.

— Да, конечно. Я договорилась с Дорониным о встрече. Больше нам тут делать нечего. Можем, хотя бы подождать, когда приедет скорая помощь, заберёт мужчину и уедем?

— Без проблем.

Заходим в здание вместе. Алекс доигрывает свою партию влюбленного. Придерживает меня за талию, я иду в сторону Александра и молча передаю аптечку бывшему.

Дальше Доронин все делает сам. Обрабатывает рану. Ощупывает руку и сустав. Знает, как правильно, а сейчас явно что-то ему не нравится.

— Что случилось? — Варя наклоняется ко мне и шепчет. По губам скользит улыбка с подтекстом. Коза. Уже себе напридумывала всего. — Вы помирились что ли?

— Нет, конечно. И не собираемся. А ты чего такая довольная? Выиграла?

— Ещё бы я не выиграла. Когда Рома понял, что, чем дольше пытается выиграть, тем больше я обнимаюсь с другим парнем, тут же сдался.

Я прыскаю в ответ. Если у них такая затянувшаяся прелюдия, что будет, когда она закончиться?

— Варь, я подожду скорую и тоже поеду. Алекса друзья ждут, меня Сара и Диана.

— Ещё торт будет и бросание букета. Не хочешь словить?

— Устала, Варь. Ещё от перелета не отошла.

— Жаль, без тебя будет грустно. Если бы не свадьба брата, поехала бы с вами, но мне тут надо закончить все. Я так хочу свою крестницу увидеть и потискать. Я ей такой костюмчик купила суперский. И джинсики.

— Варь, ну какие джинсики? Она не ходит ещё.

— Скоро пойдет и будет первой модницей. Я завтра заеду?

— Созвонимся.

— Онежа, — окликает Варя невесту, — иди сюда. Знакомься, это та самая Ева.

— Та самая…. — девушка усмехается, поравнявшись с нами. — Я Онежа.

— Какая это та самая? — переспрашиваю, улыбаясь.

— Та самая загадочная Ева, про которую все знают, но видел только Валера.

— Обманула, предала и сломала ему жизнь. — Дополняю слухи.

— Он сам виноват, — заступается Варя. — Онеж, тебе как свадьба вообще, ты рада? — Варя тактично переводит разговор на другую тему.

— Вы меня удивили сегодня. Так все организовали.

— Онеж, а чего тянуть? Вон Егор ходит довольный и ты рада. И Катька ваша светится, что у нее есть папа. Создали ячейку общества. Плюс в карму.

Онежа улыбается расслабленно, но рассматривает меня. Видно, что знает мало про меня, и вопросов у нее пара сотен.

— Скорая приехала, — кто-то из гостей громко сообщает.

Мы так и стоим в стороне. Мне комфортнее с девушками, а не в компании Доронина и его друзей. Они уже вовсю что-то обсуждают с совершенно незнакомым мужчиной. Темы для разговора быстро нашлись. А может общие знакомые есть? Ведь, зачем-то этот мужчина приехал сюда.

Через десять минут все заканчивается. Доронин звонит дежурному врачу, дает рекомендации, а у меня только получается, пожелать мужчине выздоровления.

Алекс кивает на гардероб, я отвечаю кивком. Сейчас.

— Девочки, спасибо за вечер, но нам пора. — Целую Онежу и Варю. — Онежа, ещё раз мои поздравления.

Но уехать просто так не могу, надо Вовку найти и предупредить.

Как оказалось, искать его надо там, где Катя.

— Вов, мне пора уезжать.

— Я думал, ты с нами поедешь?

Вова….

— Вов, ты большой ведь. Понимать должен, что я теперь не с вами живу.

— А с Алексом-Алексеем?

Вова! Ты в кого такой пытливый?! Шерлок, блин.

— Завтра встретимся в развлекательном центре. — Игнорирую его вопросики. — Хочешь, Катю с собой бери. Только с Валерой договаривайся.

— Супер! Кать, ты с нами завтра? На батуты?

— Мне надо у мамы спросить. — Девчушка поджимает губы, стесняясь.

— Ну, вот спросите и приезжайте, пиццу закажем, погуляем.

Я целую детишек и иду на выход.

С Дорониным цепляемся взглядами. Никаких триггеров «словил взгляд» — «улыбнулся». Первой отвожу взгляд, но ощущаю кожей, как провожает меня, наблюдает, как Алекс ухаживает за мной. Думает что-то себе, но я никогда не узнаю. И не хочу.

Завтра все решим. По-другому я не хочу и имею на это право.

Алекс выезжает с парковки и включается печку, чтобы согреться.

— Устала?

— Морально — да, физически — нет. Не хочешь с нами отпраздновать Новый год?

— Ева.… Надо было раньше меня позвать, я уже с друзьями договорился. Можем завтра встретиться?

— Я тебя звала не к себе, а к нам. Как тебе Сара?

Хороший сейчас момент, чтобы поговорить. Пока он не ушел встречаться со всеми девушками Москвы, которые в очередь записались ещё года два назад.

— М-м-м? Сара и Сара. Так спрашиваешь, как будто я первый раз Сару вижу. Обычная, простая девчонка, слишком простая.

— А ты хочешь сложную? Как я? С ребёнком от другого мужчины?

— Эффектную. Ты ничего, кстати.

— Не те у тебя ориентиры, Алекс. Придет время и сам захочешь, чтобы тебя дома ждали и нигде не шлялись эффектно. Не понял ещё, что в кигуруми круче, чем в дольче. Заберут Сару и все, будешь мотаться так по всем подряд и думать, а может, надо было попробовать? Ты ей нравишься.

— Да ладно. Думаешь, я не видел, как она на меня смотрит? Ты на меня так не смотришь. А на мужика этого сегодня смотрела.

— Ты прям окулист. Воспоминаниям нельзя запретить не всплывать. Но не обо мне сейчас. Ты подумай. Я знаю, что у тебя очередь, но они все одинаковые. Она — другая, пятая, десятая. Такой верной и домашней не найдешь. Смотри, пока будешь искать, ее застолбят и замуж заберут. Будешь потом вспоминать мои слова, когда захочешь семью и детей.

Алекс набивает себе цену, но для Сары мне хотелось бы такого парня. Когда-то мне не понадобится няня, а у девушки больше никого нет. Пусть у них колоссальная разница в статусе, но родителей не выбирают. Им обоим есть, что дать друг другу.

— Приехали, — Алекс паркуется возле моего подъезда и поглядывает на приборную панель. Мысли про Сару должны осесть в его голове и укорениться. Триггерить начать.

— Ты отлично справился с ролью. Спасибо.

— Ты мне нравишься, поэтому было не сложно.

— Алекс, не надо.

— Почему ты одна до сих пор? Думаешь, он вернется? Ждешь его?

— Любому мужчине, Алекс, нужны внимание, забота и все остальное. Мой же вектор направлен сейчас на маленького, грудного ребёнка, все вертится вокруг него. Когда замужняя женщина рожает, то муж входит в ее положение, дает ей кредит на отсутствие близости, стопроцентного внимания к его эго и прочему. Посторонний мужчина не даст такого кредита, ему не нужен чужой ребёнок, слезы, сопли, памперсы. Ему нужна довольная, всегда отдохнувшая, жизнерадостная женщина без проблем.

— Если ты попросишь, я помогу. Это моя крестница всё-таки.

— Это к вопросу, почему я до сих пор одна. Я знаю, что ты поможешь. Но на первом месте у меня сейчас дочь, её выздоровление или какой-то определенный ответ. Праздники пройдут, начну врача искать компетентного.

— У доктора своего не хочешь узнать?

— Он не мой и специализируется на взрослых. Не вижу смысла его дергать. Клиник много, врача найти не проблема. К Доронину обращусь, если не будет другого выхода.

— Нравится всё ещё тебе. — Не спрашивает, а утверждает.

— Не знаю. Тело вроде как откликается, а головой понимаю, что он отвернулся от меня. Предал. Если я второй раз ошибусь, то меня на Камчатку сошлют, что ли? И двоих детей отберут? Нет уж. Я ему не доверяю. Все Алекс, пока. Тебя ждут. Спасибо, что съездил со мной. — Наклоняюсь и целую его в щеку. — Подумай о Саре.

Оставляю теплый салон автомобиля и выхожу в морозную ночь. Алекс ждет, когда я зайду в подъезд, считает про себя секунды, представляя, сколько мне надо времени, чтобы подняться, зайти в дверь, снять обувь, подойти к окну и помахать ему. Только теперь трогается и уезжает.

Он не только со мной такой. Со всеми. Я не особенная. Для него все, кто слабее него и могут нуждаться в защите, особенные.

— Диана спит, рассказывай? — Сара заваривает себе чай, готовясь слушать. — Видела его?

— Видела, Сар. — Снимаю верхнюю одежду и иду на кухню.

— И что? Как он? Как отреагировал на тебя?

— Хоть Варя их и предупредила, что я возвращаюсь, но увидеть меня на свадьбе они не ожидали. Есть мужчины, по которым фигушки, что поймешь. Все в себе. Эмоции и мысли предельно сдержанны.

— Хотела бы я увидеть его лицо, когда ты не одна заявилась.

Она специально не называет парня по имени. Не хочет выдать себя.

— Сар, — ловлю нежно-голубой взгляд. — Он тебе нравится?

— Кто? — пожимает непонимающе плечами.

— Алекс.

— Нет, — тут же отвечает.

— Да ладно. Я видела все. Ты как-то ему покажи это. Знаешь же, что мне не до отношений и Алекс только друг. Чуть-чуть заботы, внимания и он уже будет тянуться к тебе, думать о тебе.

— Где он и где я? Ему надо что-то особенное, а я обычная.

Да, у Сары не идеальная кожа, не модельная внешность, но я люблю ее такой, почему кто-то другой не может тоже ее полюбить?

— Внешность вообще не главное. Знаешь же. А, когда узнаешь человека ближе и тебе нравится с ним, эти недостатки становятся достоинствами.

— Вы договорились о встрече? — Сара аккуратно меняет тему разговора. Я не настаиваю.

— Да. Надеюсь, Доронин сегодня не уснет, будет все думать, о чем хочу поговорить. Отпустишь меня завтра?

— Конечно, интересно было бы посидеть у него в голове.

— Мне не интересно. У меня есть цель, и я хочу ее добиться. Его мои переживания не особо волновали тогда, мне плевать на его сейчас.

За что люблю Сару, что она не нагнетает конфликт. Молча его гасит, не подпитывает новым топливом, я только последние угли гашу.

Диана просыпается от периодических вспышек фейерверков в окне. И до самого Нового года сидим за столом втроем. Раз уж дочка проснулась, будем встречать наш первый совместный Новый год.

Я оставляю в этом году очередной кусок своей жизни и начинаю новый. Это был волшебный год. Несмотря на все сложности, я стала мамой. И это считаю самое большое достижение за всю мою жизнь. Не без помощи друзей, конечно. Хочу свою семью, где будут только те, кто любит друг друга и дорожит этим.

Под бой курантов чокаемся апельсиновым соком и, выполнив, долг перед традициями расходимся по комнатам. Я отпускаю Сару отдохнуть, а сама делаю смесь, собираюсь укладывать спать дочку.

Месяце на четвертом Диана начала плохо спать и медленно набирала вес. Я подняла панику, что с ребёнком что-то не так, но на одном форуме вычитала, что просто стало мало молока, ребёнок не наедается и надо докармливать.

Период был сложный. Мне надо было вводить искусственную смесь, частично заменяя ее грудным молоком, хотя я и не хотела бросать кормить.

Теперь я ложусь и перед сном немного кормлю грудью, а остальное добираем смесью. Эти минуты уединения прекрасны. Когда откладываю телефон и с дочкой наедине погружаюсь в самые спокойные и беззаботные минуты моей жизни. Я вообще все, как на паузу ставлю. Так нравится перебирать ее волосики, наблюдать, как она старается, добывая себе молоко. Иногда даже капелька пота может выступить под носиком.

У нее такие же глаза как у папы. Зеленца возле зрачка с градиентным переходом в карий к краю.

— Видела сегодня вашего папу Диана Валерьевна. Хотите узнать, как он? — Дочка моргает, как будто соглашается. Хотя, конечно, ничего не понимает. — У него все отлично. Вообще проблем нет. И, кажется, больше никто не нужен.

В сердцах все высказываю ей. Ди как будто чувствует волнение и крепче сжимает мой палец.

— Ты ещё маленькая совсем, но обещаю, когда подрастешь, ты будешь знать, кто твой отец и он будет знать о тебе. Но поручиться за него не могу. Захочет ли он и поверит ли мне?

Вибр. Вибр.

Два сообщения от кого-то приходят. Игнорирую. Диану начинает клонить в сон, поэтому я аккуратно забираю грудь. Перекладываю ее ближе к стене и даю бутылочку со смесью. Сейчас она все съест и заснет почти до утра. Выключаю ночник и слушаю тихое причмокивание, под которое сама засыпаю.

Просыпаюсь глубокой ночью от того, что Диана кряхтит. Не может сама уснуть. В полутьме ищу соску, но она, как специально, завалилась куда-то. Приходиться взять телефон и включить подсветку. А на глаза попадаются три сообщения от Доронина, которые прислал ночью.

Мысли в хаос разлетаются. Зачем написал и что хотел?

Но первым делом я нахожу соску и даю дочери. Когда ее дыхание снова успокаивается, отворачиваюсь и открываю телефон.

Доронин написал первым. Первым.

Как Новый год….

Стоп.

Никаких примет и поговорок.

Вряд ли он напишет: «Ты прекрасно выглядишь. Я был дурак, прости» Нет. «Я м***к, прости». С этим я соглашусь. Но не прощу.

Чёрт. Я всё равно не угадаю, что он там написал. Снимаю телефон с блокировки и открываю мессенджер.

Глубоко-глубоко под слоем злости и неприятия очень хочется, чтобы ему сейчас было хоть чуть-чуть плохо.

“Ты не прислала адрес, где встретимся. Вот есть центр, куда мы с Вовкой ходили. Ему там понравилось”

“Завтра они работают с 12 до 19”

“С новым годом”

Поджимаю губы и прикусываю даже, чтобы больнее сделать. Ничего я не радуюсь и мне неприятно, что он написал первым.

“Я буду там в 14.00”

Сухо отвечаю.

Никаких “С Новым годом” и прочего. Не хочу казаться милой и доброй. С ним и быть такой не хочу. В каждом человеке есть две половинки. Темная и светлая. Светлую мою он видел, ему не понравилось. Пусть теперь посмотрит на тёмную.