Глава 31.1

– Я должен перед тобой извиниться, – выдержав короткую паузу, произносит Давид. Его голос заметно дрожит, собранный взгляд устремлён вперёд на извилистую лесную дорогу. Резкая перемена в его настроении немного сбивает с толку. Столько лет прошло, а ему не всё равно… Уже давно пережитая боль вновь поднимается внутри. В носу щекочет от нескольких слов, выбивших остатки воздуха из груди. – Давид, не нужно бередить раны прошлого. Мы были молоды и глупы. – Нет, – качает головой, – я должен был извиниться тогда, но сбежал как последний трус. – Есть немного, – хмыкаю, дыша через раз. – Я безумно рад, что встретил тебя сейчас. Это знак судьбы. Через несколько дней я женюсь на женщине, которую люблю… Но все эти годы меня мучила совесть… И я не знал, как вымолить у тебя прощение. Я давно не испытываю ни боли, ни разочарования. Да, когда-то я его любила, но это была юношеская любовь. Нам было по восемнадцать. Мы были молоды, а слова «Я люблю тебя» звучали неизменной клятвой. В этом возрасте каждая эмоция переживается в тысячу раз сильнее: любое падение и любая утрата ощущаются хуже смерти, а предательство будто бы навсегда разбивает сердце на мелкие осколки. Давид резко останавливается и, не взирая на грязь под ногами, встаёт на колени, вероломно пачкая классические серые брюки. Его глаза полны щенячьей мольбы. – Я прошу у тебя прощения сейчас. Простишь? Ну просто король драмы! – Давид, вставай! – Цепляю его за локоть, озираясь по сторонам. К щекам приливает кровь. Надеюсь, никто не увидел этот сумасшедший выпад с его стороны. – Я тебя прощаю! – Я хочу, чтобы ты знала: я тебя по-настоящему любил. Не Лизу! Тебя. Сердце бьётся быстрее взмахов крыла птички колибри. Гляжу на Давида во все глаза, не веря его словам. Но какой смысл ворошить прошлое, которое никак не влияет на настоящее?.. Или, может, я ошибаюсь? Давид поднимается и отряхивает с колен прилипшие мокрые листья. – Не веришь? – хмуро спрашивает. – Какая уже разница? Любил или нет… Хочется поскорее свернуть разговор, ушедший в неприятное русло. Зачем вспоминать прошлое и доказывать то, что давным-давно не имеет значения? – Переспал-то ты с Лизой. – Но любил тебя, – упрямо продолжает. – Я ошибся и очень сильно жалел. И жалею. Просто знай об этом. – А я не жалею, Давид. От удивления его лицо вытягивается после моих слов. – Нет, ты не подумай ничего, – смягчаю резкие слова лёгкой улыбкой. – Судьба подбрасывает нам запутанные головоломки, из которых в итоге складывается жизнь. Их нужно отгадывать, чтобы идти дальше. И твоя измена… была тоже своего рода головоломкой. Как оказалось, нам не суждено быть вместе, а наши жизни продолжаются. Ты любишь Амели? – Конечно, поэтому и женюсь. – В его глазах загораются искры от упоминания имени любимой. – Я тоже сильно полюбила одного человека. Поэтому со спокойной душой беги к своей невесте на репетицию и знай, что юная Леа простила тебя много лет назад, а нынешняя Леа искренне желает вам семейного счастья. – Я в шоке… Давид жмурится, затем открывает глаза и смотрит на меня с каким-то странным восхищением в золотистых глазах, словно он до сих пор не верит в реальность нашей встречи. – Ты… я… эта встреча… Ребус какой-то. Он задумчиво чешет затылок, а я подмигиваю: – Головоломка. Я не позволяю ему проводить себя до замка, потому что без пропуска через пост охраны его всё равно не пропустят внутрь. Он мнётся с ноги на ногу, не решаясь озвучить мысли, отражающиеся на его озадаченном лице. – Давид, тебе пора. Амели ждёт, – подталкиваю его распрощаться и не опаздывать на репетицию. – Может, придёшь на нашу свадьбу? – вдруг предлагает он. – Кем ты меня жене своей представишь? – усмехаюсь. – Правду скажу, она поймет. – Спасибо за приглашение, Давид, но пусть этот день станет только вашим. Ни к чему невесте нервничать. – Он открывает рот, чтобы возразить, но я перебиваю: – Даже если прошлое осталось позади, не нужно его сталкивать с настоящим. Будь хорошим мужем. Не косячь! С суровым выражением лица грожу указательным пальцем. Оказывается, место проведения свадебной репетиции Давида находится в соседнем замке от виллы Шато Люмьер, куда без труда можно доехать на такси. С удивлением подмечаю про себя, что пересечение наших дорог в этом месте было неизбежно. Он вздохнул с облегчением, наконец разрешив ситуацию, в которой когда-то непростительно оступился, а я узнала правду, терзавшую меня несколько лет. Я была уверена, Давид изменил мне, потому что влюбился в Лизу, но правда оказалась куда банальнее: он просто не сумел удержать своего удава в штанах. От встречи с Давидом остаётся лишь ностальгическая нежность. В остальном – пустота. Ни растерянности от этой внезапности, ни потрясения от его запоздалых извинений. Слова о любви пролетели сквозь меня, едва затронув чувства наивной влюблённой Леа. Я ощущаю, как старая обида растворяется во мне, исчезает, точно и не было её никогда. А тогда, шесть лет назад, его предательство казалось сущим адом. Концом света. Мы начали встречаться с Давидом ещё подростками. Ходили вместе на подготовительные курсы для поступления в академию. Там познакомились, быстро подружились, позже он предложил мне встречаться. Я без промедления согласилась, потому что была влюблена. Впервые в жизни. Парила в облаках и была на седьмом небе от счастья, когда самый красивый и обворожительный парень на курсе предложил мне отношения. Черноволосый, с волевым квадратным подбородком, острыми скулами и притягательными глазами цвета осенней листвы, он полностью завладел моим юным сердечком. Мы были вместе два счастливых года, наполненных доверием. Мы взрослели, мечтали и ждали нашего восемнадцатилетия, чтобы стать друг у друга первыми. Это казалось сказкой. Это и была моя личная сказка, наполнявшая меня внутри сладкой розовой ватой, которая впоследствии стала моим личным кошмаром наяву. С диким восторгом я ждала этого. Зачеркивала каждый проходящий день в календаре. За месяц до дня рождения родители сделали мне сюрприз – поездка в Италию на неделю. Первое путешествие в Европу, первый парень… не жизнь, а мечта любой глупой девчонки. Всё было слишком хорошо. Лиза в тот момент чувствовала себя лучше, её не мучали панические атаки и апатия. Так мне казалось… А по возвращении домой я узнала, что Давид переспал с моей лучшей подругой. И первыми друг у друга стали они. Он исчез, не сказав ни слова. Оставил меня в одиночестве, в полном неведении и с разбитым вдребезги сердцем. Сейчас я знаю, что такое настоящая любовь. Это точно был не Давид. Я никогда не хотела его так, как хотела Диму. Страстно, до ломоты костей и судорог в теле. Но тогда мои чувства к парню казались неземными. Лиза уверяла, что ничего не помнила из-за антидепрессантов, которые ей выписал врач. Она не собиралась спать с моим парнем. Просто бестолковый флирт. Проверка Давида на прочность. И он её не прошел, перечеркнув мимолётной интрижкой длительные отношения со мной. Убеждала, что лишь ради меня она пошла на «отчаянный» шаг, а сам процесс был как в тумане из-за побочного эффекта принятых накануне таблеток. Клялась, что Давид первый залез к ней в трусы, и она была не в состоянии отбиться. Я поверила и забыла. Точнее, хотела забыть. Так было проще всего. Отпустить, простить и не потерять подругу, которая так отчаянно нуждалась в помощи. И когда ситуация с таблетками повторилась около года тому назад, я наконец убедилась, что на самом деле Лиза всё помнила до мельчайших подробностей. Её разум функционировал как швейцарские часы. Она намеренно причинила мне боль, переспав с моим парнем. Вселила уродливую неуверенность в собственной привлекательности, которая вязким комплексом не отпускала меня всю молодость. Если бы она смогла признать свою вину, осознала, насколько гадко и несправедливо поступила с близкой подругой, которая пожертвовала ради неё всем… какую страшную боль причинила… возможно, я когда-нибудь нашла бы в себе силы её простить.