Глава 5

Глава 5

Наш развод был быстрым и беспощадным, как пожар в сухом лесу.

Одна искра — и ничего не осталось, только черное пепелище на месте былой любви и крепких, казалось, привязанностей.

Я оставила позади Егора, его большой дом, крутые машины и блестящие перспективы.

Колхозница из небольшого села вернулась в родные края на такси, вещи привезли позднее.

Меня ждал старый дом моих родителей, за которым сейчас присматривал дальний родственник. Он любил выпить, поэтому дом оказался в состоянии, хуже, чем виделось на фото.

Я с трудом выгнала выпивоху, при помощи местного участкового. Тот поглядывал на меня с интересом.

— Антохин Станислав Андреевич, можно просто Стас. Обращайтесь, когда понадобится, Лиля.

Приосанился, приложил ладонь под козырек.

Человек в этих краях — новый, а я — местная, но по прошествии стольких лет, можно сказать, тоже была чужачкой, поскольку покинула эти края еще совсем юной девчонкой.

Рано выскочила замуж за Егора.

Думала, по любви, а теперь уже не была уверена.

Может быть, он просто женился на мне по залету?

Да, скорее, так и было.

По залету женился, потому что так — правильно.

Но о брачном договоре не забыл.

А я, молодая, глупая да влюбленная, на это и внимания не обратила. Черкнула подпись, где было нужно, и с головой окунулась в заботы.

Чем больше я думала о нас с Егором, тем больше находила признаков того, что он меня никогда не любил.

Просто полжизни терпел, потому что привык отвечать за свои слова и поступки.

Это по-мужски и это было полностью в его духе, а то, что я растворилась в семье, исключительно мои проблемы.

И больше ничьи.

Впереди — много хлопот: восстановить старый дом родителей.

Но для начала выдраить его и посмотреть, с чего нужно начать, привести в порядок участок возле дома, который порос бурьяном, в человеческий рост…

Хлопот — море, и я думала, что дети мне в этом помогут.

Позвонила им с энтузиазмом.

Ариша по привычке присоединила к нашему видеочату Сему.

Но когда дети услышали мое предложение провести лето в деревне, лица двойняшек стали выглядеть почти одинаковыми — полными разочарования.

— Мам, я думала, ты нас чем-то другим обрадуешь, — осторожно говорит Ариша.

— Папа летит на Мальдивы, — прямо рубит Сема. — Нас он тоже позвал. Сорян, ма, но тут, как говорится, сама понимаешь! Жопой кверху в сорняках никто торчать не хочет…

Я могла бы остановиться.

Да, могла бы.

Сделать вид, что их слова меня ничуть не задели.

Стоило бы повести себя расчетливее и мудрее, как Егор, например, который сразу же подсуетился подсластить детям горькую пилюлю развода родителей.

Но я не смогла…

Наверное, я действительно, лишь глупая, сварливая колхозница, которая повела себя еще более глупо, вспыхнув:

— Не хотите помочь? А как овощи с грядки кушать свежие? Так первые в очереди будете.

Дети посмотрели друг на друга так, как они бы переглянулись, сидя рядом, и только потом посмотрели на меня синхронно.

— Не хочу тебя расстраивать, мам… — начинает Ариша.

— Но овощи с грядки — это уже не актуально. Мам, прилавки завалены фермерскими продуктами. Все эко, чистое. Так что ты опоздала, ма, — как всегда, прямо с плеча рубит Сема. — Кстати, ты бы тоже могла полететь с нами. Если бы захотела.

Они оставили мне небольшую лазейку, норку…

Но я отринула это.

— Но я не хочу. И не захочу. И вообще… Не приезжайте ко мне, — меня понесло. — Да, вот так. Не приезжайте. Я вас на порог не пущу! У вас теперь мамы нет, есть только папочка, трахающий двуличную мразь, которая ела и пила с моего стола, которая ластилась ко мне в руки, которая…

— Мы поняли, мам. Давай без подробностей, ок?

Даже Ариша не выдержала, поддержав брата:

— И ты уверена, вообще, что у отца с ней было?

— Счастливо слетать на Мальдивы. Главное, не подхватите лихорадку, а если вашего папашу в очередной раз пронесет от заморской еды, не звоните мне с вопросами, какой порошок ему дать.

— Как скажешь.

Они отключились, а я, оставшись одна, так разозлилась, что поколотила всю старую посуду, которая стояла в доме.

Потом убирала на кухне несколько часов…

И это лишь битая посуда.

Битая на осколки, как моя неудавшаяся жизнь.

А потом она, Соня, девочка, которую мы называли «наша девочка», с теплотой и гордостью, прислала мне фото.

Она и Егор на каком-то мероприятии.

Он приобнимает ее за талию, на ней модное платье с острым верхом. Такое платье не предполагает белья. Наверное, она произвела фурор, и волосы красиво уложены голливудскими волнами.

Фото и небольшая аудиозапись. Судя по стонам, у них был секс…

«Спасибо за то, что держала его на голодном пайке. Егор с меня вообще не слезает, имеет меня на каждом углу вашего дома…»

Меня снова начало рвать. Наверное, от голода и от неприятного запаха, который стоял в доме.

С этим надо что-то делать, немедленно.

И я, не давая себе передышки, принялась выстраивать свою новую жизнь по кирпичику.

Делала все, чтобы не останавливаться ни на миг.

Не хотела думать о бывшем, с детьми тоже не хотела общаться.

Отключила автозагрузку фото в ватсап, поэтому, когда они мне что-то присылали, я могла выбрать, загрузить это или нет.

Почти всегда выбирала — нет.

Общение свелось к простому обмену вопросами:

«Привет, как дела?»

«Все хорошо, спасибо, а как вы?»

На этом — все.

Если они предпринимали попытки рассказать мне что-то, связанное с отцом хоть как-то, я их сразу же обрывала, ссылаясь на дела.

Так наше общение постепенно сошло на нет.

Зато дом и участок преобразился, в них словно вдохнули новую жизнь..

Этого мне показалось мало, теперь улица меня не устраивала, была неухоженной, я взялась и за это с небывалом энтузиазмом, тряся местные органы власти, как бульдог.

А потом мне пришлось взять вынужденную паузу.

Здоровье подвело.

Однажды вечером у меня хлынуло, как из ведра.

Неужели месячные? Но совсем не похоже, у меня никогда так не лило.

Наверное, сказался стресс.

Или неловкое падение?

Я тем днем подвернула ногу и неудачно упала. Вдруг повредила что-то?

Боль нарастала…

Я была вынуждена вызвать скорую и поняла, что причина… была в другом.