Глава 11. Эльфическая сила!

— И что теперь? — осторожно спросил Риндор, когда они всей процессией шли по подземным коридорам обратно наверх. Ну, он надеялся, что наверх, а не в потайную пещеру для разделки наивных мужей.

— А теперь мы поедем на продовольственный совет! — возбуждённо ответила Азмараэз и выглядела при этом так, будто была готова от предвкушения запрыгать на месте.

— Какой совет? — не понял Риндор.

— По продовольствию!

Яснее не стало. Продовольствие — это ведь еда. О чём там советоваться? С каким соусом подавать оленину, а с каким — эльфятину? Бррр!

— А что мы там будем делать? — ещё осторожнее спросил Риндор.

— Продвигать мой проект обеспечения Эжедможа продовольствием! — Азма аж руки раскинула от восторга, словно юница, которую впервые позвали танцевать со взрослыми.

Риндору некстати вспомнились бредовые идеи морримок насчёт того, что его хотят размножить и пустить в расход. Как Азмараэз собралась обеспечивать кого-то продовольствием, и главное — при чём тут Риндор?!

Он попытался вспомнить хоть что-нибудь связанное с продовольствием, что могло бы помочь понять, но… В Финэрине никогда не было недостатка в еде. Лес родил богато и сам по себе, а уж если его подпитывать эльфийской силой, то и подавно. Конечно, были у них и фруктовые сады, и кукурузные делянки — для разнообразия вкусов, для удовольствия и интереса. Но даже и без этого они бы с голоду не померли. Потому что нормальные эльфы не селятся в местах, где нельзя прожить на подножном корме. А следовательно — об этой стороне жизни никто и не говорил. И что вообще имела в виду принцесса? Риндор терялся в догадках.

Свадебный пир, впрочем, на что-то ему намекнул. По составу блюд он почти не отличался от вчерашнего обычного ужина, разве что был обильнее. Вкус тоже оставлял желать: слива пресная, яблоки кисловатые даже в меду, кукуруза ещё эта… Ну хоть козлятина не очень жёсткая. В общем, какие-то проблемы с продовольствием у морримов точно были. Ну, по крайней мере, сам Риндор не стал блюдом на этом пиру — уже неплохо.

После унылой трапезы, впрочем, весьма высоко оценённой гостями, Азмараэз велела Риндору переодеться и ждать у входа. Вскоре она явилась и сама — в походных штанах и сапогах, плотной куртке и…

Эринэльдский плащ? Нет, стоп… Его собственный плащ! Тот самый, который он тогда, двести лет назад отдал Азмараэз, чтобы та прикрыла свою непристойность. Ошибки быть не могло, он узнавал кривоватую вышивку — сестра училась рукодельничать как раз на этом плаще. Вон там ниточка выбилась, и за двести лет её никто не заправил… Эльфийская одежда не снашивается, но всё равно — так странно спустя два века увидеть свой плащ в неизменном виде.

Азмараэз словно следила за его реакцией, но когда Риндор глянул прямо ей в лицо, впервые за время их знакомства потупилась.

— Удобная вещь, — произнесла она, словно оправдываясь. — Не раз мне пригождалась.

Риндор рассеянно кивнул. Эринэльдские плащи и впрямь были хороши, но только ли в этом дело? Это что, какая-то проверка? Чего этой принцессе нужно от него?!

— Пойдём вниз, — махнула рукой Азмараэз, и они вышли из дворца.

Лестница, по которой Риндор накануне поднимался, сбегала вниз белым водопадом среди стройных рядов фруктовых деревьев. Азмараэз шла чуть впереди, и Риндор невольно любовался тем, как её белые волосы красиво ниспадают на знакомый плащ.

— Что нужно будет делать на совете? — решил наконец спросить Риндор. Всё же про церемонию принцесса ему объяснила, так может, и тут повезёт?

— Тебе? — хмыкнула тёмная. — Показаться на глаза королеве, чтобы она убедилась, что ты существуешь. Ну и если сможешь поучаствовать в обсуждении магии для выращивания плодовых культур, тоже будет неплохо.

Риндор нахмурился.

— Ты имеешь в виду, для ускорения роста? Это не очень полезно…

— Нет, для того, чтобы они вообще выросли.

Риндор окончательно растерялся. Зачем для этого магия? Растения и так растут. Семечко плюнь — и будет яблоня. Ускорять плодоношение — идея плохая. Изредка можно, но это истощает силу леса.

— А само — нет? — не очень внятно уточнил он.

Азмараэз оглянулась через плечо, а потом кивнула на ряды деревьев.

— Вокруг нас голые скалы. Как ты себе это представляешь?

Риндор обвёл многозначительным взглядом бушующую вокруг зелень.

— А сады мне мерещатся?

Принцесса довольно улыбнулась.

— Сады посадила я. На тех самых голых скалах, которые были тут до того.

Риндор в изумлении присмотрелся к земле между деревьями. И правда, землёй это было назвать сложно.

— Но как? Им же надо куда-то девать корни!

— Вот для этого, — Азмараэз подняла палец с блестящим когтем, — и нужна магия. Здесь на каждой террасе круги из символов, напитанные силой. На них всё и растёт.

— У морримов есть такая магия? — поразился Риндор. Звучало, как какое-то чудо!

— Нет, — вздохнула тёмная. — А вот у вас — есть.

Риндор уставился на затылок морримки, а потом украдкой шагнул с лестницы на ближайшую террасу и присел, приложив ладони к земле. Сила потекла наружу, и её радостно подхватили сидящие глубоко в камне символы, набухая, как хлеб от воды. Деревья чувствовали себя не очень, силы явно не хватало, но просто так влить её в круги Риндор не мог. Слишком сложная магия, он такой не владел. Должно быть, светлые, которые начертили эти круги, разбирались в садоводстве намного лучше него…

Риндор хорошо знал устройство леса. Он провёл в нём всю жизнь и разобрался в мельчайших деталях. Но у леса свои законы, свои отношения и повадки. А у сада — всё иначе, ведь его создавали с умыслом, и не природа, а эльфы.

И тут Риндор наконец понял, зачем он сдался морримской принцессе. Он встал и, едва не пошатнувшись, вернулся на ступени, чтобы обозреть зеленеющие террасы, усаженные деревьями, а ниже — бескрайние насаждения кукурузы. Зелёненькой такой. Хотя в Финэрине она ещё в прошлом месяце поспела и продавалась у каждого зеленщика.

Азмараэз хотела, чтобы Риндор всё это поддерживал. Но Риндор ничего не понимал в садоводстве! Принцесса ошиблась, она связала себя браком не с тем эльфом! И теперь если она поймёт, что Риндор ни на что не годен — выход только один: избавиться.

Эльф похолодел. Один против всего войска Азмараэз он не выстоит. Бежать? Но если принцесса заявится в Финэрин, вступится ли король? Он Риндора едва знает, а брак — дело серьёзное. Да и потом, а что если он сбежит, как трус, и гейс вернётся?

И что же теперь делать?

* * *

Фариндорэль расспрашивал о магических кругах с таким чванливым видом, что Азме захотелось расцарапать ему его самодовольную рожу. Да, в Финэрине нет таких проблем. И что теперь? А в Эжедможе есть! И морримы выживают, как могут! И это не повод их презирать, а вовсе даже наоборот — можно было бы впечатлиться тем, как Азма и её народ стараются выжать по максимуму из скудных ресурсов!

«Зачем для этого магия?» — затем, что не всем повезло жить на плодородной почве! «У морримов есть такая магия?» — да если б была, век бы Азма этого светлого нахала не видала! Мало того, что обломал ей все шансы на личное счастье, так ещё и насмехается, чувырло! Уж наверное сам бы сделал в тысячу раз лучше, ну и что теперь? Если бы Азма могла использовать светлую силу сама, тоже бы расстаралась!

Азма, конечно, вида не подала, но от прекрасного настроения, вызванного тем, что сила к светлому вернулась и была так велика, что с гарантией хватит на все сады, ничего не осталось. Она хотела рвать и метать. Когда они наконец спустились к подножию горы, где располагался загон с пантерами, ей пришлось даже постоять на месте и подышать, потому что к зверям нельзя подходить в таком состоянии.

Но ничего… Никуда светлый не денется. Напитает круги, как миленький, иначе Азма просто перестанет его кормить. Хочешь есть — выращивай кукурузу, бледнолицый сноб!

Наконец она остыла достаточно, чтобы зайти в пантерню. Она представляла собой отгороженный участок склона, где ездовые звери бродили и охотились на подкинутых им коз в ожидании, когда понадобятся хозяйке. И только теперь Азма осознала проблему.

Пантеры привязывались к хозяину с детства. Своего любимчика Келебжау Азма вырастила из котёнка, до года почти не спуская с рук. А тут какой-то посторонний эльф… Вряд ли кто-то из кошек захочет его везти. Но других ездовых зверей у Азмы не было.

Придётся, что ли, в седло его с собой сажать? Келебжау не оценит. Да и сама Азма сейчас с большим удовольствием бы тюкнула эльфа по голове, погрузила в мешок и повезла как груз.

Она всё ещё раздумывала, как поступить, когда поняла, что Фариндорэль уже не стоит рядом. А потом впала в тихий ужас, потому что увидела эльфа — каким-то образом уже внутри вольера! Вольера, в котором обитал единственный в пантерне самец, огромный, мощный и агрессивный Жунуж. И этот светлый безумец подкрадывается к Жунужу с таким видом, будто красивую бабочку увидел!

Азма даже сделать ничего не успевала. Да и что тут сделаешь? Прыгнуть в вольер и отвлечь Жунужа на себя? Так он Азму от стенки не отличает, он и не ездовой, его тут держат, чтобы котят самкам делал, обуздать его невозможно!

Всё это Азма успела подумать, пока Фариндорэль подобрался к котяре и дал ему понюхать свою руку. А в следующий момент огромный, опасный Жунуж шлёпнулся на землю и перекатился, поставляя светло-серебристое пузо под почёсывание эльфийскими руками.

Азма заметила, что стоит с раскрытым ртом, только когда в него залетела оса. Принцесса сжала зубы и зло сплюнула жало, а потом и остальную осу. Этот светлый просто издевается над ней. Ну почему изо всего проклятого, подземными богами забытого Финэрина именно этот паучий Фариндорэль припёрся сюда с необходимостью срочно жениться?! Почему судьба раз за разом тычет Азму носом в то, насколько этот эльф идеален во всех отношениях — только для того, чтобы тот о неё ноги вытирал?!

Словно заслышав её мысли, Фариндорэль обернулся и, как всегда, хмуро зыркнул из-под бровей.

— Так мы чего сюда пришли? Вроде ехать куда-то собирались.

— Седлай его, — мстительно предложила Азма. И пусть Жунуж его хоть сожрёт! Азма даже смотреть не будет. Отвернётся и пойдёт к вольеру Келебжау, как ни в чём не бывало.

Однако когда она уже верхом на своей серебристой пантере выехала на площадку перед вольерами, Жунуж внезапно приземлился прямо перед ней, перемахнув через ограду. Решётки здесь нарочно были такие высокие, чтобы пантеры не могли перепрыгнуть! Как он ухитрился…

На спине у Жунужа сидел эльф — расслабленный и довольный, и трепал мурчащего котяру по холке. Самое ужасное, что верная Келебжау вместо того, чтобы испугаться внезапно выскочившего перед ней кота, потянулась вперёд и ткнулась головой в ногу светлого, который, так и быть, соизволил её погладить.

— Как ты это делаешь? — упавшим голосом спросила Азма.

Эринэльд пожал плечами.

— Такова светлая сила. Поехали?

И правда… Ради чего Азма его заводила? Вот как раз ради этого… А вовсе не ради того, чтобы пускать слюни, глядя, как эльф красуется на спине зверя, словно слившись с ним в единое существо. Морримы никогда так красиво не ездят. И звери их так чутко не слушаются. И проклятый светлый занимает абсолютно всё внимание Азмы просто самим фактом своего существования, будь он неладен!!!