Глава 12. Главный ресурс

Дворец королевы морримов оказался ещё грандиознее, чем дом Азмараэз. Риндор этого и ожидал, но не ожидал — насколько. Это был целый город, изрезавший гору арками и галереями, террасами и башнями. Риндор таращился по сторонам, как ребёнок, впервые вышедший из леса, и не мог насмотреться.

Однако Азмараэз упорно вела его всё выше и выше, а потом в глубину под сводчатые потолки, сквозь аркады и наконец в уютный внутренний дворик с прудом. В пруду цвели кувшинки и плавали яркие разноцветные рыбки, и Риндор так засмотрелся на это, что не сразу заметил королеву.

— А вот и вы, — прозвучал насмешливый голос, и Риндор наконец оторвался от созерцания воды, чтобы увидеть его обладательницу.

Королева оказалась миниатюрной морримкой с кожей цвета потемневшего серебра и глазами такими ярко-лиловыми, что почти алыми. О том, что это именно королева, красноречиво свидетельствовала лёгкая золотая корона с сияющими разноцветными камнями у неё на голове. Одета она была под цвет глаз в чуть розовато-алую мантию, из-под которой виднелись изящные ступни в золотых сандалиях. Риндор наконец вспомнил о манерах и поклонился.

— Хм, надо же, и правда светлый эльф, — заметила королева. — Живой и такой же расторопный, как посол Финэрина.

Азмараэз тоже склонилась перед Её величеством, сделав ещё какой-то закрученный финт рукой.

— Царственная кузина, разве посмела бы я вас обмануть? — пропела она сладким голосом, от которого у Риндора внутри всё вспыхнуло. И потому, что этот голос творил с ним, и потому, что как смеет его собственная супруга расточать это богатство на кого-то ещё!

— Ты полна сюрпризов, Азма, — заметила королева. — Так что, твой златовласый красавец говорить-то умеет?

Она сама милостиво говорила на эринэльдском, причём очень чисто, так что Риндор всё хорошо понимал.

— Да, Ваше величество, — глухо откликнулся он, совершенно теряясь. Он никогда не общался с чужими правителями и плохо представлял, как это делать.

— Посол сказал мне, что ты доблестный воин, — произнесла она и взмахнула рукой. — Поднимись и подойди.

Риндор так и сделал, но взгляда от пола не оторвал. Внимание королевы его смущало. Где он там доблестный? Всю жизнь в лесу просидел, даже не воевал никогда.

— Скажи, чем ты занимался на родине?

— Охранял королевский лес, Ваше величество.

Риндор ухитрился не развести руками и поздравил себя с успехом.

— От кого же надо его охранять? — поинтересовалась королева.

— Ото всех, кому не положено в него заходить, — отчеканил Риндор. — И тех, кто хочет проникнуть через его границу в Финэрин.

— И что ты делал с теми, кто пытался?

— Предупредительный над левым ухом, второй — на убой.

Законы границы Риндор знал назубок, так что это был лёгкий вопрос.

— И что, — голос королевы стал опасным, — морримов тоже убивал?

Риндор от неожиданности посмотрел ей в лицо. Опасное, насмешливое, но с затаённой угрозой.

— Морримы через границу не лазают, — удивлённо ответил он. — Они с парадного входа вламываются, а там это уже дело армии.

Королева засмеялась, и угроза словно бы отступила.

— Ладно, я верю, что ты родич своего короля. Он примерно так же мне в письмах пишет. Добрый улов, Азма.

— Счастлива, что смогла вас порадовать, — пропела принцесса. А Риндор так и остался стоять, чувствуя, что его только что оценили, как ездового оленя.

— Ну что же, идёмте на совет.

Королева сама отвела их в зал совета — пурпурный, с растущими прямо из колонн друзами аметиста. Риндор не удержался и потрогал одну. Она была холодная и ощущалась совсем иначе, чем чёрный кристалл, полученный во время свадьбы от Азмы.

За большим овальным столом уже сидели другие участники: трое тёмных эльфов в богатых одеяниях, на фоне которых дорожный наряд Азмараэз смотрелся обносками, не говоря уж о егерском одеянии Риндора. Чуть поодаль от тёмных — два орка, от которых даже в дверях попахивало. Орками. И ещё чем-то подозрительно кислым. И наконец на самом дальнем конце стола, как можно дальше от орков сидели двое светлых. Которые тут же вскочили, стоило им войти.

— Риндор?! — ахнул один из них. — Что ты тут делаешь?!

— Да вот, — Риндор неловко указал всей ладонью на Азмараэз. — Прибыл с супругой.

Повисла тишина. Эльфы — Салабсант и Харгам — таращились на Риндора. Он не очень понимал, чем заслужил столько внимания. Эти двое занимались науками во дворце, и за всю жизнь он с ними перекинулся, может, парой слов, и то не точно. Они оба были из серых, тусклых эльфов, коренного населения Финэрина, никогда не переходившего горы.

— С супругой? — переспросил Салабсант, и его голос дал петуха.

— Морримкой? — вторил ему Харгам. — Как? То есть… Почему?!

— Возможно, — вклинилась королева, — этот вопрос вы обсудите позже. Мы собрались здесь ради другого разговора.

Эльфы тут же принялись многословно извиняться и кланяться, а королева сделала знак принцессе и Риндору сесть. Все, кто встал при появлении королевы, тут же сели, а Риндор с Азмараэз огляделись.

Трое морримов за столом занимали собой столько места, что втиснуться поближе к королеве было некуда. Садиться к светлым на другой конец стола было бы как-то некорректно, это даже Риндор понимал. Оставалось сесть напротив орков. Что ж… у Риндора желудок крепкий, а Азмараэз вообще и ухом не повела — села и улыбнулась. Орки в ответ оскалили бивни.

А дальше началось то, что Риндор ненавидел всей душой: пустопорожние разговоры. Подчёркнуто вежливые, формальные и совершенно ни о чём. Эльфы сыпали какими-то терминами, морримы исходили ядом, прикрытым комплиментами, а орки ковырялись в носу. Пожалуй, только их вонь не дала Риндору заснуть, и только благодаря этому он понял следующее:

Королева решала, кому из своих родичей поручить проект развития садов и плантаций на склонах эредморских гор. Азмараэз была одним из претендентов. У других тёмных были свои идеи: принц Наржиз с уделом на юге настаивал на развитии скотоводства. Принцесса Зиврез упирала на традиционную кухню из грибов и лишайников — Риндора передёрнуло. Лорд Тажмир, крупный купец, вообще считал, что в Эредморе еду не вырастить, и надо её закупать у соседей. Эльфы и орки явно были на его стороне.

Всё бы ничего, но разговор не двигался с места. Каждый гнул свою линию, не слушая других. Азмараэз ещё как-то пыталась спорить с доводами своих соперников, но те словно её не слышали. Риндор в упор не понимал, зачем он тут нужен и что ему делать, кроме как тренировать стойкость в борьбе со сном. Поэтому когда королева, тоже измученная бессмысленным разговором, объявила перерыв на ужин, он был счастлив.

Ужин проходил в другом зале. По пути туда Риндор отлучился поплескать себе воды в лицо, чтобы проснуться. Но на выходе из купели его взяли в клещи двое светлых.

— А теперь рассказывай! — велел Харгам тоном, не терпящим возражений.

И Риндору ничего другого не оставалось, как рассказать: про трусливого прадеда, про грозного воеводу и жестокий гейс. Умолчал он только о том, при каких обстоятельствах познакомился с Азмой, но его румянец наверняка учёным всё объяснил без слов.

— И как же ты теперь? — Салабсант почесал ухо. — Ты, получается, уволился? Или тебя обратно возьмут?

— Да куда меня возьмут? — вздохнул Риндор. — У меня этот… конфликт интересов. Ну, король, скорее всего, так решит. Да и как я Азмараэз брошу? Она ведь не за красивые глаза со мной связалась.

— А ей-то с этого что? — удивился Харгам. — Или она тебя для контрабанды использовать хотела?

Риндор помотал головой.

— У неё сады на магических кругах, их подпитывать надо. Но только светлой силой. Вот для этого я ей и нужен.

И сам не понял, почему это прозвучало так жалко. Что, если бы принцессе был нужен эльфик для развлечений на досуге, было бы лучше? Но всё равно как-то обидно. Тем более что и на роль источника силы Риндор не годился.

Светлые переглянулись.

— Ты это… насчёт садов. Я понимаю, что она тебе это рассказала, — осторожно начал Харгам. — Но мы с Салом думаем, что она наплела. Ну какие сады на скалах? Ты видел здешние почвы? Вот и мы не видели!

Риндор растерянно моргнул.

— Я видел сады.

Эльфы снова переглянулись.

— Вот прямо близко? И не морок? — уточнил Салабсант.

— Да вот, — Риндор поднял ладони к лицу, — этими самыми руками корни щупал только сегодня. У меня перед окнами яблони, на них яблоки зреют. Ели их сегодня на обед как раз. И кукурузы там поля до горизонта, где-то от середины горы вниз и вся долина.

— И тебя не смутило, что оно прямо на скалах растёт? — всё ещё не верил Сал.

— Да там такие круги на этих скалах, — Риндор потёр висок. — Я попытался силой прощупать, понял только, что это огромная система, на каждой террасе по ветви, и они прямо в глубине камня, не высечены, а туда внутрь как бы… вмагичены. Там без Митрандира не разберёшься, я даже близко не понимаю, как это всё запитывать.

Сказал и внезапно прямо на полуслове внутренне ухнул в пучину отчаяния. Азма женилась на нём ради этих садов! А Риндор не представляет, как их спасти… Это ведь самое ближайшее, что во всей этой земле он найдёт, похожее на его лес. Но без подпитки деревья засохнут. А он будет смотреть на это, бездарный и беспомощный. И Азма будет бросать на него холодные укоряющие взгляды. Да, она сама виновата, что не уточнила заранее. Но если уж для Риндора все морримы на одно лицо, то что Азма знала об эринэльдской магии? Наверняка она решила — раз с лесом управлялся, то и к саду подход найдёшь. А это же совсем другое…

— То есть эта Азмараэз и правда сады вырастила? — Харгам всё ещё смирялся с мыслью. — Ты прости, мы были уверены, что она какая-то ненадёжная фифа, любимица королевы…

— В смысле ненадёжная?! — вскинулся Риндор. — Она мой плащ двести лет хранила!

Взгляды эльфов стали заинтересованнее.

— Так у вас с ней… всё серьёзно?

Риндор нахмурился. Они что думали, он шутит тут? Дома у него было одно дело, оно же и награда, и отрада. Из-за глупого гейса он это дело потерял, и возвращаться теперь ему было по сути некуда. Кому сдался егерь, которому больше нельзя доверять из-за связей с иноземным правящим домом? Теперь его место здесь, где он хоть кому-то всё ещё нужен. Вот только и эта нужность висит на волоске, потому что Риндор слишком недалёкий, чтобы быть полезным!

— Куда уж серьёзнее, — буркнул он. — Понимаете, если не она, то никто. Я в лепёшку расшибусь, но сохраню для неё эти сады! Вы даже не представляете, сколько она в них труда вложила, а теперь она всё поставила на меня, а я…

Риндор беспомощно взмахнул руками и сглотнул предательский ком в горле.

Внезапно оба эльфа обхватили его за плечи, прижали и похлопали, выколачивая дурь.

— Риндор, а ну не падай духом!

— Мы же не знали, что так дела обстоят!

Риндор судорожно вдохнул, стараясь не расклеиться. Парни просто его подбадривают…

— Послушай, значит, концепция меняется, — заявил Сал. — Так-то мы королеву к торговле склоняли, но раз такая ситуация, то мы на твоей стороне.

— Поддержим твою Азмараэз, — кивнул Харгам. — Если она и правда сады на скалах выращивает, то, значит, преумножает мудрость, а это важнее денег. Не всё же этим западным носы задирать, мы тут тоже могём!

— Так ещё бы смочь, — вздохнул Риндор. — Там серьёзно очень сложные круги, я даже не представляю, с какого конца к ним подходить.

— Вот что, — решил Сал, — давай-ка мы сейчас после совета вместе с вами поедем в удел принцессы и тебе поможем.

— Уж плетение мы как-нибудь разберём. Надо думать, не Феанор ей там эти круги мутил, а кто-то попроще, хоть и учёный.

— Вы серьёзно? — Риндор наконец поднял голову и посмотрел на земляков. — Вы ради меня потащитесь ночью по горам? Да вы меня даже не знаете толком.

Эльфы опять переглянулись. Они, похоже, часто это делали.

— Парень, — серьёзно сказал Харгам, — ты мне жизнь спас. Забыл уже?

— Что? — удивился Риндор. — Когда это?

— Ты тролля завалил, помнишь?

— Ну-у… — Риндор помялся. — Было дело.

— Ну так я у него в мешке уже был. А как ты с ним сцепился, я вылез. Помочь не мог, переломался весь. Но если б не ты, быть мне похлёбкой.

Риндор изо всех сил пытался вспомнить, что там был за мешок, но когда в одиночку дерёшься с троллем, на такие мелочи внимания не обращаешь.

— А как мою сестру из Старого Ивнюка вытащил, тоже не помнишь? — спросил тем временем Сал.

— А у тебя сестра есть? — наморщил лоб Риндор.

Его снова похлопали по плечам с двух рук под аккомпанемент дружных вздохов.

— Ты иногда хоть вокруг оглядывайся, а? — хмыкнул Харгам. — Ладно, пошли уже, будем твои сады отвоёвывать.

Они двинулись на выход. Риндору показалось, что в дверях что-то мелькнуло, но, может, это ему благодарность в глаз попала.

* * *

Азма едва успела спрятаться за открытой дверью, когда все трое светлых пошли в обеденный зал. Сердце её колотилось.

Риндор готов ради неё расшибиться в лепёшку! Он считает, что у них всё серьёзней некуда!!!

Более того, её Риндор — герой и спаситель, причём такой скромняшка, что даже сам о своих подвигах не помнит! И вот этот потрясающий эльф не побрезговал сманипулировать земляками, чтобы они согласились ей помочь с садами!

Азма ни на мгновение не верила, что Риндор и правда настолько беспомощен в магии, как сейчас изображал, или что его это и правда так трогает, но вот — разыграть отчаяние, чтобы добрые эльфы взялись помогать, это Азма понимала отлично! Сама не раз так делала. В том числе с королевой… Кхм, замнём.

Осторожно выглянув из-за двери, Азма заметила, как один из эринэльдов привстаёт на цыпочки, чтобы прошептать что-то на ухо Риндору. Всё же муж Азмараэз даже для светлого очень высокий. Азма, конечно, предпочла бы, чтобы эти учёные Риндора не тискали, по крайней мере, пока самой Азме потискать не перепало. Но она будет благоразумна.

За ужином кузен Наржин снова завёл свою песню о важности скотоводства, и Азма уже по привычке принялась топить его доводы.

— Скот надо чем-то кормить. Кто и где будет это выращивать?

— Мясо — это основа рациона воина, — словно не слышал её кузен.

— Если так, то отчего же морримы раньше не стали скот разводить? — внезапно спросил один из эринэльдов.

Королева дёрнула ушами. До сих пор эта парочка молчала, когда выступали кузены, а теперь вдруг высказались.

— У меня есть расчёты, — сказал другой, — сколько пищи уходит на прокорм одного воина. В вариантах: только мясом, частично мясом или без мяса. Так вот, площадь полей для выкармливания этого мяса увеличивается согласно формуле…

Формулы королеву не интересовали, но кузена Наржина она вскоре завернула. Потом светлые выдали ей расчёты питательности лишайников, и стало ясно, что если они не хотят высаживать грибные и лишайные поля, то этот вариант тоже не пройдёт. Азма мысленно потирала руки. Остался вариант с торговлей, но…

— Скот всё же лучше покупать, — важно заявил лорд Тажмир. — Нам просто столько не вырастить, вот и господа эринэльды только что наглядно показали…

— У кого? — вдруг спросил Риндор.

Лорд Тажмир сделал жест в сторону орков.

— Так вот же у нас послы сидят.

Общаться с орками светлым было отчаянно неприятно. Морримы с ними как-то свыклись за эпохи тесного соседства, а вот светлые их на дух не переносили. Но Риндор — он же самый лучший — пересилил себя и спросил:

— А вы сколько голов в год готовы продать?

Орки замялись, принялись считать на пальцах, бормоча на орочьем, отчего светлые чуть на стенку не полезли. Звук орочьего языка их тоже выводил из себя.

Наконец орки назвали количество.

— Так это даже не треть необходимого! — возмутился лорд Тажмир. — Нам нужно больше!

— Не могём, — шмыгнул носом старший орк. — Самим не хватит тогда.

— Ну продавайте на развод, — не унимался лорд.

Орки переглянулись.

— Насяльника, на развод дурум курум купиля, другой год уже не купиля, сама тыхлык корова многа сделала. Невыгодно!

За столом повисла тишина. То есть всё это время они тут спорили о несуществующем варианте. И скот придётся закупать где-то ещё.

— А навоз? — внезапно спросил Риндор.

Азма чуть не поперхнулась. Королева таки поперхнулась.

— Как ты смеешь, варвар, при Её величестве говорить такие слова?! — взвился кузен Наржин.

Риндор его словно не слышал — как раньше кузен Азму.

— Навоз дурум курум еся, — кивнул старший орк.

— Продадите? — уточнил Риндор.

— За-зачем? — выдавил лорд Тажмир. Кузина Зиврез попыталась упасть в обморок.

— На удобрения, — пояснил Риндор. — А чего все так распереживались? Нам надо на скалах почву как-то создать. Навоз для этого — самое то! Так ведь, господа учёные?

Светлые дружно закивали и начали расписывать там что-то про кислотность и жирность. Аппетит у Азмы окончательно пропал.

— Да что ты себе позволяешь, отброс?! — заверещал кузен Наржин. — Ваше величество, кто это вообще такой?! Надо его вышвырнуть отсюда!

— Я тебе вышвырну! — вскинулась Азма. — Или забыл, как я тебя на дуэли размазала в прошлом году?

— Извинии-и-ите! — встал один из светлых. — Ваше величество, Фариндорэль из рода Дуинлос — член королевской семьи Финэрина, служивший короне верой и правдой двести лет. Это герой, хранитель королевского леса и защитник нашей страны. Оскорбляя его, ваш родич оскорбляет Финэрин!

Королева сузила глаза и перевела этот острый, как лезвие, взгляд на кузена.

— Наржин, Азма добыла ценного специалиста и укрепила наши связи с Финэрином. А чего достиг ты?

Кузен забулькал и не нашёлся с ответом.

Королева улыбнулась Риндору.

— Светлейший Фариндорэль, как вы оцениваете шансы Азмараэз на успех с её кукурузным проектом?

— Хорошо, — угрюмо сказал Риндор. Азма расплылась в счастливой улыбке. Вот оно! Это угрюмое лицо он делает, когда стесняется! Ну какой же милашка! — Господа учёные вызвались нам помочь всё устроить.

Королева подняла бровь. Ещё бы! До сих пор эти два серых эльфа только топили проект Азмы, а теперь — вызвались помочь!

— Да, мы с радостью! — подтвердил второй. — Фариндорэль рассказал нам, какие потрясающие методики там применены, мы просто обязаны в этом поучаствовать! Преумножение мудрости — великая ценность для всех эльфийских народов!

— Понятно, — улыбнулась королева, а потом помрачнела. — Значит, осталось сторговаться по навозу…