ГЛАВА 18

Подозрительное спокойствие Люка и его не менее подозрительный отказ от использования заклинаний не могли продолжаться вечно: терпение — не самая сильная сторона брата моей подруги.

— Пожалуй, нам пора, — проворковала я. — Люк, не стоит злоупотреблять добротой хозяина дома сверх меры.

— Да, нам пора, — с готовностью подтвердил брат подруги. — Так много дел.

— Перед близящейся свадьбой? — ехидно уточнил «Венсан». — Все так быстро случилось, что ничего не готово?

— Да вот как-то так, — неопределенно сказал Люк, решивший не уточнять, какие дела зовут к себе.

Я его прекрасно понимала: дел у нас особых не было, оставалось только ждать, когда же наконец будет закончен тот загадочный артефакт, что позволит вернуть душу Шарля туда, где ей самое место, — в его тело. Я потянула Люка к двери, и он даже не упирался.

— Что, даже на чай не останетесь? — с напускной грустью спросил «Венсан».

— Чай? — выразительно протянул Люк. — На чай не останемся, а вот если чего поинтереснее… В качестве компенсации за нанесенный мне моральный и физический ущерб.

— Чего поинтереснее ты уже с Патриком попил не так давно, — возмутилась я. — После чего тебя усыплять пришлось, чтобы не сгорел дом иноры Мюрре. Спасибо, Себастьен, но чай, и именно чай, мы попьем в другом месте.

Я уже почти уверилась, что удастся покинуть столь гостеприимный дом безо всяких потерь с нашей стороны, так как одной рукой взялась за ручку на двери гостиной, а другой удерживала немного тормозящего Люка, который не переставал надеяться на компенсацию от хозяина дома.

— Кстати, о Патрике, — неожиданно вспомнил «Венсан». — Кузен сказал, что вы похитили у меня какого-то суперпородистого котенка…

Мое сердце ухнуло куда-то в район пяток и там испуганно замерло. Неужели догадался? И что делать, если сейчас потребует вернуть украденное? Да, душа с телом должны быть вместе, но не в таком же виде.

— Можем хоть сейчас вернуть. Правда, я немного потратился на лечение… — с надеждой на предложение о хоть такой компенсации заявил Люк.

Я повернулась к нему и возмущенно сказала:

— Мы не будем возвращать мою кошку этому типу! И точка! Она бы умерла, если бы не залезла в наш экипаж.

— Ага, все-таки кошку? А то все «кот, кот».

Я дернула плечом. «Кошка» было сказано исключительно из конспирации, чтобы «Венсан» не заподозрил, что на самом деле мы увезли настоящего владельца того тела, которое стояло сейчас перед нами. Стояло и ехидно улыбалось.

— Какая разница, какой пол у котенка? В любом случае не отдам. Не для того мы его спасали.

— Но если владелец настаивает… — Люк с надеждой посмотрел на «Венсана».

Я его прекрасно понимала, саму утреннее общение с настоящим Венсаном чуть не довело до нервного тика, а ведь Люк еще не слышал, что нес этот придурок. Мысли о том, что о Венсане настоящем придется заботиться и дальше, вгоняли в настоящую депрессию. Я бы с удовольствием вернула котенка, если бы не была уверена, что это грозит ему смертью.

— Владелец не настаивает, — усмехнулся «Венсан». — Пусть это будет мой подарок вам, Марго.

— Ну и подарок — полудохлая кошка, — проворчал Люк. — Хорошо, что мне никто такие подарки не делает. Марго, ты только никому об этом не рассказывай, а то завалят подобными подарками. Если кто и будет рад, что тебе делают такие подарки, так это только Патрик — ему без разницы, для кого делать гробы. Видать, для того Себастьену и рассказал.

Люк был недоволен, но я ужасно обрадовалась такому подарку: это означало, что лже-Венсан и не догадывается, что настоящему Венсану удалось найти приют в котенке. Выходит, перспектива не такая уж мрачная. Даже древние магистры не могут учитывать все. Я приободрилась и потребовала расписку, в которую Люку удалось все-таки вставить название породы. Шамборская рыжая обрела себя на бумаге, пусть другого при знания у нее пока не было. Но, судя по воодушевлению Люка, это пока. С него станется использовать Венсана для разведения. Нет, нужно как-то поскорее заканчивать эту историю.

— И как это понимать? — спросил Люк, не успели мы отъехать от ворот.

— Что? — уточнила я, разглядывая расписку и не понимая, что в ней кажется странным.

— Почему ты с Венсаном целовалась? Ты же моя невеста!

Его тон мне не понравился. Пришлось напомнить:

— Фиктивная.

— Какая разница? — возмутился Люк. — Венсан уверен, что мы помолвлены, и нагло тебя домогается в моем присутствии, а ты не возражаешь!

— Во-первых, говорить о присутствии того, кто в стазисе, как-то странно, ты ничем от парковой статуи не отличался, а во-вторых, мне пришлось это сделать после твоего нападения. Я отвлекала Венсана от вопросов.

— Меня ты почему-то не отвлекаешь, — проворчал Люк. — Хотя я тоже согласен так отвлекаться. Может, прямо сейчас и начнешь отвлекать?

Подобные разговоры пресекать надо сразу, а отвлекать можно и по-другому, поэтому я ласково улыбнулась и прощебетала:

— Люк, ты меня сегодня поразил своей выдержкой. Вышел из стазиса, увидел столь травмирующую картину и даже не попытался приложить Венсана магией.

— Я попытался, — неожиданно смущенно ответил Люк. — Но представляешь, обнаружил, что резерв пуст.

— Как пуст? Ты же не магичил совсем?

— Вот и я о том же. Одно малюсенькое заклинание обездвиживания не могло сожрать весь резерв.

— Значит, со стазисом было еще что-то.

Коварный магистр! Приглашает в гости, обездвиживает и заполняет накопители? Или еще как использует чужую энергию? Это ж надо до такого додуматься! Мало ли что он мог сделать во время поцелуя. Я поспешно себя проверила — мой резерв оказался полон — и успокоилась хоть в этом. Но в остальном я никак не могла успокоиться. Это я Люку могла говорить, что целовалась с «Венсаном» для его отвлечения, себе-то я честно могла признаться: целовалась я потому, что этого хотела.

И это было ужасно, невольно появлялись мысли, что если мы вернем Венсану тело, то тот, кто сейчас там, пропадет непонятно куда. В идеале — за ту самую Грань, где сейчас душа брата. И никто туда за ним не пойдет и не вернет. Да и возвращать, в сущности, некуда…

— Вот и я про это. Я тут подумал. Смотри, что вырисовывается. — Люк стал необычайно серьезным. — После того как твой брат потерял душу, Венсан изменился. Сильно изменился. Он уже не тот придурок, что был раньше, и владеет магией, которую не знал и знать не должен. Пентаграмма эта найденная опять же…

Люк сделал выразительную паузу. Я обмерла. Пришла проблема с той стороны, с которой я не ждала. Такая проницательность для Люка была удивительна.

— На что ты намекаешь? — как можно беззаботнее спросила я.

— Все эти странности можно объяснить только одним: Венсан наверняка был вместе с твоим братом, артефакт изгнал души из обоих, и в теле Венсана сейчас кто-то другой.

— Что за ерунда? — как можно более пренебрежительно бросила я. — Если бы это было так, в Совете непременно бы заметили. Его же проверяли.

— Да, нестыковочка, конечно. Но может, вселенец хорошо маскировался, а сейчас расслабился? В любом случае нужно немедленно сообщить в Совет. Пусть еще раз проверят.

— Нет! — испуганно выкрикнула я и схватила Люка за руку. — Не надо этого делать!

Люк посмотрел на меня довольно странно.

— А мне вот кажется, надо, и срочно. Помнится, тому Венсану ты отказала, да еще корзинкой стукнула, а с этим целуешься, и непохоже, чтобы он вызывал у тебя отвращение.

— Может, я во вкус вошла, — пробурчала я, пытаясь уйти со скользкой темы Совета магов. — Так бы и сказал сразу, что приревновал, а не разводил эту ерунду со вселенцами.

— Кто приревновал? — От возмущения Люк аж подпрыгнул на сиденье. — Я приревновал?

— Ты! Поэтому и несешь сейчас чушь, — припечатала я. — Какой необычной магией Венсан владеет? Защита дома старая, он ее только подключил. Стазис вообще базисное заклинание, на людях его, правда, не рекомендуют использовать, но у него оправдание — ты первый напал.

— А пентаграмма? — почти безнадежно уточнил Люк.

— А пентаграмму он сам обещал сдать Совету после того, как поможет Шарлю. А если это сделаешь ты… — Я угрожающе поднесла кулаки к лицу Люка. — Если это сделаешь ты, я тебя лично убью, потому что Шарлю уже никто и ничто не поможет, понял?

Я была так зла, что готова была действительно его убить. Только появилась надежда, и на тебе — сразу норовят ее лишить. Люк вздохнул. Мрачно и выразительно. Я почти успокоилась, но тут он неожиданно заявил:

— То есть я прав, но ты будешь все отрицать, потому что хочешь вернуть брата?

Я испуганно охнула и посмотрела на кучера. Если он слушал наш разговор, в чем я не сомневалась, то у нас есть еще один инор, способный написать в Совет. И не просто способный, а обязанный, если уж маги преступно замалчивают.

— Я полог тишины поставил, — довольно сказал Люк, проследивший за моим взглядом. — Слишком серьезный разговор, не для чужих ушей. Так я прав?

— Да с чего ты это взял? — Я решила отпираться до последнего.

— С того, что я все-таки пару раз общался с Венсаном до этого. Он амбициозен, но не светоч ума. Этот, который на его месте, совсем другой. — Люк начал загибать пальцы: — Он включил защиту дома, о которой никто не догадывался. Он нашел в доме пентаграмму. Он знает, как вытащить твоего брата. Он играючи отразил мое заклинание. И не просто отразил, а поставил свое комплексное, опустошившее мой резерв. Продолжать? — Я потерянно молчала, не зная, что и отвечать. — Марго, ты слишком фальшивишь, сразу понятно, что врешь. А зря. Если уж мне заметны отличия, то тем, кто с ним общался постоянно, тем более. Кто-нибудь из прислуги сложит два и два и напишет в Совет.

Брат Каролины был необычайно серьезен. Я таким его и не видела до этого дня. Все легкомыслие слетело с него, как напускная шелуха, и появился совсем другой инор: серьезный боевой маг. Такому и моего подтверждения не надо, посчитает своим долгом сообщить в Совет — и сообщит. И как его остановить?

— Люк, он же пока никому не навредил…

— Вот именно, пока. Он обживается, примеряется к телу. Но это ненадолго. Марго, ты же прекрасно понимаешь, он опасен.

Я вздохнула.

— Понимаю. Но Шарль… Люк, у Шарля нет другого шанса вернуться.

— Не факт, что и этот шанс реален. Но даже если бы это было так, Марго, жизнь брата для тебя дороже жизни других, быть может, сотен и тысяч магов?

— Люк, это вопрос нескольких дней, — умоляюще сказала я. — Потом, есть же еще настоящий Венсан, которого нужно вернуть в тело. А если мы его вернем, то магистр вытеснится, и уже за Грань, понимаешь?

— Где мы возьмем настоящего Венсана? — скептически спросил Люк. — По-хорошему, гасить этого вселенца нужно, пока дел не наворотил.

Он прихлопнул одной рукой другую, словно видел там «Венсана». Но нынешний «Венсан» не позволит себя так просто уничтожить, я уверена.

— А настоящий сейчас у нас, — огорошила я его. — Ты не зря отмечал, что у котенка странное поведение. Но уж за кого зацепился…

— С чего ты взяла? Странное поведение не основание для таких заявлений.

— Я его слышу, — покаянно пояснила я. — Но только я и больше никто. А он страшно злится, когда его девочкой называют, и начинает вести себя совсем неадекватно.

Люк потрясенно открывал и закрывал рот, не в силах выразить обуревающие его эмоции. Я его понимала: сама в обморок бухнулась, когда узнала. Но сейчас я даже чувствовала облегчение: носить в себе столь ужасную тайну было тяжело, разделенная на двоих, она становилась куда легче. Правда, судя по виду Люка, тайна эта прида вила его куда сильнее, чем мне бы хотелось. Нужно было срочно выводить брата Каролины из ступора.

— Мы с ним решили так, — продолжила я. — Возвращаем Шарля, а потом возвращаем Венсану тело. Он знает как. Тогда Совету ничего не надо сообщать, все будет решено тихо-мирно, и никто ничего не узнает.

— Чтобы Венсан что-то сделал нормально? Не верю, — отмер Люк. — Это еще опаснее, чем древняя магия. В результате магистр запросто вселится в кого-то еще, и ищи его потом.

— Так делать-то я буду. Он не сможет: магии нет.

— Даже была бы, наверняка сделал бы все криво.

— Но теперь у нас есть ты, — воодушевленно сказала я. — И ты нам поможешь, правда? — Люк молчал, и поэтому я торопливо добавила: — А в Совете не станут разбираться и пытаться помочь Шарлю и Себастьену, просто уничтожат тело, и все. И тогда… тогда сам будешь заниматься своей шамборской рыжей. Уверена, все оставшееся ему время Венсан будет гадить исключительно тебе в тапки.

— Страшная угроза, — усмехнулся Люк. — Котенок, кстати, по документам подарен тебе, значит, тебе о нем и заботиться. Так что если что и грозит тапкам, то только твоим.

Я машинально взглянула на расписку «Венсана» и тут же поняла, что меня в ней насторожило. Почерк. У настоящего Венсана почерк аккуратно-округлый, этот же, хоть и имел нечто общее, все же довольно угловатый и небрежный. Так подходящий для нынешнего Вен сана с его ехидным прищуром и манящими поцелуями. Мне ужасно не хотелось выступать против него, но Люк прав — магистр из прошлого опасен и непредсказуем. Сейчас он отнял тело у Себастьена, а что потом?

— Люк, я тебя очень прошу, помоги, — проникновенно сказала я. — Другого шанса у Шарля не будет, а если мы удержим ситуацию под контролем, то и вреда этот древний магистр не нанесет.

— А мы удержим?

— Пару дней запросто.

Я отвечала с уверенностью, которой у меня не было. В наших отношениях с «Венсаном» ситуацию под контролем явно держал он, и не было никакой надежды, что что-то изменится, если подключится Люк.