Глава 2. Адела. Заговор

Уже наступил орикотис*, пора дождей и ветров. Второй зепер осени, подаривший миру

императора Кайтона Даэрда. Где он отметит свой день появления на свет? А главное, с кем.

Выбрал ли он одну из трех невест или встретил кого-то еще?

Самая большая уязвимость особ королевских кровей — невозможность выбрать себе спутника

жизни по сердцу. Обязательно должны учитываться династические интересы.

Со времени объявления моей помолвки с королем соседнего государства минуло уже два

семидневья. Свадьбу назначили на второй зимний зепер, амистени". Сразу после празднования

Нового годового круга пройдет и наше с Аштоном венчание.

Он не пожелал ждать до тепла, поэтому приготовления к свадьбе уже начались.

Я ждала портных из Далении, которые снимут с меня мерки. Работать они они тоже будут здесь, в

Приграничье, чтобы не плавать туда-обратно.

Жених, к моей большой радости, отбыл пока что восвояси, а связь с Матиасом поддерживал по

орину, единственному, что уцелел в Гардии после нападения драконов.

В день, когда должен был прибыть корабль из Далении, во дворец пожаловал представитель

драконьей империи.

Я помнила его с того самого совета, на котором повелитель драконов и мой брат подписали

соглашение о перемирии. Ортес Гуирн, хранитель внешних связей империи Драторин.

Мощный белокурый представитель драконьей расы, таких называют “ледяными”. Скорее всего, Гуирн уроженец Холодного, континента, края вечных льдов и мерзлых почв. Разит врага

холодным огнем, от которого замерзают и рассыпаются в крошку кости.

Услышав о госте во дворце, я пожалела, что нам не удастся увидеться с ним. Стыдно сказать, мне

хотелось получить известия о Кайтоне Даэрде, великом драконьем императоре.

Нет, разумеется, расспрашивать о нем я бы не стала. Но вдруг Гуирн сам обмолвится о своем

правителе.

К моему огромному удивлению, вскоре после прибытия драторина за мной явился придворный.

— Дерр Гуирн желает, чтобы вы тоже присутствовали при его сообщении королю Матиасу, —

сказал он.

Я, пожалуй, больше встревожилась, чем обрадовалась. Что-то происходит, и возможно, мне оно

не понравится.

Встреча состоялась в малом тронном зале, он у нас для официальных бесед с небольшими

делегациями.

Ортес Гуирн прибыл в сопровождении двоих солдат-драторинов, которые почтительно замерли за

его спиной.

Высокий гость величественно восседал в высоком кресле для важных гостей. Мой брат, разумеется, был на троне. Для меня поставили “сестринский" трон справа от Матиаса.

Кроме нас с королем и гостей в зале находились Ален Китр, советник Толоти и казначей Дирк

Саитр.

Ортес Гуирн церемонно поздоровался, когда я вошла и выразил радость, что я нахожусь в добром

здравии.

Когда я села, посланник драторинов продолжил:

— Я обратил внимание, что с высоты драконьего полета Гардия выглядит уже куда лучше. И

слышал, уже полностью восстановлена Академия?

— Да, - подтвердил Матиас, - но пока еще не открыта и новые адепты все так же ждут начала

учебного сезона.

Старшекурсники временно переведены в академию Далении. Разрушения, что ваша армия

нанесла Гардии одним днем, мы устраняем уже больше года.

— Это жизненный урок, — драторин и глазом не моргнул, - ваше нападение чуть не нанесло Дазре

куда больший урон.

— Но моя сестра это исправила!

Беседа грозила обернуться перепалкой.

— Поэтому я попросил, чтобы принцесса Адела также присутствовала здесь сегодня. Как особа, которая внесла наиболее весомый вклад в перемирие наших государств. И при этом едва не

погибла.

Матиас выглядел недовольным. Ему не нравилось, когда кто-то подчеркивал мои заслуги. Хотя, если бы не мой безумный подвиг, он бы даже вернуться в собственную столицу не смог.

В прошлом году, когда по приказу моего брата армия Приграничья напала на прибрежный оплот

драторинов, пытаясь отвоевать реку Фенимолы, смертельно была ранена мать императора

драторинов.

Тогда ее сын, Кайтон Даэрд, объявил преступником и короля Матиаса и всех его кровных

родственников.

Нас полагалось найти и доставить в столицу драконов Дазру, чтобы предать казни.

Тогда попалась я.

Мне повезло, что к тому времени я успела спасти Кайю Даэрд с помощью своего целительского

дара. Но даже это вначале не сочли смягчающим вину обстоятельством.

Постановление императора не мог нарушить даже он сам. Только ходатайство его выжившей

матери могло решить мою судьбу. И Кайя согласилась на этот шаг не сразу.

Гордая драторинка была уверена, что я просто выполняла свой долг, исправляя ошибку

сородичей и благодарить меня не за что.

Но все же она проявила милосердие и Кайтон остановил казнь. Так мне сказали.

— Мы с пониманием относимся к вашему бедственному положению, - продолжал между тем

Ортес Гуирн, - поэтому дали вам рассрочку на два года. Но вы сочли наше великодушие мягкостью

и слабостью.

О чем он? Я внимательно уставилась на брата.

А тот, кажется, прекрасно понимал, что имеет в виду посланник императора Драторина. Сидел, напряженно вцепившись в подлокотники, но не выражал ни капли удивления.

— Вы должны были внести очередную часть долга десять дней назад. Я еще долго ждал, прежде

чем к вам лететь.

Что это значит? Ведь Аштон Далейн обещал оплатить этот взнос за Приграничье? Неужели он

обманул Матиаса?

(орикотис = октябрь)

— Дерр Гуирн, - голос моего брата звучал дерзко. Сидя на своем троне, он чувствовал себя

уверенным, защищенным. И явно не собирался лебезить перед пришлым драторином, — вы сами

заметили, что столица Приграничья изменилась, мы сумели справиться с вредом, что нанесли нам

драторины, жаждущие мести. Я не отказываюсь от своего слова. И помню о подписанном кровью

договоре. Мы заручились поддержкой жениха моей сестры, короля Аштона Далейна.

На этих словах Гуирн глянул на меня с интересом.

— Но пока наши казначеи оформляют передачу денег и нам нужно немного времени.

— Причина уважительная. Не знал, что вы собираетесь замуж, Адела. Поздравляю вашего жениха.

Я кротко улыбнулась, кивнула и спросила, использовав хоть такой призрачный повод:

-А в Даэре не планируют свадьбу? Или может, уже сыграли? Когда я покидала Даэру, император

Даэрд собирался устраивать смотрины.

— В ближайшее время мы не ожидаем таких радостных перемен, но очень на них надеемся, —

уклончиво ответил посланник.

Повернувшись к Матиасу, он сказал:

— Все же стоило нас предупредить, король Матиас, что у вас временные сложности, которые вы

решаете.

— Мой казначей направит письменные извинения императору, - брат величественно задрал

подбородок.

Что заставляет его быть настолько самоуверенным и беспечным в разговоре с могущественным

драторином?

— Мы даем вам еще десять дней. Не больше.

Ортес Гуирн поднялся.

— Если вы нарушите и эти сроки, сумма вашего долга будет увеличена. Идем.

Последнее слово относилось к солдатам, сопровождавшим хранителя внешних связей.

— Прощайте, принцесса, — обернулся уже у дверей Ортес, - очень надеюсь, что ваш король не

обесценит тот подвиг, что вы для него совершили.

Когда двери за драторином закрыли, Матиас раздраженно бросил:

— Да что себе позволяет этот ящер! Он говорил с королем! С королем! А больше почтения

досталось девчонке, моей сестре!

Матиас гневно уставился на меня:

— Скажи, я чего-то не знаю? Ты в плену не просто лечила дракониху, но может быть, ублажала

самого императора на его ложе?

— Не смей! - тихо произнесла я. - Мне пришлось пережить собственную казнь. Вряд ли такое было

на твоем веку.

— И теперь ты постоянно будешь мне об этом напоминать?

— Ваше величество, — подал голос советник Толоти, — но и правда, почему все еще не уплачен

взнос? Все сроки давно прошли. Или это вопрос к казначею?

Толоти подался в сторону Дирка Саитра.

— Мне никаких бумаг или распоряжений не поступало, сэлт Толоти! - испуганно ответил казначей.

— Может, мы и не собираемся платить этим напыщенным драторинам, — вдруг заявил Матиас.

— Но как же? - поразился Толоти. — 06 этом не велось разговора!

— С тобой не велось, — отрезал брат, мне есть, с кем еще обсудить государственные дела.

— Матиас, мы имеем право знать, если происходит что-то важное, заметила я.

— Ты что, мой военный министр? — насмешливо спросил Матис. - Можешь дать важный

стратегический совет?

— Военный? — ахнула я. — Никак, ты снова решил напасть на границу? Неужели не понял, что

наша армия для драторинов —горстка солдатиков?

— Твоя задача — выйти замуж за Аштона, - твердо произнес король, — а не строить из себя

великого полководца. Тем более что я сейчас не один. И армия в моем распоряжении не только

та, что в Приграничье. А теперь иди. Я и так тебе слишком много сказал, сестрица.

Я выполнила приказ короля с тяжелым сердцем, понимая, что Матиас вновь замыслил что-то

ужасное. Я должна разузнать, что именно.

С кем он может обсуждать свои планы?

Наверняка, с Аштоном. Он связывается с ним по орину. Иногда и меня подзывает, чтобы я сказала

пару вежливых фраз своему жениху.

Что ж, пришло время мне “соскучиться” по будущему мужу и напроситься на разговор. А там -

попытаться расспросить его о том, что нас ждет. И после разговора найти возможность

подслушать их беседу с братом.

Это будет вряд ли сложнее, чем совершить побег с императорской скалы и украсть из хранилища

драконьего храма артефакт Магики.

Правда, тогда у меня был помощник. Но он и сейчас есть, может, подсобит хотя бы советом.

Однако сначала я узнаю, в чем дело. Хотя бы постараюсь.

Конечно, я выждала некоторое время. Тем более, мне было на что отвлечься, поскольку портные

из Далении прибыли и сразу же принялись снимать мерки.

Но все равно я едва дотерпела до ужина, на котором мы и увиделись с королем.

А во время перемены блюд мимоходом сказала:

— Я много думала о твоих словах, великий король.

Матиас навострил слух. Если бы на нем была корона, она наверняка шевельнулась бы от

слаженного движения ушей, направленных в мою сторону.

Но за семейной трапезой король соглашался расставаться со своим головным убором.

Подозреваю, все дело в том, что в короне неудобно жевать.

— Моя задача — выйти замуж за Аштона. И коль скоро мне предстоит с ним жить, я должна

привыкать общаться со своим будущим повелителем.

— Вот это разумные речи, — похвалил меня брат, подкладывая в свою тарелку сочную баранину в

винном соусе, — а то приходится тебя постоянно уговаривать с ним поздороваться.

— Прости, Матиас, - скромно потупилась я, разглядывая мясные островки в своей тарелке, — я бы

хотела как можно скорее поговорить со своим женихом. Выразить ему благодарность за работу

мастеров, которых он к нам прислал. И восхищение тканями. подобранными на платье.

— Тебе все понравилось? — благодушно спросил Матиас.

— Да, очень богатый выбор. Представляешь, портные принесли сегодня ко мне в гардеробную

несколько рулонов материи.

Разные оттенки и фактуры. Приятные глазам и пальцам.

— Тогда, конечно же, стоит поблагодарить Аштона, — согласился брат.

— Я бы желала сделать это, не откладывая! — я так решительно отложила салфетку, словно

немедленно собиралась перелететь через горы Грау и сказать “спасибо” щедрому жениху.

— Кстати сказать, мне и самому следует поговорить с Аштоном, — задумчиво произнес Матиас.

Я затаила дыхание, стараясь не выдать своего торжества.

— Договорились! — Матиас воткнул в кусок мяса острую вилку с витой ручкой. — Сейчас же велю

канцлеру связаться со двором Аштона и попросить его назначить встречу. Уверен, когда он

скажет, что его желаешь видеть ты, ждать нам придется недолго.

Матиас приказал вызвать канцлера прямо в трапезную.

Внутренне я праздновала победу. Но сразу себя осадила. Адела, ты пока что просто договорилась

о разговоре с неприятным тебе типом. Нужно сделать куда больше.

Насчет тканей я не врала. Мне и правда предложили несколько роскошных вариантов. По

традиции сэлонимов, платье невесты может быть бледно-голубым или нежно-розовым. Эти

оттенки настолько легкие, что издали наряд можно принять за белый.

Невесты драторинов выходят замуж в ярких одеждах, насыщенных цветов, словно ткань впитала

синь неба или душу пламени.

Эрлинки венчаются в белом и серебристом, под стать своим хрупким чертам и белокурым

волосам.

Пока я размышляла о свадебных обрядах разных рас и только собиралась перейти к меренговому

десерту, вернулся канцлер с ответом.

— Его величество король Далении Аштон Первый велел передать через своего придворного, что с

радостью побеседует с вами уже через полчаса.

— Вот видишь, сестрица, — подмигнул мне беззаботно как в наши лучшие времена, король, — все

и устроилось. Предоставлю тебе возможность первой пощебетать с женихом. Только смотри, не

расстрой его. Мне нужен он в приподнятом расположении духа.

Аштон Первый смотрел на меня, довольно прищурившись. Верно, решил, что я осознала свое

безвыходное положение и покорилась мужской силе.

Матиас, разумеется, выходить из переговорного зала не собирался, устроился с невозмутимым

видом в самом удобном и мягком кресле, уместив руки на подлокотниках а ноги на специальной

маленькой табуреточке.

Что ж, раз ты все слышишь, братишка, я особо сдерживаться не стану.

— Рад видеть тебя, моя прекрасная возлюбленная! - напыщенно поприветствовал меня жених.

— Мне тоже приятно, гардо Аштон, — скромно ответила я, как и положено обращаться к королю

другого слонимского государство.

— Ну, зачем же так официально? Скоро мы станем мужем и женой, так что отбрось свои

церемонии. Почему на твоем удивительном лице тревога? Мои посланники не сумели угодить?

— 0, нет. Аштон, — я пересилила себя, чтобы обратиться к нему просто по имени, — мастера

очень умелые, а ткани само совершенство, я восхищена.

— Все для моей красавицы-невесты! — расплылся в улыбке Аштон. — Тогда что тебя тревожит?

Матизс недовольно завозился в кресле. А вот нечего подслушивать. Зря я что ли так старательно

показываю, что мое чело омрачено беспокойством?

— Сегодня был посланник из Двэры, - я вздохнула, — он меня напугал.

— Чем же? - глаза Аштона раскрылись чуть шире.

— Адела! - предостерегающе начал Матиас.

— Дай ей сказать, — строго одернул брата Далейн, - я должен знать, что печалит мою суженую.

— Дерр Гуирн сказал, что надлежащий взнос не уплачен, а сроки уже вышли.

— И только то? — усмехнулся Аштон. — Предоставь эту проблему решать нам с вашим королем.

Ты под моей защитой, Адела.

— Но все же я имею право знать, что происходит с Приграничьем! - я тряхнула волосами и

капризно надула губы. Терпеть не могу пользоваться этим оружием, но сейчас мне не до этики.

Было бы слышно, я б еще и ножкой топнула. Но по орину будет не видно, так что нечего

усердствовать.

— Действительно, - заколебался Аштон, Адела рисковала собой, чтобы вы с ней, Матиас, могли

сейчас сидеть в этом зале.

По лицу Матиаса я видела, как ему надоело упоминание моих заслуг перед Эмедерой, таково

древнее название Приграничья.

Наш молодой король, который некогда был моим братом, уже просто жаждал от меня избавиться.

Неужели всех людей настолько портит власть?

Кажется, Матиас спутал ее со вседозволенностью.

— Мы хорошо все обдумали, — сказал Аштон, — и пришли к выводу, что драторины уже

полностью получили возмещение любого ущерба. И средства, что готова выделить Даления, лучше направить на восстановление крепостной стены Гардии.

— Но драторины дали нам десять дней на выплату долга! - с отчаянием воскликнула я.

Матиас ничего не напутал, когда говорил, что не собирается ничего платить. Его поддерживал в

этом Аштон. А может быть даже и наставлял.

— Десять дней? Вот как значит.

Король Далении усмехнулся.

— Советник желает выслужиться перед своим императором в день его появления на свет. Сделать

подарочек. Что ж, мы тоже подготовились.

— Аштон, не стоит все же обсуждать это при Аделе! - раздраженно вновь подал голос Матиас.

Но меня сейчас и тремя горными баранами отсюда было не вытащить.

— Сказано уже слишком много для того, чтобы оставлять меня в неведении насчет остального! —

твердо сказала я. – Вы собираетесь напасть на императора Кайтона Даэрда в его праздничный

день?

Оба молчали. Они не готовы были делиться столь важными сведения.

— Отвечайте! — потребовала я. — Вы требуете от меня уступок. Хотите содействия, говорите, в

чем мне предстоит участвовать. Иначе я расторгну помолвку.

— Адела! — Матиас сорвался на крик. — Не смей все портить, слышишь?

— Вы собираетесь подписать смертный приговор уже двум королевствам? — продолжила я

изобличение.

— Армия империи огромна! Что вы можете противопоставить грозным летающим драконам?

— Грозных летающих полукровок! — по тому, как Матиас это выпалил, я поняла, как он зол.

Вышел из себя и выдал тайну.

Я молчала, пораженная этой информацие:

— Адела, не стоит испытывать мое терпение, — в спокойном голосе Аштона звучала угроза, — я

готов простить тебя на этот раз. Ты волнуешься из-за предстоящих перемен. Но больше мы эту

тему поднимать не станем.

Голубой свет от орина резал глаза. Я вот-вот расплачусь.

— Надеюсь, ты поняла, что король Матиас действует обдуманно. Ты под нашей защитой, Адела. А

теперь иди.

Напускное радушие Аштона исчезло. В его взгляде мелькали молнии, а в голосе слышалось

бряцанье оружия.

Мне больше незачем было оставаться. Изобразив покорность, я поднялась и слегка поклонилась.

— Сожалею, что огорчила вас, короли. Не буду вмешиваться в дела государственной важности.

— Иди и дальше рассматривай богатые ткани, — величественно бросил мне брат, — а после мы с

тобой потолкуем.

Я ушла, выпрямив спину.

Главное стало понятно: Аштон и Матиас объединились с полукровками и собираются свергнуть

Кайтона Двэрда.

Убить императора Драторина в его день.

Что они станут делать дальше?

Очевидно, воспользуются сумятицей, откусят часть карты, наверняка, заберут реку Фенимолы. А

может быть, разорят Дазру.

Самое ужасное, я понимала, что этот план или хотя бы его часть может осуществиться.

Кайтона хотят убить.

Убить.

Убить.

Страшное слово стучало в висках, сгущая кровь, замедляя сердце.

Кайтон Двэрд враг моего народа. Наши интересы расходятся. Любовь между нами невозможна.

Но я не хочу его смерти. Он должен жить.

Пусть даже я стану дряхлой старухой ста пятидесяти лет, если доживу, а он все ещё будет

привлекательным мужчиной среднего возраста.

Это не важно. Я буду помнить его до последнего вздоха.

Не знаю, почему я в этом уверена. Но не сомневаюсь в силе своих чувств.

Магия артефакта сделала мою душу взрослее. И я многое стала видеть.

Иногда мне казалось, я старше Матиаса на десяток лет.

Не в силах сдерживать бурю внутри себя, я отправилась в храм.

Мне показалось, Хаур ждал меня. Он стоял у алтаря, перебирая ритуальные предметы. А когда я

зашла, приветливо улыбнулся.

— Как ты, принцесса?

— Ужасно, Хаур, — не стала я скрывать, — Матиас и Аштон объединились с полукровками и

готовятся убить Кайтона в последний день, данный нам для расчётов.

— Вот значит как. Молодой король не хочет расплачиваться за свои ошибки.

— Я не могу допустить такой катастрофы, — твердо сказала я, — мне нужно предупредить

драконьего императора. Но не получится сделать этого без единомышленников.

— Адела! — тревожно выдохнул жрец. — Если даже ты отыщешь императора и предупредишь

его, вызовешь новую волну жестокости. Драторины вернутся и не оставят от Гардии и камня.

Боюсь, тебе придется выбирать между императором и жизнью своих подданных.