Глава 13

Я пряталась за шторой, всматриваясь в уличный пейзаж. Окна кухни как раз выходили на главный двор, по которому медленно прохаживался маг-перевертыш. Помимо наблюдения за мной в его обязанности входило пропускать рабочих через силовое поле.

После случая с ночными заигрывания Эрика, Кристоф хоть и поверил ему, а не мне, но всё же запретил магу заходить в дом, сужая диапазон слежки до двора. С одной стороны, я была этому рада – теперь новый ухажер не достанет меня. А с другой – моя клетка стала ещё тесней.

– Больше она ничего не говорила? – спросила Мариса о произошедшем в лесу.

– Нет. Я тебе всё рассказала.

Мариса замолчала, обдумывая мой рассказ.

– Теперь понятно, откуда у него такая сила…

– Да ничего не понятно, – встревожено перебила её, – что теперь делать? Да и делать ли вообще что-то? Можешь, пустить все на самотёк?

– А как же демон, который захватит Кристофа? Тебе же это баба сказала, что он захочет твоей крови.

– Не захочет, если меня с ним рядом не будет.

– Но для этого нужно удрать отсюда подальше, а ты не можешь даже во двор выйти.

– Могу, но с Эриком сталкиваться не хочется, – я задумалась, и в голове забрезжила идея.

– Знаешь, а я придумала, как от него избавиться, – предложила Мариса, – Давай дождемся, пока он превратится в кошару, а потом я его сожру. Не, ну а чё? Он в плечах не сильно крупный, думаю, проглочу как-нибудь.

Он смеха у меня даже закололо в боку.

– Мариса, ты прелесть… Но, может, не стоит его есть, может, можно сыграть эту карту по-другому?

– О чём ты?

Я иду в свою комнату и осматриваю гардероб, выбирая вещи для нужного образа. Слишком откровенно одеваться нельзя – иначе это может спровоцировать у Эрика бурную реакцию. Но добавить в одежду немного огонька не помешало бы.

Через пару минут, я стояла в укороченной кожаной куртке, надетой поверх повседневного платья с декольте, выгодно подчеркивающим высокую грудь. Волосы собрала на затылке в тугой хвост, выставляя напоказ тонкую шею.

– Сдается мне, не я сегодня перевертышем ужинать буду, а ты им. Ты что задумала?

Отвечаю, нанося румяна на лицо.

– Эрик сказал, что я ему нравлюсь…

– Он сказал, что хочет тебя сожрать. Нравиться – это совсем другое, – поправила меня Мариса.

– Это незначительные детали. Я подумала, что если у него опять возникнет желание пообщаться со мной поближе…

– «Общаться»? Это называется по-другому.

Меня перекривило от её слов.

– Неважно. Так вот, если он подберется ко мне поближе, ты сможешь стащить у него ключи.

– Я?! Ни за что. Чтобы он меня захотел сожрать?

– Мариса, пожалуйста. Ты – моя единственная надежда.

– А может, ну его, этого кошару? Может, как-то через Кристофа получится договориться?

От воспоминания о вчерашнем вечере неожиданно перехватило дыхание, болезненно, будто от удара в область груди. Кристофу я не нужна, и он это отчетливо показал своим недоверием. У него свои странные мотивы, и договориться с ним не получится.

– Нет, Мариса. У него идея о сильном потомстве превыше всего. К тому же, если Ясна права, то у меня немного времени осталось. Вчера демон захватил Кристофа, и он чуть не убил того мужчину. Завтра на его месте могу быть я. Сбежать, используя Эрика – единственный вариант.

– Хорошо, я попробую у него стащить ключ.

Я, торопясь, вышла на улицу, отмечая, что сразу попала в поле зрения своего надсмотрщика. Как верный пёс он шел за мной следом на расстоянии десяти метров.

Дорога петляла, открывая великолепные пейзажи осеннего леса. Чем дальше мы отходили от Ясного Утеса, тем меньше попадалось на пути рабочие. Дорожка стало совсем узкой – видимо, не так часто сюда кто-то забирался. Впереди был только барьер. Тревога лихорадила моё сердце, но я старалась не выказывать волнения.

– Дальше идти некуда, синекровая, – рычащим голосом произнес перевертыш.

Я понимала, что должна как-то обозначить свой интерес, чтобы он захотел подойти ближе. Но максимум, что смогла сказать приятного:

– И без тебя знаю.

В этот момент, стало ясно, что идея пошла крахом – я не смогу переступить через себя, играя на его симпатии.

Развернувшись обратно, я напарилась к замку под его пристальным взглядом. Меня легонько потрясывало от отвращения, хотя внешне его можно было назвать даже симпатичным. Отталкивала личностная неприязнь.

Я с ним поравнялась всего на секунду, и этого было достаточно, чтобы маг обхватил меня сильными руками и прижал к себе.

– Всё-то она знает. Ты зачем меня сюда завела, синекровая? – его противный голос звенел возле моего уха.

Я попыталась вырвать, но ничего не вышло.

– Никого я не заводила, ты… – оскорбление застыло на моих губах, когда я почувствовала, как Мариса осторожно сползает по моей руке в карман Эрика.

– Я схожу с ума от твоего запаха. Раньше, ты меня так не волновала, синекровая.

Мариса ухватила зубами за торчащее из штанов ушко ключа. Ещё немного – и он будет у нас.

Эрик поцеловал мою шею, я противно скривилась, словно произошло самое мерзкое, что могло случиться в жизни.

Клацнув зубами и вернувшись в рукав, Мариса вложила ключ в мою ладонь. Со всей силы я ударила Эрика затылком по переносице. Он вскрикнул и схватился за нос, из которого потекла кровь. Освободившись, я побежала сломя голову к барьеру, чтобы выбраться за ограждение. Если я перейду его, то Эрик, оставшись без ключа, не сможет меня достать.

Свобода была совсем близко, когда сильные кошачьи лапы повалили меня на землю лицом в грязь. Ключ свалился в траву, всего в нескольких метрах от свободы.

Мгновенно преобразившись в человека, он перевернул меня лицом к себе, прижимая к земле весом своего тела. В его глазах горело дьявольское пламя. Мне стало очень страшно.

– В этот раз ты не убежишь от меня.

– Отпусти!

– А если не пущу?

– Кристоф с тебя шкуру живьем снимет!

– Не снимет, он тебе не поверит. Мы уже это проходили, – он смаковал каждое слово.

Но удача ускользнула из его рук.

– Мне, может, и не поверит. А как насчет свидетелей?

Двое рабочих почему-то прогуливались по лесу. Я была несказанно благодарна этим ребятам. Они уже стали обращать на нас внимание.

Сверкая злым взглядом, Эрик отпустил меня. Встав на ноги, я побежала к спасительному замку.

Я забежала внутрь и оперлась о стену, переведя дыхание.

– Если бы у меня были ладоши, я бы похлопала, – парировала Мариса. – Тебе нужно дать награду за самое художественное падение.

– Твои идеи не лучше. Одно заколдованное печенье чего стоило.

– С печеньем всё было отлично. Кто же знал, что ты жалостливая.

– Всё равно – это было неправильно!

– Знаешь. Разбирайся со своими ухажёрами сама. Мне абсолютно все равно, где ты живешь и как. Моральный аспект меня не интересует, главное, чтобы тело было здорово.

Она обиженно сползла с моего плеча и поползла в направлении строительных работ. Хоть я и злилась, мне не хотелось, чтобы с ней что-то случилось на реставрации. Я последовала за ней.

В молчании мы почти дошли до главного зала, но у парадных дверей наткнулись на Альберта.

– Добрый день, фрау Йенсен.

– А добрый ли он? – прыскала ядом Мариса, всё ещё кося на меня взгляд.

Видимо профессор почувствовал наши трения и немного замялся.

– Профессор, – начала самка питона, – а что вы знаете о демонах?

– О! Это один из моих любимых вопросов. Есть теория, что много миллионов лет назад магический импульс, создавший нашу вселенную…

– Нет, профессор. Так далеко мне не надо. Давайте вообразим, что в человека вселился демон. Как его достать?

– Это невозможно.

– Почему? – вклинилась я в их разговор.

– Демоны не существует. Они исчезли, как и динозавры.

– Но, если допустить, что такое возможно. Есть ли у вас какая-то теория как освободить человека от демона?

– Знаете, в 1932 году в одном шотландском городке, произошел интересный случай. Один рыбак утверждал, что его захватил демон. Его бы сочли за сумасшедшего, если бы сила его магических способностей не возросла до неимоверных высот.

– И что произошло дальше?

– Собрался консилиум. Его начали наблюдать. Временами личность демона захватывала его, а иногда возвращался и сам носитель. Это было нереальное открытие. Жаль, что мне не удалось застать его.

– Почему? – спросила я завороженная информацией.

– Ему удалось сбежать, и на первом же перекрестке он попал под колеса грузовика. В заключении написали, что страдал шизофренией. Абсурд! Я уверен, что там было настоящее подселение.

– А этот человек не говорил, почему этот демон попал именно к нему?

– Он говорил, что случайно потревожил какую-то реликвию, и теперь демон проснулся и хотел заполучить его тело. Из этого я сделал вывод, что демоны не могут существовать в нашем мире в истинном обличии.

– Значит, вы не знаете, как освободиться от демона?

Альберт потер свою лысину, явно озадаченный моим вопросом.

– Есть только теории. Если хотите, у меня есть большая библиотека трудов на тему демонологии. Могу вам их принести.

– Я бы хотела на них взглянуть, – отвечаю профессору.

– Хорошо. Завтра подберу вам пару диссертаций, – Альберт явно обрадовался моим интересом к его работе.

Окрыленный, он скрылся из виду. Мариса озадаченно посмотрела на меня.

– Что? – спросила у фамильяра.

– Вот это правильный подход. Не бежать от проблемы, а решать её. И, между прочим…

Чувствуя, как тьма заволакивает мой взор, а рецепторы словно переносятся в другую реальность, а пробормотала:

– Тише. Ничего не говори. Грядет видение.

***

Прорываясь сквозь блокаду журналистов, которые то и дело норовили урвать от Кристофа хоть единственный комментарий, он зашел в палату сената. Это было достаточно странно. Ранее здесь заседали только особы голубой крови. После революции над зданием подняли флаг оппозиции, и здесь уже были только простые маги.

Теперь же зал был переполнен представителями противоборствующих сторон. Косые взгляды то и дело летали от одной группы оппонентов к другой. В помещении чувствовалось плохо скрытое раздражение и неприязнь. Будто кошку с собакой закрыли в одной комнате и заставили принимать законы.

Клара шла где-то позади, на ходу проверяя речь Кристофа. Сегодня он будет выступать на трибуне впервые после возвращения королевы, журналистов допустят в сессионный зал для трансляции по телевидению. Война за избирателей шла не шуточная.

Пробежав взглядом по толпе людей в деловых костюмах, Кристоф заметил своего старого знакомого Ханса. Помня об интервью по телевизору, он не мог ни подойти поздороваться:

– Добрый день, герр Ларсен. Приятно видеть знакомые лица в стенах моей обители.

Кристоф не предложил руку для рукопожатия, ещё раз подчеркнув своё отношение.

– Добрый, герр Йенсен. С нетерпением жду вашего доклада.

– Кто бы сомневался, – Кристоф отошел от Ханса, но внутренняя личина не смогла себя не проявить. – Кстати, моя супруга передавала вам привет, – от этих слов Ханс побелел. Наслаждаясь его реакцией Кристоф продолжил: – Она хотела с вами лично поговорить. Но раз вы выразили своё беспокойство о её пропаже публично, она ответит вам тоже перед лицом общественности. Так, чтобы ни у кого не осталось больше сомнений, кто её муж, а кто монстр, предавший её ради карьеры.

Кристоф посмотрел на часы.

– Мне пора. Меня ждет доклад.

На волне эйфории Кристоф начал подниматься по лестнице, на которой столпилось ещё сотня политиков. Как его передернуло – Ив наблюдает за ним! Он растерялся и не знал, что делать. Сбежать не мог – он был в центре внимание, но и выдавать себя нельзя. Он поднял голову и начал рассматривать потолок, шторы на окнах – да всё, что угодно, лишь бы обесцветить окружающий мир. В него то и дело врезались те, кто торопился в сессионный зал. Пока его не одернули так сильно за руку, что он не смог не обратить на это внимание.

– Кристоф, что с тобой? Ты словно не в себе, застыл как статуя, – Клара стояла и смотрела на оппозиционера, а Ив видела её.

– Клара, чёрт! Как ты невовремя! – прорычал Кристоф.

Но было уже поздно. Где-то в глубине громко смеялся Морок, который специально не предупредил хозяина о приближение видения.

Я видела, что незнакомец находится среди толпы. Не знаю почему, но в этот раз он позволил мне взглянуть на момент своей жизни без ужимок и скрытости. А присутствие Клары – девушки, которая работает вместе с Кристофом, доказывало, что он вертится в высших политических кругах. Стало ясно почему, он не хотел со мной встречаться и сторонился эти годы – он один из оппозиционеров, который не хочет марать свою репутацию связью с такой, как я. Сегодня я ждала Кристофа как никогда. Наконец, в половине восьмого вечера легонько скрипнула дверь на кухню, и появился мой «законный супруг».

– Как прошел день? – решила первая нарушить молчание.

– Хорошо.

Кристоф даже не посмотрел мне в глаза. Меня кольнула нотка ревности, но я тут же прогнала внезапно возникшее необоснованное чувство. Ужинали в тишине. Мне хотелось у него расспросить про сегодняшний день, о Кларе и о том человеке, который был рядом с ней, но не знала с чего начать.

– А ты сегодня видел Клару, ту девушку с дня рождения твоей матери?

Кристоф подавился и начал откашливаться.

– Наверное. Сегодня было много людей вокруг, всех не упомнишь.

– Но она же твой секретарь. Как ты мог её не замечать?

– Она всегда рядом, как серая мышка. Очень удобный человек, незаметный.

Я замолчала. Он заводил разговор в тупик.

– А ты не мог бы организовать нашу встречу. Мне нужно у неё кое-что узнать.

– Спроси у меня, может, я тебе помогу.

Растерявшись, я не знала, что ответить.

– Это личное, женские секреты. Ты не поймешь.

– Нет. После этого ты просто обязана мне сказать, что у тебя за тайна. У супругов не может быть секретов друг от друга.

Глаза Кристофа блестели в яростном азарте.

– Я не могу тебе сказать… иначе не получится сюрприз.

– Ладно, я подумаю. Что мне за это будет?

Хитрец не мог просто так упустить такой возможности. Скрепя сердцем я произнесла пораженческую фразу:

– Что ты хочешь?

Даже слепой заметил бы сияющее и преисполненное удовольствием выражение лица Кристофа.

– Ночь в моей постели.

От его наглости Мариса выползла на плечо с открытым ртом.

– Это немыслимо! Ты что себе позволяешь, извращенец! – впервые выступила змея с прямым протестом.

Кристофа изменился в лице – теперь на нём явно читались неприкрытые раздражение и ярость. Он встал с места, так быстро схватил Марису за голову, что ни я, ни она не успели даже понять, что произошло. Змея вилась в его руках, как дождевой червяк.

– Кристоф, не надо!..

Я осеклась – он посмотрел на меня так, что застыла кровь в венах – в его взгляде я увидела демона.

– Сиди! Мы сами разберемся.

Я следила за происходящим, готовая кинуться в защиту фамильяра – если её жизни будет что-то угрожать – в любой момент. Мариса крутилась и вырывалась, пока Кристоф не достал из шкафа глубокую кастрюлю и не посадил туда самку питона, накрыв крышкой.

– Выпусти меня, негодяй! Я буду жаловаться в профсоюз защиты фамильяров!

Она пыталась открыть крышку, но Кристоф замкнул её магией.

– Ты была плохой девочкой, Мариса. У тебя слишком дрянной язык. Ты должна извиниться, – уже беззлобно, но с издевкой и какой-то грустью тихо ответил Кристоф.

– Ни за что!

– Тогда придется тебя наказать.

Он поднял на небольшую высоту кастрюлю и со стуком поставил её на место.

– Вот я и попробую, какие змеи на вкус. На плиту я тебя уже поставил, осталось разжечь огонь, – говорил Кристоф с мальчишеским озорством.

– Что? Я тебе не верю, – с сомнением ответила Мариса.

Кристоф взял с полки зажигалку и намеренно громко щелкнул ей, так, что змея это слышала.

– Хорошо горит огонек, сейчас разожгу плиту. Точно не передумала?

– Не-е-ет, – с беспокойством ответила Мариса.

– Значит, подарю Ив нового фамильяра. Такого, чтобы знал свое место. Сейчас начнет нагреваться.

– Ив! Ив! Спаси меня! – заметалась змея в кастрюле. – Этот гад околдовал тебя, почему ты ему не помешаешь?! Как же здесь жарко! Мне уже дышать нечем!

Хоть мне было жаль Марису, я начала смеяться. Даже Кристоф с трудом сдерживался, чтобы не разоблачить свой обман.

– К черту! Прости меня, Йенсен! Выпусти меня!

– А поласковей?

– Прости меня, пожалуйста, – раздался виноватый голос из кастрюли.

– Скажи, кто твой папочка? – издевался Кристоф.

Хватаясь за бок от беззвучного смеха, я еле удержалась на стуле.

– Ты мой папочка.

Мы с Кристофом взорвались хохотом до слёз, и Мариса, наконец, поняла, что мы её разыграли.

– Чего вы смеетесь? – она высунула голову, на которой крышка застыла, как шляпка. Мы с Кристофом не могли вымолвить ни слова, лишь хохотали так, что рисковали вывихнуть челюсти. Мариса увидела, что кастрюля стоит на столе и взвилась:

– Ах, ты ж…,

Кристоф красноречиво щелкнул зажигалкой перед носом змеи, напоминая о возможных последствиях её необдуманных слов. Мариса обиженно зашипела:

– Ничего-ничего, будет и на моей улице свадьба… – и сползла со стола, гордо удалившись из столовой.

– Зачем ты так с ней? – я уже успокоилась и вытерла слезы.

– Должна знать своё место. Ты её разбаловала.

Я не стала спорить, ведь он прав.

– Так что насчет моего предложения?

– Я не буду с тобой спать и тем более…

– Что «тем более»?.. Скажи это.

– Я не буду заниматься с тобой сексом, – говорю ему с вызовом.

Кристоф медленно подошел и, облокотившись на стол и спинку стула, навис надо мной.

– Я не занимаюсь сексом по принуждению, – я вбирала с себя каждое его слово, – я предлагаю провести ночь рядом со мной. Пока что это моё единственное желание.

Я нервно сглотнула вязкую слюну, чувствуя, как мои щеки горят адским пламенем.

От отошел от меня и направился к выходу из кухни. Ошарашенная, я молчаливо следила за ним. В дверном проходе он остановился и ещё раз посмотрел на меня.

– Это предложение действует только сегодня. Дверь в мою комнату для тебя никогда не заперта.

Я тихонько вошла в свою комнату, где обиженная Мариса распласталась на кровати, гордо отвернувшись к стене.

– Предательница!

– Мариса, ну прости. Но ты действительно перегнула палку – Кристоф был в чем-то прав. И я не предательница, я следила, чтобы он не причинил тебе зла.

– Вы надо мной смеялись. А я тебя защищала, – с горечью произнесла змея. Я села рядом с ней и ласково провела по блестящей чешуе. Мариса дернулась, откидывая мою руку. – Не друг ты мне больше!

– Прости. Я больше никогда не дам ему над тобой смеяться. Даже готова постоять за твою честь, – скрыть, что меня все ещё веселила сцена в столовой, получалось плохо, но я старалась говорить серьезно.

– Правда?

– Честно. Только не обижайся, ты же у меня одна осталась.

Довольная моим признанием, Мариса оттаяла и обвилась вокруг запястья.

– Ладно, прощаю. Что ты будешь без меня делать? Совсем погибнешь между своими мужиками. Я же одна у тебя такая прелесть.

– Это точно.

Я откинулась на кровать, уставившись на хрустальный светильник и прислушиваясь к своим желаниям: одна часть меня хотела принять предложение Кристофа, другая категорически протестовала.

– И что ты решила насчет Кристофа? – даже Марисе это не давало покоя.

– Я в замешательстве.

Время то стремительно неслось, то мучительно тянулось, но к началу одиннадцатого я решилась. В его спальне было темно, дотлевающие угольки были единственным источником света. Я мечтала, чтобы к моему приходу Кристоф крепко спал, я бы тихонько прилегла с краю и до утра осталась бы незамеченной. Сначала всё шло по плану. Кроме размеренного дыхания мужа не было ни одного звука. Я тихонько сняла халат, оставшись в ночной рубашке, и осторожно прилегла на край. Кровать предательски заскрипела.

– Пришла всё-таки, – произнес Кристоф.

Я вздрогнула от неожиданности, когда он сгреб меня в охапку и прижал к себе.

– Без рук, пожалуйста.

Попробовала от него отодвинуться, но вышло только скомкать одеяло – он меня не отпустил.

– Про руки в уговоре ничего не было. Про секс помню, – прошептал мне на ухо, и по телу разлилась волна легкого возбуждения, … – про руки – нет.

Я чувствовала каждый удар его сердца, и моё билось с ним в унисон. Дыхание Кристофа обжигало кожу, делая объятья ещё жарче. Сон как рукой сняло. Да и как тут можно было уснуть, когда тебя так ласково обнимают? Я замерла, боясь пошевелиться.

Почти невесомый поцелуй коснулся моей шеи. Это было так неожиданно, что я шумно глубоко вдохнула, выдавая своё удовольствие. Не оставив это без внимания, Кристоф поцеловал меня ещё раз, но уже увереннее и настойчивее. Повернув к себе лицом, страстно одарил мои губы нежностью. Я не противилась – я наслаждалась. Как бы стыдно это не было признавать.

Его ладонь скользнула по моему плечу, будоража тело. Он осторожно прикасался к моей коленке, проводил пальцами по бедру. Он искал границы дозволенного. К несчастью, они у меня ещё были:

– Кажется, у нас совершенно разные представления о фразе «ночь в моей постели».

Я едва видела его лицо – он улыбался.

– Видимо, да.

– Я обычно ночью в постели сплю. А ты что под этим подразумевал, когда позвал меня?

– Помимо разных… шалостей? Бывает и сплю.

От слова «шалости» я нервно хихикнула.

– Спокойно ночи, Кристоф, – я немного отодвинулась от него.

– Сладких снов, – он легонько коснулся губами кончика моего носа.

Ещё немного мы полежали лицом к лицу, пытаясь рассмотреть размытые темнотой силуэты друг друга. Я часто заморгала, но скоро сон сморил меня.

***

Так крепко я не спала ещё никогда в жизни. Когда наступило утро, Кристофа уже не было. Я этому была даже рада. Наши столкновения приобретают неожиданные повороты. Его невозможно предугадать и чертовски сложно остановить.

Надев халат, я вернулась в свою комнату. Здесь совсем ничего не изменилось: кровать, комод, прикроватная тумбочка… В углу – зеркало во весь рост, декорированное ковкой. Но стоило мне взглянуть на него, как меня одолел страх.

На зеркальном полотне грязью было написано «Синекровая», а чуть ниже – следы от огромных кошачьих лап.

– О! Ты уже вернулась? – как ни в чем не бывало в комнату заползла Мариса. – К тебе гость ночью заходил. Я спряталась в подушках и не дышала, чтобы он меня не прибил. Видимо, он сильно огорчился, когда не нашел тебя в постели.

– Эрик?

– Да, этот блохастый! Походу, умом совсем тронулся. Я не стала ничего здесь трогать, чтобы ты смогла это показать Кристофу. Чтобы он вышвырнул этого гада.

Я схватила в ванной первое попавшееся полотенце, намочила его и принялась быстро стирать оскорбительную надпись.

– Ты что творишь! С ума сошла! – возмутилась змея.

– Это не поможет. Даже если я покажу надпись, Кристоф мне не поверит. К тому же Эрик скажет, что поймал меня при очередной попытке к бегству.

Со всей злостью, на которую была способна, я стирала буквы, представляя, как буду душить Эрика этим же полотенцем. Через считанные минуты зеркало снова засияло. Мариса следила за мной, но влезать не стала.

– Какая у вас страшная вражда.

Я вытирал псише насухо, когда услышала за спиной женский голос:

– Так вот чем занимается в своем замке фрау Йенсен! Тяга к чистоте – это всегда похвально.

Вальяжно в мою комнату вошла Клара. Я не ждала гостей, но встреча с ней меня взбодрила.

– Кристоф сказал, что ты зачем-то хотела со мной поговорить. В детали не вдавался. Вот я и пришла. Что тебе от меня надо?

Смущенная её дерзким тоном, но я все же спросила:

– Ты вчера была с Кристофом на каком-то большом собрании.

– Да, Кристоф выступал с докладом сенате. А что?

– Ты задержалась на лестнице с одним человеком, он что-то тебе сказал. Кто это был?

– Лестница?.. Человек?.. Не помню, людей было много. Мало ли, кто мне что сказал. Как он выглядел?

Я запнулась, не представляя, как ответить на вопрос.

– Я не знаю.

Клара странно на меня посмотрела, но в подробности вдаваться не стала, прошлась по комнате, рассматривая интерьер.

– Ты любишь Кристофа? – её вопрос застал меня врасплох и заставил вздрогнуть.

– А тебе это зачем?

– Может, мне есть, что тебе рассказать. Но всё зависит от твоего ответа и того, умеешь ли ты хранить тайны.

С дерзостью смотрю в её глаза.

– Не люблю.

– Я так и думала, – она подошла ко мне ближе и шепотом произнесла, – Ханс Ларсен хорошенько прижал Кристофа, и чтобы выпутаться, ему нужно, чтобы ты дала опровергающее интервью… Хочешь развод? У тебя появились сильные рычаги давления. На кону выборы и репутация Кристофа… Подумай над этим.

Но мои мысли были о другом. Клара настолько сильно хотела заполучить Кристофа, что была готова рисковать своими идеалами и его расположением? Стало не по себе.

– Я подумаю.

Немка направилась к двери, но возник вопрос, на который я должна была получить ответ:

– Клара, – она обернулась, – Он ведь тебя не любит. Зачем ты это делаешь?

– Зато я его люблю. Мне этого достаточно.

***

Цокая каблуками по почти отреставрированным лестницам, Клара вышла на улицу. За спиной остался Ясный Утес и живущая в нём соперница. Её коробило в присутствии Ив, и если бы не личная просьба Кристофа, она бы ни за что не переступила порог их дома.

Монотонная музыка послышалась в глубине сумки. Немка начала рыться в поисках источника звука. На мониторе высветилось знакомое имя, прочитав которое Клара нежно улыбнулась.

– Да, Кристоф. Я уже возвращаюсь в офис.

– Ясно. Что говорила Ив?

Клара немного скривилась, услышав её имя с уст Кристофа.

– Как ты и предупреждал, спрашивала о лестнице и каком-то мужчине. Я сказала ей, как ты велел.

– Хорошо. Ничего лишнего не сболтнула?

Легкий страх уколол Клару, но она ответила:

– Нет. Сделала всё, как ты хотел. Она ещё про какой-то невнятный сюрприз говорила, но я не поняла толком, что она имела в виду.

– Понятно.