Глава 25

Британи с трудом дождалась конца лекции и под надуманным предлогом: потеряла заколку, задержалась в аудитории. Ей нужно было остаться с преподавателем наедине. Вовсе не из романтичных побуждений. При всем уважении, господин Веер мог покорить сердце только очень престарелой девицы.

Убедившись, что остальные студенты высыпали в коридор, Бри вылезла из-под стола и пригладила волосы.

Господин Веер стирал с доски генеалогическое древо Оронтов — первой королевской династии Ромира. Вслед за ней сменилось еще три, пока на троне не укрепились Очароны. Круг замкнулся— с «о» все началось, «о» и закончилось.

Девушка пожевала губы, не зная, как подступиться к вопросу.

— Вам что-то нужно? — спиной ощутив ее взгляд, преподаватель обернулся и отложил тряпку.

— Да, — покраснев, кивнула Британи и смело шагнула вперед. — Не могли бы вы посоветовать мне какие-нибудь труды о Черном графе?

Именно так, лучше не упоминать имени Бернадет.

— Черном графе? — поднял брови господин Веер. — Прочитали очередной приключенческий роман? Граф многим не дает покоя. Кем только его не выводили! И романтическим героем, и злодеем.

— А на самом деле? — уцепилась за его слова девушка.

Она старательно прятала волнение, но пальцы все сильнее впивались в ремень, грозя оставить глубокие вмятины. Сумка стала ее щитом, средством хоть как-то контролировать свои эмоции.

— Кто знает! — пожал плечами преподаватель истории. — Обычный человек со своими достоинствами и недостатками. Но если всерьез заинтересовались, — Британи активно закивала, — я набросаю небольшой список. Сами понимаете, дело давнее, придется повозиться с хрониками. Вам это надо?

Протерев очки, господин Веер вопросительно посмотрел на девушку. Глаза его сильно косили. Студенты шутили, что он единственный из всех преподавателей умудрялся проверять тетради и любоваться видом из окна. Седой, в неизменном старомодном пиджаке в «елочку», господин Веер напоминал Бри доброго дедушку, с той лишь разницей, что ее дедушка наверняка не стал бы заплетать волосы в косичку.

— Я раздумываю над темой дипломной работы, — соврала Британи, — постепенно, чтобы не откладывать на последний год, собираю теоретическую часть. Сами понимаете, ради двух строчек приходится изучить уйму литературы, прочитать про кучу людей.

— Похвально! — Даже неловко стало, преподаватель ей поверил. — Немногие ваши сверстники задумываются о будущем. Большинство на первом курсе кутят и считают, будто диплом — это нечто эфемерное и далекое. Хорошо, зайдите ко мне на кафедру часиков в пять, попытаюсь что-нибудь подобрать.

Поблагодарив, Бри выскользнула в коридор.

Увы, существовала и вторая причина, по которой девушка предпочитала засиживаться в аудитории. Драка с Морвеной и Гордией наделала много шуму, а после новости об их исключении Британи превратилась в центр всеобщего притяжения. Сокурсники жаждали подробностей, студенты других годов обучения приходили взглянуть на ту, которая перечеркнула мечты сразу двух мажорок. Сегодня был и вовсе особенный день — родители исключенных студенток подали апелляцию. Как раз сейчас ее рассматривал специально сформированный учебный совет. Само собой, Британи меньше всего на свете хотелось столкнуться с разъяренной госпожой Гали или высокомерным господином Альсом. Для родителей, особенно богатых и знатных, их дети непогрешимы, а подлость, алчность и грубость присуща исключительно простолюдинам.

— Погоди!

Софа ухватила подругу за руку, задержала у двери. Британи не удивилась, что та ее караулила. Уж кто-то, а София в россказни о заколке не поверила бы. Но, вопреки ожиданиям, соседка не спешила выпытать подробности разговора с господином Веером. Она волновалась, что с Софой случалось редко, то снимала, то надевала очки. В конце и вовсе убрала их в сумку. К тому моменту Бри знала, те — лишь часть образа, со зрением у подруги все в порядке.

— Что случилось? — не выдержав, спросила девушка.

Если она еще немного постоит с молчаливой подругой, начнет грызть ногти.

— Тебя ищут, — оглядевшись по сторонам, быстро шепнула Софа.

— Кто? — недоуменно переспросила Бри.

Никаких прегрешений за ней не числилось, а Кевин вряд ли нагнал бы на Софию страху.

— Тебе лучше затаиться, — продолжала соседка. — Заболеть, пропасть, уйти в запой.

— Запой? — Британи окончательно перестала что-либо понимать.

— Иначе попадешь на ковер, — мрачно закончила Софа. — Родители Морвены жаждут крови. Они хотят, чтобы твое поведение тоже разобрали на совете, устроить очную ставку. А нету тела, нету дела. Ректор задним числом исключать не станет, выпроводит богатеев пинком под зад.

Такого развития событий девушка не предвидела. Она догадывалась, господа Альс и Гали захотят плюнуть ей в лицо, постараются задеть, оскорбить, но требовать присутствовать на совете в качестве третьего виновного лица!.. Хотя о чем это Бри, яблоко от яблони недалеко падает. Морвену и Гордию она хорошо знала, могла приблизительно представить, каковы их родители.

— Словом, прямо сейчас выбираешься огородами и прячешься, — подытожила Софа. — И не в нашей комнате, туда точно заглянут.

— Но впереди трансфигурация…

«И мастер Лука меня убьет, расчленит и превратит в грибы, если я не явлюсь», — мысленно закончила девушка.

Арсан ненавидел прогульщиков и не делал поблажек для отстающих. Британи с трудом освоила предыдущее заклинание и не хотела заработать дополнительные вопросы из-за следующего. Девушка и так сомневалась, получит ли допуск к экзамену. Впрочем, не она одна. Задания господина Луки грозили вылиться в тотальный недопуск стихийников к сессии. Он явно перепутал студентов первого и третьего курса, требовал невозможного, за гранью дара. Якобы только так и можно вырастить стоящего мага.

— Домой хочешь? — прошипела в самое ухо Софа. — У Гали денег куры не клюют!

— Ты намекаешь?..

Но если отец Морвены подкупил членов комиссии, неявка Бри ничего не изменит.

— Я намекаю, что ему надо остыть, а ректору — надавать тумаков подчиненным для очистки ума. Вот, держи!

Порывшись в карманах длинного жилета из вяленой шерсти, — Софа по-прежнему эпатировала публику, бросая вызов моде, — она извлекла горстку мелочи.

— На кофе хватит. Или в таверну нашу забреди, успокой нервы элем.

— Нет! — покачала головой Британи. — Я и так в долгах как в шелках.

— Ты моя подруга, — настаивала София, — а друзей надо спасать. Не хочешь пить, с Кевином погуляй. Против сына барона Ташира никакой банкир слова не скажет. Хочешь, сходим к нему? Все равно Кевина от занятий освободили, он на полигоне. Чай не скотина, войдет в положение.

— Не стоит. Он к Королевским играм готовится.

— Кевин и так все умеет, — стояла на своем Софа. Разработав план «А» и «Б», она повеселела, стала прежней, самоуверенной. — Ничего, посвятит пару часов даме. Между прочим, он тебе должен. Сколько занятий прогулял? Пусть отрабатывает.

Подруга потащила Бри к лестнице, но девушка заартачилась. Нехорошо это, неправильно. И как же господин Веер, она обещала зайти… С другой стороны, Софа права, родители «обиженок» сделают все, чтобы плакали не только они. Пришлось попросить соседку забежать на кафедру за литературой.

— Что-то новое нарыла?

Софию было сложно провести. Она сразу смекнула, книги про Бернадет.

— Да так… — замялась Британи. — Хочу отследить потомков Марша Видера. Мне тут говорили… Чушь, конечно, но надо проверить.

— То есть ты?..

Ахнув, Софа зажала рот ладонью. От удивления она даже подругу отпустила. В такой позе ее и застала Эмили. Секретарь факультета стихийной и природной магии была мрачнее тучи. При виде Софии она нахмурилась еще больше и напустилась на нее с упреками:

— Ларк, где вы ходите?! Вам что сказано? Почему вы до сих пор не привели Орув?

В голове Британи щелкнуло. Ну да, соседка— староста, поэтому ей известно о злодейских планах Гали-Альсов. Нехорошо вышло: Бри едва не подставила подругу. Если ее Эмили так распекает, то остальные и вовсе разделают под орех. Зато девушка убедилась в правильности принятого некогда решения сблизиться с Софой. Пусть она странная, порой невыносима и вообще аристократка, зато настоящий друг.

— Я как раз вела ее в деканат, — не моргнув глазом, соврала Софа. — Или я должна была прерывать мастера Веера, врываться посреди разговора? Он задержал Британи. Имел право.

Эмили скорчила страдальческую гримасу и накрутила на палец один из светлых локонов. Она явно собиралась на свидание: блуза в цветочек, светло-розовая юбка. А тут вдруг протокольное событие, тоже наверняка выговор получила.

— Давайте быстрее! Я устала слушать ор по переговорному шару.

Крутнувшись на каблуках, Эмили с важным видом удалилась. Не сговариваясь, подруги показали ей языки.

— Вечно только о своей заднице печется! — буркнула Софа. — И по каждому поводу кучу бумажек требует.

Помолчав, она вздохнула и похлопала Британи по плечу.

— Надо идти. Принесла же нелегкая Эмилию!

— Она не виновата, ей приказали. Ничего, справлюсь.

В последнем Бри сомневалась, но выбора не было, либо со щитом, либо на щите.

«Скажу правду, — думала по дороге в деканат девушка. — Повторю столько раз, сколько нужно. Ректор все видел, свидетелей драки хватает. Главное, не поддаваться на провокации, а то из овечки превратишься в волка».

Скупое осеннее солнышко не радовало. Оно то появлялось из-за низких плотных облаков, то снова пропадало.

Возле каменных цветочных вазонов факультета привычно бурлила жизнь. Невольно вспомнился первый день в академии, когда один из них облюбовал Мердок. Где он теперь, как поживает? После истории с Кей они больше не виделись.

При виде Британи разговоры смолкли. Сидевшие на ступенях студенты посторонились. По коже девушки пробежал холодок. Неприятное ощущение! Словно на казнь идешь. Да ну, Софа преувеличивает, при всем богатстве отца Морвены, просто так из академии не исключают. Однако уверенность в благоприятном исходе таяла с каждой минутой. Когда Бри добралась до приемной и после кивка Эмили постучалась в конференц-зал, она допускала любой исход разбирательств.

За обитыми для шумоизоляции плотной тканью дверьми оказалось вытянутое полутемное помещение. Судя по всему, им давно не пользовалось, во всяком случае шторы не мешало бы выбить и обновить. Из мебели здесь был только прямоугольный стол на двенадцать человек и небольшая кафедра перед грифельной доской в торце помещения. Специально для заседания принесли три стула. Два заняли Гордия и Морвена, разодетые как для загородного пикника. Третий, по иронии судьбы, по другую сторону кафедры, предназначался Британи.

Обведя взглядом собравшихся, девушка поздоровалась. Большинство преподавателей она знала. Родителей обидчиц тоже вычислила быстро, по одежде. Они устроились подле ректора по обе стороны стола, даже декана факультета оттеснили.

— Присаживайтесь!

Господин Лабриан указал Британи на свободный стул. Одна из дам, то ли мать Гордии, то ли Морвены буквально прожгла ее взглядом. Вторая предпочла демонстративно не заметить. Сглотнув, девушка присела и приготовилась к экзекуции. Судя по ухмылкам подружек, они что-то замышляли. Может, стоило послушать Софу и сбежать?

Секретарь заседания — эту роль взяла на себя Нора — монотонно зачитала шапку протокола, ввела Британи в курс дела. Она слушала вполуха, больше наблюдала. Ага, дама с пером — матушка Морвены. Возраст застыл на определенной отметке после тридцати. Над ее лицом явно колдовали специалисты: никакая наследственность не обеспечила бы полного отсутствия морщин и идеальную кожу. Зато ее супруг облысел, чего совершенно не стыдился. Еще бы, с его-то выставленными напоказ карманными часами! Продав инкрустировавшие их крышку камни, можно оплатить целый год обучения в колледже. Альсы попроще. Мать Гордии чуть перебарщивала с косметикой, чтобы скрыть приметы возраста, а отец обзавелся небольшим брюшком.

— Итак, чем ответите на выдвинутые против вас обвинения? — словно сквозь плотную завесу тумана донесся до Британи ровный, холодный голос ректор.

Она увлеклась разглядыванием супружеских пар и пропустила суть выдумок недоброжелательниц. Ладно, как-нибудь выкрутится. «Мастер Лабриан на моей стороне», — мысленно повторила девушка и прошла за кафедру, давать показания. Ее постоянно прерывали. То Гордия, то Морвена с места выкрикивали: «Ложь!», всеми способами сбивали с толку комиссию, не давали Бри и слова сказать. Все — с молчаливого одобрения родителей. Однако Гвену подобное поведение не нравилось. Сделав каждой по предупреждению, он добавил:

— Еще одно замечание, и обеих удалят из зала.

Пришлось подружкам, надувшись, замолчать.

— Закончили? — Слово взяла матушка Морвены. Она со скучающим выражением лица крутила жемчужный браслет на запястье. — Ничего не хотите добавить? Например, как выставили мою дочь на посмешище, изобразив ее создательницей гнусной сплетни? Или как оскорбляли, называя словами, которые неприлично повторять? Тому есть свидетели.

Британи плотно сжала губы. Молчать, только молчать!

— Нечего сказать? — удовлетворенно кивнула госпожа Гали. — Так я и думала. Господин Лабриан, — обратилась она к ректору, — разве моя дочь похожа на драчунью? Взгляните на ее отметки…

— Ваша дочь и Гордия Альс на моих глазах пинали студентку Орув в живот, — напомнил Гвен.

— Их можно понять. Девочек довели. Разве бы вы сами…

— Благодарю покорно! — вскинул руки ректор. — Я опущусь до того, чтобы в компании друзей избивать за обидное слово. Если ваша дочь хотела защитить свою честь, вызывала бы на дуэль, один на один. Уставом это не приветствуется, но хотя бы не выглядит так гадко.

Госпожа Гали шумно засопела и толкнула локтем мужа: мол, твоя очередь.

— И все же Морвена права. Что обидного в правде? — не удержалась она от последней едкой реплики. — Орув не красавица, смешно полагать, будто ее выберут для встречи его величества.

— У девушки есть имя. — Карандаш в пальцах Гвена хрустнул, выдав обуревавшие его эмоции. — Прошу использовать его или хотя бы добавлять вежливое обращение. И да будет вам известно, госпожа Орув вне зависимости от итогов конкурса удостоится высочайшей аудиенции. Исключительно благодаря своим способностям. Но, если вас интересует мое, чисто мужское мнение, госпожа Орув симпатичнее вашей дочери.

Морвена ахнула, Бри широко распахнула глаза, а госпожу Гали едва не хватил удар. Она потребовала стакан воды и больше не произнесла ни слова, только периодически злобно зыркала на господина Лабриана. Без толку: ректор не замечал ее потуг испортить ему настроение.

— Вы еще пожалеете! — Отец Морвены предпочитал открытые угрозы. — Долго на голые субсидии министерства не протянете, превратитесь в заведение для всякого сброда.

— У нас все равны, — парировал Гвен. — Хотите, чтобы вашей дочери целовали задницу за деньги? Это точно не к нам.

Британи не верила собственным ушам. Ректор выражался словно Софа! Видимо, склочные семейки вывели его из себя, и господин Лабриан устал любезничать.

Примечательно, хотя в зале, помимо обвиняющей стороны, собралось еще шесть человек, говорил только ректор. Нора быстро писала, не поднимая головы, остальные слушали, делали ставки, кто кого.

— Ну знаете ли!

Господин Гали с шумом отодвинул стул. Супруга последовала его примеру и визгливо окликнула дочь:

— Морвена!

— Ноги нашей здесь больше не будет! — Уже на пороге конференц-зала пригрозил раскрасневшийся от гнева банкир. — Не сомневайтесь, мы ославим вашу академию на всю страну.

Ректор передернул плечами. В его глазах ясно читалось: «Скатертью дорога!»

Оставшейся без поддержки влиятельной подружки Гордии стало неуютно. Она даже пересела ближе к столу, будто искала защиты у родителей.

Альсы колебались, активно перешептывались. Наконец слово взял отец Гордии:

— Господин Лабриан, теперь понятно кто зачинщик драки. Вернее, зачинщица. Дочь попала под дурное влияние Морвены Гали. Она еще молода, глупа, чем воспользовалась так называемая подруга. Гордия рассказывала, как Морвена, не желая рисковать репутацией, посылала делать грязную работу других. В противном случае грозила прервать дружбу, лишить доступа в закрытые клубы, шантажировала мелкими секретами. Так вышло и в случае с этой девушкой. — Мужчина кивнул на Британи. — Там замешан мальчик. Девочки повздорили на любовной почве, и вздорная Гали надумала ее проучить.

Гвен слушал его с легкой улыбкой, прекрасно понимая, куда клонил собеседник. Только он ошибался, ректор не жалел дурочек. От них не меньше проблем, чем от заносчивых магов и магесс, может, даже больше. Лучше отсеивать таких сразу.

— Я не изменю принятого решения, — покачал головой господин Лабриан, когда отец Гордии замолк. — Устав один на всех. Зато ваша дочь получила хороший урок и впредь станет обдуманно выбирать друзей. Апелляция отклонена. Никаких новых обстоятельств не выявлено. Если кто-то со мной не согласен, — обратился он к подчиненным, — прошу высказаться. Вдруг я поторопился, что-то упустил?

Ответом стала тишина, только декан укоризненно вздохнул. Наверное, сожалел об упущенном финансировании. Его можно понять, стихийникам подкидывали деньги по остаточному принципу, сливки традиционно собирали темные специализации.

— Прекрасно, никак возражений. Объявляю заседание закрытым. Всем спасибо!

Окончательно скисшая Гордия, шаркая ногами, поплелась к родителям. Британи перевела дух. Гроза миновала, она даже успеет к господину Вееру. Только вот трансфигурацию девушка пропустила, придется догонять и вновь уповать на удачу.