Глава 12

Утром меня разбудил звон бокалов и аромат чего-то очень вкусного напомнившее мне воскресное утро дома. То беззаботное время, когда мы с сестрой просыпались и наперегонки неслись на кухню, где мама готовила нам вкуснейшие блинчики со сгущенным молоком.

Открыла глаза и в приоткрытую дверь спальни увидела двух удаляющихся служанок, оставивших на столе ароматный завтрак. В ванной слышался шум воды, указывающий на чье-то присутствие. Значит, Дарий ещё не ушёл.

Я встала с кровати, надела халат, бесцеремонно снятый с меня вчера вечером и прошла в гостиную.

На столе стояло несколько неизвестных мне блюд, выглядевших очень аппетитно. Я попробовала одно, потом второе и уже не могла остановиться. Вкуснятина!

Через несколько минут ко мне присоединился Дарий. Он подошёл ко мне сзади, обнял за талию и начал покрывать поцелуями мою шею.

— Уже проснулась?

— Угу. У вас всегда тут так вкусно готовят? — спросила я, запихивая в рот очередной кусочек неизвестного блюда.

— Ты забыла кто перед тобой!?

— Ой, простите. Совсем забыла, Ваше Превеликое Высочество, — не удержалась от колкости, присев в низком реверансе.

К счастью Дарий никак не отреагировал на мое чересчур смелое высказывание, но я заметила тень улыбки, промелькнувшей на его лице.

— Кстати, мне давно было интересно, — спросила я, присаживаясь за стол. — Почему все называют тебя принцем? Если ты принц — значит, наверное, должен быть и король или император — твой отец? И мать. Кто-то же родил тебя на свет?

Похоже, я задела за живое. Улыбка сразу исчезла с его лица, а в глазах загорелось синее пламя.

— У меня была мать, но она умерла много лер назад, — голос его стал заметно напряженным. — А отец… отец скончался совсем недавно. Как раз перед тем, как я нашёл тебя.

— Тогда… получается ты… теперь?

— Я — император. Об этом я и хотел с тобой сегодня поговорить. Коронация состоится через несколько тер. Будет большой праздник, на который прибудут все представители высших родовых семей Кенталеона. Сейчас все приготовления уже закончены и почти все гости прилетели на планету. Осталось несколько кораблей из галактики Мидея, но они уже на подходе, мы ждём их прибытия через 17 дер. На этом корабле прилетит мой брат со своей амрани. Они будут присутствовать на коронации.

— У тебя есть брат? Ты никогда не говорил о нём.

— У нас с братом натянутые отношения, поэтому видимся мы довольно редко.

— Почему? — спросила чисто из любопытства, но глядя на его суровое лицо и хмуро сведённые брови тут же опустила взгляд в тарелку. Похоже тема семьи для Дария — больная тема. — Извини. Это не моё дело. А что означают эти ваши тер или дер? — решила быстро сменить тему, а заодно и удовлетворить свое любопытство.

— Тера — это один оборот планеты вокруг звезды Альфирин. Одна тера равна двадцати пяти дер, — Дарий начал медленно объяснять мне простые истины, как малому ребенку только начинающему постигать мир.

— А-а-а, — наконец до меня дошли эти «простые истины». — Значит тера — это день, а дера — это час. У моей расы это звучит так. А лера… дай догадаюсь… наверное год?

— Я не знаю, как говорят у твоей расы, но мы используем общепринятый межгалактический язык, — Дарий улыбнулся мне и на мгновение о чём-то задумался. — Надо будет найти тебе учителя, который познакомил бы тебя с нашей историей культурой и обучил бы межгалактическому языку.

А вот это очень даже кстати. Было бы неплохо побольше узнать о этих кенталеонцах, кто они такие и что из себя представляют. Может и для себя что-нибудь полезное бы узнала.

Дарий присел за стол, одарив меня самодовольной ухмылкой.

— Очень скоро я стану императором, а когда родится мой первенец, то моё положение на троне окончательно укрепиться. Мой народ с нетерпением ждёт этого великого момента.

Опят больная тема — ребёнок, зачатие. Если в ближайшее время я ничего не придумаю… Господи! Неужели мне действительно придётся вынашивать инопланетного детёныша.

— Значит, коронация состоится через несколько дней? А я смогу присутствовать на ней? — я быстро сменила тему стараясь увести его от разговора о детях. — Ведь это часть вашей культуры, а я бы очень хотела узнать о твоём мире как можно больше.

— Прости, Мири, но на коронации могут присутствовать только кенталеонцы. Все остальные гости будут ждать в саду. Там состоится основное торжество в честь коронации.

— Но это не справедливо! — возмутилась я.

— Таков закон, и ты должна его соблюдать.

— Странные у вас законы и порядки: то нельзя, это нельзя, сюда не ходи, туда не ходи.

Дарий ухмыльнулся.

— Это древний закон Кенталеона, Мири. Все женщины обязаны подчиняться своему Повелителю, — в его глазах вспыхнуло синее пламя.

Каждый раз, когда он смотрел на меня вот ТАК, его взгляд вызывал в моём теле мелкую дрожь страха вперемешку с возбуждения.

— Сегодня к тебе придёт дворцовый мастер. Он сошьёт тебе платье к коронации, — Дарий медленно поднялся из-за стола и, встав за моей спиной, наклонился к самому уху, чтобы прошептать. — Хочу, чтобы ты была самой прекрасной «самкой» на этом празднике.

Он нарочно сделал акцент на ЭТОМ слове. Словно оно возбуждало его, вызывало похоть, будила в нём древние инстинкты кенталеонца, вся сущность которого, рвалась наружу. Я знала, что его человеческая оболочка всего лишь маска, под которой кипела кровь истинного жителя Кенталеона. И каков он ещё предстояло выяснить.

— Не называй меня так! — моё обиженное самолюбие вскипело в одну секунду. — Мне не нравиться, когда ты меня так называешь. Ты ведешь себя, как животное.

— Милая, в кенталеонском обществе это слово определяет твою принадлежность мне. Говорит всем о том, что ты МОЯ! — его рука неожиданно нырнула под мои волосы, собрала их в пучок и, намотав на руку, медленно потянула вниз, открывая доступ к белоснежной шее. Тёплые губы прошлись по ней легкими поцелуями. — А ещё оно возбуждает во мне желание взять тебя в самой невероятной позе, в которой ты сможешь удержаться, пока я буду трахать тебя.

Моё дыхание участилось, когда он легонько прикусил мочку моего уха. Я тут же поняла, что пора «делать ноги», если не хочу, чтобы меня взяли в этой «невероятной позе» прямо сейчас.

— Так, когда ты говоришь должен прийти этот твой мастер?

Я заерзала на стуле пытаясь увернуться от его губ и встать. Он не стал меня удерживать, а лишь подарил обжигающий взгляд и такой же жгучий, но от этого не менее приятный поцелуй.

После обеда Дарий вернулся с каким-то мужчиной рядом с которым, опустив головы, стояли две артадонки. По молчаливому одобрению моего амрана мужчина сразу приступил к делу.

Меня обступили со всех сторон. Начали крутить, вертеть, снимать мерки. Артадонки достали свёрнутые лоскуты разнообразных тканей, прикладывая их ко мне то тут, то там под одобрительную улыбку или цоканье молчаливого кенталеонца. За всё время он не проронил ни слова, молча выполняя свою работу, записывал что-то в блокнот и жестами рук отдавал приказы девушкам. Закончив свои замеры, они так же молча собрались и ушли.

— Он даже не спросил, что мне нравиться, — говорю с обидой, когда Дарий подошёл сзади и обнял меня за талию.

— Тебе понравиться… вот увидишь, — шепчет на ушко, лаская его губами. — Суэн мастер своего дела. Ты будешь выглядеть, как королева. Идём, хочу кое с кем тебя познакомить.