Глава 23

– Давно вы подслушиваете? – подавленно спросила у жениха, который первым делом приблизился ко мне и требовательно протянул ладонь.

В его глаза я старалась не смотреть, боясь увидеть там презрение или ненависть. Ведь только сегодня он и весь его клан перестали считать светлых магов главными врагами… и тут такое.

– Достаточно, – холодно обронил он, не опуская руки, и напомнил: – Письма, принцесса.

Вздохнув, послушно отдала ему послания отца и отошла к активно подающему мне знаки и подмигивающему Учителю. Магистр тут же заслонил меня собой, взял за плечо и настороженно стал оступать поближе к пегасам, не сводя подозрительного взгляда с дуалов. При этом он едва заметно шевелил кончиками пальцев обеих рук, готовя заклинания щита и стрелы. Если честно, я не поняла, зачем он это делает, но с детства привыкнув безоговорочно доверять данному магу, пока не задавала вопросов.

– Расслабьтесь, магистр, никто из присутствующих не причинит вреда вашей воспитаннице, – лениво посоветовал Михей, не отрываясь от чтения.

И тут до меня дошло. Не даром говорят, что лучший способ решить проблему – избавиться от неё. А в нашем случае проблемой являлась я. Тут становится очевидным, что моя смерть лишила бы отца определённых преимуществ, но тогда и дуалы нарушили бы договор и спровоцировали войну… Которую, скорей всего, выиграли бы… не вмешайся тёмные, а они в случае моей смерти точно вмешаются… Ох, что будет… Хорошо, хоть я этого не увижу! Поскольку не будет меня. Или всё-таки увижу?

Наконец, вожак ознакомился с письмами и спокойно убрал их за пазуху. Мы с Учителем на протяжении всего его чтения не сводили глаз с лица Михея, пытаясь по мимике догадаться о том, что он задумал. Однако его строгое мужественное лицо, и почему я раньше считала жениха непривлекательным – непонятно, оставалось беспристрастным.

– Что скажете? – вкрадчиво поинтересовался магистр, продолжая предусмотрительно удерживать меня поближе к пегасам.

– Что скажу? – удивился он. – Хм, дайте подумать… Рад вас видеть, магистр. Мы, собственно, только вас и ждали. Сегодня проведём обряд соединения.

Мы с Учителем с недоумением переглянулись и вместе шокированно уставились на невозмутимого Михея.

– Но… Разве ты не слышал?! Тебя ведь убьют! Отец ни перед чем не остановится! – воскликнула взволнованно.

– А смысл? – приподнял бровь жених. – Поверь мне, чтобы сделать тебя вдовой нужно будет очень постараться. Скажем так, в троекратном размере. Да и вообще, в мои ближайшие планы не входит посещение дворца. Сейчас у нас обустройство, потом, я надеюсь, появление потомства, а дальше… Кто же с маленькими детьми путешествует?! Если светлейшество желает навестить дочь, пусть приезжает сам, встретим как полагается. Так что, моя дорогая невеста, за отца можешь не волноваться. Никто тебя никому не отдаст.

Выходит, он предлагает прятаться? Сколько? Всю жизнь? И ещё потомство, которым меня можно будет шантажировать… Стоп. О каком потомстве вообще речь?! А как же Виктор и мои планы?! И про какие троекратные усилия он говорит???

– Мне кажется, вы не до конца понимаете серьёзность ситуации, – замявшись, осторожно вставил Учитель. – Видите ли, по нашим законам, именно носитель магии истинного света является безусловным наследником престола и правителем светлого королевства. Если информация о магии принцессы просочится, а предпосылки к подобному есть, народ потребует немедленного соблюдение этого закона. А его светлейшество не допустит возникновения последующих за этим требованием бунтов, так же, как и наличия, хм… представителя вашего вида на троне. Ему во что бы то ни стало нужно вернуть дочь, получить над ней контроль и подобрать подходящего, с хорошей родословной, преданного себе мужа для Руазы.

Все присутствующие дуалы с огромным изумлением, будто впервые увидели, уставились на меня. Я нервно закусила губу и кивнула, подтверждая слова магистра, что описал будущее, которого я всегда боялась. Казалось бы, чего проще, раскрыться перед папенькой и получить всё внимание и "любовь", доставшиеся Альберту. Но, к счастью, первым, кому я призналась, был Учитель, он-то и обрисовал мне все перспективы такого шага, и они меня совершенно не устроили. Не о такой "любви" я мечтала. Хотелось, чтобы отец принял меня, какая есть, просто так, а не из-за дара. И мужа хотела любимого, а не подходящего. И ведь у меня почти получилось! А теперь… Я уже вообще ничего не понимаю в своей жизни и, кажется, ничем не управляю. Всё так запуталось, закрутилось. Мои планы, чувства, действия – всё ушло из-под контроля и… сейчас мне очень страшно.

Словно сквозь вату услышала:

– Желания его светлейшества – его проблемы! – теряя терпение резко заявил Михей. – У нас есть договор, условия которого я не собираюсь нарушать. Что будет дальше, посмотрим, если ваш король захочет войны – мы вступим в войну! А сегодня, как и сказал, мы, согласно нашим традициям и заветам Отца Прародителя, проведём обряд, которым закрепим объединение наших кланов, браком с принцессой Руазой.

– Подождите, – вдруг насторожился Учитель. – Но при чём тут объединение ваших кланов?! О каком обряде идёт речь?

Беспокойство в голосе магистра заставило заволноваться и меня. С усилием вынырнув из охватившей меня волны отчаяния, вынудила себя сосредоточиться и поднять взгляд, чтобы увидеть, как вперёд выступила Сатия и, кинув на меня полный сожаления взгляд – что-то новенькое, произнесла:

– У нас не приняты браки в вашем понимании, дуалы ценят свободу и не терпят её ограничения. Единственный вариант, при котором возможно закрепление нерасторжимого союза между женщиной и мужчиной, это ритуал объединения, где она является связующим гарантом, между альфами кланов, желающих объединиться. Таким образом у принцессы будет три мужа и она станет принадлежать всем троим.

Что??? Поправ все правила этикета, моя челюсть совершенно некультурно отвисла. Не менее ошарашенным выглядел и Учитель:

– Хм, мы как бы согласны и на расторжимый… – непослушными губами проговорил он. – Да, ваше высочество?

Вернув челюсть на место, я уверенно кивнула и, не выдержав, гневно возмутилась:

– Как вы можете мне подобное предлагать?! Три мужа??? С ума сошли? Так нельзя!!! Это просто не прилично!

– Да что ты говоришь?! – ехидно переспросил Михей, полыхая глазами. – Значит, спать с друзьями жениха можно, а выходить за них замуж – нет?! Так по-твоему выглядят приличия???

Я задохнулась от возмущения и стыда, открыла было рот, но сразу его закрыла. А что тут скажешь?! Вообще, конечно, справедливое замечание, заслуженное. Только почему-то от него невыносимо хочется провалиться сквозь землю, чтобы не видеть эту злость и разочарование в глазах жениха, виноватые, но в то же время полные надежды взгляды Вальдемара и Ингиса, поражённого до глубины души моим моральным падением Учителя…

Поддержка пришла откуда не ждали:

– Руаза – свободная самка! По крайней мере, пока, – веско произнесла Сатия. – Ты не имеешь права её ни в чём упрекать!

Защита жрицы настолько меня шокировала, что, забыв про своё смущение и нежелание кого-либо видеть, я удивлённо уставилась на неё. Женщина по-доброму улыбнулась и едва заметно подмигнула. Надо ли говорить, что челюсть снова была готова прийти в отвисшее состояние…

– Да, я заметил, что у меня стало на удивление мало прав, мама! Не слишком ли? – язвительно проговорил Михей, обращаясь к Сатии, затем перевёл свой холодный презрительный взгляд на меня и приказным тоном заключил: – Ритуал сегодня. Жрица тебя подготовит и отведёт в нужное место. Давай без глупостей, не вынуждай меня делать то, о чём мы оба потом пожалеем!

Выпалив это, он мгновенно обернулся медведем и утробно зарычав скрылся в лесу. Вальдемар и Ингис, с сожалением взглянув на меня, неохотно последовали его примеру.

На поляне остались лишь строгая Сатия, слегка дезориентированный Учитель и совершенно потерянная я.

– Не переживай, девочка, сын у меня отходчивый, он скоро успокоится и всё у вас наладится! – мягко сказала она, подходя ближе. – А нам лучше не терять время и вернуться в деревню. Подбросишь меня на своём пегасе?