Глава 4

Промедление спасло нам жизни. По крайней мере, оставило в целости и сохранности все части тела.

Взрыв вырвал углепластиковую дверь так легко, как будто она ничего не весила. Думала, что меня накрыло ударной волной, но чуть позже разобралась, что это был мой спутник. Он в доли серты сумел среагировать и сбить меня на пол, полностью прикрывая своим телом.

В итоге я оказалась лежащей на спине, в то время как мужчина лежал животом на мне. Тяжесть тела казалось неимоверной, она не позволяла нормально вдохнуть, не говоря о том, чтобы пошевелиться.

Я чувствовала, что задыхаюсь. Все попытки получить хоть глоток воздуха не увенчались успехом. Я забилась под мужчиной. Из всех возможных движений мне лучше всего удавалась работать тазом.

— Я понимаю, что бужу в тебе сексуальный интерес, но сейчас не время и не место, чтобы предаваться разврату. Давай займемся этим чуточку позже, — услышала хриплый голос мужчины, прежде чем его верхняя часть тела немного приподнялась, а я смогла нормально вдохнуть.

Услышав что сказал мой попутчик, я второй раз задохнулась. Теперь уже от возмущения.

Неужели он подумал будто мне от него надо нечто непотребное?

Похоже, что да. Потому как теперь уже я ощутила со стороны мужчины сексуальное возбуждение, о чем недвусмысленно свидетельствовала все увеличивающаяся выпуклость, упирающаяся в низ моего живота.

Меня опалило жаром. Сложно было определить от чего больше. То ли от несправедливости обвинения, то ли от животного магнетизма мужчины волею судьбы оказавшегося лежащим на мне. Я даже не предполагала, что в горизонтальном положении столь явственно проступит размерное превосходство лина. За недолгое наше общение я не придавала никакого значения габаритам мужчины. Воспринимала его совершенно индифферентно, не акцентируя внимания на размеры. Теперь же вдруг явно ощутила его физическое превосходство. По сравнению с ним я была значительно мельче и ниже. Настолько, что смогла целиком спрятаться под ним, как под зонтом.

— Да что вы такое говорите. Вы совсем мне … не интересны в горизонтальном положении. Вы даже мне… несимпатичны, — я с трудом подбирала слова.

— Неужели?! — красиво очерченная бровь поползла вверх. — И поэтому ты трешься о меня, словно кошка? — иронично спросил мужчина, по-прежнему лежа на мне. А в следующий миг совершил пахом недвусмысленное движение навстречу. В отличие от меня его возбуждение было явным и неприкрытым.

— Вы, глупый мужлан, у которого в голове только одни мысли, будто все лины только и думают о сексе с ним. На деле не так уж много женщин, мечтающих о ваших неумелых объятьях.

— Ой ли? — воскликнул он.

— Да слезьте, наконец, с меня. Дышать нечем! — разговор с мужчиной на щекотливую тему смущал.

Понимание происходящего отразилось на лице лина. Он плавно перекатился в сторону, давая возможность вдохнуть полной грудью.

Из какого материала делают этих самцов? Теперь я понимала Дару, предпочитавшую заводить интрижки с линами на порядок помельче, нежели незнакомец.

Наш разговор не занял слишком уж много времени. Дым в коридоре все еще не развеялся. А с нашего места было сложно рассмотреть что творится в капитанской рубке.

Я подхватилась. Быстро встала на ноги и собралась рвануть в разверзнувшийся проем.

— Куда? — на полпути к рубке была перехвачена сильной рукой поперек тела. — Совсем ополоумела? Без разведки нельзя, — прохрипел мужчина, не давая возможности двинуться.

— Что вы себе позволяете?! — воскликнула возмущенно.

— Я — мужчина! — произнес он, как будто эта фраза должна была мне что-то сказать. — Я пойду вперед.

— У нас равноправие, — заявила. И тут же перехватила улыбающийся взгляд серых глаз.

— Ой ли? — и опять это ничего не значащая фраза, которой лин выразил свое отношение к жизни. — Стой, здесь. И без вопросов. Иначе свяжу, — пригрозил, посмотрев на меня так, что желания возмутиться не оказалось.

Переход от добродушного настроения к серьезному поражал. Мужчина менялся на глазах, словно хамелеон. В доли серты превращался совершенно в другого лина. И именно это пугало. Я не знала как относиться к подобной смене, все полученные мною в школе навыки по общению с разными типажами линов не работали. Я пасовала.

— Триединый вам в помощь, — буркнула. — Мальчики вперед, — повела рукой.

Мужчина отпустила меня, не забыв сдвинуть в сторону, под прикрытие балки, разделяющей коридоры.

Плавными движениями, не останавливаясь ни в одной точке пространства, мужчина двинулся вперед, при этом не забывая осматриваться по сторонам. И вот он уже скрывается в отверстии, из которого до сих пор валил дым.

Стоило ему пропасть из поля видимости, я шагнула следом.

Из-за дыма, очаг которого находился в рубке, практически ничего не было видно. Приходилось двигаться почти на ощупь. Я пригибалась к полу, стараясь задерживать дыхание, вдыхая через воротник одежды. Структура материала не пропускала большую часть гари. Я втайне порадовалась, что в полет надела рабочий комплект, специально разработанный для вот таких случаев.

Двигалась вдоль стеночки, считая, что так будет правильнее.

Мужской рявк, раздавшийся около уха, заставил вздрогнуть.

— Я тебе что сказал делать? Я сказал ждать. А ты почему не послушалась?

На возмущение, прозвучавшее в голосе мужчины я никак не отреагировала.

— Что здесь случилось?

— Выведена из строя система внутреннего и наружного видеонаблюдения. Раскурочено кресло командира челнока. Точечным ударом выбита дверь.

— И все? — удивилась, понимая, что все причиненные повреждения никоим образом не влияют на полет челнока.

— Еще оставлена дымовая шашка.

— Зачем? — я не могла понять для чего все это было сделано.

— Похоже, что кто-то заметал следы.

В этот момент раздался сигнал с панели управления челнока.

— Что это такое? — спросила.

Мужчина нырнул в дым, оставляя меня там, где «поймал».

— Только что от челнока отстыковался спасательный катер. Вот для чего.

— И определить угонщиков не предоставляется возможным, — подытожила.

— Да, — подтвердил лин.

— А где команда? — запоздала поинтересовалась.

— В следующую кварту мы займемся ее поисками, — пообещал мне мужчина. Дым в рубке начинал рассеиваться. Система очистки челнока медленно, но верно справлялась со своей работой.

Искать команду не потребовалось. Буквально через серту в разворошенную каюту ворвались три лина, наставившие на нас парализаторы.

— Руки вверх, — приказал мужчина с кустистыми бакенбардами. — И медленно отошли от панели управления.

Слова предназначались мне с попутчиком. Я тут же выполнила приказание, не желая получить заряд парализатора. Мне достаточно и одного. При получении трех подряд зарядов можно и склеить ласты. Слабые здоровьем лины могли отправиться на встречу с Триединым и от двух, полученных в короткий промежуток времени. Свой заряд прочности я не знала, а потому решила не рисковать.

— Кто вы такие? — последовал вопрос от лина с бакенбардами. Двое других незнакомцев, из которых одна лина с короткой стрижкой и лин с коротким хвостком на кудрявых волосах, помалкивали, но взглядов с нас не спускали.

— Пассажиры, — ответил мой знакомый незнакомец.

— Ваши имена, — дуло парализатора смотрело прямо в лицо.

— Мари Марк, — представилась. — Можете проверить по базе. У меня место седьмое бэ в общей каюте. Мы вывели из строя напада…, - принялась отчитываться.

Но договорить мне не дали. Прервали.

— А ваше имя? — дуло переместилось на лина рядом.

— Кроу. Райн. Блок номер пять. Четвертая каюта, — сухо, по-военному отрапортовал мужчина.

— Тот самый Кроу? — спросила доселе молчащая лина. В ее глазах появился явный интерес к мужчине.

— Да, — коротко ответил Кроу, ничего не поясняя.

— Можете опустить руки, — скомандовал капитан корабля.

Пока другие вели беседу я разобралась в нашивках на рукавах комбинезонов вошедших линов. Тот что с бакенбардами был главным на челноке, коротко стриженная лина — бортинженером. А мужчина с хвостиком — отвечал за медчасть.

Я с удивлением посмотрела на мужчину рядом, пытаясь выудить из памяти информацию связанную с услышанным именем. Как назло ничего не приходило на ум.

— Что здесь случилось? — спросил капитан, назвавшийся Лайнолом Пуром.

Райн в нескольких словах пересказал все что случилось с нами. Единственное, что мне было немного неясно из его рассказа, так это каким образом он оказался в той же каюте, что и я. Но поскольку права задавать мне вопросы никто не давал, промолчала.

На просьбу Кроу обрисовать ситуацию на челноке, капитан без возражений дал пояснения. Оказалось, что буквально перед нападением случился пожар в удаленной от нас части челнока. На его локализацию и устранение были брошены все силы. Пассажиров о происшествии в известность не ставили. Тревогу не поднимали. Когда большая часть команды оказались вместе, то неизвестные перекрыли коридор, блокировав членов команды в одном месте. Остальных, не задействованных в операции, выловили по челноку поодиночке. Пленили. Захватчиков интересовал грузовой отсек, где они провели много времени, о чем свидетельствовали датчики объема. Что они там делали — неизвестно. Но судя по всем именно эта часть челнока их и интересовала. А ушли они так же как и появились, не забыв угнать еще один катер.

— Что им было нужно? — задал вопрос Кроу.

— Вот и мы ломаем голову, — ответил капитан.

Выдвигалось несколько предложений, но ни одно из них не было более весомо, чем другое. Так не придя к общему знаменателю нас с Кроу отпустили. Вернее, это меня отпустили, а Райна проводили со всевозможными почестями.

Перед уходом я заметила призывные взгляды лины, летящие в сторону Кроу. Он же как будто их не замечал, продолжая беседовать с капитаном.

Кто же он такой, черт побери? Этот вопрос интересовал меня с каждой сертой все больше и больше. Поискать на него ответ я намеревалась сразу же как только найду свою подопечную. Душа болела за Дару, как она пережила нападение на корабль. Все ли с ней в порядке? Все же я несла за нее ответственность.

Тихий свист, вырвавшийся изо рта Кроу, как нельзя полно показал отношение мужчины к увиденному в каюте Дары. А его взгляд, в котором читалось брезгливость, отвращение и неприятие, был более чем красноречив. Гамма эмоций на лице лина поразили меня до глубины души.

Мы с Райном вместе дошли до блока номер пять, где обитали он и Дара. Мужчина пропустил меня вперед, что воспринималось в обществе как само собой разумеющееся. Женщины всегда первые, мужчины следом, всегда на полшага сзади.

Я, не задумываясь что именно могу увидеть в каюте подопечной, распахнула дверь. Да так и замерла с открытым ртом. Благо уже привыкла к ее выходкам и не реагировала столь остро как в начале нашего знакомства.

Картина представшая перед глазами, была в лучших традициях фильмов для взрослых. На ложементе, приведенном в горизонтальное положение, лежал неизвестный доселе лин. Абсолютно голый. Его руки и ноги были привязаны к краям ложемента широкими лентами, не позволяя двигаться. Дара, такая же голая как и лин, возвышалась над мужчиной, сидя на… лице. Судя по охам и вздохам, раздающимся из горла лина, ему нравилась поза девушки и он извлекал из нее максимум пользы. Впрочем, ему доставляло удовольствие и то, что вытворяла Дара. Детородный орган лина недвусмысленно сигнализировал о степени возбуждения мужчины. Когда я открыла дверь, Дара как раз приподнялась от призывно торчащего члена лина. Блестящие от слюны губы девушки налились кровью и припухли. Они только что обхватывали трепещущую мужскую плоть.

Увидев нас, Дара не прервала своего занятия, продолжая рукой ласкать член лина. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Кулачок девушки двигался в одном ритме, совпадающем со стонами мужчины под Дарой.

— Хотите присоединиться? — спросила Дара, то приподнимаясь, то вновь опускаясь. — Могу поделиться. Такой сладкий мальчик попался. Просто конфетка.

«Да и леденец приличный», — пришла в голову глупая мысль.

Девушку совершенно не смущало появление постороннего лина и то, что Кроу стал свидетелем ее забав.

— Я с помойки не питаюсь. Удачно отдохнуть… девочки, — несколько грубо произнес Райн, разворачиваясь, чтобы направиться в свою каюту. Брошенный на прощание на меня взгляд ожег холодом и неприязнью. Кажется, он не сомневался в том, что я присоединюсь к забавам подруги.

Мне стало очень неудобно за Дару и ее поведение. Ощущение будто только что получила мокрой тряпкой по лицу не покидало еще долго.

— Что ты тут устроила? — набросилась на девушку, стоило Кроу скрыться в своей каюте.

— Будешь опять мне морали читать? — спросила. — Я думала, что ты закончила с поучениями, — устало произнесла Дара, прежде чем склониться над членом лина и заняться его ублажением.

Я в изнеможении оперлась головой о стену, понимая, что смысла в наставлении Дары на путь истинный нет. Как никогда и не было. Хоть я и старалась.

Голова Дары размеренно двигалась вверх и вниз. Лина усердно облизывала орган мужчины, желая доставить партнеру максимальное удовольствие. Никаких чувств разворачивающаяся перед глазами сцена не доставляла.

— Неужели не могла потерпеть? — устало поинтересовалась у девушки.

— А почему я должна терпеть, если хочу? — Дара отвлеклась от блестевшего от ее слюны члена лина, постанывающего в такт движениям руки девушки.

— Но хоть в полете можно было…, - начала, но не закончила, махнула рукой, понимая что зря трачу свои нервы. Дару уже не переделать. А вот перед Кроу стыдно, пусть и не я виновата в произошедшем.

Отчего-то было важно что обо мне думает мужчина.

Возникло дикое желание оправдаться. И я повинуясь внезапному порыву направилась к каюте Кроу, оставив Дару и дальше предаваться радостям плоти. Стук в переборку получился тихим и почти неслышным. Одна серта за другой тянулись со скоростью улитки. Мужчина не открывал. Я хотела постучать второй раз, но потом передумала, посчитав, что сам Триединый не желает, чтобы я просила прощения за то, что не совершала.

Стоило только мне отвернуться, чтобы идти в общую каюту, где я могла хоть немного отдохнуть, пусть и в не самых комфортных условиях, как дверь открылась.

В открывшуюся щель выглянул Райн, вытирающий полотенцем волосы, с которых все еще сочилась вода.

«И когда он успел принять душ?», — пронеслось у меня в голове.

Взгляд помимо воли скользнул следом за капельками воды, стекающими с волос. Тонкие ручейки бежали по мощной шее, сбегались в межключичной ямке и текли дальше на широкую грудь. Мой взор не упустил маленькие темные соски, съежившиеся от сквозняка гулявшего в коридоре. Я не могла себе отказать и в дальнейшем осмотре Кроу, чья мощь только сейчас открылась мне в полной мере. Кубики пресса, один краше другого, прятались под мягкими брюками, надетыми наскоро.

Я не успела додумать какие чувства будит во мне Кроу, как услышала его чуть надтреснутый голос.

— Если вы пришли зазывать в вашу тесную компанию, то даже не пытайтесь. Я уже озвучил свое отношение к таким женщинам как вы с подругой. И не надо на меня смотреть столь призывным взглядом. Я не куплюсь на подобные уловки.

— Да как вы могли подумать?! — все слова извинений, что крутились на языке, осыпались речным песком сквозь пальцы. — Я на таких как вы вообще не зарюсь, — воскликнула возмущенно.

Этот неотесанный мужлан возомнил себя непонятно кем. У меня просто слов не было, чтобы выразить всю степень возмущения его поведением. И если серту назад я хотела просить прощения за Дару, то теперь мне стало обидно, не только за себя, но и за подопечную.

— Тогда что кроме секса могло привести ко мне? — криво усмехнулся Кроу.

— Хотела сказать, что … вы мне неприятны и от вас… дурно пахнет, — выпалила, не особо задумываясь что говорю. Просто мне безумно захотелось хоть немного отплатить за те обидные слова, что услышала из уст Райна.

Я развернулась на каблуках, посчитав разговор законченным. Больше мне не о чем говорить с этим несносным типом. Да чуть не упала на ровном месте. В последний момент заметила как между ног проскочил змеекрыс Кроу. Вряд ли еще на корабле есть другая особь, кроме питомца Райна.

— И шавку свою уберите, а то задавлю… случайно, — бросила на ходу. Во мне все кипело. Пожар, бушевавший внутри, грозил вырваться наружу. В таком состоянии не любила находиться, потому как себя не контролировала. За это мне хотелось настучать по голове одному наглому лину, посчитавшему себя слишком желанным для большей части женского населения Триалии.

— И ни капельки он не мужественный, и ни капельки не привлекательный, и харизмы у него никакой нет, и рост не такой уж большой, а кубики пресса так и вовсе не симметричны. И спит он с крысой и змеей в одном флаконе. И, вообще, мне ни капельки не симпатичен, — бормотала себе под нос, несясь по коридорам к общей каюте. — И кто придумал эти хитросплетения ходов внутри корабля? — меня все бесило, начиная от челнока и заканчивая чересчур ярким светом ламп, установленных в коридорах для освещения корабля.