Глава 31

Приведя себя в порядок, Лана вернулась в библиотеку, где очередь в кассу за билетами ничуть не уменьшилась с момента ее ухода. В зале витал приглушенный гул разговоров и тихий смех, словно шелест листвы. Маргарет, сияющая от счастья, стояла рядом с Адрианом и мэром города, держа в руках бокал шампанского. Они отмечали открытие выставки, и кристаллические бокалы мерцали в свете люстр, добавляя еще больше блеска этому важному событию. Зейн с непринужденной грацией профессионала проводил экскурсии, его голос звучал уверенно и спокойно, привлекая внимание туристов. Едва Лана оказалась на пороге, он наградил ее тяжелым взглядом, будто бы девушка сделала что-то запретное. Это вызвало странное и противоречивое чувство, словно он уже знал, что девушка не справилась с девчонкой, а значит проблемы еще могут возникнуть. Однако Лана быстро нашла себе занятие. Взяв небольшую группу любопытных посетителей, она начала обход по экспонатам. Сперва они остановились у карты Хил-Росс, на которой была отмечена таинственная пещера за чертой города. Свет прожекторов выделял на карте старинные дороги и позабытую кладбищенскую территорию. Далее было видно изображение здания мэрии, центральной площади с тремя фонтанами, чьи струи мерно били вверх, и десятка домов первых жителей маленького городка. Лишь сейчас Лана заметила на карте, как у дома семьи Рос цветет нарисованная вишня. Когда же взгляд остановился на особняке семьи Хилл, ныне доме Хейлов, ее сердце сжалось. Это поместье было домом Кристофера. Наибольший интерес у посетителей вызвал последний, самый ценный экспонат – клинок из солнечной стали. Он находился под толстым стеклом, к которому Лана не могла даже прикоснуться, ощущая удивительный жар, исходивший от него, как от настоящего огня. Свет клинка пробивался сквозь стекло тонкими лучиками, словно устраивая маленькое магическое представление. Согласно данным, приложенным к экспонату, клинок был создан одним ювелиром по индивидуальному заказу в стране Хризолит за Нефритовым морем из особенной стали, которая была старше даже первых Пяти Царей. По дневниковым записям ювелира, тот вложил в сталь не одну, а сразу несколько душ в том числе и свою. Этот клинок изредка мелькал на мировых аукционах, словно появляясь из небытия. По словам тех, кто его видел, сама сталь светилась ночью как солнце, что увековечило его в мистических историях. Лане не было трудно догадаться, что клинок предназначался для Охотников. Сосредоточившись на своей работе, она рассказывала посетителям историю за историей, и время пролетело незаметно. Когда часы пробили восемь вечера, осветив зал мягким вечерним светом, Маргарет сама закрыла дверь, завершив день. Общий настрой был чарующе-спокойным, как будто сама библиотека была довольна этим днем. – Сегодня будет тайный аукцион, поэтому до конца вечера вы свободны и можете смело отдыхать! Вы это заслужили. Ну, а завтра, жду вас утром в девять, – с воодушевлением произнесла женщина, глядя на Зейна и Лану, как на своих детей. Попрощавшись с Маргарет, Лана искоса поглядывала в сторону Зейна. – Тайный аукцион… – задумчиво произнесла Лана. – Я ожидала, что ты этот клинок будешь беречь ценой своей жизни. Зейн безразлично пожал плечами: – Не это должно тебя беспокоить, – спокойно произнес он. – Что с Кортни? – требовательно спросил Пожиратель. Лана неловко отвела взгляд. – Крис меня остановил, – спустя долгие мгновения призналась она, тяжело вдыхая вечерний воздух. В мыслях еще витали слова Криса о том, что она является пешкой Зейна в его хитрых планах, и даже не понимала этого. Зейн тут же остановился и резко сжал ее плечо. Под его силой, Лана вновь ощутила себя хрупкой и беззащитной. Только в компании Зейна она ощущала от этого тревогу. – Отпусти! – потребовала Пожирательница. – Как ты это могла допустить?!– отчитывал парень ее как глупого подростка. – Ее нужно устранить, после всего что ты натворила, и она знает. – Она без сознания и вряд ли скоро придет в себя, – попыталась отмахнуться Лана, но Зейн все не унимался. – О нас никто не смог узнать за тысячу лет только потому, что Пожиратели всегда были осторожны. И если вдруг на жертв гипноз не сработал – убивали их. Впредь будь осторожней. Лучше пей их не целиком, а по глотку. Этого хватит, чтобы ослабить их сопротивление твоей воли и обойтись без лишних жертв. Поэтому я и не хотел, чтобы на охоту ты шла одна. Ты еще не готова. – Я не могу быть вечно под твоим присмотром, Зейн! – воспрянула духом Лана и, приложив усилия, вырвалась из его мертвой хватки. Сердце гулкими ударами билось о ребра. Только сейчас поняла, что слишком много ему к себе позволяла и на многое закрывала глаза. Зейн- это не герой, которым Лана временами его видела, а она… всего лишь пешка в его игре. Юноша оглядел ее с ног до головы и лукаво улыбнулся: – Пока будешь. Лана оскалилась. Даже Кристофер никогда себе не позволял так ей приказывать. – Как мне тебе доверять, если ты не собираешься ничего рассказывать.Вечно эти твои тайны, заговоры, интриги. Кто ты вообще такой? – Лана, моя любимая Лана… – произнес он с нежностью и очертил ладонью невидимую полосу на ее щеке. Ее сердце тут же шелохнулась с трепетом. – Я бы хотел тебе сказать… – Так скажи! – настойчиво потребовала та. Зейн устало вздохнул: – Мое настоящее имя – Зейнар Росс, – Лана в удивлении ахнула, приоткрыв рот, чем вызвала его улыбку. – Какой же ты… – она пыталась подобрать ругательства, но так и не смогла найти нужный эпитет для описания его поступков. – К чему было это скрывать? – Я пытался тебе сказать правду, но тебе было проще поверить в выдуманный бред, – пояснил тот, пожав плечами, затем продолжил. – Меня обратила Ада и заставила выполнять ее приказы здесь. Но со временем я нашел способ ей противостоять и обмануть. После выследил одну беременную женщину на пути в столицу. Одинокую и слабую. Она могла стать частью сделки за свободу, но умерла при родах здесь, в Хил-Росс. Ее сердце словно пропустило несколько ударов, один за другим, подталкивая к пугающей догадке. – Моя мама… – шепотом произнесла та. Раньше она ничего не знала о своей семье, и вот оказывается есть существо, что было с ней знакомо, и оно стоит перед ней. – Ее звали Дана. Она, как и ты до обращения излучала внутренний свет и силу, и даже могла бы обратиться. Я предложил ей это, но Дана выбрала смерть. – Ты пытался обратить маму? – переспросила Лана, точно ослышалась. Ее лицо исказила гримаса омерзения от этой мысли. Одно дело, когда речь идет о собственной жизни, и совсем другое, когда о маминой. – Не кривись так, Лана, – в заботливом тоне, она услышала нотки издевки и сарказма. – Так было нужно. – Но для чего? – еще сильнее оскалилась девушка, ощущая, как в груди зашевелились черные щупальца, а глаза налились тьмой, подобно тягучей смоле. Зейн никак не отреагировал на это и продолжил со лживой улыбкой. – А это уже вторая часть моего плана. Ты должна будешь разорвать этот круг зависимости всех Пожирателей от одной жизни. Только ты способна будешь убить Аду своей кровью, потому что ты ее последний потомок на всей земле. А еще у тебя нет и никогда не будет детей, чтобы кто-то смог убить тебя. Удар ниже пояса. – Так уж и ничего, – хмыкнула Лана, скрестив руки на груди. – А как же этот мистический клинок, который ты так легко оставляешь без круглосуточного надзора? – взметнула брови девушка. – Он как раз-таки сможет убить любого из нас. Даже Аду. Его сталь на деле является самой первой искрой, что зажглась в мире, и от него появились первые пять царей и их сестра, – его блеск в глазах казался опасным азартом, точно он и сам не до конца знал, что собирается делать. – Но есть одно огромное… но… – Ты ведь и сам не знаешь, что делать, – озвучила Лана свою догадку.