Глава 16

Сколько я ещё сижу на коленях на жёстком мраморе - не знаю.

В голове пустота. В груди такое паршивое месиво, что я с трудом дышу. Горло саднит. Я трогаю его руками, обхватываю себя за шею сзади, впиваюсь пальцами в волосы. Запрокидываю голову и, кажется, начинаю смеяться.

А потом грудь стискивает первый спазм, я сгибаюсь пополам и буквально выталкиваю из себя всхлип, переходящий в рыдания.

Я ведь хотела этого! Где-то в глубине души знала, чем всё закончится. Думала сегодня, что даже вздохну с облегчением… Но облегчения нет. В груди какой-то кошмар, который рвётся наружу, и боль. Чего во мне больше? Обиды? Злости? Жалости к себе? Дура! Какая же дура, тхар побери…

Я ложусь на пол и лежу, поджав колени. Иногда сгибаюсь ещё сильнее, иногда разгибаюсь и утыкаюсь лбом в холодный пол. Мне хочется думать, что всё длится недолго. Минуту? Другую?

В комнату никто не входит. Слуги боятся меня проведать. Я не хочу думать об этом. Я просто… Наконец, медленно, словно во сне я опираюсь о диван и пытаюсь подняться. Со второй попытки получается встать ровно и, хватая воздух губами, как-то начать приходить в себя.

У меня нет чёткого плана.

Мои шпильки разбросаны по полу.

У меня есть магия, и я подвиваю ею волосы, едва отдавая себе отчёт. Отрешённо смотрюсь в зеркало, стараясь убрать размазанную тушь.

Мне надо наплевать на всё, надо вспомнить, что делать дальше.

Даже если мысли словно в киселе.

Я и правда уеду ещё до ночи - и не потому что Алистер приказал, а потому что это лучшее время. Ник поедет со мной. Я заберу его, когда все будут заняты тхаровой церемонией - при мысли об этом тянет нервно усмехнуться.

Не знаю, что сделает Алистер, но ему будет однозначно сложнее забрать сына, чем оставить у себя.

Если повезёт, у меня будет время.

Если нет…

Надо придумать, как максимально оградить Ника от той грязи, что замарала всё вокруг.

Я точно думала над тем, как скрасить его жизнь в пригороде, чтобы он заметил поменьше изменений.

Мысли текут почти спокойно - но я знаю, что это ложь. Руки трясутся. Меня всю трясёт, когда я смотрю на знакомые стены, когда прикасаюсь к ручке двери, которую я крутила столько раз.

Мне нужно успокоиться, нужно на воздух.

Первые шаги по коридору выходят скованными - но вот я иду ровно. Спускаюсь по лестнице, выхожу через заднюю дверь в сад. Дальше - прочь за ворота особняка.

Охранник пытается меня о чём-то спросить, но я не реагирую. Иду по дороге, пешком, довольно долго и ещё дольше. Мне просто нужно идти. А потом я ловлю экипаж, и, когда возница спрашивает, куда везти, называю парк на другом конце города.

Покачивание кареты, стук копыт - всё это малость помогает. Я смотрю за окно. Прячу лицо за занавеской. В какой-то момент понимаю, что мы действительно уехали далеко - и сейчас ближе к дому Фрея.

Я думаю о парне почти сразу.

И на этом трогаю связь - с волнением и с ноющим сердцем. Но получаю яркий и почти мгновенный ответ.

- Грейс! Ты в порядке?

- Относительно, - выдыхаю… в первую очередь удивлённая тем, что вообще получилось. - Ты?

- Что мне будет? Я дома. - Парень замолкает на несколько секунд. - Где ты, позволь узнать?

Скрывать нет смысла, поэтому я отвечаю, что еду в карете куда глаза глядят.

- Я забрал твои бумаги.- Отзывается он тут же. - Вернуть?

Документы… про них я могла бы сейчас забыть! Он он в целом прав. Они ещё нужны.

- Спасибо. Но домой к тебе не поеду.

- Не нужно. То есть, не в особняк. У меня небольшой дом у реки, я объясню…

Усмехаюсь.

Вроде того, в котором мне теперь жить?..

Я спрашиваю, успеем ли обернуться за час. Фрей соглашается. Тогда я вздыхаю, называю кучеру новый адрес и, закрыв глаза, откидываюсь на спинку лавки.

Через полчаса я выхожу из экипажа чуть загодя. Нужный дом найти не сложно - рядом особо ничего нет. Фрей встречает меня у ворот.

- Тьма, Грейс. На тебе лица нет.

Мне кажется, что я уже относительно пришла в себя - но парень, очевидно, так не думает. Пожимаю плечами. Оглядываюсь в поисках слуг или иных неприятностей.

- Где можно поговорить?

- Идём.

И он хватает мою руку, едва мы оказываемся за оградой и листвой.

Я иду.

Дом… неплох. Ничего особенного. Но не заброшенный - кажется, действительно для отдыха у реки. Фрей здесь бывает? Видимо, не часто, потому что слуг нет.

Это хорошо.

- Бумаги? - интересуюсь тихо.

Он указывает наверх.

Приводит меня в какую-то уютную смесь гостиной и кабинета - с ковром, незажжённым камином, письменным столом. Мне плевать на обстановку, плевать почти на всё, но я немного благодарна, что здесь совершенно неуместно смотрелась бы мраморная плитка.

- Сядь. Грейс. - Голос парня слегка звенит. - Обещаю, здесь тебя никто не тронет. Посмотри на меня. Что он с тобой сделал?

Голос Алистера гремит в ушах. Тошнота опять подступает к горлу.

Но потом я вспоминаю, какие глупости говорил парень совсем недавно! И, кажется, наконец прихожу в себя. Передёргиваю плечами. Смотрю ему в глаза.

- Ничего, - произношу твёрдо. - Ничего он не сделал и не мог. Просто…

- Что?

- Всё кончено. С нашим планом, с моим браком.

Сказать это - почти ничего не стоит!

Я только сейчас понимаю, что сижу на диване, а парень - на корточках передо мной. Он держит мою руку, его взгляд - цепкий и колкий, грудь вздымается под рубашкой.

- Погоди чуть-чуть. - Он взлетает, идёт к камину, на котором лежит моя папка и стоит какая-то бутыль. Наливает мне из неё, возвращается и вкладывает бокал в руки: - Вот, выпей.

Я готова к тому, что это вино или что похуже. Но алкоголем не пахнет. Когда я медленно делаю глоток, ня языке лишь травы и корица.

Думать, откуда он взял свежий отвар в этом доме - слишком сложно.

- Тебя не пытались куда-то увезти, Фрей? - задаю более волнующий вопрос. - Допросить?

- Нет, конечно.

- Славно.

Брови парня дёргаются друг к другу, он опять садится на корточки.

- И всё же. Что сделал твой муж?

Я морщусь. Невольно гадаю, увижу ли завтра синяки на шее - хотя не уверена. Но для парня с его странной тягой подраться и сложить голову за случайную женщину у меня ответ один!

- Прекрати задавать этот вопрос.

- Грейс, ты не можешь просто приказать мне.

Я отрываю взгляд от бокала.

- Фрей, у меня много вопросов к твоему поведению в последнее время. Но я пришла не чтобы в них углубляться. Я пришла забрать документы и сказать, что это наша последняя встреча, мы расстанемся как благоразумные люди. Пусть ты подвёл меня, - я холодно улыбаюсь, - но я не буду требовать компенсаций.

Парень сжимает губы. Его взгляд становится мрачнее.

- Я знаю, что виноват перед тобой.

- Правда? - усмехаюсь, чувствуя, как внутри разгорается искра. - Потому что мне не показалось, что ты чувствовал вину. Мне показалось, ты даже гордился! Ну да, отвергнуть саму спасительницу Эльгеры - дорогого стоит. А ты, судя по её словам, только этим и занимался.

- Слушай, леди заговорщица. Да, когда я соглашался на сделку, то думал, что всё срастётся иначе. Я обещал попробовать, верно? Но Тьма побери, ты видела, какая девчонка. А потом, уж извини, ты недавно назвала меня прекрасным человеком. И это слегка вскружило мне голову, заставило думать, что, может, не стоит посвящать жизнь тому, чтобы обманывать женщину.

Взгляд парня продолжает колоть. И хотя уголок его губ дёргается, мне ни капли не смешно.

- А ты после двух этих щедрых слов окончательно забыл, какую девицу соблазняешь? Решил отблагодарить меня поцелуем и стал угрожать Алистеру дуэлью?

Фрей наконец отпускает меня. Встаёт.

- Тебя оскорбляет, что я хотел за тебя заступиться? - Слова про тхаров поцелуй он начисто игнорирует!

- Меня оскорбляет, что я предложила тебе возможность века. Пошла на поджог академии, чтобы всё устроить! Но оказалось, что молодая и прекрасная спасительница Эльгеры недостаточно хороша для Фрея Лотера, ему жаль разменивать себя на такую глупость!

- А знаешь, что оскорбляет меня? - Парень вдруг разворачивается на каблуках, гневно двигается в сторону. - Когда высокомерная магичка уверяет, что меня не презирает. Но все её действия твердят об обратном. Она ждёт только, что я буду врать, подслушивать и обманом соблазнять девиц. Что я затащу в постель иномирянку, с которой у меня нет ничего общего, а потом мы принесём брачные клятвы и пустим жизни друг друга под откос. Вот что, тхар побери, слегка оскорбительно!

Во мне тоже закипает кровь. Я встаю. Делаю несколько шагов к письменному столу, ставлю на него бокал и гневно разворачиваюсь.

- Что, правда? Так это я обошлась с тобой недостаточно нежно? Душа моя, да я хотя бы обговорила всё на берегу! А ты два с половиной месяца морочил мне голову, в тайне пуская под откос мою жизнь!

После разговора с Алистером мне казалось, что все чувства просто выжгло. Что я испытала столько боли и отвращения, что в сердце больше не осталось живого места. Что я буду теперь пустой.

Но всего несколько минут этого разговора - и внутри снова разгорается пламя.

Фрей тоже разворачивается. Голубые глаза сверкают.

- А может, ты сама наплевала на свою жизнь, когда вышла замуж за придурка? Который каким-то - я не знаю, тхара ради, каким! - образом убедил тебя, что ты не красива, не умна и не талантлива?!

- Прекрасно!

Фрей запрокидывает голову, запускает руку в волосы. Снова резко двигается - теперь ко мне. Оказывается рядом в несколько шагов.

- Я не обвинить тебя пытаюсь. Я хочу сказать, что ты гораздо лучше девчонки и только полнейший идиот предпочтёт её тебе!

Я останавливаю десяток гневных возражений на языке.

Замираю.

Смотрю на парня - наверное, надо сказать, что крайне недоверчиво, но я понятия не имею, как это выглядит со стороны! Я вообще внезапно мало что понимаю. Пальцы впиваются в стол за спиной, а Фрей шагает ещё ближе, встаёт практически лицом к лицу со мной.

- Ерунда, - пытаюсь возразить.

- Ты хоть представляешь, насколько ты привлекательная? - говорит он как-то совершенно по-другому. - Умная и красивая? Смелая?

- Только не говори, что ты…

Его рука ложится мне на затылок. И когда я думаю, что он сейчас снова меня поцелует, он вдруг обнимает меня.

Просто. Крепко. Будто это самое естественное действие на свете. Обхватывает мои плечи и голову, немного зарывается в волосы, прижимается телом.

Это чушь!

- Ты нравилась мне ещё до сделки. - Слова звенят в тишине. Остаются огненным паром в моих волосах. - Я видел тебя - на балах, в свете. Ты давно мне нравилась.

Это же наглое враньё.

- Зачем ты врёшь?

- Я согласился на твою затею, потому что она казалась такой подходящей. Сделать что-то скандальное, порочное… в приятной компании. И в то же время, быстро нашлось то, чего я не ждал. Мне пришлось снова призывать свет, взяться за меч. И помогать тебе казалось правильным. Мне нравилось это чувство. Ещё больше - наши встречи. И когда я понял, что на девчонку мне плевать, всё равно остался. Но Тьма побери, ты правда удивлена?

От бархатного тона не остаётся и следа. Его голос - звенящий, напряжённый, как единственная струна на восточном инструменте. Другой. Я упираюсь парню в плечи, ещё пытаюсь не верить и смотрю на него… то ли как в пьяном бреду, то ли впервые по-настоящему трезво.

Он не может говорить такое по-настоящему.

Нет.

Это какая-то игра, не может же быть, что он… заигрывал всё это время со мной всерьёз?

Мы смотрим друг на друга долго, слишком долго. Я не знаю, к чему приводят такие взгляды - но сейчас с почему-то чувствую, что путь назад рушится. Свет побери! И потом…

Когда он всё-таки касается моих губ своими, я закрываю глаза. Жадно вдыхаю цветочно-свежий аромат. Хотя, кажется, по-прежнему веду себя как истукан: не отвечаю, но и не противлюсь.

- Поверь мне, - говорит Фрей хрипло, упираясь лбом мне в лоб. - Просто отпусти себя, Грейс.

Его руки обхватывают мою талию и словно сами по себе скользят вниз. Оказываются на бёдрах. Медленно собирают юбку в складки. Я тоже обхватываю его, потому что иначе упаду, и завороженно касаюсь рукой растрёпанных светлых волос.

Отпустить себя? Я не могу толком сконцентрироваться на этой мысли, но она… не кажется такой уж плохой.

Мои пальцы против воли ложатся на его губы - чувственные и порочные, красивые и приоткрытые. Зачарованно ведут по ним подушечками.

А потом Фрей прикусывает мой палец. Берёт в плен запястье, утыкается носом в ладонь. Снова подаётся вперёд - и мы целуемся.

По-настоящему.

Жадно.

Горячо.

Так, будто в мире вдруг не осталось ничего более важного. Будто это не порочная связь двух людей, а тайное действо, которое нас обоих спасёт! Конечно, это просто бред. Я моргну, проснусь - и ничего не останется. И всё же…

Раз так, нет причин переживать.

Я крепко обхватываю его шею. Запускаю руку под ворот белой рубашки.

- Ты потрясающая, Грейс Тёмного Пламени, - шепчет он мне в губы.

- Я на шесть лет старше.

- И сегодня ещё не напоминала об этом, да?

Его рука скользит по моей спине, под волосами, по чувствительной голой коже. Алистер никогда не был так нежен…

Нет, нет, проклятье! Я закрываю глаза и стараюсь вытолкать из головы бессмысленную, иссушающую мысль. Вдруг понимаю, что этот момент… со мной давно не случалось ничего хоть отдалённо настолько же приятного. Даже если всё это дым. Даже если краткий мираж.

Да пусть!

И я обхватываю парня за плечи. Завожу руки под сюртук, чувствительной кожей под локтями впитывая его тепло. Он двигает плечами, немного резко, давая верхней одежде съехать на пол.

- Во всём, что случится, ты будешь виноват сам, - шепчу я искренне.

- Целиком и полностью.

- Ты пожалеешь.

Хриплый вдох - и сильные руки подхватывают меня под бёдра. Сажают на стол и приподнимают юбку, снова собирая в складки. Горячая ладонь касается моей голени. Скользит под колено, вырывая из груди громкий вздох.

Сердце бьётся чаще и чаще.

Его движения - резковатые, и в то же время нежные, почти осторожные. Я чувствую напряжение в его руках. В крепких плечах и сильной шее. В глазах, тёмных от желания.

Целую его в подбородок. Запускаю руки под ворот рубашки, расстёгиваю пару пуговиц. Откидываюсь назад - пока внутри разливается жар.

Он зарывается пальцами в мои волосы, целует в шею…

И останавливается.

Эту паузу я понимаю далеко не сразу.

И всё же, понимаю чуть раньше, чем он говорит:

- Грейс. Он… бил тебя?

Его рука застывает где-то за моими волосами.

Проклятье!

Это отрезвляет. Не только меня. Другая рука Фрея скребёт по столу, он подаётся назад - и его глаза резко светлеют. Дыхание вырывается сквозь зубы.

Я невольно касаюсь пальцами того места, где только что были его горячие прикосновения. Там самую малость больно. Я бы хотела сказать, что это ничего не значит, но…

- Пожалуйста, Фрей. Не надо.

Хватаю руку парня - прежде, чем он скажет что-то ещё. И мне кажется, вторая волна отрезвления всё же настигает нас обоих.

Холодная и злая.

Некоторое время я молчу. А потом…

- Я не могу, - выдыхаю. Сжимаю пальцами переносицу. - Я не готова ко всему этому, просто не готова. И не знаю, буду ли когда-нибудь… - Глубокий вдох помогает сформулировать мысли: - Я не хочу, чтобы ты за меня мстил. Пойми! Мне сейчас будет очень сложно. Если придётся переживать ещё за тебя, за твою жизнь и свободу, я просто не выдержу, никак.

Кажется, это он понимает.

- Извини. - Фрей мотает головой и упирается руками в стол по обе стороны от меня. - Проклятье, но я не могу просто смотреть! Чем тебе помочь? Куда ты поедешь? У меня есть этот дом - или неплохое место за городом, ты могла бы остановиться там.

- И дать всей столице повод сказать, что я первой стала гулять от Алистера?

- Я могу “сдать” тебе жильё. И потом, вы могли бы сбежать туда с сыном, Торну будет сложнее…

Я прикладываю ладонь к его губам.

Держу, впитывая кожей горячий взгляд.

- Ты прекрасный человек, Фрей Лотер, - говорю с грустной улыбкой. - И любовник, готова поспорить, не хуже. Но всё, что сейчас может случиться между нами, сделает мою жизнь… сложнее, а не проще. Я не знаю. Давай начистоту: мы вообще не похожи на пару, у которой есть будущее - и здесь я уже пекусь о твоём будущем в первую очередь.

Как-то незаметно моё движение перетекает в касание.

Рука скользит вниз по его подбородку.

- Я сам о себе позабочусь, ладно? - Он ловит мою ладонь. Сжимает. Так, что я пытаюсь отнять - и на миг это становится неприятно.

Тогда я прошу:

- Пожалуйста, если не хочешь повести себя как Алистер, просто отпусти.

Это… работает лучше, чем я могла представить.

Фрей разжимает пальцы. Смотрит на меня, подаваясь назад. С полурастёгнутой рубашкой и растрёпанными волосами, невероятно красивый и с совершенно мрачным лицом.

Мне совестно, я бы хотела найти для него слова лучше. Но с другой стороны, так вернее. Да и глупо требовать от себя сейчас полной адекватности - а может, и частичной тоже.

Я встаю и снова начинаю приводить себя в порядок, не торопясь.

Так уж у нас, похоже, заведено. Он сияет, говорит, что думает, и пытается изменить мою жизнь - и я бы, возможно, хотела попробовать, но…

Кажется, я по-прежнему могу только сбегать.