Глава 17

Следующие дни я живу в каком-то тумане.

Из особняка Торнов, который я считала своим десять лет, я действительно съезжаю в тот роковой вечер. И забираю Николаса тайно, оставив Алистеру лишь сухую записку.

Когда он узнаёт… Правда в том, что я понятия не имею, как он реагирует. Выходит из себя, вернувшись вечером, с девчонкой под рукой, и не найдя сына? Кричит на слуг? Или старается держать лицо?

Той ночью я не сплю, жду гостей - но они объявляются лишь следующим днём.

Алистера среди них нет. Вместо него - законник, который передаёт мне, что я должна, обязана “вернуть Николаса до конца недели”.

На самом деле… я сразу понимаю, насколько это хороший знак!

Даже не узнав про уловку с обучением, Алистер уже дал мне время! Значит, иномирянка играет свою роль? Как бы я ни кляла её?

К концу недели я посылаю новое письмо, где объясняю, что являюсь учительницей Ника и отдавать его не собираюсь - и пусть Алистер не удивляется, это решение он сам одобрил.

Конечно, ответ прилетает. Ко мне снова ломятся законники. Записки от Алистера сыпят угрозами и вопросами, не сошла ли я с ума.

“Тебе лучше сконцентрироваться на других вещах, и нам велено расстаться мирно. Обещаю заботиться о твоём сыне и наследнике лучше, чем кто-либо”, - пишу в ответ.

Могу сказать… наверное, что мне очевидным образом везёт.

Поток писем истончается. Я получаю ещё одну сухую записку - о том, что мне не стоит обманываться и забывать, что Ник - именно что наследник рода Торнов.

Но время идёт. Идёт, и никто не пытается по-настоящему отобрать моего сына. Когда проходит месяц, мне удаётся сдвинуть время экзаменов в свою пользу - и вот тогда я начинаю верить, что действительно останусь с Ником в покое!

Конечно, я стараюсь не воспринимать это как данность.

Стараюсь тратить подаренное время с пользой.

С домом приходится тяжело. Нет, я могу пережить кое-где отошедшие обои и облезшую краску на фасаде - но латать нужно даже крышу. И переезжать из одной комнаты в другую, пока рабочие утепляют то детскую, то спальню. И деньги на это на всё нужны!

К счастью, лорд Рейз принимает меня сразу. И к не меньшему счастью, он даже не судачит о моём браке, просто предлагает “уладить несколько проблем”. А потом ещё несколько. Я боюсь, что работа окажется сложной, что я не смогу совмещать её с обучением Ника, но на деле всё оказывается наоборот. Рейз загружает меня примерно половиной от того, чем нагружал Алистер. Я еду к нему с утра, а после обеда возвращаюсь домой - и провожу с сыном полдня.

По крайней мере этому Ник рад.

Я отчаянно стараюсь, чтобы ему не было скучно. Получается ли? Территория вокруг дома небольшая, хотя есть сад и маленький пруд. Из слуг остались трое: мой верный Карл - учитель, с которым я не могла разлучить сына, - кухарка и охранник. Хотя последний больше для успокоения души. Вряд ли он остановит толпу законников и гвардейцев!

Самое паршивое, что я так и не придумываю, как объяснить сыну размолвку между нами с его отцом. Пока мы просто “сменили обстановку”, и это позорнейшая уловка! А ещё есть проблема с его друзьями. Нет, я не перестаю выходить в свет совсем. Есть… определённый круг женщин, с которыми я даже стала общаться больше. Несколько дам написали мне сочувственные письма после церемонии, и хоть мне не хотелось чужой жалости, я отвечала им.

А потом поняла, что в отличие от жалости, союзницы мне пригодятся.

И мы стали собираться у Анаис.

И всё же, хоть Ник познакомился с парой их сыновей, к некоторым из его старых друзей теперь путь закрыт. Не из-за денег. Есть семьи, которые были слишком дружны с Алистером, которых я боюсь… Как бы я ни боролась, часть высшего света до сих пор бесчувственно обсуждает мой кошмар наяву.

Да что там, я прячусь от Алистера.

И от Фрея…

Так и проходят дни. Я вроде бы собрала осколки сердца. Даже если и не все, даже если при склейке выяснилось, что нескольких не хватает. Может, я не чувствую так ярко, как раньше. Может, все вещи, которые я делаю, занесены в бездушный план дня, и стоит немного от него отклониться - я с трудом могу сказать, чего вообще хочу.

Но по крайней мере, Ник живёт полной жизнью и улыбается часто. Лезет во все щели нового дома (теперь некому назвать это поведение недостойным), исследует природу, как должен исследовать шестилетний мальчишка.

А потом я сдаю экзамены - и этот день мы отмечаем всем нашим маленьким домом за праздничным столом!

Может, тогда я впервые по-настоящему поднимаю голову и начинаю даже верить, что всё ещё сложится хорошо.

Но буквально три дня спустя, солнечным утром, едва позавтракав, я собираясь к лорду Рейзу. И слышу шум на улице.

Мой единственный охранник с кем-то спорит. А голос…

Я дёргаюсь к двери, поворачиваю ручку - и застываю при виде Алистера.

Он стоит передо мной. Рядом. Здесь - вот первые мысли, которые панически проносятся в голове.

Алистер расправляет плечи и складывает руки за спиной. Окидывает меня взглядом сверху-вниз.

- Смотрю, открываешь сама.

Почему он здесь сейчас?!

- Что ты здесь делаешь?

- Грубо, но другого я от тебя не ждал. Дай войти.

Не хочу его впускать! Каждая жилка напрягается, тело сковывает лёд. Но… Ник с Карлом - снаружи, а значит, скандалить на улице будет ещё хуже, чем в доме.

Я просто отхожу - и он заходит, конечно. Я отступаю в небольшой холл и встаю за кресло, чтобы держать между нами преграду. Охранник остаётся неподалёку, но мне приходится глубоко-глубоко вдохнуть, чтобы прогнать оцепенение.

- Алистер, я не ждала тебя, - говорю очевидное. - Зачем ты приехал?

Это паршиво, но я вдруг понимаю, что вся решимость, которую я копила в последний месяц - не больше чем пыль. Накатывают воспоминания, как мы “прощались”, по телу ползёт ледяная паутина. Сердце начинает стучать слишком часто, в голове звенит.

Алистеру явно плевать на это - потому что он бесчувственно оглядывает обстановку.

- И вот на это ты променяла свою прежнюю жизнь?

Я хочу зашипеть, что ничего не разменивала! Но одёргиваю себя.

- Что тебе нужно?

- Развод. - Алистер вдруг стреляет в меня горящим взглядом. - Всё почти оформлено. Поставь подпись.

И он достаёт из-за пазухи и протягивает мне сложенные бумаги.

Я моргаю, глядя на них. Должна признать, напряжение… чуть-чуть спадает. Это не назвать плохой новостью, вовсе нет.

Беру листы, раскрываю их и начинаю читать. Внимательно, конечно - меня учить не надо. На первый взгляд всё даже в порядке. На меня не вешают обязательств вроде “не порочить имя Воителя”, да и с компенсацией вопрос пока не закрыт, его ещё поднимут позже.

Мы просто наконец перестанем быть мужем и женой, вот-вот!

Смущает только, что привезти бумаги лично - совсем не в стиле Алистера.

- Я могла бы просто приехать в суд.

- А я решил, что пришла пора наконец навестить тебя, - голос пока ещё мужа тяжелеет. - Посмотреть, в каких условиях живёт мой сын.

- Ты всегда можешь улучшить эти условия, если хочешь, - дарю ему острый взгляд.

- Что, готова просить денег?

Проклятье, зачем я вообще открываю рот, трачу на него слова?!

Надо подписать всё и спровадить его. Нет, надо ещё раз внимательно всё перечитать - а лучше оставить документы у себя до завтра.

Но пока я всё-таки читаю, держа бумаги на весу и стараясь не отвлекаться.

- И ты сидишь тут целыми днями? - Голос Алистера становится раздражённее. - Тебя вообще не видно в свете. Стала затворницей, Николаса тоже затворником делаешь? И в академию, я смотрю, перестала ездить. Что, там не интересно, если не за кем шпионить?

- Лучше расскажи, как у тебя всё прекрасно! - не выдерживаю я.

Какого тхара?

Почему десять лет ему не была интересна моя жизнь - а теперь вдруг столько вопросов?!

- Конечно, у меня всё прекрасно. - Алистер вдруг почти рычит. Между нами шагов шесть, но я дёргаюсь назад. Может, это его отрезвляет, и он морщится, ослабляет ворот. - Я почти стал первым воителем, всё идёт по плану. Скоро и с Тьмой разберёмся наконец.

А я впервые за этот разговор отмечаю что-то новое.

Он вообще выглядит немного странно.

Будто взъерошенным. Рубашка слегка помята, да и сюртук тоже. Черты лица кажутся острее, чем обычно, глаза - вообще почти чёрными. У меня сразу всплывают воспоминания: как-то так он выглядел одно время, когда Лихарт завалил его заданиями… что, и сейчас дел по горло?

Но долго разглядывать Алистера - себе дороже, так что додумываю я всё это, уже долистывая бумаги. Нет, с ними точно всё в порядке. Переворачиваю предпоследнюю страницу…

И застываю.

Тогда Алистер говорит:

- О да. Ещё я приехал сказать, что всё-таки заберу своего сына.

Под бумагами, рассказывающими о нашем разводе, лежит ещё одна - короткий приказ явиться в суд.

Я резко поднимаю взгляд.

- Что?

- Знаешь, как раздражает, что вообще приходится тратить время на эту чушь?! - в голосе мужа опять прорывается рык. - Но я потрачу. Ты обманула меня. Обманом заставила подписать глупость и отняла Николаса! Прекрасно, но ты правда думала, что это меня удержит? Я оспорил решение о его учёбе, и суд всё пересмотрит.

Меня словно кто-то пинает по рёбрам. Взгляд Алистера - снова жестокий, снова чужой… но сейчас даже хуже. Эта тьма в глазах…

А самое паршивое - я вообще не понимаю, почему!

Он же уже отстал. Упустил самую лёгкую возможность вернуть Ника. По всем разумным прогнозам он должен был забыть про меня и радоваться жизни! Купаться в славе, принимать почести и наслаждаться молодой любовницей…

- Ерунда! - взвиваюсь. - Ты подписал, потому что тебе было плевать. Никто не поверит, что ты передумал.

- Не поверит мне?! Из-за твоих слов?! Свет, да неужели я бы одобрил, чтобы моего сына учила тёмная? И в таких условиях? Но главное, - Алистер усмехается, - дело рассмотрит Йемер. И он уже считает, что пока решения нет, Николас должен отправиться ко мне.

Этого просто не может быть.

Я очень хочу выругаться. Кажется, у меня слабеют ноги, пока я дочитываю последний лист до конца. Йемер - один из друзей Алистера, один из первых, с кем он обсуждал иномирянку! И если всё так…

- Зачем? - шиплю, всё ещё пытаясь не поддаться панике. - Просто зачем тебе это?! Мы же можем расстаться как есть, хотя бы без новой крови, почти забыть друг о друге!

Последняя фраза снова распаляет какую-то искру в нём - я чувствую.

- Потому что я захотел. Потому что я - лорд Торн, Грейс, а ты…

Он не заканчивает. Я прикрываю глаза - потому что мне всё-таки очень сложно с ним разговаривать. Ненавижу себя за такую слабость! За все жалкие чувства, что переворачивают душу! Но мне страшно рядом с ним - и стыдно за то, что я всё это допустила.

- Не делай этого, Алистер. - Мой тон похож на просьбу.

Он только усмехается.

И на этом, наконец-то удовлетворённый, разворачивается.

- Подписывай развод. Я пока побуду с сыном на улице.

Дверь хлопает раньше, чем я прихожу в себя. Алистер просто-напросто уходит так же легко, как пришёл - снова чувствуя себя победителем.

***

Когда Алистер наконец уезжает, я много раз прохожу из одного угла холла в другой.

Делаю, наверное, сотню глубоких вдохов, пока не начинает кружиться голова.

Может, это немного помогает. Мне хватает сил поцеловать Николаса как ни в чём не бывало и уехать к Рейзу. Но тому я объясняю ситуацию и прошу обойтись без меня в ближайшие дни.

А дальше, наконец, во весь рост встаёт ужасный вопрос: что же делать?

Это неприятный шаг, но я всё же решаю первым делом поехать к проклятому Йемеру. Минута позора стоит того, чтобы оценить, насколько всё плохо! Увы, “господин судья” не спешит даже принимать меня. Приходится устроить почти-скандал у его секретаря, чтобы встретиться с ним на пять минут.

- Не знаю, чего вы ждёте, леди… Эшли. - Йемер зовёт меня так, будто я уже разведена. И хоть фамилия мне нравится, с его стороны это явно знак пренебрежения. - Всем известно, что лорд Торн - человек уважаемый. Всем понятно, что его наследник должен жить с ним. О чём бы вы ни договаривались, это было до вашего разрыва - болезненного для вас, давайте признаем очевидное. Так что я в любом случае ратую за то, чтобы отменить эту историю с учительством. А вам советую всё же помириться с лордом Торном. Признать его правоту и не мучить сына.

Я многое хочу на это сказать - но ничего цензурного и полезного! Увы, в отличие от глупца Эдмонда, Йемер осторожен. На него у меня никогда не было компромата, и я не знаю, как сейчас на него воздействовать.

Законник, которого посоветовал Рейз, пытается меня утешить.

- Конечно, это жутко неприятно, леди Грейс! Кто назначил этого судью - нет, вернее будет спросить, как ваш муж добился такого назначения? Законными ли методами? Думаю, нам стоит первым делом ходатайствовать об его замене. Я поговорю с коллегами…

Я издаю тихий стон - потому что в этот момент думаю, что распоряжение мог отдать сам Лихарт. Это ведь столь в его стиле! Уважить просьбу Алистера, насолить мне. Но если так… на что я вообще надеюсь?

- В любом случае, пока закон на нашей стороне, - останавливает мои панические мысли союзник. - Но лорд Алистер явно собрался играть на репутации и влиянии. Должен признать, эти карты у него сейчас сильны! Если он убедит судью оставить сына с ним на время разбирательств, вам будет сложно…

- Этого нельзя допустить! - говорю тяжело.

- Вот что: съездите в академию и поговорите с теми, кто может представить вас с хорошей стороны, как учителя. Нам надо сразу сказать, что в вопросах репутации вы не собираетесь отступать.

И по его указке я действительно еду.

Хотя по правде говоря, это нелегко. День и так рвёт нервы. Но академия… Алистер не зря заметил, что я перестала здесь бывать. Здесь слишком много знакомых. Каждый из них знает, что я лишилась всего и что светловолосая иномирянка разгуливает по комнатам дома, где я жила. отдаётся Алистеру там, где я спала и работала…

Мне непривычно, сложно опять навещать Солдиса и Поля. Сидеть в приёмной у архимага. Нет, конечно, это не останавливает: я выполняю инструкцию, обхожу знакомых. Просто каждый взгляд колет и ложится инеем на кожу - так, что я стараюсь не глядеть лишний раз по сторонам.

Потому вздрагиваю, когда на улице внезапно слышу со спины:

- Грейс?

Не то чтобы звук собственного имени так на меня действует.

Действует голос, который я никак не ожидала услышать… о Тьма. Тьма!

Голос Фрея я узнаю из тысячи.

Я медленно разворачиваюсь. Прижимаю к груди ладонь и невольно её сжимаю.

Казалось бы, за полтора месяца обычной жизни человек не может сильно измениться. И Фрей Лотер не изменился - умом я понимаю, что передо мной всё тот же парень. С теми же белокурыми волосами и цепляющим взглядом, с притягивающей внимание фигурой и в модных одеждах. Но всё равно я смотрю на него, будто впервые.

Он отпустил… это даже бородкой не назвать, скорее лёгкую щетину. И волосы чуть длиннее стали. Похудел? Нет, всегда был стройным. Я почти забыла, какой он красивый - и нет, лучше об этом сейчас не думать.

- Фрей, - говорю так тихо, что с расстояния вряд ли даже слышно.

И если я надеюсь, что он помашет мне рукой и растворится в тумане, то он эти надежды пресекает на корню. Парень быстро - по-моему, излишне быстро! - идёт ко мне.

- Что ты здесь делаешь? - спрашиваю обречённо, когда расстояние между нами тает.

- Тренируюсь. - А он и не пытается отвести от меня взгляд. - Чтобы стать всё же воителем получше. Подумываю вернуться на службу.

- Правда? Здорово.

Странная ситуация. Вдруг понимаю, что он уже рядом и вообще “поймал” меня почти там же, где мы стояли когда-то во Тьме! У фонтана. Фрей застывает и смотрит на меня сверху-вниз. Ветер немного трогает его волосы у лба, доносит до меня его тепло.

- Тебе неловко, да? - остро усмехается он наконец. - Не ожидала, что если вдруг поехать в место, где мы так часто встречались, можно встретить меня снова?

- Я не настолько тебя боюсь.

- Правда? Потому что мне казалось, что я написал тебе двадцать девять писем, из которых ты не ответила ни на одно.

- Согласись, когда произносишь это вслух, кажется, что писем многовато.

О да. Он писал мне, и действительно почти каждый день! И после первых двух раз я даже не позволяла себе открывать конверты, чтобы узнать, о чём.

- Видимо, недостаточно много, если ты так и не соизволила поговорить со мной. - Фрей снова прижигает меня взглядом. - Ладно. Что ты здесь делаешь? У тебя что-то случилось?

У меня всё написано на лице? Я тут отчаянно стараюсь держаться! Почему он опять так хорошо меня читает?

Нет, я не буду рассказывать ему о своих бедах, это ловушка.

- Нет, - заставляю себя улыбнуться. - Обычный день.

- Раньше обычный день рядом с тобой значил интриги и заговоры. И, честно говоря, нёс много поводов для твоего расстройства.

- Да, славные были времена, мне нужно идти.

Я шагаю в сторону. Фрей зеркалит моё движение и заступает дорогу.

- Нет.

- Что, прости?!

- Нет. - Он дожидается, пока я подниму голову. Встречает мой гневный взгляд своим упёртым. - Мне всё равно, что ещё ты обо мне подумаешь: что я упрям, как твой муж, что я даже хуже. Меня не устраивает, что ты думаешь обо мне сейчас. Ты считаешь меня каким-то дураком, да? Не знающим, когда женщина ему нравится, не способным разобраться в своих чувствах? Поэтому ты меня оттолкнула?

Такого я сегодня не ждала.

Всё-таки что-то изменилось. Весь его вид - серьёзнее, чем раньше. Это щетина на лице. Напряжённое тело, металл в глазах. Ну, он хотя бы выглядит получше Алистера.

- Фрей. Это совсем не то, к чему я сейчас готова… - Невольно отступаю к фонтану и смотрю по сторонам. Рядом журчит вода, вокруг продолжается жизнь, по дорожкам идут люди.

Не хотелось бы выяснять отношения у них на глазах.

- Я не могу выкинуть тебя из головы, - говорит парень тихо, но неожиданно резко. - Грейс, не могу и не хочу. Нам было хорошо. Ты почти разведена. Я знаю: тебе нужно время, чтобы пережить всё дерьмо, которое на тебя свалилось и, чего уж таить, связало нас, но я хочу, чтобы ты была рядом. Со мной. Моей женщиной.

О Свет!

Интересно, чего я ожидала от нашей встречи? Я ведь знала, что не получится бегать от него всю жизнь! Но на что надеялась? На то, что он быстро забудет меня, как глупое увлечение? На то, что я забуду его?

Затея не увенчалась успехом - я понимаю это, но ещё не хочу разбираться с последствиями.

- Извини, это сейчас… слишком.

Парень запрокидывает голову.

- Знаю. Ты избегаешь если не всего белого света, то по крайней мере шумных мест в городе. Если ты выбралась в сюда - у тебя что-то важное. Ну? Расскажешь?

Проклятье!

И что он сделает? Поправит мою “репутацию”? Да нас даже видеть вместе не должны - вот что твердит циничная часть меня, которая давно взяла контроль и одна-единственная сейчас помогает мне двигаться вперёд!

Но какой-то другой, глупой части на самом деле очень хочется поговорить с ним. Несмотря на предыдущие его слова, после которых разговаривать - однозначно безумие.

- Можем посидеть в парке, - вздыхаю тихо.

- Идёт.

Иду после этих слов я - как миленькая иду и ищу нам место поспокойнее.

Наконец, мы устраиваемся на лавке, почти со всех сторон укрытой тёмно-изумрудной листвой. В тени, почти в темноте.

- Что стряслось? - Фрей, по-моему, так и не отрывает от меня взгляда.

Я вздыхаю и начинаю говорить. Отрешённо, стараясь не думать о том, что наговорил он.

- Дерьмо, - заключает он, выслушав.

- Спасибо, я тоже так решила! Хорошо, раз уж ты меня выслушал, скажи что-нибудь более определённое, будь добр.

- То есть, закон на твоей стороне, но судья - нет?

- Похоже на то.

- И ты думала повлиять на этого придурка? Купить его, поугрожать ему?

Я невольно смеюсь - конечно, не от радости.

- А мне казалось, ты хотел встать на праведный путь.

- Да, но речь ведь о твоём сыне. - Фрей по-прежнему слишком, непривычно серьёзен. - Так, для заметки. Я не знаю мальчишку ни капли, зато зная тебя, Торна и нашу леди-спасительницу, уверен, что ребёнку сейчас лучше расти с тобой. Возможно, вообще до совершеннолетия.

Я, конечно, благодарна за это мнение. Очень. Но меняет оно мало.

- Серьёзно, Фрей, что бы ты делал на моём месте? У меня нет влияния. Мой статус в обществе - почти такой же, как десять лет назад! А Алистер действительно стал Первым Воителем или вот-вот станет.

Даже если я сойду с ума и решу отдать буквально всё, что у меня есть, проклятому лицемеру Йемеру, этого не хватит.

Фрей засовывает руки в карманы и чуть ли не впервые с начала встречи глядит мимо меня - на дорожку впереди.

- Допустим.

А я вдруг понимаю то, что, наверное, не хотела бы понимать вовсе.

Он же сейчас предложит мне помощь. Снова. Наверняка предложит: может, деньги, а может, какой лихой способ убедить “судью”. И я… не откажусь. Я не в том положении, чтобы играть в гордость - вот что видит та самая циничная часть.

Но во-первых, я почти не верю, что у него хватит сил победить Алистера. Нет, конечно, он способный! Но Алистер получил слишком много. Фрей попробует, снова. Скажет красивые слова - но где-то внутри он и сейчас знает, что не может предложить мне ничего надёжного. Что он может сделать хуже…

А во-вторых, я буду ему обязана.

И что, он правда так хочет, чтобы мы сошлись? Поставит это условием? Не знаю, насколько всерьёз я его всё-таки привлекаю - но… мы сойдёмся. И я стану обязана ему, как была обязана Алистеру.

При одной мысли об этом меня пробирает дрожь.

Неужели я только на такое и способна? Благодарить? Стоять в отношениях на две ступени ниже?

Сжимаю юбку и пытаюсь прийти в себя. Свет, много же я уже надумала. На самом деле… мне вдруг просто безумно жаль. Что я встретила Фрея в такой период жизни, что нас связало сплошное “дерьмо”, как он метко выразился.

Что я сейчас не могу даже подумать о будущем с мужчиной без страха.

Я ведь думала, думала о другом! Каждый раз, держа в руках его письма, вспоминала, как легко и приятно с ним разговаривать. Как хорошо было его целовать.

Правда в том, что я не отвергала его. Я много раз пыталась представить нечто иное, лёгкое, счастливое - но в голове так и осталась пустота. Я думала, если дать себе время… Если спрятаться ещё на день, то завтра я проснусь и пойму, что это такое - мой эфемерный счастливый брак.

Может, даже пойму, что такое любовь - потому что… кажется, я просто не знаю.

Долго молчу, зарывшись в эти мысли. Верчу в голове оговорки, которые позволят выиграть ещё немного времени. Но когда я наконец готова заговорить…

- Что ж, - произносит Фрей как-то мрачно. - На самом деле, у меня есть для тебя очевидный совет. Не знаю, правда, насколько он тебе понравится.

- Очевидный? - повторяю я.

Что-то в его интонациях отрезвляет. Волнует.

- Да. Допустим, Торн давит влиянием и играет с законом. Но ты не думаешь пойти к человеку, который стоит выше любого судьи и очевидно тебе благоволит?

Я, наверное, выгляжу очень глупо, потому что вообще не понимаю, о ком он. Или о чём.

- О ком ты?

- О короле, Грейс. Ты была у него хоть раз после того случая с порталом?

Вот теперь повисает какая-то долгая и уж точно дурацкая тишина.

- Что?

- Что? - Фрей зеркалит моё удивление. - Знаю, идея спорная. Но ты спросила, что бы я делал на твоём месте. Правь нами какая ледяная королева, желающая… В общем, я бы пошёл и попытался воспользовался её расположением ради сына.

Прикладываю пальцы к вискам и медленно тру их - потому что, во-первых, это не похоже на то, что я успела себе напредставлять. А во-вторых, происходит какая-то очевидная чепуха!

- Каким расположением? Я избегаю Лихарта, да! Потому что он терпеть меня не может и если я лишний раз попадусь ему на глаза - наверняка придумает, как сделать мою жизнь ещё хуже.

Теперь Фрей берёт паузу и очень долго смотрит на меня.

- Ты что… Погоди. - Он снова останавливается сам. - Не говори только… Тхар побери, ты же не осознаёшь себя привлекательной, в этом дело?

Я просто молчу.

Взгляд Фрея становится каким-то очень странным. В нём будто мелькает понимание, капля укора и ложка удивления. А потом он закрывает глаза.

- Грейс, ты… Хорошо, я знаю твою ситуацию, поэтому не буду издеваться. Но ты же должна была хоть иногда открывать свои чудесные глаза-на-лице? Хоть подозревать, что его величество положил на тебя глаз?

Он весьма уверенно произносит эту ерунду, фразу за фразой.

- Положил. Правый или левый?

- Он флиртовал с тобой на публике, не стесняясь. Даже я был свидетелем! А уж после портала он спрашивал меня о тебе с пристрастием. Не представляю, как проходят ваши личные встречи, но должны были быть намёки? Да я половину состояния поставлю на то, что он хочет тебя. И высоко оценивает. Что? Ничего не сходится?

- Он практически собственными руками развалил мой брак!

- Не вижу противоречий.

Я резко встаю. Набираю воздуха в грудь, сжимаю кулаки и разворачиваюсь, чтобы посмотреть на листья сирени. Считаю до тридцати, потом до тридцати пяти. Поворачиваюсь обратно.

- Он ужасно ко мне относится, - говорю менее уверенно.

- Слушай, ты так упорно это повторяешь… Но хорошо, наверное, он не образец галантности. Местами тиран, не любит отказы. Хотя насколько знаю, за свободу воли ещё никого со свету не сжил. - Фрей одёргивает рукава сюртука, и его голос неожиданно становится звенящим: - И не знаю, как далеко идут его планы. Видит ли он тебя фавориткой на месяц или третьей женой, но даже судя по твоим рассказам, он преследует тебя давно. Да, это странное предложение от меня - лечь в его постель, чтобы выгадать счастье для сына. Но, может, ты что-нибудь ещё придумаешь. И это честный ответ, который, похоже, для тебя был не лишним.

Я совершенно ошарашена всем, что он сказал.

Во всех смыслах.

Лихарт ко мне расположен? Проклятье. Да что это за ерунда-то такая?! То есть, неужели не ерунда? Как? Почему? Почему мне никто никогда не говорил?!

А кто должен был? Про короля не распускают сплетни. Алистер говорил, что я Лихарту не нравлюсь - и, думаю, искренне так считал…

А ещё со стороны Фрея это что угодно, но не попытка извлечь выгоду из ситуации.

И у меня вдруг встаёт ком в горле. В глаза кто-то словно бросает песка. Я несколько раз моргаю и снова отворачиваюсь к кустам, и снова очень долго смотрю на листья, точки, дырочки и прожилки, надеясь прогнать всё это.

- Почему-то ты всегда говоришь мне самые неожиданные вещи, - произношу сдавленно.

Фрей не отвечает. Когда я смотрю на него снова, то встречаю тот же острый взгляд, что и при нашем последнем расставании. Его рука сжата на краю лавки, до побелевших костяшек.

- Поезжай к нему завтра. Я провожу тебя, - говорит он после долгой паузы.

Я хочу сказать, что не нужно. Это будет странно. И он не должен. Но что-то внутри велит заткнуться, и я слушаю этот порыв.

- Спасибо, - киваю, продолжая глядеть на его руку.

Лицо начинает гореть, и мне горько в этот момент. После всего, что я надумала, после всего, что прочувствовала… вот именно сейчас по-настоящему горько.