Глава 8

Я просыпаюсь от пустоты рядом. Простыни холодные, и Алекса нет. Несколько секунд просто лежу, прислушиваясь к тишине. На мгновение мне кажется, что он все еще здесь, стоит у окна, задумчиво смотрит на рассвет. Обернувшись, вижу лишь откинутое в сторону одеяло.

Как будто ночи и не было.

Как будто все, что произошло между нами, растворилось во времени.

Я вздыхаю и сажусь на кровати, пытаясь справиться с этим щемящим ощущением.

Глупо было думать, что он останется. Еще глупее — надеяться, что утро будет таким же приятным как ночь.

Ополоснув лицо и приведя себя в порядок, я поднимаюсь на палубу. Море растекается передо мной бескрайней гладью, отражая солнечные блики. Легкий ветер треплет мои волосы, но я не ощущаю его прохлады, мое внимание приковано к одинокой фигуре.

Алексею!

Он сидит за накрытым столом, небрежно постукивая пальцами по его краю. Заметив меня, он поднимается. В глазах ничего, кроме спокойствия.

Ни единого намека на прошлую ночь.

— Ты наконец проснулась, — произносит он. Встает и отодвигает стул для меня. — Я уже начал думать, что ты решила проспать весь день.

— Я не из тех, кто долго спит, — говорю ровным тоном и опускаюсь на предложенное место.

Молча беру в руки чашку с кофе. Его восхитительный аромат ударяет в нос, но мне трудно сосредоточиться на чем-то таком простом. Внутри меня разлито странное чувство.

Ощущение надвигающегося конца.

Мы завтракаем молча, словно ничего не случилось. Ни одного случайного взгляда, ни единого жеста, который бы выдал, что между нами произошло что-то большее.

Алексей ведет себя сдержанно, почти отстраненно. Как будто я всего лишь приятный собеседник и ничего больше.

— Чем займешься сегодня? — после затяжной тишины спрашивает он, отрезая ножом кусочек омлета.

— Отправлюсь на стажировку, — пожимаю плечами. — Я опаздываю, кстати.

— Могу подвезти.

— Было бы неплохо, — говорю я, понимая, что спорить с ним бессмысленно.

Смотрю на него, пытаясь найти в его лице хоть намек на проявление той нежности, что светилась в его глазах, когда я засыпала в его объятиях. И ничего.

Алексей остается невозмутим.

Солнце высоко поднялось, когда мы садимся в его машину. Алекс уверенно и сосредоточенно ведет авто, мастерски лавируя в утреннем потоке.

Украдкой смотрю на него.

Возможно, это последний раз, когда я вижу его вот так рядом. Когда он останавливается у особняка моего отца, внутри меня поднимается тревога. Я даже не успеваю выдохнуть, как дверь распахивается.

На пороге хмурый и мрачный стоит отец. За его спиной маячат мои братья. Их взгляды пронзают меня, бегло осматривая машину и Алексея.

— Вика, — голос отца жесткий, полный ледяного спокойствия, не предвещает ничего хорошего.

Я выскакиваю из машины и пытаюсь что-то сказать, но Алексей не дает мне и рта раскрыть. Покинув раньше меня водительское кресло, он подходит к моему отцу и спокойно говорит:

— Доброе утро, Николай Иванович. Ваша дочь провела ночь со мной.

Тишина, повисшая в воздухе, глушит все звуки.

Я замираю.

— Что⁈ — Отец смотрит на него, затем на меня, словно ожидая, что я начну возражать.

Я бы и хотела, но слова застревают в горле.

— Буду честен до конца. Я соблазнил вашу дочь, воспользовавшись ее неопытностью, — продолжает Алексей, не отводя от него глаз.

Внутри меня поднимается целая буря.

Какое право он имеет рассказывать отцу о том, что между нами произошло?

Я не жертва!

— Алексей, что ты несешь? — гневно говорю я, но голос звучит сдавленно и похож на писк.

— Позже поговорим, детка, — обрывает меня он и поворачивается к моему отцу. — Готов загладить свою вину и жениться на вашей дочери.

Отец выглядит сбитым с толку.

Я не меньше него ошарашена.

— Не верь ему! — подлетаю к ним.

Алексей никак не реагирует на мое присутствие.

— Прошу вас, пройдемте в кабинет и обсудим детали, — обращается он к отцу.

Алекс входит в особняк, не дожидаясь приглашения.

Бросаюсь за ним, и мои братья встают передо мной, не давая пройти.

Очень зря.

Если б не они, я бы выцарапала глаза мерзавцу.

— Ты ненормальный! — кричу в спину Алексею. — Папа, я не выйду за него замуж!

Вот только меня никто не слушает. Отец отворачивается и следует за гостем вглубь дома.

Вновь пытаюсь прорваться к ним, и братья снова не дают.

Они стоят стеной, не давая мне войти в дом.

— Вы это серьезно⁈ — бешено смотрю на них.

Они хмуро смотрят на меня.

— Успокойся, мелкая, — говорит старший брат. — Не вмешивайся в мужской разговор.

Я гневно мотаю головой, чувствуя, как во мне закипает злость, отчаяние и растерянность. Взрывоопасный коктейль.

Что задумал Алексей?

Почему позвал отца в кабинет?

Я смотрю вслед двум самым дорогим для меня мужчинам и понимаю, что полностью теряю контроль над своей жизнью.