Глава 20
— Разгадка в том, что их охранное агентство и было охранным, рыть не там всем нам стоило, — хмыкнул тяжело Николай. — Правда, во время ведения объекта, именно охраной все данные про хозяев собирались. И проверялось потом, что декларировали, а что явно незаконно получали… «Утаивали» от закона. О чем не так торопиться будут сообщать в случае пропажи. Все ж должностные лица были. А вот потом, после прекращения контракта, но тоже не сразу, приходили… другие. Те, кого Санек с Максимом находили и в оборот брали, пока служили. Те, кому где-то помогали от закона уйти, где-то прикрывали, делая себе обязанными. «Теневое» агенство, так сказать, но уже не охраны, а «очистки» домов, — подполковник вновь перерыв сделал, сглотнув.
Но в этот раз покачал головой, отказавшись от воды. Дима не настаивал, и не перебивал. Да и Женьке не дал ничего спросить, подняв руку.
— Это я потом уже понял, когда вся заваруха началась. А суть в том, что не только им такая «гениальная» идея пришла в голову. Схема-то стара, как мир. Кто-то из бывших сбушников организовал что-то подобное. Только и крышевали их свои, повыше люди. А в тот вечер они вообще должны были разыграть задержание, думаю. НЕ знаю как, но проморгал Максим, что объект, который они решили обобрать, уже взяли на охрану в другом агентстве. Началась неразбериха, у кого-то первого не выдержали нервы, выстрелил. И понеслось… Четыре трупа, — подполковник с усилием сжал губы на секунду, как дыхание переведя. — Только те, другие, успели своих вызвать, потому и примчалось СБУ так быстро, стараясь прикрыть огрехи. Но шум все равно уже поднялся, наши прибыли, но их восвояси отправили. Точно подробностей не знаю, но по итогу Санек с Максимом сумели заключить соглашение с другой стороной. Только вот свидетелей много, больше того, мои парни, Роман и Толя, с кем он тогда в паре приехал на вызов, вроде видели тех, кого на месте преступления вообще быть не должно. Ребята этого не знали, но если бы кто-то копнул и началось расследование… И Санек с Максом должны были решить эту проблему по тому уговору, а их бы потом отмазали и прикрыли… Я так думаю, во всяком случае. А опыта немало, навряд ошибаюсь.
Николай откинулся на подушку как-то совсем грузно. Опустил веки, будто все силы исчерпал. Вновь бледный стал. Точно потратил немало ресурсов…
Но оно того стоило! И Дима, похоже, уже примерно представлял, почему Романенко так в этом деле заинтересован! Оставалось теперь понять, к кому идти, чтоб перепрыгнуть и босса, и тех, кто точно же с ним в этом замесе участвует.
— Николай, а вы знаете у нас кого-то, кому реально верить можно? — уже наплевав на конкуренцию, которая так или иначе, а была между управлениями, решил начистоту идти. — Потому как после вчерашнего общения, я не сомневаюсь, что и наш непосредственный начальник тут замешан. Да и в духе Романенко такие… схемы, — признал с некоторой горечью, глянув на Евгения.
Тот и хотел бы поспорить, казалось, однако… Факты — они штука упертая. Да и характер, удачу своего командира оба неплохо знали. Как и то, что умел крутиться, змеей проскальзывать и втираться в доверие к тем, кто выше стоял, подмазывать так, чтоб его не сняли. Всегда мог порешать со всеми…
Но ведь и на таких управа быть должна, елки-палки! Как бы там ни было, а Дима не для прикрытия подобных схем работать хотел! Не для того он своей натуре и совести когда-то хребет переломал, чтоб его руками начальство бандитствовало. Может, и не герой, и не образец, как тот же Николай, к примеру, но свои понятия есть, и за них на многое был способен.
Как и за Алю.
Подполковник на несколько минут задумался. Так и лежал с закрытыми глазами, словно мысленно адресную книгу листал.
— Знаете, пожалуй, есть. Думаю, что знаю человека, к которому тебе стоит пойти от моего имени, — резко раскрыв глаза, Николай глянул в упор на Дмитрия, будто приказ ему отдавал.
По факту и по званию — имел право, и он с ним спорить не хотел, впервые забрезжил свет реальной надежды переломить ситуацию.
— Так что ты обсудить хотел? — спустя двадцать минут, они стояли за хозпостройками больницы, едва не у самого морга.
Меньше людей, меньше лишних глаз и ушей. Да и машину новую не хотел светить, хоть и перед Женькой, не такие уж бесконечные у него ресурсы. Сюда тоже добирались порознь: Дима как можно быстрее постарался испариться из отделения, правда, прикупив внизу кофе обоим, а Женька задержался, вернув охрану и поколдовав с камерами так, чтоб получасовая «поддельная» картинка не бросалась в глаза тем, кто вздумает просмотреть файлы.
Теперь они пили кофе, думали над тем, что подполковник сказал и… курили. Редкое явление, на самом деле. Дима не то чтоб кайфовал от этого дела, не врал, когда Але на свое отношение намекал. Разве что по легенде. Или когда хорошо понимал паршивость ситуации. Как сейчас.
У Жени было похожее настроение. Видно, потому он сам сигареты и предложил, купив в ларьке на остановке.
— Мишку… — как-то тяжело выдохнув, ну точно, как подполковник недавно, напарник глянул на Дмитрия исподлобья.
— А что с ним? Сам же сказал, что выписали, — насторожился Дима, прикинув, что это могло быть и легендой для Николая.
Осложнения? Какие-то новые проблемы по здоровью из-за ранения?
Но уточнить не успел.
— Я думаю, что это он нас сдал, Дима, — сделав глоток кофе с таким видом, будто горящую смолу пил, рубанул вдруг вообще нетипично для себя Евгений. — Тогда, когда в дом пробрался киллер.
Замер, не успев донести свой стаканчик до рта. Посмотрел внимательно на приятеля и… Затянулся вместо кофе.
— Откуда такая уверенность? — не споря и не заявляя, что быть такого не может, уточнил Дима. И про то, что Миша больше всех Алину выгораживал, не напоминал, знал, что Женя не забыл.
А голос ниже стал, ты смотри, как горло сдавило.
— Я вчера его предложил подкинуть домой, после выписки. У него ж ранение в ногу было… Твою ж! Должен был раньше додуматься, классика блин! — ругнулся Женька, тоже сильно затянувшись.
Дима пока не уловил доводов, но и не перебивал больше.
— Он отказался. Ну, думаю, имеет право. Как раз занялся камерами наблюдения, раз в больнице, думаю, чего без дела сидеть. Спустился к машине, мне аппаратуру привезли, ну и… — Женя допил махом свой кофе и как-то зло смял ни в чем не повинный стаканчик. — Смотрю, Мишка в какую-то машину сел левую. Ну, думаю, может, такси взял с обочины… Только там кто-то уже сидел на заднем сидении, они разговаривать начали, явно его ждали. А потом Мишке что-то дали и он вышел, оглядываясь во все стороны так, словно чувствовал, что смотрю. И конверт запихивает в пакет с вещами, что в больницу брал… Не знаю, Дим, я, может, и на воду дую, только… Почему-то сложилось все сразу в голове. Ведь кто-то навел и впустил, и не забил тревогу. А его дежурство было… Б**!
Дмитрий прижал левый висок основанием ладони, размял, прострелило что-то болью, как судорогой. Докурил молча, по правде, просто не зная, что тут сказать. Поверил Жене. Прав приятель, слишком много совпадений, чтоб случайностью быть. Слишком много вопросов.
Блин, обидно! Да что с людьми у них в управлении?! Хотя… Понятно что, ключик к каждому можно найти, учитывая обстановку и уровень дохода. А Мише скоро на пенсию по выслуге и он не раз намекал, что будет сразу уходить, ибо жить на такие гроши, да еще и детей учить, просто нереально, учитывая степень их риска. В чем-то да, конечно. Но как же честь и совесть, мля?! Или не Дмитрию касаться этих величин?
Но ведь он никого не продавал ни разу. И противно до того, что от кофе сейчас вывернет, кажется.
Он вернулся весь пропахший сигаретами. Этот запах теперь заставлял ее напрягаться, после вчерашней неоднозначной реакции.
Еще и в дом не торопился, задержался поначалу во дворе, что-то словно перекладывая?.. Алине не было видно за машиной, вот и вышла на улицу… И оторопела на пару мгновений, увидев, что Дред делает!
Он раскладывал костер на небольшой полоске земли у забора. Как по ней, то очень странно. И курил, да, Аля моментально запах дыма уловила. Разумеется, Алину он тут же заметил, поднял голову, одарив непроницаемым для нее и каким-то темным взглядом, хоть и странным показалось, что его светлые глаза могут так смотреть. И вновь вернулся к своему занятию.
Она невольно поежилась, обхватив себя руками — каким-то странным зябким холодом по нервам прошло. Почему у них каждое его возвращение, будто на репит все ставит? Словно заново нужно дорожки и тропки к взаимопониманию искать?
Или это Аля никак не научиться Дреда понимать так, что не нужны слова и объяснения, как он ее понимал, кажется.
— На плите тебя уже не устраивает, решил на костре готовить? — попыталась с юмора начать, чтобы как-то легче атмосферу сделать.
А то на улице стоят, а дышать не выходить, давит на плечи и грудь это его настроение. Что же Дред узнал?
И до чёртиков еще внутренне нервирует уже это прозвище, напоминая, кто он… Заставляет вину ощущать за свои эмоции и чувства, что захлестывали с каждым часом все сильнее. Уже не так важны были здравые доводы. И куда легче стало оправдывать пусть и неизвестное ей, но явно же существующее прошлое, теми аргументами, что сейчас этот мужчина играет на законной стороне, о ее безопасности беспокоится, помогает ей справедливость восстановить. Пусть изначально им шкурные интересы руководили, если вспомнить, как он ее «под защиту» брал и что говорил, но ведь теперь никаких сомнений у Али нет, что и для него все глубже и куда более лично стало.
Черт возьми! Моральный конфликт разрывал изнутри, добавляя сложностей в и без того непростую ситуацию. Будто ей и без внезапно проснувшихся чувств, нервов мало, ей-богу!
— Люблю огонь. Особенно, когда многое обдумать надо. Или когда тяжело, — не прекращая складывать поленья, ответил мужчина.
Прозвучало отрывисто, будто он принуждал слова из груди вырываться, выталкивал, как Сизиф чертов камень в гору.
— И какой сейчас случай? — не обратив внимания ни на сигарету, ни на то, что он держался отстраненно и холодно, подошла совсем близко.
А потом и вовсе обняла со спины, чтоб не мешать поджигать бумагу, которую мужчина использовал для ускорения процесса. Имеет право: Дред ее, когда хочет — тогда и тискает.
— До хр**а тяжелый, Аля! — выдохнул мужчина шумно, моментально накрыв ее пальцы своей сухой и горячей ладонью.
Ее все еще поражал его вечный «жар» при настолько отстраненном и отмороженном даже виде. Вот и сейчас ближе прильнуть захотелось. Что и сделал, собственно.
Кожей кисти ощутила мелкие кусочки опилок, что на его руках остались: не было неприятно, просто рядом с ним какая-то безумная гамма ощущений — все острее воспринималось, объемней будто бы, обширней!.. Хотелось вдохнуть поглубже, каждую клетку наполнить его морозным, но при этом таким напористым ароматом, смешивающимся сейчас и с горечью сигарет, и с сизоватой сладостью первого древесного дыма.
На некоторое время оба замолчали, всматриваясь в робкие еще языки пламени, постепенно взбирающиеся вверх по дровам. Дред потянул Алю на себя, вынудив встать спереди. Но при этом сам прижал ее к себе настолько крепко, что и прослойки воздуха между телами нет, не проскользнуть и струйке дыма. Устроил свою голову у нее на макушке, потираясь, словно… кот?..
Снежный барс или ягуар, блин… С недоверием подходящее сравнение нашла. Такой огромный, дикий, хищный и опасный, в горле которого вибрирующий рык притаился, и только своей волей и неясным, лишь ему известным мотивом, себя в рамках цивилизации сейчас держит.
И узнать бы, что выяснил сегодня — нужно, и почти коробит от мысли, чтоб это их молчаливое объединение нарушить. Настолько глубокое совпадение, что и секс рядом не стоял. И то самое доверие друг к другу вопреки всему, что разъединить же должно, развести по разные стороны, а их сплотило только крепче, стягивает невидимыми звеньями цепи, которой уже не разорвать никому, кажется…
Минут десять так простояли, просто обнимая друг друга и на огонь глядя: пламя осмелело, весело и высоко взметнувшись поначалу, потом чуть утихло, как точку равновесия найдя, уже не ревело, тихо потрескивало, постепенно поедая дрова. А Дред повернул Алю к себе, перетянул наперед, так, чтоб боком к костру, но лицом ему в шею уткнулась. И продолжал сам ее макушки лицом касаться…
Только потрескивания костра да тихий шум вечернего ветра вокруг, отдаленный лай чьих-то собак, чириканье птиц. А людей не слышно. Она уже обращала на это внимание, видно, нет никого на соседних участках сейчас. Или этот его высокий забор неплохо и от звуков изолирует, а не только от взглядов скрывает.
И, господи! Как же Алине внезапно захотелось, чтобы этот момент никогда не прекращался! Когда не нужно помнить о том, что их разделяет, не нужно за него бояться, не приходится ломать голову и душу в попытках понять, как оно дальше все будет? И это не говоря уже о том, что им еще дело раскрывать…
Уткнулась Дреду в шею, даже с жадностью вдыхая аромат, чуть горчащий от сигарет. Хотя дым от костра постепенно забивал, смазывал налет табака. Скоро они оба дымом насквозь пропитаются…
И Дред, чувство такое, что в этом дыме, в ее волосах, в их общем тепле от всего иного отстраниться пытается, удержать только настоящий момент.
Но и бесконечно притворяться, будто реальности не существует, невозможно. Не в их ситуации.
— Что ты узнал? — даже не пробуя высвободиться или хоть отступить от него, тихо спросила Алина. Наоборот, зарылась глубже в ворот его кофты, добралась губами до горячей кожи, до точки пульса, размеренно бьющего в ее кожу сейчас.
— Тебе подполковник ваш привет передавал, — отозвался Дред.
Кажется, он пока был не очень настроен развивать тему. Повернулся чуть иначе, мазнув губами по ее волосам, виску, крепче стиснул руки, обнимающие Алю, будто даже с этим костром не желал делиться ее вниманием.
— Спасибо… — она улыбнулась, подозревая, что и он это движение ощутит. — Как ты, вообще, умудрился его разговорить? — поинтересовалась, пока поддерживая этот легкий настрой.
— У меня свои секреты, Аля, — усмехнулся и он в ответ, она тоже движение его губ своей скулой почувствовала. — Умею находить точки соприкосновения с разными людьми.
— Это я заметила, — согласилась, не настаивая и не развивая. Сама не так же думала разве? — Но что день так испоганило?
— А что, у нас поводов мало, разве? — хмыкнул немного резко и даже с сарказмом Дред.
— И поводов полно, — опять не стала Алина спорить. И не отодвинулась ни на шаг, еще сильнее щекой к его шее прижалась. — Но вчера ты костер не раскладывал. Да и позавчера тоже. Так что же сегодня стало таким критичным? — не выглядывая из своего укрытия, его тепла и уже в чем-то притягательного смешанного аромата сигаретного дыма и костра, не отступила.
Не хотелось, но оба взрослые и понимают, что реальность не исчезнет только потому, что им желалось бы ту отторгнуть.
Дред глубоко вздохнул и, подняв руку, достал новую сигарету из пачки губами, прикурил. Выдохнул, отставив пальцы с сигаретой и отвернув лицо чуть в сторону, наверное, чтоб ей на волосы не попасть пеплом.
— По ходу в деле замешаны оба н… ваши управления, — перемежая слова клубами дыма, выпускаемого изо рта, тихо и тяжело, давяще, отозвался все же мужчина с паузами. — Исходя из того, что твой подполковник рассказал, там и СБУ прилично влезла. Впрочем, мы с тобой и так это подозревали, да, Аля? Не ошиблись, можем гордиться. И нападение на отделение было, чтоб убрать свидетелей, которые как раз на тот вызов выезжали, и подполковника еще, да. Тут мы тоже верно направление определили, — еще одна затяжка, глубокая…
Такая, что она сама горечь этих сигарет на вкус ощутила. И еще чего-то, что его изнутри будто захлестывало.
У Алины запершило, как комом встав в горле. И не было ни желания, ни времени гадать, что за эмпатия такая нахлынула ни с того, ни с сего?! Он стал для нее близким и важным, она оказалась настроена на него так, что улавливала нечто более глубокое, чем Дред точно хотел бы показывать.
В горе и радости… Смешно… И страшно.
Слишком неоднозначная у них ситуация. И то, что он сказал… Вроде и знала уже, вдвоем же дошли до таких же выводов, а все равно накрыло опустошением. Поняла его состояние, наверное. 152e1bc
— И что мы будем делать? — все же запрокинула лицо, заглянув в его глаза, которые сейчас впервые ей темными показались, и такими же глубокими, как несколько дней назад, утром.
Поглощающими ее разум и душу, вот правда!
— Мы… — повторил Дред так, будто смаковал это слово, на языке перекатывая, изучая оттенки и послевкусие. Вновь задумчиво на костер посмотрел, как в транс погрузившись.
У нее томительная дрожь по позвоночнику прокатилась от тембра его голоса, несмотря на такую сложную ситуацию. Но Аля промолчала, ожидая.
— Мне подполковник дал один контакт. Тот, кто точно с этим не связан и поможет накрыть всех махом. Только… Неясно еще, чего такая помощь будет стоить. Думаю, пора выходить на контакт с Женькой. Официальное прикрытие не помешает. А он вроде не втянут в это, насколько смог проверить, — крепче сжав ее плечи, Дред надавил на затылок Али, вернув ее голову на прежнее место.
И сделав последнюю затяжку, бросил окурок на землю, затоптав.
План был неплох. Собственно, само наличие хоть каких-то пунктов по действиям, учитывая все, казалось огромным прогрессом. И то, что им было, к кому обратиться — позитивный момент…
Но вот как раз про «мы» — Алина ничего тут и не услышала. И у нее к этому нюансу имелись вопросы…