Глава 38

Предложение Димы не только было для меня неожиданным, но и заставило задуматься о моментах, о которых я раньше не думала. Когда ребенок для тебя лишь желаемая перспектива ближайшего будущего, тебе все кажется простым и легким. Но когда его сердце уже бьется под собственным сердцем, многое, что казалось неважным, приобретает первостепенное значение. Так произошло и со мной. Конечно, я была влюблена в Диму, в него сложно не влюбиться, и в его отношение, но влюбленность – это ведь еще не любовь, вдруг она испарится словно пар над чашкой кофе, я боялась очередной раз наступить на очередные грабли, поспешно приняв решение, тем более принять его за двоих. С другой стороны, бояться можно до бесконечности и так и не попробовав создать счастливую семью и изменить свою жизнь к лучшему.

Всю неделю в моей голове крутились подобные мысли, не давая покоя. Димино же отношение не изменилось, он все так же был заботлив и нежен, а я смотрела на него и понимала, что и отпускать не хочу, и нырнуть в омут с головой страшно. Но определиться было необходимо.

***

На четверг было назначено последнее судебное заседание, и я разгребал все важные моменты по работе, чтобы освободить этот день и находиться рядом с Юлей. А в среду она вошла в мой кабинет с бумагами в руках и улыбкой на губах.

– Что за загадочное выражение на лице? – поднялся и, сделав пару шагов ей навстречу, заключил ее в кольцо своих рук, мягко целуя в губы.

– Я получила свидетельство о разводе.

– Хороший повод, чтобы отпраздновать это в ресторане. Подождешь немного? Я сейчас на Шведова все скину, и поедем, – она кивнула, и я отошел к столу, собирая оставшиеся бумаги.

– Дим, – мягкость ее голоса показалась мне какой-то особенной, и я поднял голову, замечая, что она не двинулась с места, не села на диван, как обычно, она все так же стояла в паре шагов от моего стола.

– Что?

– Я согласна, – в моих глазах короткое непонимание и она улыбнулась шире. – Я согласна выйти за тебя. – И непонимание сменилось неверием.

Пару шагов к ней, чтобы снова заключить ее в свои объятья и прижаться к ее губам. Такого эмоционального подъема я не испытывал, казалось, вечность. После того разговора на веранде я больше не поднимала тему брака, не давил и не пытался ее торопить, решил, что если сложится, значит сложиться. Мне уже есть за что благодарить эту женщину, а там пусть все будет, как сама решит, я все равно буду рядом, этого уже не изменить. И сейчас, когда она дала свое согласие, мне снова показалось, что мир перевернулся, как и в день, когда я узнал о ее беременности.

– Кх, кх,– раздалось со стороны двери и я, оторвавшись от губ Юли и немного отстранившись, перевожу взгляд на Ваньку с доками в руках. – Прошу прощения, что помешал, но ты просил накладные.

– Спасибо. Вань, на свадьбу придешь? – на моих губах широченная улыбка, а глаза Шведова в момент стали похожи на блюдца, и в кабине повисла пауза. Видя растерянное лицо Шведова, мы с Юлей рассмеялись. – А крестным будешь?

– Это сейчас прикол такой? – наконец, нашел слова Ванька.

– Нет, – и я провел руками по уже чуть округлившемуся животу Юли, снова коротко целуя ее в губы.

– И когда вы все успеваете? – Шведов тряхнул головой и, положив накладные на стол, вышел из кабинета, что-то бормоча себе под нос.

– Знаешь, только есть одна проблема.

– Какая?

– Тебе придется познакомиться с моей мамой. А ей еще ни разу не понравился мой выбор.

– Твою бывшую она тоже не любила?

– Она ее на дух не переносила. Мать всю жизнь пытается меня свести с дочерьми своих подруг. Идея фикс. И в ее возрасте люди уже не меняются к моему великому сожалению. Поэтому общаюсь я сейчас с ней мало и обещаю, что сделаю все, чтобы она тебя не доставала.

– За моими плечами десятки удачных переговоров. Как-нибудь справлюсь, – Юля улыбнулась. – Как будет готов брачный договор, можем подать заявление. Или сначала заявление, потом договор? Я уже не помню последовательность.

– Если тебе необходим договор, без проблем. Озадачу Юрия Иннокентьевича или Рунара.

– Он не мне нужен, а тебе. У меня нет ничего ни недвижимости, ни компании. А вот тебе есть о чем переживать и что необходимо обезопасить.

– Знаешь, в другой ситуации, я бы даже взбрыкнул, но сейчас, с тобой, я понимаю, что это последствия твоего брака с Аносовым. Так сказать, травма. Поэтому объясняю на пальцах Юлия Сергеевна. Во-первых, жадность – это не моя черта характера. Во-вторых, ты мать моего ребенка, а это значит, что я сделаю все, что бы ни ты, ни ребенок, ни в чем не нуждались, даже если у нас с тобой ничего не выйдет. В-третьих, все, что есть у меня, все равно рано или поздно останется нашему ребенку. Я не вижу смысла, ни в каких дополнительных бумажках. Все уже изобрели до нас, семейный кодекс называется, почитай на досуге.

– Так, уже никто не поступает, Дим. Ты имеешь полное право обезопасить свой бизнес.

– Да, плевать мне на всех. А бизнес, хочешь, прямо сейчас тебе часть отпишу.

– Не хочу. Я вдруг поняла, что вообще работать не хочу, – и она тихо рассмеялась. – Может быть, потом, когда ребенок чуть подрастет.

– Юль, полный карт-бланш, все на твое усмотрение, я буду счастлив, если буду видеть тебя счастливой, а решишь ты работать или нет мне все равно.

– Мне иногда кажется, что я сплю и ты мне снишься. Таких, как ты уже не бывает, – она коснулась ладонью моей щеки, смотря прямо в глаза.

– Старая сборка, качество, проверенное временем. Сорок лет пробега, правда, суставы иногда поскрипывают, – накрыл ее ладонь своей и поднес ее к губам, оставляя поцелуй на теплой коже, под ее тихий смех.