Глава 26

Илья медлит. Я чувствую, как он склоняется к моему лицу, как на губах лёгким пёрышком оседает тёплое дыхание, но желанного поцелуя нет. Секунды превращаются в бесконечность. В какой-то момент мне кажется, что он сейчас отстранится, как вдруг я чувствую тепло его губ на своих. Не сдерживаю вздох, прижимаюсь к нему крепче, обхватывая его шею руками, а моё сердце с каждым мгновением всё больше ускоряет ритм.

Волнение захлёстывает, но я не боюсь. Я настолько доверяю Илье, что у меня нет сомнений. Он меня не обидит, и никому не позволит. Поцелуй кажется таким лёгким и невинным, что я готова вслух просить о большем. Я хочу испытать те ощущения, от которых всё тело трепещет и ноги подкашиваются. Но всё прерывается, едва успев начаться. Илья чуть отстраняется, носом проводит по моей щеке и заглядывает в глаза.

— Идём, поужинаем, — говорит мягко.

Недоумённо округляю глаза. Поужинаем? Мне неловко задавать вопросы, а Илья не спешит ничего объяснять. Помогает мне раздеться и проводит в кухню.

— Я, конечно, тот ещё кулинар, но вроде съедобно, — он приоткрывает крышку на большой сковородке.

Смотрю на свежеприготовленный рис с мясом и чувствую себя неловко. Мой парень ужинать собирался, а тут я завалилась и с порога полезла к нему целоваться. Дурёха.

— Выглядит аппетитно, — говорю негромко, стараясь не смотреть ему в глаза.

Илья достаёт тарелки, накладывает и ставит их на стол. Я мою руки, и чувствую, как щеки горят от смущения. Под пристальным взглядом принцевских глаз сажусь за стол и тут же занимаю рот едой. Илья себя недооценивает — готовит он очень хорошо. Пожалуй, гораздо лучше меня.

— Вкусно, — не могу скрыть удивление в голосе.

Илья щурится с кривой улыбочкой на губах.

— Какой удивлённый тон, синеглазка.

— Что поделать, если мой парень не перестаёт меня удивлять!

— Когда твой отец вечно пропадает на работе, а в холодильнике регулярно вешается мышь, тут хочешь не хочешь, научишься запекать даже её хладный трупик.

— Гадость! — не могу сдержать смешок и одновременно морщусь.

— Не переживай, в рисе говядина. Последнюю мышь я съел ещё на прошлой неделе.

Снова давлюсь смехом. Удивительно, как искусно у него получается менять моё настроение буквально за минуту. Только что смущалась, а теперь хохочу.

— Я просто обязана попробовать этот кулинарный шедевр!

— Не выйдет. Таким деликатесом я не готов делиться даже с тобой, — парирует Илья, а я улыбаюсь.

Даже с тобой…

В груди разливается тепло. Удивительно, насколько сильно может меняться значение фразы всего от одного коротенького слова.

После ужина Илья предлагает посмотреть фильм. Сидим на диване, близко друг к другу, и выбираем.

— Что насчёт комедии?

— Давай, — пожимаю плечами.

О фильме в данный момент я думаю меньше всего. Это ведь просто предлог, как было в прошлый раз с чаем. Только теперь я сделаю всё иначе. Доверюсь ему полностью. Сосредоточиться не получается, но я и не хочу. Кажется, что Илья вот-вот коснётся меня, зароется пальцами в моих волосах, притянет к себе. Но ничего не происходит. Даже когда я сама ложусь головой на его колени, он остаётся сдержанным и невозмутимым. Хотя прежний Илья никогда не упускал возможность лишний раз прикоснуться ко мне.

Что я делаю не так? Неужели то напряжение, что буквально искрит в воздухе, чувствую только я? Поворачиваю голову к Илье и мы внезапно встречаемся взглядами. Оказывается, он наблюдает за мной. При этом выражение его лица немного задумчивое и отстранённое.

— Неинтересный фильм, — произношу немного взволнованно и приподнимаюсь ближе к его лицу.

Илья поправляет мои волосы, убирая пряди за ухо, и, кажется, видит меня насквозь. Я сама тянусь к нему, чтобы поцеловать, но Илья чуть отстраняется. Этого хватает, чтобы я трусливо замерла под его взглядом.

— Я не хочу, чтобы ты принимала решения на эмоциях, Даш, — улыбается как-то грустно.

А меня накрывает с головы до пят от одного этого прикосновения. Молчу, даже не моргаю, глядя ему прямо в глаза.

— С чего ты взял, что это эмоции?

— Потому что видишь меня белым рыцарем в доспехах, — пытается отшутиться, но суть я улавливаю правильно.

Он думает, что я благодарна? Благодарна, конечно, но дело не в этом. Прижимаю ладонь к его щеке. Мои руки чуть подрагивают от волнения.

— Я вижу перед собой человека, которому полностью доверяю, — отвечаю без тени улыбки. — И которого очень люблю.

Его взгляд меняется на моих глазах. Становится более глубоким и сосредоточенным. Илья не двигается, когда я вновь тянусь к нему, больше не отступает, а когда я касаюсь его губ своими, с шумным вдохом притягивает меня к тебе. Неожиданно и резко, будто до этого сдерживался из последних сил. Целует в ответ, крепко удерживая в объятиях, будто боится, что я испарюсь.

А я таю от его напора. Тело пронзает тысяча крохотных зарядов, разжигая во мне безумное желание. Сердце бьётся неистово, жар несётся по венам. Я вжимаюсь в него с безумным рвением, зарываюсь пальцами в коротких волосах и не сдерживаю стон, когда его руки жадно сдавливают мои бёдра и тянут на себя. Так я оказываюсь на его коленях, чувствую мужское возбуждение и едва справляюсь со своим. Горящие ладони обжигают, когда скользят выше, прокрадываются под кофту и гладят спину. Выгибаюсь, хватая ртом воздух, а Илья внезапно ловит моё лицо, сдавливает большим пальцем нижнюю губу и тихо произносит.

— Назад пути не будет, синеглазка, — говорит тихо, с хрипотцой в голосе.

Я едва его слышу за шумным дыханием, что слетает с моих губ. Все эти звуки кажутся такими нереальными, сладкими и томительными, как и его прикосновения.

— Первый и единственный, — шепчу на выдохе единственное, после чего мой рот снова закрывают поцелуем.

Наши тела тесно прижаты друг к другу, я дрожу в его руках, а он напряжён как скала. Низ живота приятно тянет, а тело мне будто не принадлежит. Оно отзывается на каждую уверенную ласку, заставляя меня теряться в волнах наслаждения.

Его губы отпускают мои, скользят по линии челюсти, вызывая мурашки по всему телу, добираются до уха и прикусывают мочку. С горла вырывается хриплый всхлип, жар стекает по груди в самый низ живота, и я выгибаюсь, повинуясь ощущениям.

— Уверена? — тихий шёпот у самого уха пронзает током.

Я лишь киваю.

— Скажи, — настаивает.

— Уверена…

Его руки тут же стягивают мою кофту, голубые глаза полыхают, изучая меня, и я вдруг кажусь себе такой незащищенной перед ним. Жестко впившись в мои бёдра, Илья поднимается с дивана, проносит к кровати, и мы буквально падаем на покрывало. Не успеваю опомниться, как его губы накрывают мою шею, скользят ниже, ласкают так, что я задыхаюсь.

Сама стягиваю с него футболку и наши тела обжигают друг друга ещё сильнее. Мы словно в каком-то вихре, мощном и в то же время трепетном. Я дрожу, когда остаюсь полностью обнажённой. Горю под его взглядом, в котором мерцает столько восхищения, что я кажусь себе самой красивой девушкой на планете.

Илья опускается сверху, целует в губы и одновременно скользит рукой вдоль моего тела, приподнимает мою ногу и тянет ближе к себе. Я чувствую его возбуждение, так близко к своему. Это так обжигающе приятно, что я не сдерживаю стон и хватаюсь за его плечи, впиваюсь пальцами в жесткие мышцы и тянусь к нему.

— Расслабься, — пролетает в воздухе над моим ухом, а потом я чувствую первый толчок.

Дергаюсь, зажмурившись от жгучей боли. Закусываю губу, сдерживая стон, а Илья напряжённо выдыхает. Звук настолько горячий, в нём таится столько наслаждения и желания, что мой дискомфорт уходит куда-то на второй план. Каждой клеточкой я чувствую его желание, буквально пропитываюсь им.

— Даша… — шепчет на выдохе, целует мои дрожащие губы, словно извиняясь. — Синеглазая моя…

Меня окутывает нереальное тепло от его заботы. Целую в ответ, чувствуя, как он вновь начинает движение, осторожно, сдерживаясь.

— Всё хорошо… — шепчу в ответ, стараясь расслабиться под его бережными ласковыми прикосновениями. — Всё очень хорошо…

Позже, когда всё заканчивается, он не выпускает меня из объятий. Осыпает лицо поцелуями, гладит обнажённое тело. А я чувствую себя так естественно. Я счастлива. Мне приятна его близость насколько, будто мы стали одним целым после произошедшего.

— Больно? — спрашивает он тихо, а его ладонь скользит к моим бёдрам.

— Мне хорошо, — признаюсь, зарываясь носом под его подбородок и касаясь влажной кожи шеи губами. — Даже слишком.

— То ли ещё будет, — тянет он, прижимая меня ближе. — Давай сразу договоримся, что ты не будешь меня стесняться, хорошо?

Я приподнимаюсь, заглядывая ему в глаза.

— По-моему для этого как-то поздновато, не думаешь? — отвечаю вопросом на вопрос.

Его губ касается довольная кривая улыбочка.

— Обожаю тебя, синеглазка.

— Я знаю, — говорю его любимую фразу и целую улыбающиеся губы.

— Оставайся у меня сегодня, — просит чуть позже Илья, когда я смотрю на время и начинаю неохотно сползать с кровати.

— Ага, — тяну скептически. — Сейчас только позвоню маме и скажу, что решила остаться ночевать у своего парня, ведь мы с ним только что вытворяли тако-о-е, что у меня не осталось сил передвигаться.

— Хм, этот вариант мне, конечно, нравится, но можно и опустить некоторые подробности.

— Не могу, Илья. К тому же, что скажет твой отец?

— Мой отец уехал в Москву и вернётся только первого числа. Оставайся. — Илья тоже поднимается, абсолютно не стесняясь своей наготы.

В комнате царит полумрак из-за работающего телевизора, но мне прекрасно видно насколько красиво он сложен. Широкие плечи, заметный рельеф мышц на груди и прессе, а ниже… Поднимаю глаза, ругая себя за свою бесцеремонность, а Илья уже подходит вплотную, притягивая меня к себе.

— Не хочу тебя отпускать.

— И я не хочу уезжать, но…

— Даш, ты уже большая девочка. Особенно после сегодняшнего вечера, — целует в губы. — На крайний случай, можно ведь сослаться на пижамную вечеринку у подружки.

— Пижамную вечеринку? — переспрашиваю со смешком.

— Наверное. Я не знаю, как вы девчонки друг друга прикрываете, когда сбегаете ночевать…

— Мне как-то никогда не требовалось прикрытие.

— Самое время им обзавестись, — усмехается Илья. — Хочу провести с тобой все новогодние выходные.

Признаюсь, я хочу этого не меньше. Выскальзываю из объятий Ильи и поднимаю с пола его футболку. Нагло натягиваю на себя под его прищуренным взглядом.

— Значит, остаёшься?

— Попробую, — ищу свой телефон и ухожу на кухню звонить маме.

Встаю рядом с окном, где в отблесках вижу своё отражение. Я настолько другая. Взъерошенная, и в то же время счастливая, но дело даже не во внешности. Я чувствую себя другой изнутри.

— Алло, Даша? Что-то срочное? Я тут с корзинкой на кассе, — впопыхах отвечает мама на мой звонок.

— Да не особо, — говорю неуверенно, и через отражение вижу, как Илья подходит ко мне сзади. Он уже в домашних штанах, но с обнажённым торсом. — Я хотела сегодня у Алёнки остаться, мы тут к новому году готовим и ещё не закончили. Не хочется ехать домой слишком поздно.

— Оставайся, конечно. Всё, Даш, моя очередь подходит. Пока!

Мама быстро отключает звонок, а я растерянно пялюсь на экран смартфона. Так просто?

— Вот и решена проблема, — Илья обнимает меня сзади и целует в шею.

Прикрываю глаза. Даже его нежность теперь ощущается совсем по-другому, особенно остро, касаясь самого сердца.

— Мне можно принять у тебя душ?

— Идём, я всё тебе покажу, — кивает он.