Глава 30

Первые недели становятся для меня особенно тяжёлыми. Я загружаю вечера учёбой, лишь бы меньше думать об Илье и не писать ему каждые пять минут. Мы созваниваемся ежедневно по видеосвязи, обычно перед сном, и болтаем по несколько часов. Переписываемся днём и в обед. У Ильи столько эмоций, ему нравится на новом месте, он пишет мне обо всём, а я читаю и тоскую. Мне хочется проживать с ним все эти моменты, но остаётся довольствоваться малым.

В первый раз Илья приезжает ко мне через две недели, поздним вечером пятницы. Я сразу же срываюсь к нему, и мы проводим вместе весь следующий день. Оба голодные друг другом, будто только-только начали встречаться. Даже не выходим на улицу.

— Рассказывай, Дашка, какие у тебя новости? А то у нас получается, что я один болтаю, — спрашивает Илья, не выпуская из объятий.

Вдыхаю родной и любимый запах, чувствуя себя в раю, и расслабленно отвечаю:

— Мне нравится тебя слушать. К тому же, тебе есть что рассказать, а у меня всё по-старому.

— А стажировка как проходит?

— Скучно. Составила пару исковых заявлений, скопировала кучу хлама по запросам. Отвезла ходатайство в суд вместо Лаврентьева. На этом всё.

— Тебе надо попробовать попасть к Чернышёву. С ним интереснее работать.

— Не хочу сейчас об этом, — прикладываю палец к губам Ильи. — Расскажи лучше, коллектив у тебя хороший?

— Смотря с какой стороны посмотреть, — фырчит любимый. — Люди грамотные, с опытом. Я для них сопля зелёная и отношение соответствующее.

— Ожидаемо, так-то.

— Умеешь ты поддержать, синеглазка, — ухмыляется Илья беззлобно.

— Я поддерживаю. Каждый день искренне желаю тебе успехов.

— Я знаю. Прорвёмся, Даш, было бы желание.

— Новичков нет?

— Не-а. От Савицкого особо не убегают.

— А как твой отец?

— Всё хорошо. Жильё пока так и не получил, живёт на съёмной, но всё оплачивается. Он хочет поменять квартиру, чтобы мы вместе жили, а я бы доплачивал разницу. Но мы пока думаем, как сделать выгоднее.

— А как выгоднее?

— Продать квартиру здесь, взять в Москве с доплатой и оформить на меня. К тому времени, как ты переедешь, отец уже свою получит, а я всё для нас обустрою.

— Мне так нравится, как ты говоришь «для нас».

— А для кого же ещё? Только для нас, синеглазка.

Вся суббота так и проходит у нас в обнимку. Из постели вылезаем только чтобы поесть и помыться. А в воскресенье, после обеда, Илья уезжает. На этот раз на машине. Берёт с собой больше вещей и обещает приехать в следующие выходные.

Так и живём, по графику. Иногда у Ильи не получается вырваться ко мне, и я на стены лезу. Потом привыкаю к новому формату наших отношений, и становится чуточку легче. В таком темпе, от выходных до выходных проходит три месяца. А после Илья получает какое-то серьёзное дело, и не приезжает ко мне целый месяц. Я вижу его только по скайпу, но и тут наше общение уже не длится часами. Максимум полчаса и то не всегда.

— Суд уже завтра?

— Нет, завтра будет другой, там всё просто, — устало вздыхает Илья. — Я, кажется, говорил тебе.

— Я уже запуталась, если честно.

— И это нормально. Всего не упомнить. Как у тебя день прошёл?

— По тебе сильно соскучилась. Стараюсь отвлекаться учёбой.

— Отдохни на выходных хотя бы.

— Без тебя как-то не хочется.

— Даш, я тоже очень хочу к тебе вырваться, но сейчас вообще никак не могу. Дело действительно очень важное, если продую, так и буду сидеть зелёной соплей.

— Я всё понимаю…

— Как только всё завершится, я обязательно приеду.

— Ты хотя бы фотографии в соцсети обновляй. А то ведь забуду, как ты выглядишь!

— Ты разговариваешь со мной по видеосвязи, синеглазка! — смеётся Илья, немного расслабляясь.

— Этого мало!

— Да фотографировать особо нечего. Я редко куда-то выбираюсь.

— Значит, фотографируй себя и присылай мне!

— Будет сделано! — рапортует он шутливо. — Ладно, я побежал в душ и спать. Завтра утром много работы.

— Пока!

Мы прощаемся, с через пять минут мне приходит сообщение. Открываю и роняю челюсть до пола. Илья в душе, с оголённым влажным торсом! И подпись: «Жду твоё…»

Сумасшедший! Как мне теперь уснуть?

Ну ладно, я тоже так умею. Душ я уже приняла, поэтому просто скидываю с себя футболку и делаю фото в бюстгальтере. Отправляю.

«Что за лишняя тряпочка, синеглазка?»

«Тряпочка? Ты хотел сказать очень красивое нижнее бельё?»

«Красивое, но лишнее».

«Если хочешь увидеть больше, приезжай и посмотри».

Я вздрагиваю от лёгкого скрипа двери. Она будто чуть приоткрылась. Быстро подскакиваю на кровати, надеваю футболку и подрываюсь к двери. Выглядываю в коридор — пусто. Дома все, кроме Ады. Наверное, сквозняк приоткрыл!

Опять ныряю в кровать и беру в руки телефон.

«Мучительница!» — улыбаюсь, буквально слыша, как он ворчит это слово.

Падаю на подушку и прикрываю глаза. Ничего, я буду ждать Илью столько, сколько нужно.

***

Проходит ещё месяц. Вечером пятницы с Адой сидим в караоке с подругами. Я впервые выбралась из дома за долгое время, потому что уже не могла просто сидеть и ждать очередного совместного выходного с Ильёй. Он снова не дал никакой определённости, приедет ли, и за весь день так ни разу и не позвонил. Чтобы не сходить с ума в четырёх стенах, я решила развеяться.

— Даш, вот скажи, ты нормальная? — Лиза как всегда в своём репертуаре. Она демонстративно крутит пальцем у виска и смотрит на меня, как на сумасшедшую. — Как можно было отпустить такого парня, как Илья, одного на год в Москву!

— Нужно было в подвале его запереть и еду приносить по расписанию?

Я злюсь. Не только на Лизу, но и на всё, что меня окружает. На действительность, которая уже не кажется мне столь радужной, как в начале отъезда любимого.

— А с ним поехать?!

— Не вышло.

— Не удивлюсь, если ты ответишь мне так же через пару месяцев, когда я спрошу вместе ли вы ещё!

— Лиз, угомонись! — встревает Ада. — Дашка с Ильёй сильная пара, у них всё будет хорошо.

Даже поддержка сестры меня не радует. Я перестаю поддерживать разговор, но Лиза заводится не на шутку. Она берёт в руки телефон.

— И так, посмотрим, как поживает парень нашей сильной пары… Хм, вот последнее фото…

— Ты что на Илью подписана? — удивлённо уточняю я.

— А это запрещено? — ехидно спрашивает Лиза. — Сильно фотографиями он в последнее время не балует! Почему же?

— Потому что много работает!

— За пять месяцев всего три новые фотки! — продолжает она, даже не пытаясь слушать. — Даш, вы когда вместе были, он каждую неделю ваши фотографии постил!

Я всё это и без длинного носа этой оторвы знаю. Каждый день его страничку в соцсети просматриваю.

— И что с того?!

— Он просто шифруется!

— А не пошла бы ты со своей логикой на лавочку к бабушкам лузгать семечки! — Взрываюсь я.

— Ты чего так кипятишься-то? Ты же в своём парне уверена! Так давай посмотрим, кто его лайкает.

Лиза демонстративно кладёт телефон на стол и копается под его последней фотографией. Бубнит что-то, проверяя странички тех девушек, кто поставил лайк под постом, а мне хочется разбить её сотовый от злости и негодования.

— Вот, интересненькое! — раздаётся чуть ли не победным кличем. — Ева Данилина, город Москва. Ха! Одну новую знакомую нашла, дальше рыться смысла не вижу, на ней остановимся.

Я напрягаюсь, рассматривая светленькую симпатичную девушку на аватарке. Никогда не следила, кто ставит Тихонову лайки. Я и без того всегда знала, что мой парень много кому нравится. Ещё в институте к этому привыкла.

— Пройдёмся по фоткам. Здесь есть от неё лайк, и здесь, и здесь! — Лиза листает фотографии, продолжая проверять лайки от этой Евы, а у меня сердце не бьётся. Ещё чуть-чуть и я взвою. Что за девушка? Откуда взялась? Не помню, чтобы Илья говорил мне о новых знакомствах.

«Из Москвы взялась, — жужжит злорадно внутренний голос. — И, вполне возможно, видит твоего парня гораздо чаще тебя».

— О, нет лайка! — продолжает Лиза. — Интересненько, а не потому ли, что на этом фото Илья с тобой? — листает чуть дальше, находит одиночную фотографию Ильи и добивает: — Есть лайк, дорогая! Как тебе расклад?

— Я поняла, Лиз, — стараюсь говорить ровно, когда все внутренности дрожат. — Завтра же еду в Москву отбивать от Ильи поклонниц.

— Девочки, ну хватит вам, — просит Ада примирительно, но я вижу, что и сестра насторожилась после этого маленького расследования.

— О чём спорите? — к нам возвращается Марина, закончив песню.

— Ни о чём, — отмахиваюсь, чувствуя, как неистово колотится сердце. — Лиза страдает ерундой, как всегда.

Та небрежно ухмыляется, но убирает телефон в карман. Больше мы к этой теме не возвращаемся весь оставшийся вечер. Домой приезжаем поздно и начинаем готовиться ко сну, как вдруг раздаётся звонок телефона. С экрана мне улыбается любимый. Долго смотрю на дисплей и хмурюсь. Вроде я радоваться должна, а во мне бурлит обида. Он не звонил мне весь день. Не мог найти пяти минут в своём плотном графике?

А ещё эта Ева со своими лайками…

Выдыхаю, заставляя себя собраться и отвечаю на звонок:

— Привет!

— Ну что певунья, напелась? — сразу спрашивает Тихонов бодро.

Не забыл, значит, о моих планах на вечер. Обида чуть стихает в груди, но горький привкус остаётся.

— Скорее наслушалась! — отвечаю я кисло.

— А что с голосом?

— Всё хорошо, — стараюсь улыбнуться. — Как ты?

— Да вот, стою на улице, мёрзну.

— Почему? Что случилось?

— Моя девушка никак ко мне не выходит. Всё гуляет где-то…

— Что?!

Я подрываюсь к окну, резко раздвигая шторы, и смотрю вниз. Во дворе, у крыльца вижу высокий силуэт и тут же узнаю его. Это же Илья! Здесь! Приехал!

Моё прескверное настроение моментально сметает вихрь радости. Я не сдерживаю восторженный писк, а в груди всё переворачивается, тянет мучительно сладко.

— И как ты не заметила моей машины, когда заходила в подъезд?

— Не знаю! Я сейчас спущусь! — лепечу не своим голосом и одеваюсь быстрее солдата.

Две минуты и я уже внизу. Вылетаю к Илье и чуть не сбиваю с ног своими объятиями.