Глава 31

— Дашка, — нежный шёпот касается моих губ, и я вся парю от любви. — Какая же ты у меня…

Илья не договаривает. Мягко целует, проводя дорожку от моих губ до шеи. По телу проносится дрожь и я прикрываю глаза. Мне безумно приятно, я в раю. Мы лежим расслабленные и удовлетворённые, а на полу разбросаны наши вещи.

— Какая? — уточняю хрипло.

— Крышесносная… — выдаёт он с чувством, а я тихо смеюсь. — Как же я по тебе соскучился.

— Это заметно! — признаюсь устало. — Напал на меня ещё в лифте.

— Сама виновата. Завела меня в машине своими поцелуями, я еле доехал!

— А как я должна была тебя целовать, когда два месяца не видела? В следующий раз постараюсь в лобик!

— Сейчас получишь, — грозится шутливо. — В лобик она меня целовать собралась.

— Почему не предупредил, что приедешь?

— Так у меня планы были грандиозные! Хотел сюрприз сделать, романтический ужин, свечи… Но всё ушло на задний план, стоило нам сесть в машину.

— Какой вечер я пропустила…

— Завтра наверстаем! Хотя… — Илья вдруг подскакивает на кровати, одевается.

— Ты куда?

— Сейчас вернусь!

Я растерянно лежу на кровати, прислушиваясь к звукам в прихожей. Звякает молния сумки, шуршание, приглушённый стук, шаги. Илья вновь садится рядом, голубые чуть прищуренные глаза горят нетерпеливым блеском.

— Может не самый подходящий момент, но… — он достаёт из-за спины бархатную коробочку. — Даш, ты выйдешь за меня?

Я подскакиваю на месте, зажимая рот рукой, а Илья открывает коробочку. На тёмной подкладке сверкает кольцо! Ошарашенно застываю, даже не дышу. Я с ума сошла, не иначе.

— Ущипни меня! — пищу нервно.

— Даша! — смеётся Илья, не выполняя просьбу.

— Пожалуйста!

В этот раз он осторожно щиплет мой нос.

— Теперь ответишь?

— Да.

— Да — отвечу, или да — выйду?

— Я согласна!

— Другое дело! — довольно улыбается он, надевая мне кольцо на палец.

Оно такое изящное, с небольшим камушком посередине. Вытягиваю руку, любуясь своей обновкой.

— Когда ты его купил?

— Вчера, как только получил свою первую достойную оплату труда.

— Ты выиграл то сложное дело?

— Да!

— И не сказал!

— Да как-то закрутился. Почти сразу поехал по ювелирным магазинам, кольцо выбирал, а сегодня сорвался к тебе.

— В воскресенье уедешь?

— Нет, синеглазка. Я приехал на неделю. Появились клиенты на квартиру, помогу отцу продать, чтобы ему лишний раз не мотаться.

Я пишу не своим голосом, бросаясь ему на шею. Неделя! У нас целая неделя впереди!

Только пролетает она, как один день. Долгий и счастливый. Приходит время расставаться. За день до отъезда, мы сидим в кафе и ужинаем. Илья гладит кольцо на моём пальце, а сам пребывает где-то глубоко в своих мыслях.

— Скоро Новый год, Даш, — произносит задумчиво.

— Угу.

— Знаю, что просьба эгоистичная, но… ты можешь не ходить на студенческий вечер?

Я удивлённо вскидываю брови.

— Почему?

— Потому что не хочу переживать.

— Да уж. Опыт у меня не самый удачный. Но ведь всё в прошлом.

— И всё же. Дураков кругом полно, Даш.

— Ладно, — пожимаю плечами. — Я всё равно не собиралась идти, но ты ведь не думаешь, что я могу посмотреть хоть на одного дурака?

Илья поднимает мою руку, кивая на кольцо.

— Куда ты теперь от меня денешься, синеглазка?

Я лишь прыскаю. Меня переполняет счастье.

— Приезжай ко мне, как только сдашь сессию. На всё новогодние праздники.

— Ты серьёзно?

— Неужели кажется, что я шучу? — Илья улыбается. Той самой улыбкой, от которой невозможно глаз отвести. — Давай, Даш. Вместе отметим Новый год. Я куплю билеты, как только будет известна дата.

— Хорошо!

Ночью я не могу уснуть, а Илья лежит рядом и судя по дыханию, уже спит. Завтра он вернётся в Москву, туда где эта Ева…

— Илья, ты спишь?

— М-м-м? Почти…

— Кто такая Ева Данилина?

— Ева Данилина… — повторяет за мной сонно.

— Она из Москвы. Ты там с ней познакомился?

— Хм… Даш, ты спать не хочешь?

— Не могу уснуть.

Илья вздыхает, пытаясь разлепить глаза. Приподнимается на локте и поворачивается ко мне.

— Так, давай заново. Что случилось?

— Я хочу знать, кто такая Ева Данилина, — повторяю терпеливо.

Илья хмурится.

— Она работает в бюро. Помощницей одного адвоката. Мы пересекались несколько раз по рабочим вопросам. Почему спрашиваешь?

— Потому что она залипает на твоих фотографиях в соцсети.

— Та-а-ак… — тянет Илья. — И с каких пор тебя такие глупости беспокоят?

Я лишь пожимаю плечами.

— Наверное с тех пор, как ты уехал от меня в другой город…

— И ты не нашла ничего интереснее, как проверять лайки на моих постах?

— Я не проверяла. Это Лиза заметила, а мне стало так неприятно и обидно.

— Ревнуешь?

— Ревную.

— Ладно, — Илья достаёт телефон из-под подушки и открывает соцсети. — Сейчас сделаем так…

Он открывает страничку своих друзей и выделяет всех, кто женского пола.

— Ты что делаешь?!

— Хочу, чтобы моя девушка спокойно спала по ночам, — отвечает, пробегаясь по списку. Снимает галочку с меня и Алёнки.

— Алёнку только оставлю и тебя…

— Не надо!

— Надо.

Переводит всех дам в подписчики и меняет приватность странички. Теперь его фотографии могут просматривать только друзья.

— Готово. Теперь мои фотографии никто из девушек лайкать не будет и видеть тоже. В том числе и твоя ушлая Лиза.

— Она не моя. И дело не в лайках! А в том, что какие-то Евы Данилины видят тебя чаще, чем я.

— Но ты ведь понимала, что так будет, когда мы решили жить в разных городах?

— Ладно, прости.

Илья притягивает меня к себе, снова устраиваясь поудобнее.

— Спи. И больше не думай о таких глупостях.

***

Через месяц я узнаю точную дату зачётной недели и сообщаю Илье. Он покупает билеты, как и обещал, но сам снова не может ко мне вырваться. В декабре у него много работы. Живём вот так, на звонках и сообщениях. Я погружаюсь в учёбу, мечтая поскорее закрыть сессию и уехать к любимому.

Когда остаётся всего день до вылета, я собираю вещи, закрывшись в комнате. Дома только отчим, как назло пьяный. Ходит, пыхтит где-то на кухне, гремит посудой и хлопает холодильником. В последнее время он совсем с катушек слетел. Пьёт не просыхая.

— Даш, подойди! — рявкает громко и раздражённо.

Я выдыхаю через зубы и нехотя ухожу на кухню. Дядя Валера раздражённо рыскает по ящикам.

— Что случилось?

— Дай денег!

Я даже теряюсь от шока.

— Что? У меня нет.

— Ты же работаешь! Куда тратишь?!

— Я… Расходов у меня что ли нет, по-твоему?

— Дай денег! По-хорошему!

— Нет у меня!

— А в Москву на какие шиши собралась?

— Вот только на Москву и есть!

— Вот и давай сюда! Зря я тебя кормил и поил всё это время?

— Ты кормил?!

Отчим грубо хватает меня за запястье и тащит в комнату.

— Давай! Мне деньги нужны. В Москве тебя пусть хахаль кормит. Или ты ему за бесплатно ноги по первому зову раздвигаешь?!

— Не дам я ничего! — вырываюсь, как могу, и царапаю его.

Внезапно он зажимает меня у шкафа. Наваливается всем своим заплывшим телом и хватает меня за волосы. В нос ударяет отвратный запах перегара.

— Где заначки держишь? — его лапищи ощупывают моё тело, сжимают грудь. — Я и в трусы могу залезть и проверить, если не скажешь! Выросла уже! Шлюшка неблагодарная!

Я испуганно хватаю воздух губами, а потом визжу не своим голосом. Колочу его, пытаясь оттолкнуть. Мною движет дикий страх. А отчим едва ли с места сдвигается, продолжая меня лапать.

— Пусти! Я дам всё что есть! Только пусти!

Но дядя Валера будто уже не слушает. Стискивает мои бёдра и ещё сильнее наваливается. Я со всей силы кусаю его за плечо, и только тогда он дёргается, рычит проклятья и отступает.

— Ах ты, дрянь! — дёргает меня за волосы и отшвыривает как котёнка.

Я врезаюсь в угол письменного стола. Грудь пронзает дикая боль, даже вздохнуть не получается. Ноги не держат, я падаю, сгибаясь пополам, и затылок простреливает новым ударом — я со всех маху задеваю батарею. Сжимаюсь вся, пока пытаюсь вдохнуть, тело колотит, в глазах плывёт и кружится, а ещё через мгновение темнеет.

***

— Даша! Очнись, пожалуйста! — слышу взволнованный голос Адель.

Чувствую нежные поглаживания её ладоней на своих волосах и поворачиваю голову. Затылок изнывает тупой болью, к горлу подкатывает тошнота. Приоткрываю глаза и вижу расплывчатый силуэт сестры. Я лежу на полу, рядом с батареей, от чего спину печёт.

— Я маме позвонила! — говорит Ада. — Должна приехать скоро.

Я приподнимаюсь, едва сдерживая стон. В груди так больно, что трудно дышать. Моргаю, пытаясь сфокусироваться. В комнате бардак. Моя сумка буквально вывернута наизнанку, вещи разбросаны.

— О, нет… — со слезами на глазах проверяю внутренний карман сумки.

Отчим забрал все мои деньги!

— Даш, что произошло? Это дядя Валера тебя так?

Жуткие ощущения мгновенно накрывают меня с новой силой, я и слова вымолвить не могу. К горлу подкатывает ком, а от напряжения в груди снова пронзает боль.

Поднимаю футболку, а там жуткий синяк. Расплылся по ребрам и припух.

— Кошмар! — восклицает Ада. — Да что же это! Он совсем с катушек съехал?!

Точно съехал. Из глаз прорываются слёзы, я едва не вою от боли.

— Тебе нужно в больницу. Поднимайся потихоньку, я сейчас скорую вызову…

— Он у меня деньги забрал! Всё, что я накопила… Как я к Илье поеду?

— Даш, да какой Илья?! Тебе в больницу надо срочно!

Тут входная дверь открывается и в прихожую залетает мама. Не снимая куртку, проходит к нам в комнату и в ужасе осматривает бардак, что натворил её горячо любимый муж.

— Доогрызалась? — шипит на меня сердито.

А я ещё сильнее реву от её реакции, хватая ртом воздух.

— Мам, ей в больницу надо! Я вызываю скорую, — говорит Ада.

— Зачем?

— У неё гематома!

— Никакой скорой, Адель! — строго чеканит мама. — Сейчас сами в травмпункт поедем.

Поднимает мне футболку, смотрит на моё новое украшение, проверяет шишку на затылке.

— Тошнит?

— Немного.

— Собирайся.

Сидим с мамой в больнице в очереди. Она молча сверлит взглядом стену и потом выдаёт.

— Врачам скажешь, что упала, — произносит ровным голосом.

— Что?!

— Скажешь, Даша! Нам никому не нужны проблемы. А я соберу вещи Валеры. Больше он с нами жить не будет.

Сдерживаю очередной поток слёз, молча давлюсь ими. Мне так паршиво. Даже не физически, а морально. В этот момент я чётко понимаю, что не могу рассчитывать на поддержку матери. Наверное, если бы отчим меня прибил бы, она помогла бы ему меня закопать.