Глава 25

Нашел! Вернулся!

При виде Айдера я чуть не расплакалась от облегчения. Но его лицо было встревоженным и бледным как никогда. И я снова занервничала.

— А, пришли, — сухо осведомилась королева Брис, и тут же обратилась к регенту Калдеру:

— Пусть приведут свидетелей.

Свидетелей? Что происходит?

Айдэр побледнел еще больше, но посмотрел на меня долгим взглядом и едва заметно свел брови, словно хотел сказать, молчи, что бы ни случилось. А потом вдруг шевельнул губами, как будто хотел поцеловать.

В этот момент в комнату ввели первого свидетеля.

У меня пропал дар речи. Брин. Моя камеристка. То есть Иделии.

Пока она произносила всяческие клятвы, время от времени поглядывая на меня, я отходила от шока, прокручивая про себя наш тогдашний разговор.

— Брин, — проговорила я, прищурившись. — А ведь королева не простит, если узнает, кто именно устранил лорда Вейлинмарта. Она страшно разгневается…

Ужас отразился на лице моей камеристки. Тройной ужас. Не удивительно, боялась она и меня, и Иделиину мамашу, и королеву Брис. И еще неизвестно, кого больше.

— Ле… леди… А почему вы говорите, что ее величество разгневается?

— Ну как же? Все очень просто, Брин. Если я останусь вдовой, брачные метки исчезнут. Я перестану быть Черной невестой. Смогу выйти замуж за милорда Аллена. И стану королевой.

— Да… — заплетающимся языком пролепетала та.

— Но ты вряд ли до этого доживешь, Брин.

С каким с удовольствием я исполняла стерву!

Камеристка сглотнула и жалобно покосилась на зеркало. Я уловила этот взгляд.

— Почему? — дрожащим голосом спросила она.

— Потому что королева Брис расправится с убийцей черного мага гораздо раньше.

— Но я…

— Это ведь ты принесла яд. Ты налила его в вино…

— Госпожа! — она повалилась мне в ноги. — Пощадите! Умоляю!

Я ответила не сразу, дала помучиться.

— Хорошо, успокойся. Иди сейчас. И помни! Один твой неверный шаг…

А теперь ее глаза говорили: «Ничего личного, госпожа. Я просто хочу жить. А королева меня наградит. Но вы вряд ли до этого доживете»

Брин рассказала все.

Как я собиралась отравить принца Аллена, как заманила его в замок Вейлинмарт запиской.

«Мой принц, умоляю, приди и забери меня отсюда!»

Записка оказалась подлинной, вот только написана она была раньше, вероятно, когда Иделию тащили прямиком из спальни аллена в храм. Но в совокупности с ларцом зелий и ядов, предъявленных моей камеристкой, сработала.

Потому что подлинность всего этого подтвердили маги — лорды из королевского Совета. И в довершение всего…

Да. Еще и мать Иделии, леди Венда. Выглядела она ужасно, но видимо, у королевы нашлось, чем надавить на «добрую» Иделиину мамашу.

А потом Брин в красках рассказала, как я опоила и пыталась убить наследника престола, ударив его столом по голове. Но это еще не все, воспользовавшись его бессознательным состоянием, я хотела отдать принца на растерзание нечисти, но…

— Довольно, — прервал ее Айдэр.

И обратился к регенту:

— Это все полностью моя вина.

— Как это? — тут же спросила королева. — Объяснитесь. Лорд Вейлинмарт.

— Моя вина, — повторил он. — Ритуал, что я провел тогда в храме, возвращая леди Иделию из-за грани, внес изменения в ее душу. Теперь она не может отвечать за свои поступки. Поэтому ответственность за все ее поступки несу я. Готов понести наказание.

— То есть. — Королева подалась вперед. — Лорд Вейлинмарт, вы признаете, что нанесли вред светлому магу и тем нарушили клятву?

— Да, — проговорил он. — Признаю. Я нарушил клятву и нанес вред светлому магу.

Несколько минут стояла зловещая тишина. Потом регент, который все это время молчал, неохотно проскрипел, обращаясь к магам Совета:

— Слышали лорды? Он ваш.

— Нет! — заорала я и кинулась к Айдэру.

Но меня отбросило назад и словно прилепило к стулу.

— Ну что ты. Не надо, — тихо сказал мне Айдэр, а потом, обернувшись к регенту произнес: — Леди Вейлинмарт может быть в тягости. Лорд Калдер, передаю вам право опеки над моей женой и будущим ребенком.

Тот глянул на меня, на Айдэра и кивнул, делая странный пасс.

— Принимаю на себя право опеки и клянусь защищать вашу семью.

Золотое сияние окутало его, подтверждая магическую клятву.

И это происходило на моих глазах?!

— Что?! Нет!!! — кричала я.

Но кто меня слушал…

* * *

Я обливалась слезами, скованная магией, а моего черного мага уводили под конвоем у меня на глазах. Но вот все разошлись и мы с королевой остались в комнате одни. Она подошла ко мне, разглядывая. Так змея разглядывает цыпленка, решая, жрать или не жрать.

А я под ее холодным гипнотизирующим взглядом лихорадочно соображала, как быть? Что делать? Кто может помочь? Регент, каким бы неприятным он ни был, все же согласился помочь… Значит, он сочувствовал Айдэру?

И тут она сказала:

— Видишь, вот ты и сделала то, что я хотела. Правда, ты заставила меня понервничать. Да, заставила… Что ты сделала с моим сыном, а? Впрочем, это неважно, с этим я справлюсь. Но ты молодец. В награду, даже разрешу тебе провести с твоим черным магом последнюю ночь. — и весело рассмеялась.

Не важно, что она говорила! Это был шанс снова быть вместе.

Не знаю, откуда вдруг взялась во мне эта уверенность, но я вдруг поняла, нам с Айдэром обязательно надо быть вместе!

— Я могу отправиться к нему сейчас? — Пока эта гадюка не передумала, шансом надо воспользоваться.

Королева Брис была в хорошем настроении, и мою просьбу исполнили сейчас же. Она пошутила напоследок:

— Проведешь эту ночь с ним в тюрьме. В холоде, на соломе. Это так романтично…

И коротко приказала:

— Уведите.

* * *

Как меня вели в эту подземную тюрьму, блокирующую магию, я не помню. Меня в тот момент волновало только одно — скорей увидеть Айдэра.

Я не чуяла ног под собой. В голове буря. Сердце вырывалось из груди, и то грохотало в висках, то проваливалось куда-то в тартарары.

Господи, неужели ты отнимешь у меня мое счастье, едва дав его попробовать…

Я не верила в это. Просто отказывалась верить. Не может быть такого… Зачем-то же я попала в этот мир?!

Пришли.

Несколько тамбуров. Каменный мешок. Меня оставили перед дверью, сказали, что вернутся на рассвете, заперли и ушли.

На ватных ногах подошла я и толкнула эту дверь.

За дверью стоял Айдэр.

Ждал меня, я поняла по глазам.

Проем снова разделял нас, словно прозрачное зеркало, как граница между мирами. Стоило протянуть руку, невидимая стена сломается, пропустит внутрь себя, в неведомый другой мир. Я уже не была прежней.

Но Айдер снова стоял на той стороне зазеркалья.

Почти как в тот наш первый раз.

Секунды не прошло, я кинулась в его объятия. Разрыдалась.

— Ну что ты, что ты. Девочка моя, не плачь. Не надо, — он был собран и странно спокоен, утешал меня, шептал, что со мной все будет хорошо.

— Ничего не бойся.

Снял с шеи тот медальон с головой волка, надел его на меня и сказал:

— Тебя сегодня же доставят в особняк. Сразу перебирайтесь с Фэнелл в Вейлинмарт. Это ключ моей матери, Фэнелл знает, как им пользоваться, защита пропустит вас. А оттуда уйдете прямо в земли темных ведьм. Поняла?

Я слушала, что он говорит и не слышала, жгучий протест поднимался в душе.

— А ты? — спросила, преодолевая внутреннее сопротивление.

— Я… — он грустно улыбнулся, взяв меня за плечи. — Помнишь, я говорил, что никогда, это слишком долго.

Обняла его, прижалась.

— Что они с тобой сделают?

— Отъем магии, — тихо сказал Айдэр.

Сразу вспомнился тот сон, Во сне Айдэр корчился от боли, будто его жгли и растягивали на невидимой дыбе одновременно. Это было страшно! Я отказывалась верить, что это наши последние минуты вместе и все вот так закончится.

Отказывалась!

— Айдэр, но я же для чего-то пришла в этот мир?! Не может быть, чтобы в этом не было смысла!

Он улыбнулся, стирая слезы с моего зареванного лица, прикоснулся к губам.

— Наверное, чтобы сделать меня очень счастливым на эти пять с небольшим недель… И этот час.

Я затрясла головой, затопала ногами.

— Этот час?! Я хочу прожить с тобой жизнь! Родить тебе детей! Состариться и умереть рядом с тобой!

И вдруг поняла, что давно уже механически тереблю то забытое невидимое кольцо, что дал мне голос из небытия. Как он сказал тогда… Задействовать только в крайнем случае?!

Этот случай крайний? Для меня — да! Вне всякого сомнения.

А еще мелькнул в памяти фрагмент из последнего дня моей прошлой жизни. Когда меня кинули с работой. Кабинет генерального, мадам Крутилина с ее поганой улыбочкой и перекошенная рожа Арнольда Яновича, когда я разбила вдрызг его любимую пепельницу-вагину.

То самое чувство наполнило меня. Кураж и свобода. Сразу стало понятно, для чего я здесь — навести в этом мирке порядок.

Отъем магии?

Я вам покажу отъем магии, уроды!

Вот тут-то я и сняла кольцо.

* * *

Нет, ничего страшного не произошло, но… смех и грех.

Из меня разом столько магии поперло, что эту их подземную тюрьму, якобы блокирующую магию, разнесло в клочья ко всем чертям.

А что было дальше…