16

Лев сразу заметил, что дверь в квартиру не заперта. В голове мгновенно промелькнула нехорошая мысль о грабителях, но уже через секунду до него донеслись голоса — звонкие, женские. Он осторожно толкнул дверь и опешил от увиденной картины.

«Лучше бы это были грабители», — обреченно пронеслось в его голове.

В прихожей, в компании Лизы и Марины, стояла Рита. Лев порывался было разозлиться на коллегу за такой произвол, но тут же вспомнил: он ведь сам отправил Риту к себе домой за документами. Кто же знал, что Лиза тоже придет в гости?

— Что за шум, а драки нет? — попытался разрядить обстановку Смирнов.

Но стоило двум парам глаз одновременно сверкнуть в его сторону недобрым огнем, как он тут же осекся, понимая, что сморозил несусветную чушь. Атмосфера в комнате была настолько напряженной, что он чувствовал себя лишним в своей собственной квартире. Смирнов неловко кашлянул и попятился, мечтая стать невидимкой.

— Всё в порядке. Документы у меня. Завтра с утра отвезу их, — Рита невозмутимо помахала в воздухе синей папкой.

Смирнов лишь коротко кивнул, краем глаза наблюдая за Лизой. Он видел, как она напряжена: по её позе и застывшему взгляду было ясно, что сложившаяся ситуация ей неприятна. А ещё он понимал — она знает. Знает, что Рита не просто коллега, с которой можно перекинуться парой слов в офисе. Всё происходящее начинало всерьез раздражать Льва. Он уже открыл рот, чтобы выпроводить Риту, но Лиза его опередила. Она что-то поспешно шепнула Марине, резким движением скинула фартук и, не глядя ни на кого, стремительно вышла из квартиры. Хлопок входной двери прозвучал в тишине комнаты как финальная точка.

— Я что-то сказала не так? — Рита вскинула брови, старательно разыгрывая полное непонимание.

Марина осуждающе качнула головой и, не проронив ни слова, ушла на кухню

— Тебе пора, — сухо отрезал Лев.

Он заметил, как на мгновение дрогнуло лицо Риты. Её маска невозмутимости пошла трещинами, обнажая растерянность и обиду.

— Я провожу, — добавил он.

Нужно было давно расставить все точки над «i», но Рита мастерски ускользала от серьезных разговоров, а он проявлял ненужную деликатность. Он щадил её чувства, боялся обидеть, и в итоге эта нерешительность привела к этой нелепой ситуации.

Двери лифта закрылись. Лев шумно выдохнул, чувствуя, как в этой тесной кабине закипает напряжение. Рита больше не пыталась казаться невозмутимой.

— Рита, нам пора поговорить серьезно, — начал он, но она перебила его.

— Это она? — её голос дрогнул. Она судорожно прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать подступающие слезы.

Лев почувствовал, как внутри всё сжалось. Он физически не переносил женских слез, а сознание того, что именно он стал их причиной, угнетало его вдвойне.

— Да, — выдохнул он.

Рита понимающе кивнула. Она не стала спорить или требовать объяснений, а просто отвернулась к зеркальной стене лифта, пряча лицо. Её плечи едва заметно вздрогнули, но она не проронила больше ни звука.

— Рита, послушай, мне очень жаль, что всё так вышло. Я не хотел тебя обидеть. Ты прекрасная женщина…

— Прекрати, Смирнов. Не нужно мне этих дежурных фраз, — оборвала она его.

Двери лифта разъехались, и Рита стремительно вышла, едва не сбив с ног Клавдию Ивановну, которая как раз собиралась зайти. Соседка возмущенно охнула, но Рита даже не обернулась.

— Счастливо оставаться! — бросила она через плечо.

Лев попытался было пойти за ней, чтобы всё-таки проводить до машины, но она остановила его коротким, хлестким:

— Не нужно меня провожать. Дорогу знаю.

Смирнов проследил взглядом за Ритой до самой двери, а затем устало провел ладонью по волосам, пытаясь унять гудящую тяжесть в голове.

— Лев Александрович, мне долго вас ждать? — раздался за спиной недовольный голос Клавдии Ивановны.

Она так и стояла в дверях лифта, удерживая их рукой, и смотрела на него поверх очков с видом мирового судьи. Лев тряхнул головой, сбрасывая оцепенение, и выдавил извиняющуюся улыбку, хотя меньше всего на свете ему сейчас хотелось куда-то ехать в этой тесной кабине под надзором всевидящей соседки.

Пока лифт поднимался на седьмой этаж, Смирнов каждой клеткой кожи чувствовал на себе тяжелый, осуждающий взгляд соседки. Клавдия Ивановна не произнесла ни слова, но её красноречивое поджатие губ и шумный, многозначительный вздох говорили громче любых упреков. В этой тесной кабине Лев Александрович, взрослый мужчина, внезапно почувствовал себя нашкодившим подростком, которого застукали за чем-то постыдным. Когда лифт наконец остановился и двери медленно поползли в стороны, Смирнов, не дожидаясь, пока они откроются до конца, пулей вылетел на площадку. Клавдия Ивановна что-то возмущенно буркнула ему в спину, но он уже не слышал. Ему жизненно необходимо было выйти из этого душного пространства и наконец решить, что делать дальше.

Дойдя до своей квартиры, Лев замер на мгновение, а затем, словно отбросив последние сомнения, резко развернулся. Его палец с силой вдавил кнопку звонка соседней квартиры.

Лиза открыла не сразу. Лев успел дважды прослушать затухающее эхо звонка и поймать себя на мысли, что она может просто проигнорировать его присутствие. Он уже собирался нажать на кнопку снова, когда за дверью наконец послышались тихие шаги, а затем сухой щелчок замка.

Лиза подняла взгляд и встретилась глазами со Смирновым. Он молчал. Смотрел и молчал. А ей вдруг помешал ком в горле, возникший ниоткуда. Молчание затягивалось, густеющее, как осенний туман.

— Лев, не сто́ит! — неожиданно, даже для самой себя, первой подала голос Лиза.

Опустив после этих слов взгляд, она уже хотела закрыть дверь — ведь говорить и вправду не было никаких душевных сил. Ей нужно было больше времени, чтобы обрести здравый смысл. Но сосед резко подставил ногу. Через секунду они уже стояли в её прихожей, прижатые к двери изнутри.

Вена на шее мужчины билась так сильно, что Лиза не могла отвести от неё взгляд. Смотрела заворожённо, боясь моргнуть. Кислород застрял где-то меж рёбер. Тепло сильного мужского тела плавило её, как зефирку на солнце. Между ними происходило то, чего нельзя было выразить словами. Немного пугало и будоражило одновременно.

— Еще как сто́ит, — негромко повторил Лев.

С этими словами он медленно провел подушечкой большого пальца по её скуле. От него не укрылось, как в ответ на это простое касание сначала сбилось дыхание Лизы, а затем оно стало глубоким и частым. Он не сводил с неё глаз, жадно ловя каждую реакцию. Но как бы ему ни хотелось сейчас, подобно пещерному человеку, закинуть её на плечо и унести в спальню, здравый смысл взял верх. Лев понимал: прежде чем идти дальше, он должен объясниться. Между ними не должно было остаться ни одной тени от его прошлого.

— Рита — моя коллега, — заговорил Лев вкрадчиво, почти шепотом, не разрывая визуального контакта. — Она пришла за документами. Лиза, послушай…

— Лев… — Лиза запнулась, словно подбирая слова, боясь выпустить в воздух то, что терзало ее. — Эта девушка… она видит ситуацию иначе. — Набравшись храбрости, она подняла глаза, ища в его взгляде хоть какое-то отражение, искру понимания. — Она явно для тебя не просто коллега, и… знаешь, я понимаю и я не должна лезть в твою жизнь с претензиями. Я никто. Просто соседка. Ты взрослый мужчина, я взрослая женщина. И… — дыхание сбилось, губы казались пересохшими, мешая говорить. — И я не хочу быть удобной соседкой, запасным аэродромом… и уж тем более разлучницей. Она смотрела на меня именно так… словно я нагло вторглась в ваши отношения.

Лев шумно выдохнул. Он понимал: сейчас именно тот момент, когда нужно раскрыть все карты. Но как же чертовски сложно оказалось говорить правду и обнажать свои чувства перед кем-то, кто стал ему по-настоящему дорог.

— Нет у нас отношений… — он замолчал, глядя Лизе прямо в глаза, и, немного помедлив, добавил: — Больше нет. — Лев почувствовал, как с плеч свалился невидимый груз.

Лиза выпустила воздух из легких с тяжелым стоном. Эта передряга выжала из нее все до последней капли. Она и не подозревала, что в ней еще теплится способность так остро чувствовать мужчину. Главная злодейка торжественно восседала на троне ее сознания — ревность. Давняя гостья, подзабытая и оттого еще более коварная, вновь заявила о себе. И все из-за этого рыжего льва, разбудившего дремавший вулкан страстей.

— Такие дамы, капитан, мёртвой хваткой вцепляются в своё. Помните это. Поэтому…

Но Лев не дал ей договорить. Он наклонился и накрыл её рот своим, обрывая любые возражения и сомнения. Этот поцелуй был совсем не похож на те украдкие. В нём чувствовалась уверенная, почти собственническая сила мужчины, который слишком долго ждал этого мгновения.

Лиза на секунду замерла, ошеломленная напором, но тут же ответила, мягко подаваясь навстречу. Всё вокруг внезапно перестало существовать. Был только этот вкус — терпкий, кофейный и бесконечно родной.

Когда Лев нехотя отстранился, его дыхание было тяжелым, а взгляд — потемневшим от желания, которое он больше не считал нужным скрывать. Он понимал: ничто его уже не остановит, да и останавливаться он не собирался. Смирнов подхватил Лизу на руки так легко, словно она ничего не весила. Она невольно вскрикнула, инстинктивно обхватив его шею и пряча лицо в изгибе его плеча. Уверенным шагом он направился в сторону спальни. В этом движении не было сомнений — только властное желание мужчины, который наконец-то обрел то, что искал.