Глава 11

Ивар ошарашенно смотрел на разъярённую девушку. Кровожадный взгляд прожигал дыру у него во лбу. Ярость, толчками выходящая из неё, казалось, заполнила собой всё пространство в его спальне.

Он ведь даже не понял, как это произошло. Не ожидал. Поэтому даже не сразу осознал, почему плечо обожгло резкой болью. Словно на него опрокинули кипяток. На миг показалось, что с руки слезает кожа.

Но, опустив голову, всё же догадался, что случилось. По плечу сочилась кровь. Она расползалась по рукаву футболки, стекая тёплыми струями к локтю и ниже. Капая с кончиков пальцев на пол.

Зыркнув на Навроцкую, он увидел выставленный перед собой секатор. Тот самый, который он неосмотрительно оставил в ванной.

Чёрт! Вот это поворот… О чем он думал?!

Конечно, о манком женском теле, суетившимся за шторкой, пока он терпеливо ждал, чтобы объявить о том, что её время вышло.

Идиот.

Алина, резко махнув секатором перед лицом Ивара, заставила его на шаг отступить. Одной рукой сжимая полы белоснежного махрового халата, она с ненавистью и отвращением смотрела на Шведа.

— Не подходи!

— Зря я оставил тебя там одну… — Задумчиво произнёс Ивар, кривя губами. Зажал рану на плече, чувствуя, как липкая кровь сочится сквозь пальцы. И снова это чувство: желание придушить её. — Ты играешь с огнём, Алина.

Задержав дыхание, она шагнула в его сторону. Дёрнула рукой, угрожая. Сердце выпрыгивало из груди. Нервно сглатывая, она до жути боялась того, что проиграет. Но ведь попробовать стоило? Если её сейчас не убьют, она будет пытаться снова и снова. Вряд ли ей стоит рассчитывать на жалость со стороны этих монстров. Она уже всё видела и прекрасно понимала, что живым Сергею отсюда не выйти. Они убьют его. Медленно и мучительно. А что будет с ней? Вряд ли они проявят к ней сочувствие. Она слишком много видела. Ничего не знала, но видела достаточно, чтобы создать им проблемы. Если выберется. Других вариантов у неё нет.

— Положи это, — прорычал Ивар, раздувая ноздри. — По-хорошему.

Он слегка нервничал. Злился.

Откуда эта смелость? Белены объелась?

Маленькая сучка.

— Не подходи, я сказала! — Заорала, взмахивая секатором и рассекая воздух перед его лицом. — Думаешь, я боюсь?! В пятнадцать я выпотрошила зайца. В шестнадцать разделала косулю… Не думаю, что твои кишки сильно отличаются от их! — Свирепо сверкая глазами, поделилась она.

Сказать, что он был удивлён — ничего не сказать. Но показывать это сейчас было бы глупо. Поэтому Ивар лишь тихо выдохнул. И, едва заметно усмехнувшись, разжал пальцы, отпуская ноющее плечо.

Что ж… была не была.

Глядя ей прямо в глаза, пошёл в наступление. Здесь главное не мешкать. Не тормозить. Не дёргаться впустую. Шаг, второй… девчонка предсказуемо сама суетливо попятилась, босыми стопами скользя по паркету. Снова взмахнула рукой, целясь прямо ему в лицо. И, взвизгнув, ощутила как её руку перехватили. Слишком легко. Слишком быстро.

Ивар сжал пальцы на тонком запястье с такой силой, что она тут же скривилась. Стиснула челюсти. Поднялась на носочки. Боль распространялась от запястья к пальцам. И ей пришлось разжать кулак. Инструмент с грохотом упал на паркет.

Опаляющий взгляд пригвоздил её к месту.

— Так, ты у нас охотник, получается? — Процедил Ивар сквозь плотно стиснутые зубы. Чувствуя дрожь, исходящую от Алины. Ещё чуть-чуть, и он сломает ей руку. — Освежевать меня решила?

— Я убью тебя. — Её подбородок затрясся.

— В следующий раз. — Легкомысленно произнёс Швед.

Отпустил её руку и пнул секатор под кровать.

Она даже не успела опомниться, как её щёку опалила жгучая боль. Голова запрокинулась. Ноги подкосились. Перед глазами всё поплыло. Всё, что она видела перед этим: взмах его руки. Шлепок. И, не найдя, за что ухватиться, она с грохотом упала на пол.

Закряхтела, пытаясь дышать глубоко и абстрагироваться от боли. Распластавшись подле его ног, руками шарила по полу, приходя в себя. В голове стоял гул.

— Ссс! — Зашипела, когда волосы на затылке стянуло болью.

Ивар, склонившись перед ней, зло усмехнулся.

— Я ведь предупреждал тебя, Алина. Ну?! Предупреждал ведь?! Ты играешь с огнём. — Потянув за волосы, он вынудил её встать. — Включи голову, девочка.

Колени дрожали. Ноги налились свинцом. Она всё ещё видела его лицо размытым. Хотелось плюнуть. Снова.

Стараясь не закрывать глаза, она смотрела на него сквозь пелену. К горлу подступала тошнота.

— Какого хера здесь происходит?!

Ивар оглянулся, когда за спиной прозвучал голос Антона. Он даже не услышал, как тот открыл дверь.

— Ничего, всё нормально… — Выдохнул Швед, отпуская волосы Али и небрежно отталкивая её.

Отступив на шаг, через голову стянул с себя футболку и, встряхнув её, перетянул ею плечо.

— Это она тебя так? — Антон удивлённо покосился на Алину. Её затравленный взгляд сфокусировался на Иваре.

Промолчав, Ивар отрешённо покачал головой. Он был слишком зол для того, чтобы сейчас что-то кому-то объяснять.

Сам во всём виноват.

Онемевшие от напряжения пальцы сжались в кулаки. Разжались и снова сжались. Тыльная сторона ладони всё ещё горела от жёсткого соприкосновения с её кожей.

Погорячился.

— Будь другом, уведи её отсюда… — Вздохнул он, отворачиваясь от Навроцкой.

От греха подальше.

***

Щека постепенно остывала. Но покалывание всё ещё напоминало о том, как простая пощёчина едва не выбила из неё дух.

Алина нехотя оторвала голову от прохладной простыни и медленно поднялась с кровати, куда её по-скотски толкнул сообщник Шведа.

Теперь она знала его имя.

Антон.

Именно так окликнул его Ивар, когда Стервятник, сжав пальцы на её предплечье, вытолкал её за дверь.

— Антон!

— Говори! — Отозвался он, подтягивая Алю к двери напротив спальни Шведа.

— Зайдёшь после ко мне!

Ничего не ответив, Стервятник прижал палец к сканеру и дверь в подвал открылась.

Впихнув Алину в её "клетку", она молча закрыл дверь, оставляя её одну.

Она медленно спустилась по ступеням и, рухнув на кровать, пролежала на ней в одном положении слишком долго. Тело затекло. И, заставив себя подняться и еле передвигая ноги, девушка пошаркала в свою уборную.

Изнеможенная, она застыла напротив зеркала, рассматривая заплаканное лицо и покрасневшие глаза. Её левая щека слегка порозовела. Хотя ей казалось, что она должна была опухнуть.

— Ублюдок. — Процедила, открывая кран и подставляя под прохладную воду трясущиеся руки.

Провела ими по лицу и шее, смывая кровь, оставленную его пальцами. Кровь была и на халате. Тихо зарычав, она стянула с себя халат, оставаясь в чём мать родила. Уже… было плевать. И, схватив мыло, принялась тереть им те места, на которых были светло-багровые следы. Застирав, повесила халат на радиатор.

Усталость и стресс почти полностью лишили её сил. Но она и не хотела больше ничего чувствовать. Хотелось полностью лишить себя каких-либо эмоций. Превратиться в робота без чувств. Не испытывать страх и боль. Только усталость.

Вспомнив про бельё, она вытащила из кармана халата мокрые трусики и бюстгальтер. И, повесив те рядом с халатом, вернулась в постель. Укутавшись в одеяло, как в кокон, сомкнула веки и рвано выдохнула.

Снова и снова вспоминая лицо Шведа в тот момент, когда она полоснула секатором его плечо, она удовлетворенно улыбнулась. Рваная глубокая рана выглядела отвратительно. Его взгляд, оторопелый и на пару секунд растерянный… это того стоило. Однозначно.

Сможет ли она убить его? Хватит ли ей духу?

Конечно. Наверняка. Просто на миг нужно будет представить, что он не человек. Всего лишь на мгновение. Скажем, волк?