Глава 55

Алина застыла, впившись взглядом в Ивара. В её глазах он видел вихрь противоречий. Воздух между ними словно наэлектризовался, а каждый вдох обжигал лёгкие.

Швед медленно отступал на несколько шагов, поднимая руки ладонями вперёд. Это был жест безоговорочной капитуляции. Его голос звучал ровно, почти нежно, но в нём сквозила непоколебимая решимость:

— Это твой шанс, Алина. Твой. Единственный. Шанс.

Она дёрнула головой. Прядь волос упала на лицо, но она не спешила её убирать. Внутри всё кричало, что это ловушка.

Не верь!

Но где‑то на задворках сознания пульсировала мысль: «А если… если это правда?»

— Костя тебе не помощник, — продолжал Ивар, внимательно следя за её реакцией. — Он думает только о себе. Ему плевать на тебя, Алина. Помнишь, как я учил тебя стрелять из лука?

Воспоминания вспыхивали перед глазами: тот самый день, лес, шелест листьев, его терпеливые подсказки…

— Я не верю тебе, — прошептала она. Её голос дрожал. — Ты снова обманешь. Ты не позволишь мне просто уйти.

Ивар покачал головой. В его взгляде сквозила странная смесь печали и твёрдости.

— Ты будешь жалеть, если не воспользуешься этим шансом. — Он кивнул в сторону противоположного края двора. — У тебя шесть стрел. Это максимум. За пределы огороженной территории выходить нельзя, но весь двор в твоём распоряжении. Если ты ранишь меня, Антон лично отвезёт тебя домой, к отцу.

Аля молчала. Мысли метались, словно пойманные птицы. Она перевела взгляд на лук, манящий одним своим видом, затем снова на Ивара. Каждый мускул был напряжён до предела.

«Это ловушка», — твердил внутренний голос. Но другой, едва слышный, шептал: «А если нет?»

Она поймала себя на мысли, от которой внутри всё похолодело… Антона тоже нужно убрать. Только так у неё действительно будет шанс. Взгляд невольно скользнул в сторону дома, где, как она знала, ждал Антон. В голове стремительно складывался план… рискованный, отчаянный, но единственный.

Ветер пошевелил её волосы, принося с собой запах прелой неубранной листвы. Время словно замедлялось, каждая секунда тянулась вечность.

Она взяла в руки спортивный лук. Холодная гладкость отозвалась в пальцах знакомым покалыванием, будто пробуждая дремлющие воспоминания. Она медленно провела ладонью по изгибу, прикидывая вес, баланс. В голове всплывали обрывки уроков: стойка, хват, натяжение…

На противоположном краю двора Швед медленно отступал, не сводя с неё пристального взгляда. Его фигура размывалась в полуденном мареве, но Аля чётко видела, как он время от времени поворачивает голову к ещё одному столу на его стороне. Там тоже что-то лежало.

Она цепко подхватила колчан и пристегнула к поясу. Стрелы глухо стукнули друг о друга. Движения были рваными, неуверенными. Слишком давно она не брала в руки оружие.

Лук снова оказался в руках. Алина надела напальчник, ощутив шершавую текстуру кожи. Потом снова взяла лук, на этот раз твёрже. Взгляд исподлобья скользнул по дистанции: слишком далеко. Слишком.

Тетива казалась живой: тугая, упругая, будто сопротивлялась каждому прикосновению. Она попыталась натянуть её, и тут же руки задрожали, словно в лихорадке. Плечо свело судорогой… мышцы протестовали против непривычной нагрузки.

— После первой попытки я имею право на защиту и ответ! — Холодный и отчётливый голос Ивара разрезал тишину.

Он подошёл к столу и улыбнулся. Взял со стола что-то похожее на пневматическую винтовку. Она знала что это такое. Таким оружием пользовался отец для дистанционного обездвиживания зверя.

Улыбка Ивара была хищной, будто он уже знал, чем всё закончится.

Аля сглотнула. Пальцы скользнули по тетиве, нашли хват. Лук поднялся, замер в вытянутых руках. Она прищурилась, пытаясь поймать цель в фокус, но расстояние плыло, размывалось.

Выстрел.

Стрела пронеслась в воздухе, разрезая ветер. Промах.

Ивар рассмеялся. Улыбка стала шире, обнажая белоснежные зубы.

В этот момент она поняла: нужно бежать. Рванула в сторону, скрываясь за забором. Сердце колотилось в ушах, дыхание сбивалось. Мысли метались: куда? Где укрыться?

Внезапно прозвучал глухой свист.

Что‑то пронеслось мимо и вонзилось в дерево в пятнадцати сантиметрах от её головы. Маленький дротик…

Транквилизатор.

Навроцкая замерла на миг… а потом бросилась дальше, огибая дом, и чувствуя, как земля уходит из‑под ног… как в голове стучит одна мысль: «Только не упасть. Только не сейчас».

***

Ивар двигался бесшумно, словно хищник, выследивший добычу. В руке он сжимал пистолет со снотворным. Не для убийства, конечно… а для игры. Для их игры.

Он ухмылялся, наблюдая за девушкой. Она уверяла, что с детства охотилась с отцом. Что знала каждый шорох леса, каждый изгиб тропы. Но сейчас сама стала дичью. Интересно, ощущает ли она ту грань, где охотник превращается в жертву? Где власть перетекает из одних рук в другие?

Швед предварительно дал распоряжение подчинённым, и те растворились, словно их здесь и не было.

Не вмешиваться. Скрыться. Это наша игра.

Алина вырвалась из заднего двора, пересекая границу, где были лишь они вдвоём. Озиралась, словно загнанный зверь. Не понимала, где охрана? Где Антон, всегда державшийся неподалёку? Даже ветер стих, а собаки замолчали, будто почувствовав напряжение, пропитавшее воздух.

Она шагнула вперёд, вытаскивая стрелу. Та выскользнула из пальцев.

— Чёрт! — Вырвалось у неё.

Подняла её, и рванула к воротам. Попыталась распахнуть… бесполезно. Затем к гостевому дому, где, как она знала, жила сестра Антона. Дёрнула ручку: заперто. Выругалась и замерла.

И тут увидела его.

Ивар стоял в тени, но взгляд его она почувствовала кожей. Он покачал головой, и голос его, холодный как сталь, разрезал тишину:

— Ты нарушаешь правила. Выход за территорию дома запрещён.

Девушка вскинула лук. Руки дрожали. Дыхание сбивалось. Попыталась вставить стрелу, и та снова упала на траву. На глазах блеснули слёзы, но она сжала губы, подняла стрелу, вставила, натянула тетиву…

Выстрел.

Мимо.

Ивар рассмеялся. Тихо, почти нежно.

— Теперь моя очередь, — произнёс он, поднимая руку.

В его глазах не было злости. Только азарт. И что-то ещё… то, что она не могла разгадать. То, что заставляло её сердце биться чаще, несмотря на страх.

Он шагнул ближе.

— Не двигайся, — прошептал он. — Иначе будет больно.

Но она не стала ждать. Помчалась сквозь сад. Сердце колотилось в унисон с шагами. Лук в руке казался одновременно и спасением, и обузой. Колчан бился о бёдра, мешая бежать. В ушах звенело от напряжения, а в голове пульсировала одна мысль: «Он играет. Играет со мной, как кот с мышью».

Шприц со снотворным вновь просвистел мимо. Вновь так близко, что Алина ощутила лёгкое дуновение воздуха. Она резко обернулась. Ивар стоял в позади, силуэт его сливался с деревьями. В его позе читалась насмешка, а в глазах холодный расчёт. Он не стремился поймать её сразу. Он наслаждался погоней.

— Ублюдок … — прошептала она, сжимая рукоять лука так, что пальцы побелели.

Он лишь усмехнулся, медленно занося руку. Аля резко развернулась и рванула за небольшой дом. Мысли метались: «Где чёртова охрана? Почему никого нет? Он убрал их? Специально?»

Внезапно сквозь строй туй донёсся тихий, но отчётливый шёпот:

— Аля!

Она замерла, вскинув голову. За собачьими вольерами мелькнул силуэт. Алёна. Она махала рукой, призывая. Не раздумывая, девушка бросилась туда, игнорируя неудобство лука и колчана.

Собаки за решёткой взвыли, бросаясь на прутья и скаля зубы. Их лай разорвал тишину, эхом отдаваясь в ушах. Алина, задыхаясь, вцепилась в Алёну, едва не упав от усталости.

— Ты в порядке? — Голос Алёны дрожал от волнения.

Алина кивнула, пытаясь выровнять дыхание. Её глаза, полные отчаяния, умоляюще смотрели на блондинку.

— Помоги… — прошептала она, хватая Алёну за руки. — Пожалуйста, помоги мне выбраться.

Алёна сжала её ладони. Взгляд её стал твёрдым.

— Я помогу. Слышишь? Но тебе нужно собраться. Соберись!

В этот момент из‑за туй раздался спокойный, почти ласковый голос Ивара:

— Алина, ты же знаешь, что это бессмысленно.

Она вздрогнула, обернулась. Он уже был ближе. Слишком близко.

— Алёна, ты играешь с огнём! — Выкрикнул Швед.

Раздражение прошлось по его спине. Как он мог упустить из виду ту, что должна была вот-вот покинуть этот дом?! Мелкая паршивка…

— Это там, — Алёна встряхнула запыхавшуюся девушку, и кивнула в узкий проём между высоким забором и прутьями собачьих вольеров. — Тебе нужно пролезть там. Не смотри на собак! Ты поняла?! Поняла меня?!