12

Мне снились странные сны. Сначала я куда-то бежала, затем летела не то на крыльях, не то на каком-то летательном аппарате, а потом упала. Так, как это бывает во снах. Резко, неожиданно, остро. Вздрогнула так сильно, что проснулась и натолкнулась на хмурый взгляд Майера. Сплю все еще?

Прислонившись к моему столу, он стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за мной. Наблюдал, как я сплю!

— Это жутко, — первое что сказала, присаживаясь и разминая затекшую шею. Спать на офисном диване — то еще удовольствие. Голова трещала, спину ломило, в глазах рябило. Такое чувство, что это похмелье, а не недосып.

— Это тоже жутко, — абстрактно заметил босс и, прежде, чем я успела хоть как-то оправдаться, учтиво поинтересовался: — кофе?

— Что? А… Кофе. Да, конечно. Дайте мне минутку, я сейчас приведу себя в порядок и сделаю вам кофе.

Майер вздохнул, подошел и протянул мне картонный стаканчик из моей любимой кофейни. Посмотрела на стакан, на босса, снова на стакан. Совсем уж странная ситуация, поэтому приняла напиток, сделала глоток.

— Откуда вы знаете, что я люблю моккачино с карамельным сиропом?

И пью его исключительно во время обострения депрессий.

— У меня есть свои каналы, Елизавета Павловна.

Ну, конечно же. Александр! Было бы странно, не сообщи он боссу, что охраняемый объект прибыл в офис в середине ночи, заплаканный и в плаще поверх домашней пижамы.

Твою ж…

— Кажется, мне нужно переодеться.

— Было бы неплохо, — согласился босс. — И через пятнадцать минут зайдите ко мне.

— Конечно. Простите за это и… Спасибо за кофе.

Босс хмыкнул и скрылся в своем кабинете.

Жесть. Другого слова для того, что сейчас произошло, у меня просто нет. Есть, точнее, но оно не печатное.

В моей жизни было не так много случаев, когда принесенные на работу костюмы приходилось надевать. Но именно для таких ситуаций и хранится запасная одежда на работе. Переоделась, даже зубы почистила запасной щеткой, прибрала волосы, сделала легкий макияж. Ну, все, теперь на человека похожа.

К Майеру не попала, но это и к лучшему. Заметила, как в его кабинет вошел Громов, хмурый, словно тысяча чертей. Тревожить не стала, с чаем беспокоить тоже. Самое безопасное сейчас — заняться своими делами. Открыла документы по итальянскому проекту. Сегодня планировала завершить перевод, отдать боссу на подпись и отправить партнерам. За работой немного расслабилась, и проблемы отошли на задний план.

— Елизавета Павловна, вы уже отправили документацию итальянцам? — раздалось из коммуникатора.

— Нет, как раз заканчиваю перевод.

— Придержите, — отрезал босс и отключился.

Что, значит, придержать? По этому направлению никаких проблем не намечалось! Я подскочила и, для вежливости постучав, вошла в кабинет босса. Мужчины окинули меня хмурыми взглядами и переглянулись.

— Что случилось?

Громов тяжело вздохнул и поднялся, Майер закрыл крышку ноутбука и перевернул какие-то бумаги. От меня что-то скрывали и, судя по лицам присутствующих, что-то серьезное.

— Почему я должна притормозить, Андрей Михайлович? Что сделал Батурин на этот раз?

— Это приказ вашего начальника, Елизавета Павловна. Отложите проект.

— Вы плохо врете, начальник!

Подошла к столу босса и бесцеремонно подняла верхний листок, оказавшейся фотографией. Майер не препятствовал, более того, отвернулся, чтобы не видеть мою реакцию.

Мне самой хотелось этого не видеть, ведь это была моя фотография. Маленькое уточнение — на фотографии моя голая задница…

— Полагаю, — прокашлялась, потому что голос сломался. — Полагаю, есть что-то большее, чем это?

— Видео, — порадовал Громов, избегая прямого взгляда.

Видео. То самое, где я с незнакомцем в машине…

Замечательно!

Превосходно!

Великолепно!

— Смотрели?

Громов помотал головой, хотя что-то мне не верится.

— По этой причине я прошу вас пока придержать отправку документов, — почти ласково попросил босс.

— Я все исправлю.

— Как?

— Зайду к Лидии Ивановне. Напишу заявление об уходе. Вы не должны тормозить проект из-за одной фотографии помощницы с голой задницей.

Положив свою фотографию обратно на стол, развернулась и решительно направилась к выходу. Сама судьба подсказывает мне верное решение. Уволюсь и гори оно все огнем.

Дернула ручку, но дверь не поддалась.

Я же со своей стороны устанавливала замок! Неужели у Майера есть собственный?

— Сядьте, Елизавета. Обсудим варианты.

— Вариант один — дать этому ход! — ответила, не задумываясь. — Это моя ошибка и мне нести за нее ответственность. Вы здесь вообще при чем?

— Зачем же тогда увольняться, если вы не против обнародования? — усмехнулся Вадим Арнольдович, наконец, подняв на меня взгляд.

— Вы шутите так? Моя репутация будет уничтожена. Уже сейчас в глазах Андрея Михайловича я обоснованно дискредитирована. А моя репутация неизбежно ударит по его репутации. Аскер перестанут воспринимать всерьез. Мы потеряем контракты. Нет. Выход один — показать, что вы не идете на поводу у шантажистов. Одна уступка — и вам на шею сядут. Переложите ответственность на меня. Увольте с апломбом. Через месяц все уляжется.

Громов как-то странно улыбнулся и почесал подбородок, кидая взгляды на Майера.

— Есть что-то еще?

— Есть. Личность мужчины на видео. Мы не можем допустить его публикации, — обтекаемо заметил Вадим.

— Почему? В чем проблема? Это же он шантажирует, очевидно.

— Это не он, — уверенно заявил Майер.

— Андрей Михайлович! Вам-то откуда знать?

Громов с Майером переглянулись.

— Расскажи ей, Андрей. Пора бы уже.

— Рассказать о чем?

Вадим Арнольдович собрал со стола фотографии и оставил нас с Андреем Михайловичем наедине. Тишина сдавила тисками. Майер стоял лицом к окну и, нахмурившись, смотрел на город.

— Рассказать о чем, Андрей Михайлович?

— Посмотрите видео. В нем — ответы на все ваши вопросы.

Сердце сжалось, предчувствуя беду, но я не стала издеваться над собой. Села в удобное кресло босса, открыла крышку ноутбука, нажала на плей…

Я посмотрела дважды, в надежде, что глаза мне изменяют. Не изменяли. Мужчина, с которым я познакомилась на свиданиях вслепую, мой таинственный незнакомец — Майер.

Видео выключилось, а вместе с ним выключились и мои эмоции.

Тишина почти звенела в ушах. Так тихо, словно весь мир замер в ожидании моей реакции.

— Впервые в жизни у меня желание закурить, — устало произнес Майер.

Впервые в жизни я не знаю, что сказать.

— Я напишу заявление…

— Елизавета Павловна.

Поднялась.

— Подберу вам кандидаток и…

— Елизавета!

Вдохнула, выдохнула.

Спокойно!

— Начнем с того, что найдем вам новую секретаршу. Это видео компрометирует меня, но не вас. Вы — свободный мужчина, без обязательств. Вполне возможно, это даже повысит вас в глазах некоторых коллег. Босс и секретарша — клише. А тут такое дело, вы переспали не абы с кем, затащили в постель саму стальную Элизабет.

— Лиза! — Майер повысил голос и, вздрогнув, уставилась на него. — Цинизм не идет тебе! И мне не нужна новая секретарша. Меня устраивает личная помощница.

— Да, но теперь, в свете открывшихся обстоятельств, я не могу… Почему вы мне сразу не сказали?

— Именно по этой причине. Потому что вы не можете. Я должен был прекратить наши встречи, когда выяснил, кто вы. Но тоже не смог.

— И что нам теперь делать? Мне нравилась эта работа. По-настоящему нравилась, но…

— Сядьте, прошу.

Послушно опустилась в кресло.

— Я не дам ход этому видео. И не отпущу вас. Мы… Сможем сделать вид, словно ничего не было?

Снова, как в Москве?

Перед глазами, словно в фильме, пронеслись откровенные сцены с участием Майера. Губы обожгло огнем, а в ушах стояло его хриплое от возбуждения дыхание, от одного воспоминания о котором внутри меня медленно скапливалось напряжение, опускаясь вниз живота. Сделать вид, словно этого не было?

— У меня с мужчинами опыт не очень большой. Мне сложно сделать то, о чем вы просите.

— Между работой и тем, что у нас было, что вы выберете? Раз уж вы решили, что выбор должен быть сделан?

— А может быть иначе?

— Может. Уверен, что может, — Андрей Михайлович подошел ближе. Протяни руку и можно прикоснуться к новой жизни. Но…

Хватит бегать. Хватит, Лиза.

— Я выберу работу. Останусь с вами.

— Со мной?

— С Аскер. Я не оставлю фирму из-за этого видео, раз вы не хотите. Мы найдем решение.

Майер долго смотрел на меня сверху вниз. Наконец, поджав губы, он кивнул.

Как оказалось, Батурин прислал в Аскер подарочек, который осел в службе безопасности. В письме Майеру он потребовал сдать новый проект, либо видео получит ход. Понятное дело, слить проект мы не можем, но и опубликовать видео — тоже. В первом случае можно сразу вручить Батурину ключи от нашей фирмы, а во втором — мы потеряем репутацию и, скорее всего, итальянцы найдут миллион причин, почему они передумали вступать в сделку.

— Я не верю, что выхода нет! — принесла чай, и мы с боссом расположились в чайной зоне. Передумали сотню вариантов, но ни один не подходил. Вдобавок, в кабинете объявился охранник.

— Елизавета Павловна, вы велели доложить, если в здании появится Боярская. Она только что прошла охрану на первом этаже.

Андрей Михайлович закатил глаза и откинулся на спинку дивана.

— Мне только Наташи для полного счастья не хватало.

— Запремся и сделаем вид, что никого нет?

— Она начнет осаду и возьмет эту крепость измором. Вы не знаете Наташу. Ее остановит только штамп в моем паспорте. Хотя, и здесь могут быть варианты.

— Штамп в паспорте? — я отставила кружку и задумалась.

Ранее Майер предлагал фиктивный брак, чтобы отделаться от приставаний своей бывшей. Для меня это не сильно весомый аргумент. Но имитировать брак, чтобы низвергнуть значимость видео, как предмета для шантажа — уже другое дело! Невеста с женихом занимаются сексом в машине? Тоже мне, невидаль! И кому какое дело, что творится в спальне возлюбленных?

— Андрей Михайлович! Женитесь на мне.

Босс подавился. Не картинно, а по-настоящему. Пришлось пересесть на диван и постучать ему по спинке.

— Вы ждите снаружи и удерживайте Наталью, сколько сможете, — приказала охраннику и, когда тот скрылся в моем кабинете, повторила. — Что вы так испугались, Андрей Михайлович? Вы станете моим мужем?

— Помнится, в прошлый раз вы не поддержали мою идею с замужеством, — прокашлявшись, ответил босс.

— В прошлый раз на кону не стояло будущее Аскера. Помните, что я сказала вам в первый день? Это ведь не просто слова. Фиктивным браком мы убьем двух зайцев. Охладим пыл Натальи и сыграем на опережение. Если объявить официально о нашей помолвке, то компромат Батурина утратит актуальность. Даже, если и всплывет, те же итальянцы только похвалят вас за технику и экспрессию.

Майер приподнял бровь.

— Мы сейчас о работе?

— Мы всегда только о работе, Андрей Михайлович. Есть лишь одно «но». Как дама настырная, ваша бывшая жена ни за что не поверит в аферу с женитьбой без кольца. Нужно срочно что-то придумать. Я украшений не ношу у вас, полагаю, в шкафу тоже женских колец не водится.

Андрей Михайлович промолчал и в лице изменился.

— Или водятся?

— Не уверен. Давно было…

Он поднялся, отодвинул картину на стене, открыл сейф и долго рылся в нем. Любопытство решила утопить в чае. Как это будет смотреться, если я из-за его плеча выгляну? Вернулся босс с небольшой коробочкой в форме сердца руках.

— Серьезно? У вас в сейфе женское кольцо? На всякий случай?

Он открыл коробочку и показал украшение.

Это была любовь с первого взгляда. Обычно для обручальных колец выбирают бриллианты, но Майер предпочел жемчуг. Нежная, невероятно красивая жемчужинка в окружении алмазной крошки, покорила мое сердце сразу же.

— Какое красивое!

— Это кольцо я купил для Натальи. Сделал ей предложение. Она предложение приняла, но кольцо надевать не стала.

— Потому что не бриллиант?

Майер пожал плечами и посмотрел на украшение.

— Сказала, что подруги засмеют. Мы сходили к ювелиру, заказали кольцо по индивидуальному дизайну, с самым большим бриллиантом. Когда оно было готово, не прошло и пяти минут, как о нашей помолвке узнали все ее подруги и СМИ. О чем, вы думаете, они говорили?

— Наверняка о вашей большой, огромной даже любви? — не удержалась от шпильки.

— Именно. Они говорили о ее размере и дороговизне. С деньгами у меня тогда было не густо, но, как сын своих родителей, я всегда ходил под прицелом камер. А это кольцо… Оно осталось. Рука не поднялась выкинуть. Хотел подарить сестре, но как-то не срослось.

— И замечательно! Кольцо просто ждало.

— Свою настоящую обладательницу?

— Своего часа, скорей, — я послушно протянула ладонь, стараясь задушить на корню звучавший в голове голос Ирвина: «Иса, mi Hermosa, ты станешь моей женой?»

Сердце колотилось в горле, на лбу проступила испарина…

— Ты в порядке?

— Да. Все хорошо. Давайте сделаем это…

Андрей Михайлович предпочел сделать все по правилам. Достал кольцо и медленно надел его на мой палец. Я боялась, что размер не подойдет, но подошел почти идеально.

— Очень интересно! — раздалось от дверей.

Не сильно-то охранник старался сдержать натиск Натальи, раз мы не услышали шума и возни в моем офисе. В дверях застыла эффектная красотка, точь-в-точь как с фотографий в инстаграме: высокая, с пышными формами, ярким макияжем, в коротком обтягивающем платье, позволяющем, скажем так, оценить товар. У Андрея Михайловича хороший вкус, хотя заметно, что от былой естественной красоты Наташи мало что осталось. Она из тех людей, которые свято верят, что нет предела совершенству и еще одна пластическая операция только на пользу.

— Я помешала?

— Здравствуй, Наташа, — сухо произнес Майер и притянул меня к себе.

Это всего лишь игра, сценарий, предложенный мною же, но близость с боссом пьянила. На моей талии лежала тяжелая рука, а в мою ладонь уверенно билось сердце Майера. На Наталью я больше не смотрела, только на Андрея. На его красивые глаза, правильный нос, губы, которые могут быть такими чувственными, что имя свое забудешь, небрежную щетину, которой хотелось коснуться пальцами. Смотрела, словно завороженная и пропустила момент, когда Наталья обратилась ко мне.

— Любимая? — Андрей Михайлович смотрел на меня с такой теплотой, что один такой взгляд полмира обогреть способен.

— Простите, я веду себя невежливо. Мы не знакомы. Я — Елизавета Павловна, личный… Невеста Андрея, — по интонации дальше следовало отчество, но я его проглотила, когда Майер предусмотрительно притянул меня еще ближе. Хотя, куда уж ближе? Если только на шею ему залезть.

— Личная невеста Андрея, — Наталья смотрела ядовитым, хищным взглядом, словно интуитино чувствовала нашу фальшь. — Я это уже заметила!

Женщина медленно, словно демонстрируя себя, пересекла кабинет бывшего мужа.

— Принеси чаю.

Бросив сумочку на диван, она расположилась рядом с ней, закинула ногу на ногу и замерла, глядя на мое кольцо.

— Впрочем, постой. Андрей, ты серьезно? Какая пошлость, дарить одно и то же кольцо разным девушкам! Учился бы на ошибках. Хоть в этот раз мог купить бриллианты! Скажи, милочка?

— Человек определяет ценность вещи, а не наоборот. Вы это вряд ли поймете.

— Ни слова не поняла, — согласилась она. — Ценность вещи определяется ценником.

— В вашем случае, это очевидно.

И цена невысока.

Не хотела дерзить, но не удержалась. Боярская хищно сузила глаза и откинулась на спинку дивана. Ей удавалось смотреть на нас снизу вверх с превосходством. Есть такая категория людей, которые одним только своим присутствием способны испортить воздух в комнате.

— Наташа, зачем ты пришла?

— Что, в твоем плотном графике не найдется времени на бывшую жену? То, что было между нами, вдруг резко утратило значимость?

Я в обществе этой женщины и пяти минут не провела, но у меня уже голова разболелась. Майер устало потер переносицу и вздохнул:

— Если ты пришла по рабочим вопросам — я готов их обсудить, если нет — прости, у меня нет на это времени.

— Я слышала это каждый вечер, — назидательно произнесла Наташа, глядя на меня. — Сначала пообещает небо в алмазах, но закончится все вот этой фразой. У меня нет времени. Ты будешь слышать ее чаще, чем слова любви.

— Не думаю, что это ваше дело.

— Как-то вы агрессивно настроены! Я надеялась на теплую дружескую беседу в интимной обстановке.

Боярская посмотрела на Андрея Михайловича так, что все мысли на ее лице отразились. Она имела моего босса глазами. Прошлась жаждущим взглядом по его телу, будто рукой провела. Во мне вспыхнуло раздражение. Да по какому праву такой взгляд?

— Следите за словами! Вы говорите о моем мужчине.

Майер посмотрел на меня с победной улыбкой и прошептал на ухо:

— Мне нравится, как это звучит.

От голоса Андрея мурашки по телу пошли, я даже ненадолго забыла, что в комнате посторонние. Рядом с Майером мир вокруг преображается. Забываешь обо всем на свете.

— Хочешь со мной посостязаться?

Не сразу поняла, о чем говорит Наталья. Состязаться? Она намерена отобрать у меня фиктивного жениха?

Усмехнулась и отвечать не стала, хотя внутри все вскипело от злости. Какая напыщенная дамочка! Какое поразительное самомнение!

— Впрочем, что-то я не о том. Давай запишу свой номер, встретимся, поболтаем!

Боярская взяла с журнального столика мой сотовый и как будто невзначай уронила на паркет.

— Ой, я такая неуклюжая! Сама, сама подниму! — женщина остановила меня и подняла мой телефон, у которого отлетела задняя крышка. Она аккуратно все поставила на место и фыркнула, когда я вырвала гаджет из ее рук.

- Я ваш номер и без того наизусть выучила. Вы знаете толк в навязчивости.

— Наташа, этот театр начинает надоедать. Не пора ли на выход?

Женщина снова откинулась на спинку дивана и нагло улыбнулась, демонстрируя, что никуда уходить не собирается.

— Хорошо, тогда мы уйдем, — Андрей Михайлович взял меня за руку и, не глядя больше на Наташу, повел из кабинета.

Смерив охранника, оставшегося в моем офисе, неодобрительным взглядом, босс дал указание:

— Проследи за ней. Когда уйдет — запри кабинет, ключи передашь Громову. Все понял?

— Понял.

— Выполнишь?

Охранник потупил взгляд и кивнул.

— Куда мы идем?

Хмурый босс не ответил.

— Андрей Михайлович?

— Это важно? — спросил он возле лифтов и посмотрел на меня своим особым взглядом. Таким, что в самую душу проникает. Кот из Шрека от такого взгляда нервно бы курил в сторонке.

— Нет.