По самой кромке. Ари

Перед сном я успела отлаять своим грубым голосом Люберецкого. Он разволновался. Предлагал лечение и прочее. Я сказала, что уже всё решила и отрубила телефон, отправив смс Моторину, что буду на связи через Кудрявцева. А потом мне стало легче от лекарств, и я провалилась в забытье.

Мне снился сон такой красоты и яркости, какой я никогда не видела. К тому же, впервые в жизни, он был эротическим! Сначала я лежала в зарослях травы. Запах полыни, её горечь на губах, словно аперитив будоражили лучше всякого шампанского. По коже скользили тонкие пушистые стебельки. Они щекотали шею, руки, грудь, спускались по животу и ногам.

Рядом со мной был мужчина из ночного клуба. Тот самый! Иногда я с сожалением вспоминала его объятия, танец и нежный поцелуй. И скучала по этой короткой встрече. А сейчас он был со мной! Держал в объятиях, что-то жарко шептал на ухо, словно уговаривая. А я не сопротивлялась. Теперь я была свободна и могла позволить себе всё! Не сдерживаться, не прятать своего влечения.

В этот раз я прижималась к мужчине, хотела раствориться в его объятиях. Скользила по крепким плечам, сильным рукам, груди, бесстыдно прижималась изголодавшимся телом. Елозила попкой, тянула на себя. Мужчина не торопился. Умело разжигал мою страсть ожиданием близости. А ещё, не давал себя целовать.

Он крепко зажал мой рот ладонью, перекрывая кислород и лишая возможности прижаться к губам. Впиться в них с наслаждением. Слизывать горьковатый вкус с его губ, дарить свой. Прикусывать в момент близости. И падать, падать в вихрь наслаждения без остатка

А он всё тянул и тянул. Я уже горела, как лесной пожар. Вцепилась в его рубашку и тянула на себя. Он сопротивлялся. Стонал, шипел сквозь зубы, подстёгивая моё возбуждение. И выругался, кажется, по-итальянски, когда мне удалось закинуть свою ногу на его бедро.

Но я не сдавалась! С упорством голодной самки искала лазейки в его обороне. Издав победный возглас, я сползла чуть ниже. Тёрлась без стеснения о желанное мужское тело. Он с жаром сжимал мои плечи, яростно гладил и обнимал так, что трещала одежда. Мне удалось извернуться, и скинуть его руку с лица.

В лёгкие хлынул терпкий мужской аромат! Дурманящая смесь запаха тела и доминирующего мужского парфюма. Картинка перед глазами дрогнула. Теперь мне представлялся не незнакомец из ночного клуба. Я чётко представляла себя в объятиях Кости.

Его карие глаза, руки с красивыми пальцами. Жаркий взгляд, которым он ощупывал меня в лифте. И Требовательный, злой поцелуй, которым он наказывал меня за встречу с Мотроиным в кафе. Всё это словно жидкий огонь запустило по венам желание запредельной силы. Я стонала и билась в его руках, а когда он снова зажал мне рот рукой, резко дёрнула головой в сторону.

От быстрого движения, его рука на лице соскользнула, и я прикусила губу. Свою. От боли распахнула глаза и ошалела от увиденного. Меня и правда обнимал растрёпанный Кудрявцев! Между нами торчали углы одеяла. Он пытался удерживать на моём лице маску ингалятора.

Полотенце сбилось и упало на спинку дивана. Халат сполз с одного плеча и задрался, оголив одну ногу полностью. Вторая, частично прикрытая, лежала на Костином бедре. Он дышал, как марафонец после забега. А в глазах плескалось возбуждение такой силы, словно всё, что мне приснилось, происходило наяву!

От неожиданности я открыла рот, но слова, чтобы как-то разрулить ситуацию, найти не могла. Я аккуратно поправила халат на плече и натянула подол к колену. Потом согнула ногу в колене, и Кудрявцев смог из-под меня выползти. Он хватал ртом воздух с ошалелым взглядом, и это была катастрофа!

– Костя… Ааааа что вы здесь делали? – задала я глупый вопрос.

– Держал маску ингалятора. В-в-врач сказал, что надо дышать лекарствами сутки напролёт. Маска сползла, а на голове было полотенце. Я не смог закрепить. Держал руками.

– Руками держали? Руками?

Внутри бились нерастраченные эмоции и я, сначала тихонько, сдерживаясь, а потом от души в полный голос начала хохотать. Костя, до этого тихо отползавший от меня по дивану, тоже засмеялся. Это точно была истерика! Я смеялась, размазывая по лицу слёзы и не понимая, что делать дальше. Потом смирилась, что случившееся отмотать назад не получится и уставилась на Кудрявцева. А он прикрыл меня одеялом до самого подбородка. Вот чёрт!

– Костя! Это недоразумение! Не знаю, что надо говорить. Я ни разу не была в такой дурацкой ситуации. У меня принцип: никогда не иметь отношений с подчинёнными. И я его придерживаюсь всю жизнь. Не то я говорю. – Пытаясь подобрать нужные слова я поджала ноги к груди, кутаясь в одеяло.

– Не надо ничего говорить. Ариадна, я прошу прощения…

– Да за что? Костя, ну вас! Идите уже к себе!

– Только лекарства пейте и не снимайте маску. Вы сейчас уже гораздо лучше разговариваете. И не кашляли совсем пока спали.

Меня снова начал душить смех. Теперь уже с кашлем пополам. Да уж, во сне мне было не до болячек. В течке не до температуры, как я поняла. Костя помог мне закрепить маску ингалятора на лице и бочком, словно опасаясь, что я запущу в него бутылкой с водой, вышел из номера, а я чудом уснула до самого утра. Теперь уже без эротических фантазий. А жаль.