Любой ценой. Ари

События разворачивались быстрее, чем я предполагала. А ещё, гораздо жёстче. Надо же, я настолько нужна Люберецкому, что он даже начал меня выслеживать! Нашёл гостиницу, в которой мы зарегистрировались, и я даже представить себе не могла зачем? Неужели его сотрудники должны были приволочь меня в Москву насильно? От этой мысли у меня холодели пальцы на руках.

Чтобы не торчать здесь до скончания веков, я решила усилить лечение. Голос у меня был уже вполне приемлемый, а не как у портового грузчика. Кашель беспокоил реже. Кстати, во время близости ни разу не проявился, значит, у организма были резервные возможности. И чтобы быстрее вылечиться, я решила, нет, не затащить снова в постель Костю, а прочитать инструкции лекарств.

Как я и предполагала, дозы препаратов не были максимальными. Недолго думая, я их увеличила так, как рекомендовала инструкция. В ночь приняла дополнительную таблетку одного лекарства и увеличила концентрацию второго в ингаляторе. Спала почти без кашля и утром очень надеялась на выздоровление ускоренными темпами.

Утром выпила ещё одну дополнительную таблетку, встала с кровати и села обратно. Голова кружилась страшно. Решила, что всё это от интоксикации и надо просто переставлять ноги, пить много жидкости и станет легче. Но, сначала я чуть не упала от головокружения в душе, а потом еле доползла до кухни и рухнула на стул.

– Ариадна, у тебя всё в порядке? На тебе нет лица. – Костя склонился ко мне и приложил руку ко лбу. Мама так всегда делала, когда я болела.

– Да, в общем, всё нормально. Просто кружится голова. И есть я не хочу, подташнивает. Ты завтракай и приходи в зал. У меня есть несколько идей по работе.

– По какой работе? Ты себя в зеркале видела? Тебе отлежаться надо!

– Мне надо срочно делать проект. Люберецкий настроен решительно. Я не уверена, что буду тут сегодняшним вечером или завтра утром.

– Это не повод умереть на работе, – возразил Костя.

– Это повод сделать работу максимально быстро. – Я поднялась на ноги и, поняв, что стою нетвёрдо, пошла, держась за стенку рукой.

За спиной сквозь зубы выругался Костя. Подхватил на руки и понёс в мою спальню.

– Не туда! Надо в зал! Я буду работать!

– Ты не можешь работать! Тебе нужен врач! Я сейчас вызову скорую.

– Если ты вызовешь врача, с ним приедет человек Люберецкого. Ты этого хочешь?

– Я хочу, чтобы ты выздоровела!

– Тогда поставь меня на ноги. Позавтракай и приходи в зал работать. Не будем терять драгоценное время.

Костя снова чертыхнулся. Поняв, что я так и буду упорствовать, отнёс меня в зал. Усадил с ногами на диван. Обложил подушками и укрыл тонким пледом. И только после этого водрузил на колени ноутбук. А потом организовал горячий сладкий чай. Пить совсем не хотелось, но Костя настаивал.

Удивительно, но мне полегчало. В голове прояснилось, и я начала работать в приличном темпе. Костя принёс бутерброды. На мои протесты, что есть надо на кухне и чётко разделять работу и отдых, кивал, но кормить в зале не переставал. Упрямый какой! Так и подкладывал буженинку и сырочек. Мягкий даже на хлебушек намазал.

Работа шла своим чередом, пока у меня не зазвонила напоминалка. Костя принёс мне ингалятор и помог закрепить маску на лице. И тут я снова поплыла. Голова закружилась и к горлу подкатила тошнота.

– Да что с тобой происходит? Почему тебе хуже от лекарств, которые ты уже не первый день принимаешь?

Костя сердито сдвинул брови. Под его тяжёлым взглядом я смутилась.

– Ари? Ну-ка, ну-ка? Что ты ещё придумала? Это ведь не просто так всё произошло? Ты же пьёшь таблетки?

– Пью.

– Как назначил врач?

– Ну-у-у, не совсем. – Я попыталась сесть прямо, но твёрдая мужская рука вернула меня обратно на подушки.

– Это как, «не совсем»?

– Я увеличила дозировки.

Теперь Костя выглядел ошарашенным. Он размахивал руками, хлопал глазами, беззвучно открывал и закрывал рот. Потом сел рядом и снял с меня маску.

– Ариадна, я точно не понимаю женщин. У вас всё как-то сложно. Телефон не дадите, но дверь надо открыть. Вам страшно, но под угрозой слежки вы пойдёте в магазин за сыром. Просто объясни мне, зачем ты увеличила дозировки лекарств? Я не пойму, просто хочу услышать информацию.

У него был взгляд матери подростка. Когда уже совсем непонятно, но ещё любишь. Только при этом чертовски сексуальный. Эта вальяжная поза, хрустящая рубашка с расстёгнутым воротом. Джинсы, обтягивающие стройные ноги. Я зависла.

– Ари, так что с причиной увеличения дозировки лекарств без совета с врачом? Зачем ты это сделала?

– Хотела быстрее выздороветь, чтобы вылететь в Москву.

– Просто хочу уточнить. Ари, ты самостоятельно увеличила дозировку ни с кем не посоветовавшись?

– Я инструкцию прочитала!

Костя молча забрал ингалятор, вышел без обвинений и претензий. Из кухни доносились звуки льющейся воды, шелест пакета, звук раскрывающихся коробок. А потом он вернулся в комнату пряча улыбку.

– Ариадна, я тебя знаю, как невероятно умную девушку. Ты болеешь сейчас. Давай на период, пока ты лечишься, будешь согласовывать со мной свои действия? Просто поверь, от этого будет много пользы. Ну, и дозировки не меняй самостоятельно, а то мы тут останемся навсегда.

Мне хотелось ответить что-то резкое. Хорошо, что сил на это не было. Поэтому я просто кивнула, а Костя усмехнулся в ответ.

– Что, совсем нет сил спорить? Тогда давай так: ты отлежишься в кровати 1 час, а потом продолжим с новыми силами.

– Но…

– Никаких «но». К тому же, привыкай, что руковожу в этой ситуации я. Помню, помню, ты начальница. Но нам надо без потерь вернуться в Москву. Значит, восстанавливайся обычными методами. Экспериментов над собой не ставь. До кровати тебя донести?

– Я сама!

Костя рассмеялся.

– Ари, ты прямо как мои маленькие кузины.

Спорить с этим наглецом не хотелось. Постаралась встать ровно, но по коридору шла, придерживаясь за стену. На пороге спальни остановилась и поймала на себе сосредоточенно-удивлённый взгляд Кудрявцева. Он не сводил глаз с моих пальцев. Разбираться не стала и быстро скрылась за дверью. Честно говоря, сбежала.