А какие у тебя полномочия?

Говорят, что когда умирает долго и безнадёжно больной человек, то и в этом случае, его смерть ощущается, как внезапная. Я понимала, что буду увольняться от Моторина, привыкала к этому и готовила окружающих. Но буквы на заявлении об уходе выходили неровными, а из глаз грозили брызнуть слёзы. Но я справилась. Я профи.

Вернулась из кадров в переговорную. Посидела несколько минут, положив голову на сложенные на столе руки, и позвонила Косте. Тот входил в переговорную осторожнее, чем в клетку к дикому зверю. Мне стало смешно.

– Боишься, что укушу?

– Да нет, опасаюсь, что начнёшь рыдать. А что делать с женскими слезами в рабочее время – неизвестно.

– А в нерабочее что?

– В нерабочее время плачут близкие девушки. Их надо любить.

– Ого! Всех?

– Любить всех, а ласкать, только свою, если ты об этом.

Мне стало интересно. Костя так странно изъяснялся, но так интересно. Так одновременно просто и сложно жил.

– Костя, а откуда у тебя такие интересные взгляды на девушек?

– От отца.

– Познакомишь с этим чудесным человеком?

– К сожалению, папа умер чуть больше года назад. А вот с мамой готов познакомить. Только решу одну детективную головоломку, и можем поехать к ней в Тверь.

Он уселся напротив с таким серьёзным видом, что я рассмеялась.

– Не надо ни с кем знакомить, Костя. Я уволилась из компании. Отработаю сегодня последний день и заживёте спокойно. Без сомнительных связей с начальницей.

Кудрявцев поджал губы и подался вперёд.

– Кос-тя. Ни с лова больше! Я не буду тратить последний рабочий день на личные вопросы. И так подводим заказчика неразберихой в кадрах. Открывайте ноутбук, фиксируйте всё, что я буду скидывать блоками. Итак, приступаем. Производство.

Отправляя файлы, я давала объяснения. Требовала, чтобы Костя не просто увидел, а зафиксировал себе те области таблиц и графиков, откуда я брала информацию и на основе которой делала выводы. То, что я уже вставила в рекомендации, помечала зелёным. Те пункты, в которые нужно было дописать выводы или досчитать цифры, помечала жёлтым.

Большая часть пунктов была заполнена, а вот кредитный портфель я не успела ни посчитать толком, ни написать. Поэтому просматривала в режиме реального времени и тут же надиктовывала выводы.

– Обрати внимание на третью группу кредитов. По ним самые невыгодные условия.

– Предлагаешь перекредитоваться? Уйти в другие банки?

– Нет.

– А что делать? Оставить их в том же самом банке?

– Этого точно делать не надо. Проценты грабительские, условия неудобные. Только успевают взять заёмные средства, как их тут же надо возвращать. Они не успевают толком добавить оборотных средств. Это при диких процентах и наличии залога.

– Так а что делать-то?

– Закрыть из полностью.

– А откуда брать деньги?

– А вот в этом и есть основная моя фишка. Смотри. Все рекомендации я разбила не только по направлениям деятельности компании, но и по срочности внедрения. Если фабрика, на которой мы с тобой были, перестанет делать вид, что что-то производит, деньги останутся внутри компании. Перестанут уходить на «брак», по поддельным договорам аренды, перевозки и так далее. Этих денег с запасом хватит, чтобы перекрыть кассовый разрыв, которым прикрывают из невыгодных кредитов.

В переговорной повисла тишина. Костя уставился на меня не мигая, своими потрясающими тёплыми глазами. Я начала плыть от его восхищённого взгляда. Даже головой покрутила чтобы сбить наваждение и вернуться к работе.

– Костя, ты что застыл? Продолжаем.

– Погоди. Ответь мне только на 2 вопроса.

– Давай.

– Ты остаёшься с завтрашнего дня без работы?

– Да, я написала заявление без отработки.

Костя кивнул.

– Значит, тебя завтра не будет в проекте, и его судьба тебя волновать не должна.

– И?

– Но ты сидишь со мной в последний рабочий день и ищешь нестандартные решения для выхода чужой компании, с чужими людьми, для чужого собственника, из финансового провала.

– Пока ты говоришь очевидные вещи. А в чём вопрос?

– Зачем ты это делаешь? Дивидендов тебе это не принесёт. Возможно, и сфера аудита для тебя стараниями Люберецкого будет закрыта. Так что тебя заставляет выполнять работу до последней минуты?

– Совесть. Я такой сумасшедший человек. Уходя с предыдущих мест работы, всегда делала что-то, что приносило пользу компании. Мой первый заведующий лабораторией называл этот трудовой подарок дембельским аккордом. Я всегда ухожу так, чтобы у людей было полное понимание, в какой точке работы они находятся, где брать информацию для дальнейшего анализа предприятия. Кому и что надо передавать и так далее. Просто я такой человек. Не продаюсь за тарелку супа, не оставляю выжженной земли. Если это всё, предлагаю продолжить.

– Нет, не всё. У меня к тебе ещё один вопрос. А как ты относишься к идее поработать во внутреннем аудите?

– Да, в принципе, нормально. Только меня после скандала с Люберецким, никто не возьмёт. У меня будет самый скотский из волчьих билетов.

– Думаешь? Уверена. Кстати, – улыбнулась своим воспоминаниям я, – мне даже хотелось работать внутри компании пока не изменились планы на личную жизнь. Я даже собеседование проходила в одну интересную организацию. Но туда пришёл Моторин и мне пришлось спасаться бегством. Я так торопилась, что свалилась с каблуков и уползала на четвереньках. Благо, что этого почти никто не видел. Только секретарша, восторженно отзывавшаяся о своём начальнике. То кофточку разрешил носить, то кондиционер перевесил, то больным сотрудникам помогал. Короче, сорвалось собеседование с самым главным их шефом.

Мне стало ужасно весело, и я рассмеялась. А Костя почему-то даже не улыбнулся. Смотрел на меня серьёзно. Хмурился и беззвучно махал руками.

– А какая это была компания, если не секрет?

– Известная в определённых кругах. У неё собственник недавно переехал из-за границы. Но успеха добился приличного. Может быть, слышал про «Rizzo S.P.A.»? Я туда пробовала уйти начальником аудиторской службы.

От удивления огромные глаза Кудрявцева стали ещё больше. Он хватал ртом воздух, размахивал руками, а когда смог взять себя в руки, задал неожиданный вопрос.

– А если бы тебя позвали начальником аудиторской службы в «Rizzo S.P.A.» сейчас? Пошла бы?

– Теоретически да. Но что без толку об этом фантазировать? Кто мне сделает такое предложение теперь?

– Я.

– Костя, и что ты предлагаешь?

– Должность, с собеседования на которую ты сбегала на четвереньках.

– Шутишь?

– Нет. Я делаю тебе коммерческое предложение.

– Костя, мне, безусловно, лестно, получить такое предложение. Но разве ты можешь его делать? Какие у тебя полномочия?

Костя замер. Закрыл крышку ноутбука и ответил.