Глава 23

Чуть позже, взяв под контроль свои чувства и эмоции, отправилась в душ. Было трудно не пританцовывать и не улыбаться. Наверное, со стороны я была похожа на сумасшедшую, но, судя по тому, что встречные студенты понимающе улыбались в ответ, уже все чертежники знали о нашем с Домиником свидании. Ох уж эта жизнь общажная.

Я приняла душ и возвращалась назад. Ни о чем думать не могла, постоянно прокручивала моменты свидания, но день не мог пройти настолько хорошо. По пути встретила Малику.

— Что, Данияс, хорошо провела время? — прошипела девушка.

— Прекрасно, — улыбалась я. Посмотрела на нее и поняла, что ее появление и змеиное шипение не сможет испортить настроения.

— Ничего, и тебя он позабудет, стоит тебе только немного оступиться, — жестко усмехнулась она.

— Иди в баню, — пропела я, — хотя стой, знаешь, спасибо тебе, — судя по застывшему удивленному лицу Малики, у нее случилось короткое замыкание от моей реакции на слова. — Спасибо тебе за то, что ты самоликвидировалась с помощью собственной глупости. Спасибо-спасибо-спасибо. Я не позволю себе такой оплошности, Доминик этого не заслуживает.

— О, Данияс, а я к тебе, — из-за угла появилась Натка и нахмурилась, увидев Малику. — Ну, расскажешь, как все прошло? — осторожно поинтересовалась она.

— Я никому ничего не расскажу, — продолжала напевать и, пританцовывая, скрылась в своей комнате. — Не сегодня, — протянула уже из-за двери.

— Она поет, — из коридора донесся пораженный голос подруги. — Она говорила, что никогда не поет, но она поет, а судя по улыбке, это хороший знак. Значит, все прошло еще лучше, чем могло, — подруга хмыкнула. — Я требую подробностей, — крикнула она, — умру от любопытства до завтра!

Я только рассмеялась в ответ, рухнув на свою кровать. Пока даже говорить не могла о том, как все прошло. Очень хотелось поделиться с кем-нибудь своим счастьем, а Натка искренне за нас радовалась, но мысли разбредались. Нет, сегодня никаких разговоров, надо пережить это наедине с собой, чтобы поверить и немного успокоиться.

Ночь оказалась для меня испытанием. Реальность смешалась с выдумкой, во сне я вновь и вновь переживала моменты свидания, а порой подсознание заводило меня в такие дебри, что на утро было даже немного стыдно. Впечатлений от одного свидания оказалось столько, что хватит надолго.

Проснулась поздно из-за того, что долго не могла уснуть, но как только открыла глаза, улыбнулась новому дню.

Умылась и поняла, что жутко голодна. Отправилась искать друзей, чтобы выманить их на обед куда-нибудь в город. Еда в столовой не вызывала аппетита.

В общей гостиной никого из друзей не оказалось, пришлось идти по комнатам. Латания и Дария отказались, сказав, что им нужно готовиться к следующей учебной неделе. Сориан и Адан пообещали ждать меня с остальными в гостиной. Я замерла у двери в комнату Доминика.

Выдохнула и постучала. Сердце отчего-то громко билось в груди. Сама не понимала, почему теперь предвкушение встречи с Домом вызывало такую бурю волнений. Дверь отворилась практически сразу, на пороге появился сосед Доминика.

— Привет, — поздоровалась я, — а…

— Привет, — хмыкнул он, не позволив договорить. — Доминик, тут твоя Сашка.

Ухо резануло слово «твоя», Пришлось опустить глаза, чтобы не показать, как сильно меня смутили слова парня. Как это странно быть чьей-то.

— И где тут моя Сашка? — протянул Доминик, оттеснив соседа внутрь комнаты и закрыв дверь перед его носом. — Привет, — распахнул он объятия. Я улыбнулась и шагнула к нему, уткнувшись носом в светлую футболку. — Моя Сашка все еще стесняется или поцелует меня? — настроение у Доминика было веселым.

— Если ты еще раз скажешь «моя Сашка», то я даже посмотреть на тебя постесняюсь.

— Вот так добрый день, — он поцеловал меня в макушку, — а чья ты Сашка? Я так не договаривался, — наигранно обиженным тоном заявил парень, — целовать меня не хочет, говорит, что не моя. Может, вчера со мной была другая Сашка? Пойти, что ли, поискать ее.

— Я тебе поищу, — в таком же тоне ответила ему, подняла голову и широко улыбнулась. — Просто мне очень непривычно. Особенно от посторонних, таких, как твой сосед.

Он отчего-то рассмеялся.

— Сашка, он, после того как застал нас в комнате полураздетых, тебя только моей и называет. Ты просто раньше не обращала внимания на это, а теперь… теперь это даже можно считать правдой, и мне нравится называть тебя так.

— Можно считать? — почему-то эта фраза царапнула.

— Мы же только пришли к этому, а торопить события я не хочу. И вообще, ты так и не ответила, ты моя или не моя?

И все это говорилось в шуточной форме, но мне показалось, что ответ на этот вопрос был очень важен для него, а мне было приятно принадлежать ему. И никаких странных прозвищ вроде заек, солнышек и мишек не нужно. «Моя Сашка» звучало по-настоящему и по-особенному для меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Твоя?! — не то спросила, не то ответила на вопрос.

Доминик покачал головой и все-таки поцеловал меня на радость всем мимо проходящим однокашникам. Именно об этом я подумала в первые секунды, а потом плюнула, решив, что парень прав. Эти самые однокашники уже все вокруг нас обсудили, а скрывать наши зарождающиеся отношения не было смысла, ничего в них предосудительного. Мы были двумя молодыми студентами, симпатия которых оказалась взаимной, к обоюдному счастью. И этим счастьем собирались насладиться.

С этого дня мы практически не расставались, и, к моему огромному счастью, вскоре интерес к нашей паре поутих, зато все шептались о том, что Малика стала злой и агрессивной. Предполагали, что это из-за нас и наших отношений, которые уносили нас в пропасть счастья. Мы все чаще стали оставаться наедине, наслаждались и узнавали друг друга по-новому. И это была прекрасная пора, которая омрачалась только учебными буднями, занимающими много времени. Но мы знали, на что шли. Пожалуй, еще никогда моя жизнь не была такой насыщенной.

Дни летели слишком быстро. Вскоре наступило второе практическое занятие по универсальным магическим кругам. За прошедшее время мы изучили новые чертежи: приманку и ловушку. Именно по ним было практическое занятие. Занятие, когда все мы поняли, что шутить с нами не будут никогда, и Лантас тот еще изверг.

Было холодно. Сильный ледяной ветер ударял в спину, подгоняя нас. Мы оказались на большой поляне, которая была словно специально подготовлена. Черную землю без единой травинки окружали деревья со всех сторон, из инструментов у нас были только кинжалы, на этот раз даже мел остался в далекой аудитории. Нам дали три четверти часа на чертежи. Чертить пришлось рукоятью кинжала, проклиная все и всех. Процесс обучения был максимально приближен к реальной работе.

Я была в себе уверена и почти не переживала. Первое практическое занятие в полевых условиях ясно давало понять, что нужно учить. Начертила, активировала и стала ждать. Лантас должен был с минуту на минуту объявить о том, что время кончилось. Опять справлялись не все, но я даже не представляла, какая подстава нас ожидала. Абсолютно всех, даже тех, кто справился с заданием.

Время вышло, а вместе со временем из-за деревьев вышли звери. Здесь были все представители лесной фауны, которые могли сожрать человека. Коленки подогнулись, когда на меня бежал медведь. Приманка работала отлично. Животное ее чувствовало, а я чувствовала, как мне становится дурно. Шок и страх сковали тело, — вот бы Шамиса сюда, он бы быстро придал мне ускорения, — а я смотрела на огромные когти и думала, смогу ли убежать. Но когда сделала несколько шагов назад, медведь заскочил в ловушку, которая опоясывала приманку, и наткнулся на невидимую преграду. Огромный камень упал с души. Знала же, что все правильно сделала, и все равно испугалась. Но, как оказалось, я слишком рано расслабилась.

— Не стой столбом, — пробегая мимо, схватил за руку и потащил к лесу меня Сориан.

Я оглянулась, и ноги понесли меня сами. Глупая, и как сама не догадалась, что если кто-то не справится с заданием и не построит правильные чертежи, то заготовленные для них животные останутся на свободе?

В тот день побегать пришлось всем. Я бы и не сообразила, если бы не Сориан, что проще забраться на дерево, чем бегать от зверей, которые были явно быстрее нас. Даже и не думала, что одногруппник может в одно мгновение забросить меня на ближайший к земле сучок, а я — с ловкостью обезьяны забраться выше. Вот, что значит, у страха глаза велики.

Под конец занятия, когда весь мой курс был уставший, грязный и исцарапанный, управленцы животными отозвали обитателей леса, а Лантас отчитывал тех, кто не справился.

— Если вы до сих пор не поняли, насколько точные знания важны в нашей профессии, то вам не место на этом факультете. Это касается и тех, кто просто не справляется с нагрузкой. Сегодня вы наглядно узнали, что ваши ошибки могут стоить жизни не только вам, но и другим людям. В реальной ситуации рядом не окажется управленца, который будет контролировать животное весь процесс, в реальной ситуации из-за вас четверых могли бы погибнуть люди. Советую вам подумать над тем, готовы ли вы взять на себя такую ответственность. Все четверо идете за мной, получите дополнительное задание. Остальные молодцы, я вами доволен, вы отлично справились и с чертежами, и с физической нагрузкой. Передам Шамису, что его старания не проходят даром. На сегодня все.

Мы, злые, поплелись к порталу. Вот так профессию я выбрала, но с каждым днем втягивалась все больше. Мне было интересно, а главное, это было своеобразным соревнованием с самой собой: смогу ли я выстоять во всех передрягах, не сдамся ли и сумею ли стать настоящим профессионалом в этой сфере. Очень хотелось. Казалось, начертательная магия — это именно то, что мне нужно, для того чтобы стать сильнее, закалить характер и перестать бояться. После таких занятий страх станет тем, о чем я буду думать с улыбкой.

Но, несмотря на усталость, мы, как и Лантас, все благодарили преподавателя по физической культуре. Благодаря его занятиям бегать мы стали быстро и долго, что в очередной раз спасло нас от неприятной встречи. Впечатлений было столько, что до конца я дня не могла отойти.

А потом неприятности посыпались, как из рога изобилия, и с каждым разом они становились все хуже.

В один из обычных дней, сидя в аудитории и дожидаясь Лада, который изрядно опаздывал, мы даже не думали, какой поворот подготовила жизнь для чертежников.

Преподаватель по магии крови все-таки появился вскоре, но выглядел очень напряженным.

— Добрый день, студенты. Данияс, все на месте?

Я кивнула, удивляясь переменам в поведении Лада. Он сегодня был взволнованным и даже без своего обычного высокомерия.

— Сегодняшнее занятие отменяется, чуть позже получите задания по теме, будете изучать ее самостоятельно, а сейчас собираете вещи и следуете за мной.

Мы недоуменно переглянулись, не понимая, что происходит, но послушались.

Лад привел нас в огромный актовый зал, который был уже практически весь заполнен, а студенты все пребывали. Отовсюду слышались разговоры о причинах этого внезапного сбора. Я пыталась взглядом найти Доминика с Наткой, но слишком много было людей.

— Рассаживайтесь на свободных местах, — приказал Лад и отправился к сцене.

Я проследила взглядом за ним. На сцене и возле нее стояли преподаватели, а вместе с ними и стражи. Четверо мужчин. Я так привыкла за последнее время видеть их в академии, что казалось, будто они всегда были здесь и будут. Весь этот месяц с момента появления рун под нашими дверями стражи вели опросы и допросы студентов, пока готовился результат по рунам. И что-то мне подсказывало, что именно по причине готовности результата нас здесь собрали, и ждет нас публичный арест виновников.

Когда актовый зал заполнился до отказа так, что даже на ступенях яблоку негде было упасть, у трибуны появился ректор.

— Добрый день, студенты. Я прошу тишины. В академии вновь случилась непредвиденная ситуация, которая вынуждает меня пойти на крайние меры. Как все вы знаете, некоторое время назад в стенах нашего учебного заведения было совершено преступление. Четверо студентов начертательной магии подверглись воздействию рун. Четыре дня назад стражам стали известны имена тех, кто совершил это преступление: Совир Лористан, Антис Наприлас — бывшие студенты факультета начертательной магии, нынешние второкурсники факультета боевой магии, и студент четвертого курса факультета стихийной магии — Ливардис Ронс. Последние четыре дня проводились проверки данных, чтобы не ошибиться и не арестовать невиновных. Имена этих студентов подтвердились. Но, к нашему огромному сожалению, преступники узнали о скором аресте и сегодня, когда господа стражи правопорядка пришли за ними, этих студентов не оказалось в пределах академии. Выяснилось, что еще вчера трое преступников покинули стены академии и скрылись в неизвестном направлении, в связи с чем настоятельно рекомендую тем, кто знает об их местонахождении, сообщить информацию стражам. В противном случае каждый студент этих двух факультетов подвергнется принудительному допросу с применением судебной клятвы. И те, кто сегодня утаит правду, будут считаться покрывателями отступников, будут отчислены и наказаны по закону. Я надеюсь, все меня услышали, — очень жестко закончил мужчина. Но это оказались не все плохие новости. — Не менее неприятная новость для всех студентов. С сегодняшнего дня и до момента поимки отступников выход из академии для всех учащихся закрыт. Это сделано для обеспечения безопасности студентов начертательной магии. Мы не знаем, на что пойдут трое студентов в желании отомстить. Остальные же не будут иметь возможности предупредить беглецов, письменная связь также будет перекрыта. Надеюсь, что вы отнесетесь к таким временным мерам с пониманием. Если есть желающие поговорить со стражами, пожалуйста. Остальные могут возвращаться на занятия.

Тишина стояла оглушающая. Казалось, все замерли, никто не торопился уходить. Я хотела увидеть, найдется ли кто-нибудь, кто сдаст преступников стражам. Тихо. Но откуда-то сбоку послышалась возня, все присутствующие уставились на девушку, которая поднялась со своего места и шепотом переругивалась с кем-то. Расслышать их спор не удавалось, но, в конце концов, девушка дернула руку и со слезами в голосе закричала:

— Я не собираюсь садиться в тюрьму из-за этих придурков! — она протиснулась мимо сидящих студентов и практически бегом побежала к стражам.

А следом за ней потянулись еще четверо студентов. Оставалось надеяться, что они знали, где скрывались преступники, и наше заточение в стенах академии будет временным.

Когда все стали расходиться, я протиснулась к сцене, нашла Лантаса и попросила его написать отцу, что со мной все в порядке. Была уверена, что преподаватели могли и выходить, и письма отсылать. Мужчина пообещал выполнить мою просьбу и попросил меня быть осторожнее.