Глава 4. О том, как чужие истории могут помочь раскрыть настоящую себя

Понедельник встретил новым подарком на рабочем столе. Правда на этот розы, как и шоколад, были белыми. Поставив их в вазу вместо завядших, я водрузила композицию на край стола, позволила себе пару минут просто помедитировать на вид идеально свежих бутонов, и включила компьютер. Ибо отдыхать, конечно, хорошо, но исключительно в меру.

У Габриэля до обеда были назначены две встречи, так что несколько часов мне предстояло провести в гордом одиночестве. Разобрав корреспонденцию за выходные и сделав-таки рассылку с основным вопросом по корпоративу — кто идёт, я решила взяться за тот самый список постоянных клиентов, который ждал своего часа уже вторую неделю. Нужно же когда-то начинать, верно?

На деле, их было не так уж много, что-то около пятидесяти организаций, с краткой информацией вроде наименования, вида деятельности, имени руководителя и контактного лица с их координатами. Понятно, конечно, что заучивать наизусть номер телефона или адрес электронной почты меня никто не заставлял.

Разделив экран на две части, я оставила файл на одной из них, а на второй открыла поисковик, чтобы знать этих без сомнения уважаемых граждан не только поимённо, но и в лицо. И в течение последующих минут пятнадцати всё больше убеждалась, что с нашим шефом в плане внешности могли конкурировать лишь единицы. А некий мистер Тарро, например, и вовсе походил на Шрека, отличаясь разве что цветом кожи.

Налюбовавшись вдоволь, я потянулась курсором к нужной строке файла, чтобы скопировать следующее имя, но замерла, не сразу поверив глазам. Пластик мыши жалобно скрипнул, сжатый чересчур сильно, пока я закрывала таблицу и открывала её вновь, надеясь на какой-нибудь глюк, сбой системы или чёрт знает что ещё. Но средство не помогло — под «счастливым», тринадцатым номером значилось весьма знакомое имя. Бернар Ренико.

Ладно, не торопимся с выводами. Постоянный клиент, подумаешь! Вдруг у него любимая кошка регулярно убегает или внебрачный сын с дурными компаниями связывается, верно? Неверно, оборвала я саму себя. В таком случае обращался бы он как физическое лицо и занимался всем этим Рэйвен. Тогда что?

Так, хорошо. Если были обращения, значит информация по ним есть в базе. Всего-то сделать поиск по заявителю и… Покрутив колесо загрузки, система выдала новый список, из семнадцати пунктов.

Сглотнув, я потянулась к телефону, по памяти набирая номер Аскура.

Наверное, было что-то этакое в моём голосе, потому как на просьбу спуститься он среагировал практически молниеносно и уже спустя минуту входил в приёмную с самым напряжённым видом.

— Что?!

Вместо ответа я молча отъехала от стола.

Некоторое время в кабинете слышались лишь щелчки мыши, которой Аск орудовал, как завзятый геймер, открывая одно окно за другим. Среди имён были те, которые ни о чём не говорили, но были и знакомые — Диметрис Эспаро, Камиль Фарассо, Эсмин Райс, Джиллиан Астакор.

Бернар обращался в Дар, чтобы получить информацию о каждой из них. Каждой из нас. Первое обращение было датировано четырьмя годами ранее, последнее — позапрошлым месяцем.

— Он собирал на нас досье. Зачем? — негромко поинтересовалась я, когда Нарцис закончил и уселся прямо на стол, вперившись взглядом куда-то в стену.

— Зачем — не тот вопрос.

— А какой тот?

— Почему расходятся даты. Смотри, работать на него ты начала лет шесть назад, верно? А спустя два года он вдруг решает узнать, чем живёт и дышит сотрудница? Не вяжется как-то.

— Тогда что?

— Не знаю, Дэми. Не знаю, — по слогам произнёс он, поднимаясь и начиная отмерять шаги по кабинету. А затем замер вдруг, уставившись на цветы, как будто именно они в силах были найти отгадку. — Но, кажется, знаю, кто может помочь.

Оказалось, что в неведении пребывала только я, Аскур успел разузнать, что анонимным дарителем оба раза выступал Данки. Да, именно Данки, тот самый до невозможности кучерявый очкарик, которому я сделала минимальное одолжение в виде обещания позвонить, когда освободится Габриэль, кто бы мог подумать. Но куда более важным было другое — именно он мог выступить палочкой-выручалочкой в нашей деликатной проблеме.

— Ты шутишь.

— Хотел бы, — вздохнул Аск в ответ на мою недоверчивую мину, когда он сообщил, что Данки ни много, ни мало компьютерный гений всея Дара. — Но это факт, если он не сможет найти информацию, то вообще мало кто сможет.

— А какого тогда держат всех остальных, если он один такой уникальный? — продолжила сомневаться я. Всё-таки не соотносились в голове два образа, хоть убей.

— Потому что, во-первых, его услуги стоят довольно дорого, не все из клиентов готовы тратить подобные суммы на решение рядовых вопросов. А во-вторых… ты же не думаешь, что он использует исключительно законные способы? Данки не дурак, он понимает, что в свободном плавании никто ему находиться не даст, вот и сидит по тёплым крылом Ролена, который в случае необходимости сделает всё, но своего птенчика защитит.

Птенцы, крылья… Нет, всё же мастером аллегории Нарцисс не был. Но суть я уловила, так что какая разница, в самом деле.

— Значит, предлагаешь нанять его в обход агентства?

— Нанять? — он закатил глаза на секунду и, похоже, хотел постучать мне по лбу, но вовремя остановился. — Боже, ты девушка или кто? Не просто же так он тебе веники таскает, так используй это! Построй глазки, пусти слезу, скажи, что опасаешься мести бывшего начальника и хочешь узнать, чем его можно пошантажировать, в случае чего. Импровизируй! Кстати, можешь насочинять чего-нибудь, в этом плане чуйки наш уникум полный профан.

Я потёрла отчего-то вспотевшие ладони друг о друга.

— Так шантажировать я и этим могу, — палец ткнулся в монитор.

Но Аскур непререкаемо качнул головой:

— Не можешь. Подписывала соглашение о неразглашении? То-то и оно. Это не просто бумажка, там вполне серьёзные чары. Всё, что станет тебе известно в ходе работы, никому постороннему рассказать не удастся при всём желании. Среди наших можешь обсуждать, вот как мы с тобой сейчас, например, но не больше.

Вот же чёртова магия! Ещё она мне палки в колёса не вставляла. Но Нарцисс прав, нам нужно узнать о делах Бернада как можно больше. Теоретически, никто не мешает обратиться в Дар как клиенту, пусть даже заплатить эту баснословную сумму, благо деньги пока есть. Но в таком случае без вариантов возникнет вопрос, зачем мне это.

— Ладно, ты прав, — озвучила я очевидное. — Где его кабинет?

— Ты сейчас собралась? Сиди, работай. Напиши ему, или позвони, скажи, что подойдёшь во время обеда, чтобы точно никто не помешал. Ну, и тебя здесь не хватятся.

И снова в точку. А у меня вместо мыслей просто желе какое-то, да и само состояние, как после болезни — слабость, апатия и желание забиться в угол. Даже вчерашний день, проведённый примерно в таком духе, не помог.

— Не трусь, прорвёмся, — ободряюще произнёс Аскур. Даже улыбнулся слегка, прежде чем уйти и оставить меня в одиночестве перед кучей открытых карточек на экране.

Мне бы вашу уверенность, мистер Алуро. Мне бы вашу уверенность.

Легко сказать — сиди, работай, когда голова забита совершенно другим. Единственное, на что меня хватало, это консолидировать количество желающих отдохнуть за счёт компании. Остальное время я провела в интернете, занявшись тем, что сделать пора было давно — изучением противника.

Да, у эскорт-агентства «Лаодика» был собственный сайт. Куцый в сравнении с нашим, а ещё, как по мне, аляповатый, но был. Правда извлечь их него много полезной информации не удалось — пафос, вода, завуалированные намёки, и ноль в сухом остатке. Впрочем, оно и логично, такие вопросы лучше решать при личной встрече. Там вам, наверняка, и девочек в рядок выставят, если по фото не сориентируетесь, и их «родословную» расскажут. Я едва не передёрнулась брезгливо, представив картинку выбора «попутчицы».

Нет, на словах всё было красиво и исключительно прилично. Агентство не занималось сводничеством, оно помогало серьёзным людям в ситуациях, когда необходима спутница. Это мог быть светский раут, куда принято приходить парами, или же деловая поездка в наш город, и тогда девушки выступали своего рода экскурсоводами по лучшим заведениям. Все они, если верить словам составителя текста, обладали приятной внешностью, имели как минимум одно высшее образование и умели с лёгкостью подстраиваться под любые условия. Словом, не бордель, а просто институт благородных девиц, не меньше.

К двери нужного кабинета я подходила с уверенностью полководца, ведущего в атаку армию. Но всё равно замерла перед ней, уставившись взглядом в тёмное полотно. Десять секунд, пятнадцать, двадцать. Веки задрожали, пытаясь сомкнуться, но я не позволила им этого, продолжая держать глаза широко открытыми. И лишь дождавшись, когда в уголках и по нижнему краю скопится влага, наконец моргнула. Вот так, а теперь заходим, пока слёзы не высохли.

Если честно, даже не знаю, какой катаклизм должен был произойти, чтобы я действительно заинтересовалась Данки — вот уж кто точно был полностью не в моём вкусе. Но знание, что парень может помочь, придавало ему определённой привлекательности. А этот взгляд, полный искреннего беспокойства, стоило деве в беде появиться на пороге?

На какую-то секунду мне даже стало несколько неуютно от необходимости использовать человека, который совершенно ни в чём не виноват, но понимание, что обратиться больше не к кому затмило собой всё остальное.

Наверное, я ему действительно нравилась, иначе как объяснить тот факт, что затея не провалилась с треском. Данки легко мог проверить сказанное, так что нет, не врать — оперировать теми фактами, что известны и непреложны, всыпав добрую горсть эмоций, пусть они чужды и незнакомы. Рассказывая историю, в которой из посоветованного Аскуром «насочиняй что-нибудь» лишь треть, я словно погрузилась в неё с головой.

Это не на Диметрис — на меня кричал отец, узнавший, что его маленькая девочка уже давно не девочка, и посмела своим поступком поставить под угрозу его репутацию и карьеру. Это меня на год отослали из дома, держали едва ли не взаперти, как принцессу в башне, только чтобы затем разлучить с маленькой, беззащитной частичкой меня — с моим сыном. Это я сбежала на другой конец страны, чтобы найти его. Это я… Это я… Это…

Работа в довольно посредственной забегаловке, липкие взгляды, а иногда прикосновения, принуждённые улыбки в надежде получить чаевые побольше, замкнутый круг, выход из которого надёжно забит досками. И вдруг — Бернар, прорубивший, как тогда казалось, новую дверь. Дверь с совершенно иной мир, с возможностью жить, а не выживать, с дорогими вещами и умными мужчинами, с реальным шансом спасти уже чужого, но всё равно моего ребёнка.

Не знаю, откуда что бралось, видимо, актриса из меня вышла бы не настолько посредственная, как думалось раньше. И Данки поверил, просто не смог не поверить. И получила я всю интересующую информацию и даже немного больше.

Вот только вываливаясь, по-другому и не скажешь, из кабинета, я никак не могла понять, испытывать ли облегчение или, наоборот, начинать беспокоиться ещё больше.

Непонятно, кого за это благодарить, но у вернувшегося Габриэля хватало своих дел, чтобы доставать меня. Так что оставшуюся уйму времени до конца рабочего дня я тоже фактически бездельничала, при этом умудряясь создавать видимость полной занятости. Не дождавшийся хоть каких-нибудь новостей Аскур явился сам, но был решительно отправлен восвояси.

Потом, всё потом. Будет день, будет пища.

Но вместо пищи была дорога домой. И молчаливый Нарцисс, припарковавшийся подальше от подъезда и красноречиво щёлкнувший центральным замком.

— Слушай, всё понимаю, но давай, рассказывай уже, — велел он, потому как я молчала по-прежнему, машинально накручивая на палец ремешок сумки. — Даже если там полная задница, придумаем что-нибудь.

Я кивнула, тоже скорее автоматически, решая, с чего начать. Хотя, как с чего? Начинать желательно сначала.

Может быть Бернар не являлся гением, но дураком он тоже не был. И в своё время очень чётко определил сферу, в которой сумеет добиться успеха. Десять лет назад подобные услуги в городе только-только начинали пользоваться спросом, так что занять нишу оказалось несложно. Тогда и появилось модельное агентство «Лаодика» — место, которое действительно больше походило на дорогой, элитный, но всё же бордель. Нет, по официальному профилю его сотрудницы работали тоже — они участвовали в рекламных фотосессиях и местных показах мод, но основный заработок состоял совершено в другом.

Именно на этом Бернар изначально и поднялся, с лёгкостью отбив стартовый капитал и став довольно известным в определённых кругах. Но, спустя несколько лет, достигнутого показалось мало, и он решил пойти дальше. И новый набор существенно отличался от всех прошлых.

Первоначально их было четверо: Камиль, Диметрис, Ясмин и Джил. Абсолютно разные внешне, но вместе с тем похожие — самые обычные девочки, не модели, не идеально слепленные куклы, не развращённые большим городом хищницы. Воспитанные, скромные, неглупые. Отчаянно верящие в чудо и также отчаянно нуждающиеся в деньгах. И чудо явилось в лице мистера Ренико, широким жестом предложившего решить все их проблемы.

Кто бы отказался, верно? Нет, я бы, скорее всего, как раз так и сделала, даже в их возрасте прекрасно осознавая, что ничто не даётся за просто так, а бесплатный сыр не падает с неба, как в той басне. Но из четвёрки не отказалась ни одна.

Затем последовал долгий, зато весьма результативный процесс «лепки». Их учили правильно выглядеть, правильно ходить, разговаривать… Что там ещё должны уметь девочки из агентства эскорта, в которое официально переименовалось к тому моменту бывшее модельное? В одном Аскур изначально был не прав — Диметрис трудилась как раз-таки в «чистом», ограждённом от оказания интимных услуг, сопровождении. Только оно, ничего больше. Точнее, предусматривалось нечто ещё, но клиенты об этом осведомлены не были.

— Ты шутишь, — недоверчиво перебил мой внимательный слушатель, прежде честно отмалчивающийся.

Примерно так же при разговоре с Данки хотелось отреагировать и мне, но подразумевалось, что об этом я и сама в курсе, поэтому пришлось сдержаться. На Нарцисса же подобных обязательств никто не возлагал, так что удивлялся он как мог.

— Делать из малолеток шпионок… Каким-то паршивеньким фильмом попахивает.

— Они и не должны были шпионить, только быть внимательнее в определённых ситуациях. А там — имеющий уши — да услышит.

Конечно, по-настоящему важные темы обсуждались за закрытыми дверями или широкими спинами охраны, но и того, что удавалось узнать, иногда хватало с лихвой. А Бернар был достаточно хладнокровен, чтобы использовать информацию с умом и не пытаться промышлять шантажом. Он умел не спешить, выжидая подходящий момент, умел находить достойных покупателей своему своеобразному «товару», оставаясь при этом в тени.

За всё время таких добровольно-принудительных помощниц было семнадцать. Не так уж много, или не так уж мало, как посмотреть. Правда прежде чем подпустить их к настоящей «миссии», мужчина предпочитал перестраховаться лишний раз, для чего и обращался в Дар. И наши же сотрудники готовили для него проекты контрактов, зачарованные аналогично соглашению о неразглашении, о котором мы только сегодня говорили с Аскуром. Там что о всех махинациях Бернара никто никому бы не рассказал, при всё желании. А некоторые вообще уже не моги ничего рассказать.

— Помнишь, Камиль говорила о тех девушках? — уточнила я. — Ещё двоих, которые были изначально с нами? Я попросила Данки узнать, что с ними. Обе мертвы. Одна — от утечки газа, вторая утонула в бассейне.

— В обоих случаях никакого криминала, дела скорее всего дела закрыли не глядя, — подтвердил Аскур мои мысли.

Правильно, кто будет заниматься подобным, когда каждый день происходят сотни, тысячи вполне явных убийств. Вот только совершенно не хотелось стать очередной списанной в архив папочкой в три листка.

— Хорошо, а Ханси? О них что-нибудь узнала?

Разочарованно скривившись, я мотнула головой.

— Ничего. То есть, Бернар с ними контактирует, здесь без вариантов, но конкретно их имена не прозвучали, я же якобы за другими ответами шла. Зато наш вундеркинд посоветовал подключить Габриэля, раз я теперь на него работаю, и расторгнуть мой контракт официально. Сказал, что ссорится с ним Бернар точно не захочет, так что с этим проблем возникнуть не должно. Тем более язык мне это всё равно не развяжет, боятся ему нечего.

Аскур постучал по рулю. Меня звук слегка раздражал, зато его этот жест, похоже, мотивировал на умственную деятельность.

— Тогда придётся и ему всё рассказывать, — подвёл он итог размышлениям. — Так что думай сама. Хотя идея здравая.

— Ты ещё не понял, да? Аск, он уже в курсе. И знает обо мне побольше меня самой, это точно. Данки для Ролена не просто «птенчик», как ты выразился, а целый банк информации. Вот у кого на каждого есть досье — на меня, тебя, Фриду, нашу уборщицу, практически любого из клиентов. Не удивлюсь, если на самого Ролена тоже есть. Он и мне про Бернара поэтому так много всего рассказал — искать ничего не пришлось, всё нужное он уже знал и так. А тут вломилась я, в слезах и горе, он растерялся… Гений гением, но в отношениях с женщинами пацан он ещё зелёный, если по-честному, так что мне просто очень повезло застать его врасплох, иначе чёрта с два бы так легко всё получилось.

Он снова молчал, отбивая ритм по кожаной оплётке и глядя при этом куда угодно, кроме как на меня. В общем, оно и логично, у меня на то, чтобы уложить всю в мозгу было несколько часов, у него — несколько минут.

— И что ты решила?

— Не знаю пока. Нет, контракт, понятно, надо расторгать. Думаю, Габриэль не должен отказать. Заодно можно попытаться прямо спросить у Бернара, какого чёрта от нас с Кэми нужно Ханси. Ну, решит, что у меня провалы в памяти, да и чёрт с ним. Зато будем знать точно. Мне как-то, знаешь ли, спокойнее жилось с мыслью, что меня могут захотеть умыкнуть и поиметь, чем устроить несчастный случай.

По конец голос непроизвольно дрогнул, а затем и вовсе едва не сорвался и Аскур, прекратив развлекаться и нервировать, притянул меня к себе. В бок неприятно ткнулась ручка переключения скоростей, но голове, уложенной на широкое плечо было вполне удобно, а мне самой — спокойно.

— Не трусь, — повторил он слова, уже единожды сегодня прозвучавшие. — Сказки же всегда хорошо заканчиваются, так?

Джамбаттиста Базиле с ним явно бы не согласился, но я предпочла лишь кивнуть. Сказка, так сказка. Кажется, я постепенно начинала приходить к выводу, что финал в стиле «жили они долго и счастливо» — вовсе не скучно и пресно, как казалось раньше, а очень даже хорошо.