14

Двадцатью двумя годами ранее.

Кирман уже год жил у Валеры Трубача. Привык к нему как к отцу, но понимал, что биологический отец у него другой. Поэтому в обращении прижилось слово «батя». Валера, как ни странно, был только рад этому. А уж как был рад сам Кирман, не передать словами. Трубач не подвёл. Он выяснил всё о его семье. Тут бы радоваться и бежать к родителям с распростёртыми объятьями, но нет. Теперь у мальчишки имелась другая семья, и он никуда не бежал. Знал, что отпустят, но сам не стремился. Кирман был человек, который ничего не забывает, ни плохого, ни хорошего. За хорошее благодарил, а вот плохое помнил до тех пор, пока не появится возможность отомстить. Вот мальчик и затаился, принял свою новую фамилию и отчество. К имени Кир привыкать не пришлось, это оказалось сокращением от его родного имени.

Первый год в школе прошёл относительно спокойно. Мальчик понимал, что ему нужно хорошо учиться, чтобы чего-то добиться. Поэтому, вместо того, чтобы гонять лишний раз в футбол во дворе, Кир старательно делал домашнее задание. Так сложилось, что в то время в среде мальчишек был культ криминала. «Ботаников» не то, что не любили, над ними все издевались и даже били. В их классе тоже был один заводила, мнивший себя королём. Однажды в конце учебного года, он подошёл к Киру и взял за грудки.

— Ну, ты, заучка херов, завтра принесёшь мне сто рублей. Будешь теперь каждый день дань платить, чтобы тебя не трогали. Отныне я твоя крыша, — шикнул Вовка.

Кир был тихий мальчик и все кто наблюдал эту сцену, думали, что сейчас он разнюнится, намотает сопли на кулак и отдаст деньги. Но Трубач не зря сразу по приезду отдал его в школу карате. Кир каким-то ловким движением повалил одноклассника на пол, а потом придавил грудь ботинком. Вовка попытался встать и продолжить драться, но Кир надавил сильнее, так, что тот заорал от боли.

— Лежи и не рыпайся, сука, не то рёбра сломаю! — рыкнул Кир, потом крикнул на весь класс, бешено сверкая глазами, — Ну, кто-нибудь ещё хочет моих денег?! Нет желающих?! Ну, лады, чё!

Кир обвёл взглядом побледневших ребят, а потом отпустил скулящего Вовку.

— В следующий раз будешь свои сопли с кровью жрать, — Кир смачно сплюнул, рядом с лежащим на полу пацаном, а после сел за свою парту.

— Так, что тут происходит! — влетела в класс учительница.

— Ничего, поскользнулся, — сказал Вовка, вставая, стучать было западло.

После урока Кир подошёл к мальчишке и, обняв, отвёл в сторону.

— Володя, я понимаю, ты обижен. Сейчас начнёшь своих шестёрок собирать, чтобы подловить меня в тёмном углу. Я не буду тебя запугивать. Говорить: «А ты знаешь кто мой папа?» Я способен сам за себя постоять, Володя, знай это. Поэтому не нужно исподтишка. Скажи, где и когда драка, а я приду сам, один, — доверительным голосом произнёс Кир.

— Да я и не собирался никого созывать. Живи себе спокойно, — дрожащим голосом ответил одноклассник.

Вовке было восемь лет, но и он понял, что Кир не простой. Он разговаривал с ним не как маленький, а как взрослый мужик. Ещё и имя так по-взрослому выделил Володя. А какой был ледяной голос, будто его ушатом холодной воды окатили. А ещё Вовка вспомнил бешеные глаза Кира, когда он рёбра обещал переломать. И верилось, что так и будет, потому что у Вовки уже трещало всё внутри от боли. Таким образом, с Киром больше никто не связывался. Его боялись и хотели даже в лидеры записать. Но Кир в свои годы был мудрее их всех вместе взятых. Он подошёл к Вовке и хлопнул его по плечу.

— А чем вас Вован не устраивает? Нормальный пацан. Пусть всё будет как прежде. Только это, Вова, своих не обижай, — улыбнулся Кир.

Он увидел, как благодарно сверкнули глаза парня. «Ну, вот и ладушки. Может, ты мне ещё пригодишься, Володя».

***

Трубач нисколько не пожалел, что таким нелегальным образом усыновил ребёнка. На зону мужчина попадать не планировал, а из Кира получится хороший наследник. С каждым днём Валера удивлялся на пацана. Ему было только восемь, а казалось, что уже все пятнадцать. Нет, внешне мальчик выглядел на свои года, но вот ум был намного лучше, чем у ровесников. Уже сейчас он многое умел. Бегло читал, имел красивый почерк. Делал колоссальные успехи в боевом искусстве. Но вот как тренер не просил нарастить мышечную массу, и потягать гантели, отказался. Вместо этого малец подошёл к Валере и заявил:

— Мне нужно пианино, и учитель.

— Нахера? — удивился Трубач, — Тебе дел мало?

— Он записался в музыкальную школу по классу пианино. Мне тоже нужно, — решительно заявил Кир.

— Ну, нужно, так нужно. Скажу Митяю, они с братвой приволокут, — пожал плечами Трубач.

Митяй, Дмитрий Мацук, был не только правой рукой Трубача, но и с некоторых пор крёстным Кира. Идея окрестить мальца пришла внезапно. Сам Кир оказался не против, а Митяй с удовольствием согласился. Мацук был на семь лет младше Валеры, что было только на руку всем.

***

Настоящее время.

В своё время Митяй не имел ни кола ни двора. Девять метров общаги, щедро подаренные государством после детского дома не в счёт. К тому же оттуда быстро выписали, как только парень попал на год за мелкую кражу. На зоне неопытного парнишку попытались зачморить, но неожиданно вступился Валера Трубачёв по прозвищу Трубач. В то время Валера был смотрящим хаты и сделал Дмитрия своей шестёркой.

— Не обижайся, это всё лучше, чем спать под шконкой. Мне полгода осталось, потом и ты будешь на воле, — шепнул Трубач, — Буду от хозяина уходить, шепну адресок. Приходи, мне преданные люди нужны.

И Дмитрий пришёл. Освободился по условно-досрочному на два месяца раньше и заявился к Валере. Не сразу, но стал его правой рукой в банде. У Трубача было шестое чувство на нужных людей. Поэтому ребята подобрались всё толковые. К тому же Валера не грёб всё под себя. Давал им достаточно бабла. Со временем Митяй купил себе квартиру. А когда ушли в бизнес то разделились. Митяй стал работать начальником службы безопасности на фирме у Трубача. Кто-то из ребят остались с ним в качестве охраны. Остальные создали свой бизнес. И вот сейчас Митяю уже шестьдесят три года. Три года назад он отошёл от дел, замучило давление. Год назад похоронил друга и босса Трубача.

В дверь позвонили. Дмитрий подошёл к дверям и, глянув в глазок, открыл. На пороге стоял Кир со своей охраной.

— Привет, дядь Дим. Ребята, занесите пакеты на кухню и ждите меня в машине.

— Привет, крестник, балуешь ты меня, — улыбнулся мужчина.

— Ну, так уж и балую. Я там тебе лекарство достал, которое ты просил.

Кир снял туфли и прошёл в гостиную. Через секунду хлопнула входная дверь, и старик шаркающими шагами зашёл в комнату.

— А вот за лекарство особая благодарность. Давление будь оно неладно. Ты, может, чаю со мной выпьешь, как раз собирался. Хотя какой это чай, вода подкрашенная, — досадливо махнул рукой Митяй, — Лепила говорит крепкий нельзя, мол давление повышает. А сегодня суставы на погоду разболелись. Не иначе к вечеру дождь будет.

— Ну-ну, гидрометцентр нашёлся. Пойдём чай пить, — усмехнулся Кир.

Они уселись на просторной уютной кухне за деревянным столом. Старик поставил вазу с печеньем и конфетами, а потом налил по кружке чая.

— Пакеты после разберу. Давай, рассказывай, как на фирме, — Дмитрий присел напротив крестника.

— Нормально всё. Прибыль идёт, — Кир развернул конфетку.

— А с твоим делом что?

— Сука завещание заковыристое написала. Вот, я распечатал, читай, — мужчина кинул на стол сложенный лист бумаги.

— Что делать думаешь? — нахмурился старик, прочитав завещание.

— Как всегда, в игру играться. Они меня не знают, поэтому пешки на моём игровом поле. Верчу, как хочу. Но ты мне паспорт сделай на его имя, вдруг понадобиться. Малёк сегодня сообщил, что они с этой Лилей завтра никах будут делать. После в ресторан не поедут. Траур всё же. Но вот домой жених родню пригласил. В этой суматохе Малёк надеется проникнуть в дом, попытаться заснять фото паспорта и свидетельства о браке. Номера и всё остальное должно совпадать. Как только фото будет на руках, я приду с деньгами.

— Лады, я потом свяжусь с нужными людьми. Но зачем тебе это всё. Задумал что-то? — сделал довольную мину Митяй.

— Сам пока не знаю, что из этого выйдет. А нужно затем же, зачем и пианино. Давно не играл кстати. Приду домой вдарю по Баху. Навыки терять нельзя, это непростительно с моей стороны, — улыбнулся Кир.

Допив свой чай, Кир поднялся со стула.

— Пора, дядь Дим. Если что, звони в любое время. Ты же знаешь, я с бабы слезу и буду у тебя если понадоблюсь.