Глава 25

Крис усмехнулся, посматривая на ширму, за которой спряталась Соня. – Выходи, – который раз повторил он. – Я ещё не всё. – Что ты там делаешь? – Переодеваюсь. – Тебе два куска ткани нацепить, – посмеиваясь, ответил он. – Зачем ты в принципе за ширму спряталась, переодевалась бы при мне? – Ну, она же тут стоит для каких-то целей, – резонно заметила Соня. – Так, я сейчас её сложу и уберу нафиг. – Он даже привстал c широкого подоконника, но Соня, наконец, вышла к нему, и он сел обратно, чуть не присвистнув. Этот светлый комплект нижнего белья на ней смотрелся просто охрененно. – Охрененно, – Крис так и сказал. А Соня лишь губу закусила. И, чёрт, покраснела, что ли. С ума можно было сойти с этой малышкой. Они уже три недели активно трахали друг друга, изучили тела от и до, от его взгляда и рук не ускользнул ни единый миллиметр её бархатной кожи. Крис знал, как она пахнет, какая на вкус, любил засыпать в облаке её волос, настойчиво лезущим в рот. Что удивительно его это даже не раздражало. Он знал её всю… всю, как и она его. А Соня всё равно краснела, как девственница. Но девственницей она больше не была. Он её распечатал… он… а не кто-то ещё. Ему дала. И продолжала давать, а он брал с превеликим наслаждением. И от этих мыслей Крис моментально возбудился, а так они рискуют вовсе не добраться до съёмки. Пришлось гнать фантазии прочь и включать холодный взгляд профессионала, а не изнывающего от похоти парня. Крис обласкал взглядом аккуратную грудь Сони, спрятанную в кружевной лифчик, у которого вставки спереди сплошняком поднимались и перекрещивались у шеи, на которой соединялись тонкой тесёмкой, как какое-то своеобразное украшение. Низ был полупрозрачным, но оставлял простор для полёта фантазии. Одну из его светлых рубашек Соня накинула на плечи. – Ну и чего ты стеснялась? Представь, что ты на пляже, – заявил Крис. – Это другое, – мягко возразила Соня. – Потом я тут должна что-то изображать, а ты меня снимать. Я не умею вставать в позы. – Ты просто двигайся, а я сделаю остальную работу. Покатайся по кровати, – кивнул он в сторону застеленной постели, подними руки к волосам, поиграй с ними, поласкай себя, – ухмылка стала шире. – Подумай о чём-то приятном, тёплом, поделись теплотой со мной. У тебя всё получится. Всё равно почти полчаса – это будут наши притирания друг к другу, как фотографа и модели, а потом что-то переключится, поверь мне, – и чтоб совсем её успокоить уже мягче добавил. – Я сам давно не занимался студийной съёмкой, Соня. Это совсем не то направление, которое мне интересно, но вот с тобой, так сказать, поработать захотелось. А так, если и снимал кого-то, то всё было для арт-объектов и инсталляций. – Инсталляций? – заинтересованно переспросила Соня. – Потом расскажу, – пообещал он. В принципе она уже прошлась по студии, обратила внимание на макеты из гипсокартона, какие-то разноцветные стекляшки, гибкие металлические трубки, перевитые в одному Крису понятные штуковины. Видимо, в этой студии он не только снимал, но и творил. Соня не углублялась в расспросы, надеясь, что Крис сам ей всё как-нибудь расскажет. Потом он как-то ей сказал, что от момента возникновения замысла до точки воплощения в жизнь идеи проект может претерпеть значительные изменения, поэтому нет смысла показывать и рассказывать заранее, когда всё сыро и шатко. Соня довольно быстро поняла, что от неё требовалось, и включилась в процесс моментально. Крис был доволен до невозможности, смотря на неё сквозь объектив. Да, камера любила эту малышку. Как бы она не вставала, не ложилась, какую бы позу не принимала, выходило всё идеально. С мягкой нежной сексуальностью, присущей только ей. – Чёрт, какая каменная кровать, – откидываясь на середину, прокомментировала она. Видимо доски были просто прикрыты пушистым покрывалом и усыпаны подушками. – Это чисто для работы, а не для сна, – ухмыльнулся Крис, поднимаясь выше, чтобы захватить более выгодный ракурс. «Или ещё для кое-чего, но попозже», – это он уже про себя добавил. Соня с удивлением вдруг поняла, что они собирались в студию ещё три недели назад, а только вот доехали. Ещё ей нравилось видеть Криса таким увлечённым, он будто бы открывался перед ней с новой стороны. Поэтому стоило ей словить волну, как она вошла во вкус. Минуты незаметно утекали одна за другой. После кровати они переместились к окну, а потом – стене, на которую косыми лучами ложился полуденный свет, льющийся из панорамных окон. Соня, вроде, ничего особенного и не делала, никаких призывных поз, откровенных движений, но Крис внезапно остановился и замер. Прошёлся взглядом от макушки до пяток и обратно. Выражение лица вмиг стало нечитаемым, а взгляд тёмным и порочным. Крис медленно отложил камеру в сторону, как бы давая понять, что на этом всё. Съёмки окончены. Соня попыталась отойти от стены, даже сама не поняла, куда понесли ноги, но Крис коротким «стой» притормозил её. Она внезапно поняла, что, с момента как перешагнула порог студии, ждала вот этого «стой». Ждала, что он набросится на неё. И, что уж скрывать, если бы Крис слишком увлёкся, она бы набросилась на него первой. А теперь он просто подошёл и прижался всем телом: от и до, сверху и донизу, вдавил её в стену собой. Руками проехался по бокам вниз, затем в обратном направлении. Ладони скользнули под бюстгальтер, задирая его вверх, и тут же жадный рот набросился на сосок, втягивая маленькую горошинку, а затем обхватывая всё больше груди. – Ты такая вкусная, так бы и сожрал тебя, – на мгновение оторвался Крис и тут же вернулся к своему занятию. Правая рука накрыла грудь, сжимая чуть сильнее, чем обычно. Рваный стон вырвался у Сони. В этой внезапной грубости скрывалась бездна наслаждения. Соня уже понимала, что сейчас нежно не будет. Да и ей самой не нужно было в этот момент никакой нежности. Она поднялась на цыпочки от острого укола сладкой боли, когда губы Криса чуть сильнее, чем обычно, втянули сосок. Ей хотелось и избежать ощущений, и чтобы они не прекращались. Пальцы зарылись в его волосы, прижимая голову к груди и прося не останавливаться, затем опустились ниже, скользнув к ремню и ширинке. Разделавшись со всеми препятствиями, Соня оттянула резинку боксеров и крепко сжала ствол у основания. Чёрт он был уже такой крепкий, такой готовый, стоял высоко и гордо, на неё стоял, что ей не терпелось почувствовать его в себе. Ей уже просто нужно было, чтобы Крис вошёл в неё, протаранил собой, заполнил эту ноющую пустоту. – Сейчас-сейчас, Соня, – усмехнулся он. – Моя нетерпеливая девочка. Крис спешно стянул с неё трусики, подхватил ногу под коленом, поднял, отвёл в сторону и одним движением оказался внутри. Толчок. Ещё толчок. Соня вцепилась в плечи Криса, спрятала лицо между его шеей и плечом, зубами впиваясь в кожу, а он даже не вздрогнул, так и продолжил таранить её собой. Словно рванул по встречке на запредельной скорости. Господи, как это было остро, как невыносимо. И всё больше походило на какую-то долбанную паранойю. Потому что Соня не понимала, как столько времени обходилась без секса и без Криса. Вернее, без секса с Крисом. Потому что никого другого ей не хотелось. Этот парень определённо вызывал в ней какие-то пугающие своей глубиной и мощью эмоции. Иногда становилось даже страшно. Вскинув голову, он посмотрел на неё. Тёмные глаза вспыхнули огнём, а сам он резко замер. – Ну, что ты молчишь? Не сдерживайся, – он ещё раз двинул бёдрами, так что острая вспышка наслаждения буквально пронзила Соню. – Я хочу, чтобы ты кричала, когда я в тебе. Давай. Рывки стали глубокими и жесткими, соприкосновение тел интенсивным и пронзительным. Соня не понимала, чего Крис добивается. Ведь она реально кричала, не сдерживалась. И чем меньше она сдерживалась, тем жёстче он её брал, будто ему действительно было мало того, что творил с ней. Пальцами, впившись ему в плечи, она сдалась, обняла крепко, желая слиться с ним в одно, слушала, как он рычит в ответ, как сбивается его собственное дыхание с каждым толчком, в который он вкладывал гораздо больше, чем обычно. – Соня, Соня, Соня, – её имя, которое он выдыхал, как заклинание, на каждом продолжительном проникновении, подталкивало её всё выше и выше. Туда, где исчезали все звуки и мысли, туда, куда вознести её мог только Крис. И Соня вдруг поняла, что ей не хотелось бы покорять эти вершины с кем-то другим. Только с ним. Господи… она ничтожна… Только бы он не узнал о её наивных мыслях. – Хочу тебя сзади, – прикусив больно мочку, заявил Крис и понёс её на эту долбанную «каменную» кровать, где она точно себе все коленки сотрёт. Может, это его и заводило? А может, заводило и её? Потому что, уткнувшись носом в покрывало, Соня подавила резкий вскрик, когда Крис одним махом снова оказался в ней и сразу же продолжил трахать. В такой позе ощущения были невыносимо яркими. Может, потому что он сдвинул ей ноги, и она стала совсем узкой, а его нескромных размеров член всё равно идеально помещался в ней. От этих мыслей стенки сократились, и хриплый стон Криса подсказал ей, что он уже близко, как и она сама. Крис снова добрался до её груди, сжимая и выкручивая соски, затем схватил за волосы, чуть отводя голову назад, не переставая без остановки долбиться в неё. Мир перед глазами превратился в одно яркое расплывчатое пятно, а в ушах зашумело. И долгожданный оргазм накрыл Соню. Крис замер, затем резко вышел, выплескивая на ягодицы вязкую сперму. – Определённо идеальный штрих, – сипло рассмеялся он, размазывая её по коже. А Соне почему-то понравилось чувствовать себя «грязной», будто бы помеченной им. Каждый раз, когда он так делал, она плыла. Вот и сейчас тоже. Крис лёг на кровать, увлекая её в свои объятья и устраивая на себе, потому что так точно было приятнее, чем на покрывале. – Ну что, стёрла колени? – заломил он бровь и потянулся, чтобы с заботой провести по нещадно ноющим коленкам своей ладонью, легкий массаж в его исполнении снял онемение. – Может даже синяки останутся, – чисто ради противоречия бросила Соня. – Да ну? – Хорошо, что я сегодня в джинсах. – Можешь и без них прогуляться. Пусть все видят, чем ты занималась. – Ещё чего! – Стесняшка моя… По ходу она его реально веселила и забавляла. После этого Крис наградил её долгим поцелуем, по-хозяйски орудуя языком у неё во рту. Это, видимо, было своеобразное извинение за грубость или благодарность, что она ему позволила быть чуть более диким, чем обычно. Соня всё меньше понимала, что с ней происходит. Она даже бросила попытки анализировать происходящее. Однако ощущение, что кто-то намертво, фигурально выражаясь, приковал её цепями к Крису, никак не проходило. Они ещё немного полежали, затем поднялись, чтобы одеться, привести себя в порядок и уйти из студии. Пока Соня причёсывалась, Крис листал отснятый материал. – Ты идеальна, в курсе? – Придумаешь тоже, – смущённо протянула она, но всё же сунула нос, чтобы посмотреть, чем это он так восхищается. С мелькавших на перемотке снимков на неё смотрела какая-то незнакомая девушка. Соня едва ли могла узнать в ней саму себя. – Это точно я? – переспросила она. – Ты, а кто же ещё? – Просто кто-то хорошо фотографирует. – Ну, этого тоже не отнимешь, – с большой долей самомнения согласился Крис. Соня иронично приподняла брови и накинула джинсовку. Крис же уложил вещи в рюкзак и подтолкнул её к выходу. – Вымотал тебя, да? – подмигнул Крис, беря её за руку, когда они спустились и шли до машины. – Заедем в одно место перекусить, заодно кое-что покажу. – Что? – Так я тебе и сказал! Сама увидишь, – обрубил на корню все вопросы. Когда минут через двадцать они подрулили к «креативному пространству – Кантемпорари Галлере», Соня с интересом уставилась на трёхэтажное здание из серого кирпича, словно инородное тело, вписанное в окружающий пейзаж из более высотных построек. – Была здесь? – поинтересовался Крис. – Первый раз, – отрицательно покачала головой Соня. Крис снова переплёл их пальцы, когда они вышли из автомобиля, и уверенно повёл к входу. Соня непроизвольно задрожала от этого жеста, почему-то ей захотелось притормозить, уткнуться ему в грудь и чтобы он обязательно её крепко обнял. Что за смущающие желания и откуда они брались, она даже не понимала. И, конечно, она этого не сделала. Порывы… грёбанные порывы нежности. Совсем нехарактерные для неё. Да и, скорее всего, совсем ненужные Крису. После того, как Крис показал ей сестру и пропал на три дня, они больше не расставались. Практически двадцать четыре на семь были вместе друг с другом. Соня чуть ли не на постоянку прописалась в квартире Криса, хотя пару раз и он у неё ночевать оставался. Он словно не хотел ни на минуту отпускать её от себя. Соня уже поняла, что Крис предпочитал закрываться в себе и залегать на дно, фигурально выражаясь, когда у него что-то случалось. Свои проблемы он считал только своими и привык выплывать в одиночку. Не в его характере было делиться чем бы то ни было, и Соне порой приходилось чуть ли не «подкопы» делать, чтобы извлечь хоть какую-то информацию из этого «молчуна». При всей внешней лёгкости характера Крис мог быть очень «тяжёлым». Соня очень надеялась, что со временем это изменится. Администратор на входе, блондинка приятной наружности, оживилась, увидев Криса. Как оказалось, они были довольно хорошо знакомы. Соня вмиг почувствовала себя лишней, когда между этими двумя завязался активный диалог, хотя Крис и представил её. Не только администратору, но и нескольким другим людям, подошедшим поздороваться с ним. Когда же утянул за собой в недра здания, Соня с интересом принялась оглядываться. Народу было довольно много. Это креативное пространство чем-то напоминало музеи современного искусства, но всё же отличалось от них, потому что несло свою основную функцию – свободу выражения творчества. Вот тут каждый и выражал его, как мог. Крис пояснял про какие-то мастер классы и сезонные выставки, потом притормозил и с мягкой улыбкой добавил: – Я на первом курсе тут часто зависал, мне нравилась местная тусовка и инакомыслие. – А что случилось на втором? – На втором пошли поиски себя. – А на третьем? – А на третьем я вернулся с идеей. Они поднялись на последний этаж и, открыв дверь, оказались в широком коридоре, наполненном тенями и неоновым светом. Гибкие трубки, скрученные в причудливые фигуры, раздвигали пространство, мирное журчание воды создавало ощущение, будто они ступили на незнакомую планету, на искажённое воображением дно океана. Или оказались внутри кораллового рифа. Неон не пульсировал, лишь источал мягкий свет: многоцветный и не всегда естественный. Встречались даже «вырви глаз» кислотные оттенки. И каким-то образом в этом присутствовала гармония. Самая сложная «какофония» цвета закручивалась под потолком. Было похоже на тонкие вьющиеся «кудри» качающихся водорослей. – Инсталляция, – улыбнулась Соня, догадавшись, куда её привёл Крис. – Она самая. – Твоя работа? – спросила она, хотя уже знала ответ. Крис лишь кивнул, и она вынесла лаконичный вердикт. – Ты знаешь, а мне нравится. Обернувшись, Соня заметила, как по лицу Криса скользнула ответная улыбка. Он не ждал, что она сейчас же бросится выражать восхищение его талантом или нахваливать его без конца, хотя то, что она видела перед собой, безусловно, было талантливо. Нет, даже не так. Потрясающе талантливо. – Надеюсь, ты не будешь спрашивать меня про идею? Что я там хотел донести… какой смысл. – О нет, про смысл я помню. Что он обесценивается, если его объяснять. – Моя прилежная ученица, – хмыкнул Крис, обнимая и привлекая её к себе, чтобы следом опустить ладони на ягодицы и довольно-таки чувствительно сжать. – Прилежна во всём. – Учусь у лучших, – не осталась она в долгу и призывно пробежалась пальцами по его груди. Крис усмехнулся, но Соня видела, что ему приятно. Действительно приятно. И будто бы было важно, чтобы ей понравилось, чтобы она его поняла. Чуть позже, когда они заканчивали ужин в кафе на всё том же последнем этаже здания, Соня уточнила: – И много где ты так в Лондоне наследил? – Да есть места, – расплывчато усмехнулся Крис, не углубляясь в объяснения, а потом вдруг добавил: – Не только в Лондоне, кстати. – Покажешь? – усмехнулась она. Крис хотел было, что-то ответить, но не успел. Телефон, лежащий на столе, завибрировал, и парень наклонил кудрявую голову, смотря на экран. Конечно, всё было слишком хорошо, чтобы и дальше длиться в том же духе. Какая-то фигня была обязана случиться, и момент настал. Он будто подспудно понимал, что затишье последних недель развеется и проблема рванёт с новой силой. – Рич? – с опаской начал он и перевёл взгляд на Соню. – Фло? – одними губами спросила она, и Крис кивнул. – Сэр, в целом состояние стабильно, но если есть возможность… смогли ли бы вы… – Рич, опять за старое? Конкретику давай, – рассердился Крис, но его чуть отпустило при фразе «состояние стабильно». – Что? Что с ней? – Вас зовёт. – Сейчас буду. Соня накрыла его ладонь, лежащую на столе, своей. Только сейчас Крис заметил, что он сжал её в кулак. – Сказал, меня зовёт, – с силой выпихнул он из себя эти слова. – Это плохо? – Да нет, Софи, но… – он перевёл дух, прежде чем признаться в мысли, что мучила его долгое время. – Сколько раз она так звала, а меня не было рядом? Я ведь уехал…