Глава 26

До больницы они домчались со скоростью света. За прошедшее время Соня была свидетельницей звонков Рича Крису, поэтому уже знала, кто это и по какому поводу обычно ему звонил. Крис каждый раз напрягался, когда номер Рича всплывал на экране смартфона, но обычно всё обходилось. Вероятно, у него уже выработалась автоматическая реакция, потому что не всегда новости были хорошими. Соня пыталась мягко расспросить о таких звонках, но Крис по большей части отмахивался, иногда что-то рассказывал, но с собой как в прошлый раз не звал. А Соня бы съездила, поэтому и думала, как бы к нему подступиться. В коридоре возле больничной палаты их ждал среднего роста парень, облачённый в медицинскую робу. Он не был врачом – скорее, младший персонал, постоянная сиделка при Фло, если можно было так выразиться. – Сэр, то есть мистер Холланд, я… – начал он. – Позже, – отодвинул его в сторону Крис и скрылся за дверьми палаты. Соня неуверенно потопталась, не зная, что ей делать, зачем она сюда с ним поехала? Можно было самой добраться до дома, только она не предложила, а Крис не возразил. Думал о другом, конечно. Даже не заговаривал по пути, лишь сжимал-разжимал руки на руле, то и дело превышая скоростной режим. Только раз кинул задумчиво и недовольно: – Обычно всё происходит к ночи… Рич помедлил и зашёл в палату следом за Крисом, оставляя Соню одну. Она развернулась, чтобы пойти и присесть на металлические стулья поодаль, но дверь снова распахнулась и её позвали. – Мисс, вы зайдёте? – обратился к ней Рич. Соня неуверенно кивнула. – То есть зайдите, пожалуйста, – быстро исправился он. Ричу на прикидку было в районе тридцати, и на взгляд Варгановой он оказался смущающе любезен и деликатен. Даже чересчур. И забавен в чём-то. Ему бы стенд ап комиком работать на импровизациях, а не медбратом, или кем он там точно был. Но, видимо, Рич дело своё знал, раз Крис доверил ему Фло. Плюс Рич был коренастым и подкаченным, будто боец. И походил на человека, посвятившего годы упорным тренировкам. В комнате было светло, а на постели пусто. Соня перевела взгляд в угол комнаты и уставилась на Криса с Фло. Они сидели на диванчике. Ну как сидели. Фло полулежала, перекинув ноги через колени брата, а тот держал её за руку с мягкой спокойной улыбкой. Совсем другой, не похожей ни на одну из улыбок, которую Соня у него видела. – Вот, мисс, присаживайтесь. Это Рич придвинул стул для неё, и Соня бросила короткое спасибо, прежде чем устроиться напротив Криса с Фло. Сейчас она заметила, что руки Фло в ладонях брата слегка подрагивали. Этот лёгкий тремор придавал её фигуре ещё больше хрупкости, а ведь Фло казалась почти прозрачной. Сейчас Соня хорошо её рассмотрела. Лучше чем прошлый раз через окошко и на расстоянии. Они с Крисом были прилично похожи, как ни крути. И волосы у неё были такого же оттенка, как у брата, и также слегка завивались. Фло перевела на неё взгляд, затем высвободила одну руку, подтянула диванную подушку к груди и смущённо спрятала в ней лицо. Может быть, ещё и оттого, что на нём были видны следы недавних слёз. И ей просто было неудобно. – Фло, это моя подруга. Её зовут Софи. – Привет, Софи, – тихо ответила девушка. Крис сказал, что ей месяц назад исполнилось семнадцать, но Соня сейчас с ним была готова согласиться, что Фло будто остановилась в том самом возрасте, когда с ней случилась трагедия. – Привет, Фло, – с улыбкой ответила Соня, думая, что может выбрать ту же тактику поведения, что и с детьми на сеансах у Евы. – Ты меня с девушками давно не знакомил, – выдала Фло, снова уткнувшись в подушку. – Года два, пожалуй, как. Соне показалось, что Фло даже улыбнулась. Коротко и мимолётно. Чтобы там Крис не говорил по поводу мозговых функций, Фло соображала, да ещё как. Даже если сил на иронию, если не на самоиронию хватало. Крис, кажется, тоже это оценил. – Да уж, что есть, то есть. – И как вы встретились? – Софи помогает Еве, – быстро ответил Крис, видимо, решив, что незачем сестре знать иную версию их первого столкновения. – А-а-а, – протянула Фло и снова с интересом взглянула на Соню. Взгляд у неё был цепкий, но слегка затуманенный. Крис говорил, что Фло умная: за что не бралась, всё у неё получалось. Что у сестры были способности к математике и рисованию, что в принципе было неудивительно, ведь математические концепты проникали во все сферы искусства: в музыку, в танцы, скульптуру, архитектуру, даже в дизайн и моду. Так что, имея светлую голову и разум логика, при правильном уходе Фло могла восстановиться довольно быстро. На девушке сейчас была трикотажная плотная пижама, но даже сквозь ткань было видно, насколько Фло худая, практически неестественно тонкая. – Помогаю – это громко сказано, – тут же отозвалась Соня. – Так… время от времени прихожу с детьми порисовать или полепить. Я же не психолог. – Рисуешь? – с ещё большим интересом выдала Фло. – Я тоже. Но… раньше лучше получалось. Руки дрожат… вот. Она высвободила ладонь из пальцев Криса и протянула обе вперёд. – Ну ладно тебе, – Крис тут же обхватил её запястья и уложил их обратно к ней же на колени. – Пройдёт. – Покажешь Софи мои рисунки? – попросила она. – Я сама возьму, – встала Соня, – только скажи, где лежат. – На столике, вторая полка снизу. Фло снова откинулась на подушки, будто короткий диалог отобрал у неё уйму сил, и закрыла глаза. Соня посмотрела, куда указала Фло, и выудила из пачки бумаг широкий альбом с плотными листами. – Мама утром приезжала, – тем временем забормотала Фло. А Крис откликнулся коротким и неопределённым «хм-м-м». Соня посмотрела на него и наткнулась на жёсткий взгляд, будто Крису совсем не понравилось, куда завернул разговор. По его лицу можно было чётко прочесть: без комментариев. И Соня поняла, что тут ей лучше помолчать. – Извини… я… – продолжала Фло. – Всё нормально, – заполнил он образовавшуюся пустоту. – Если не хочешь, не говори. Ты и не обязана. – Ладно… ну как тебе рисунки, Софи? Соня, застывшая у столика и листающая альбом, аккуратно её похвалила. Здесь, можно было сказать, была видна эволюция Фло. Потому что с каждой перевернутой страницей было заметно, как крепла её рука. От полудетских каракулей до более осознанных штрихов, иногда, правда, тёмных и пугающих, будто она пыталась зарисовать свои кошмары или что-то, что её мучило. А ещё Соня наткнулась на парочку схематичных портретов Криса. Стоило признать, Фло хорошо улавливала выражение лица брата. Излом брови и губ были переданы идеально. Пять минут спустя Фло уснула, буквально обрубилась на половине фразы, и Соня подумала, что, наверняка, дело в лекарствах. Крис смотрел на сестру, и на мгновение на лице его проступило уязвимость. Так странно… Соня думала, что он непрошибаем. Оказывается, даже у этого дерзкого парня были болевые точки. Вскоре Крис поднял Фло, как будто какую-то пушинку, что, наверняка, было не так уж далеко от истины, и устроил с комфортом на кровати. Потом позвал Рича, чтобы отдать строгие указания. Соня слушала их вполуха, пролистывая альбом и возвращая его на место. – Миссис Холланд сказала… – долетело до Сони. – К чёрту миссис Холланд, – категорично обрубил Крис. – Меня слушай или забыл, кто тебе платит? Голос Криса стал тише, и теперь было непонятно, что он там втолковывал Ричу. – Пошли, – хватая Соню за руку, бросил Крис. Она чувствовала раздражение, которое волнами исходило от него. Видимо, Рич ему что-то такое сказал, что Криса конкретно так выбесило. – Прогуляемся? – даже не предложил, а приказал Крис, и они буквально ворвались в приютившийся рядом с больницей парк. Крис завёл их в дальний угол, где никого не было. Вытряхнув из пачки сигарету, прикурил. После нескольких коротких затяжек, затушил об кирпичную ограду и щелчком отправил окурок в дальний полёт. Соня лишь стояла: сжимала и разжимала, сцепленные наглухо пальцы, не зная, что сказать. «У тебя милая сестра»? «Спасибо, что познакомил»? «Она хорошо рисует»? Капец… всё, что крутилось в голове, было каким-то искусственным и неуместным. Впрочем, Крис избавил её от необходимости выдумывать тему для беседы, сгрёб в охапку и поцеловал: резко, без нежности, с горьким привкусом табака. Его язык недолго заигрывал с её языком во рту, Соня быстро сдалась, ответила горячо и страстно. Так, как ему было сейчас нужно. Крису хотел искренности, и Соня вполне себе искренне вдавилась в него и застонала в губы. Мягкая вибрация приятного низкого звука передалась и ему. Подотпустило даже вроде. Слегка. Ох, Софи была как глоток свежего воздуха, а ему очень нужен был кислород. Чтобы туман в голове развеялся, и снова стало легче. Он утонул в облаке её волос, в мягком сладковатом аромате. Было так сложно её отпустить. С каждым днём всё сложнее. Да он и не отпускал уже. Сдался. Она всё больше и больше узнавала о нём, о его дурной семейке, и, кажется, не была особо напуганной. Комментировать тоже не комментировала, да его бы, скорее всего, выбесило, если б Софи начала выносить какие-то оценочные суждения в адрес его проблем. Утро в студии и их обед уже, казалось, произошли в каком-то другом измерении, да там и остались. Стоило ему переступить порог больнички, как жизнь стопорилась, а когда Крис видел, как обнулялись достижения Фло, злость шкалила под тысячу вольт на километр. – Это мать виновата в её сегодняшнем срыве, – заговорил Крис, ведя Соню к выходу. – Фло, вроде, нормально выглядела… ну, относительно, – аккуратно заметила она. Крис лишь сильнее сжал её руку. – Рич успокоил немного. Если бы мы приехали чуть раньше, ты бы увидела не болезненную и слегка опечаленную девушку, а маленького агрессивного зверька, забившегося в проход между кроватью и окном. Боящегося собственной тени и стремящегося укусить руку, которая пытается ему помочь. У Криса замелькали картинки перед глазами, которые он не звал. При всей своей слабости, Фло могла атаковать, попутно рыдая и моля о помощи, когда не понимала, где находится. Слава Богу, это состояние уходило. И во многом благодаря чуть обновлённой терапии, которую мать чуть им сегодня не сорвала. Ба недели две назад привозила какого-то специалиста, и тот прописал новый курс. – Мать припёрлась к ней, колёса всё забрала. Сказала, незачем их принимать. Мол, Фло из-за них сама на себя не похожа, – Крис сжал руку в кулак. – Не похожа… бля… Она совсем не соображает… такое заявлять!? Дура! Две недели назад сама же подписала согласие на изменение лечения, теперь отзывает обратно. Где логика? У Криса для матери оставалось всё меньше и меньше приличных слов. К Ричу тоже оставались вопросы: почему сразу не сообщил, что мать к Фло приходила, почему не оповестил, чем визит закончился? Он лишь отнекивался: «было всё нормально…» Нормально? Бл… куда уж ненормальнее? Хорошо, что сразу купили препаратов на два курса. А с матерью он ещё поговорит. И пусть эта сука молится, чтобы он был вежливым. На подходе к машине он её и набрал, но звонок скинулся: сам или она отбой нажала, было непонятно. Зато когда они с Соней оказались у него в квартире, уже мать названивала ему. – Наконец-то! – рявкнул Крис и ушёл на террасу, подальше от Сони. Незачем ей слышать не предназначенные для её ушей подробности. – Кристофер… – Ты что у Фло учудила? Знаешь, как ей хреново было после твоего визита? – Тебя не поймёшь, – хватило наглости у неё заявить. – То обвиняешь, что к дочери не езжу, а то вот приехала, опять не так. – Можно было просто навестить, без этой ерунды с лекарствами. Крис рухнул на диван и выудил бутылку воды из-под столика, чтобы выпить залпом, пока мать в трубку заливала: – Ерунда, что она спит всё время. Я на неделе, Кристофер, к Фло два раза заезжала. Два, – зачем-то ещё раз подчеркнула она, – и оба моих визита она спала. Разве можно постоянно спать? – Она не спит постоянно… – Нет, она всё время в этом состоянии. – Ты днём бы к ней приехала и увидела, что всё нормально. Специально выбираешь время, когда она в отключке, чтобы в глаза ей не смотреть. Стыдно, да? – Я мать, я лучше знаю… Пальцы так сдавили корпус телефона, что тот чуть не треснул. Пошла любимая песня миссис Холланд: «Я не такая, я бла-бла-бла». Он бы ей ещё раз напомнил, как она почти год успешного лечения проебала за время его отсутствия. Тело Фло исцелилось, а вот мозг, нервы, разум, душа… пребывали в состоянии натянутой струны. И со стороны матери было слишком неразумно, а в какой-то мере даже подло трогать эту струну только по собственной прихоти и интересу. – Но тотальная отмена колёс не поможет, – кинул Крис, чувствуя себя отвратно, повторяя по кругу одно и то же. – А вот клиника в Германии или Австрии – помогут. Ты говорила с Элеонорой? – Нет, – холодно откликнулась мать. – И не собираюсь. И ты прекрасно знаешь, что надо сделать, чтобы я с ней поговорила и… договорилась. Крис не выдержал первым, нажал отбой, выругался и швырнул телефон на стол. Уронил голову на руки и застыл. Да так, что даже не заметил, когда Соня оказалась на диванчике рядом с ним. Оплела его своими руками и прижалась к боку, даря тепло и спокойствие. Только он не хотел их. Не сейчас. Не так. Поэтому мягко отодвинул малышку. Не надо ему этой жалости. Тем более, она даже не понимала, что происходит. – Крис… что-то случилось? Ты так с ней разговаривал… – Соня опустила взгляд. Боялась, но всё же ступила на этот шаткий мостик над пропастью, задавая острые вопросы. – Случилось, Софи-Соня, – подначил он, – и довольно давно. – Ты прости, Крис, я, наверное, не в своё дело лезу… – Именно! – Но… что у вас происходит? Вы же одна семья. Почему ваша мать так себя ведёт? Крис вздохнул. Её аккуратный вопрос и желание понять, вроде, были искренними. Только понимать там было нечего. Извращённую природу внутрисемейных отношений даже психолог со стажем не всегда разберёт, куда уж этому персику. Только прежде чем Крис успел притормозить, рот открылся, и слова полились сами собой. – О-о-о, Соня, история очень древняя и мутная. Я сам до конца не понимаю, что у них произошло. Кроме того, что мать хотела выйти за моего двоюродного дядю, а выдали её за моего отца. Договорной брак, даже нынче это не редкость, – обратился он к самому началу. Он мог ничего ей не объяснять, но первое слово было сказано. Может, пусть кое-что узнает, чтобы так странно не реагировать на звонки матери, вызовы в больничку, прочие мелкие «радости», сопровождающие его изо дня в день. Слишком близко Соня подобралась к нему, чтобы он мог и дальше держать её на расстоянии, да и не особо уже хотелось, чего там скрывать. – Какие архаизмы… – Классовая философия, персик. Очень бы хотелось утверждать, что она изжила себя, но это не так. Крис встретил её внимательный взгляд, прикидывая, понимает ли Соня, насколько больно светское общество изнутри, что даже он сам, как часть его, мог быть заражён просто потому, что являлся продуктом воспитания своей семьи. – В любом случае, даже после того, как мать вышла за отца, ничего не изменилось. Она до сих пор так и бегает к дяде. У них связь, – выразился он более ясно, но, не решаясь, использовать какие-то крепкие слова. – И, возможно, моя сестра продукт этой связи. Отсюда простирается тотальный пофигизм отца к её состоянию. Хотя его всегда больше интересовало поло, чем родные дети. Хм, но всё же лет до шести-семи он со мной ещё как-то возился, а потом остыл окончательно. Годы шли, и в итоге мы с Фло затерялись в недрах поместья, где нас и вовсе получалось не замечать. Воспитанием занимались нанятые тьюторы, потом частные школы. Крис вдруг понял, что постоянно возвращается в своих мыслях к этому возрасту, возможно, тогда что-то и случилось, потому что до этого его семью можно было хоть с какой-то натяжкой назвать нормальной. А что далеко ходить? Тогда и случилось… появление Фло на свет. – Что такое? – Соня внезапно коснулась его руки, выдёргивая из невесёлых мыслей. – Да так, загадка века, – отмахнулся Крис. – Ну, а почему твои родители не разведутся? Если оба несчастны. Крис запрокинул голову и рассмеялся в полный голос. – Извини, – совершенно искренне произнес он. – Это невозможно. Догадываюсь, что тебе и тут не понять, но… просто прими, как есть. Да и даже если они разведутся, матери с дядей не сойтись, как и двадцать с гаком лет назад. Между ними классовая пропасть. Не ровня она ему была тогда. И сейчас не ровня. А вот я… просто по тупому праву наследования могу получить его титул. Вернее, титулы или один из них. Потому что он до сих пор холост и потомством не обзавёлся. Заметив, что у Сони на языке вертится вопрос, Крис быстро добавил: – И чтобы ты себе романтичных соплей не насочиняла там, где их нет, не в матери дело. Он, конечно, тоже быстро женился на деньгах и крови, только жена дядина покинула этот свет до того, как успела одарить его детьми. Крис взъерошил волосы на макушке, достал сигарету и прикурил. Усмехнулся уголком губ, стряхивая пепел после первой долгой затяжки. – Извини, меня как-то всегда на высокопарщину долбанную тянет, когда я рассуждаю об этих традициях и иерархии, которые обязан, мать их, чтить. – Титул? Какой титул…– Соня нахмурилась, пытаясь уложить в голове информацию. – Тот самый, который перешёл к двоюродному дяде от его отца, и который он, вероятно, передаст моему отцу, а там уже заработает система майората и мне поместья со всеми вытекающими званиями перепадут, и даже не спросят, хочу я этого или не хочу. И ведь не отказаться. Традиции, что б их… которые не принято нарушать. – А сколько лет твоему двоюродному дяде? – Сорок пять. – П-ф-ф, – выдохнула Соня. – Ну это ещё вилами по воде… он вполне может жениться. А то и ни раз. – Может, конечно. Кто спорит-то? – А какой титул у твоего дяди? – Тот самый, – в том же тоне начал Крис, – к которому обращаются Ваша Светлость. – О боже! Кажется, в голове у Сони всё сложилось, и теперь она смотрела на него с каким-то странным выражением лица. – Так ты грёбанный аристократ? Крис лишь таинственно ей улыбнулся и выпустил колечки дыма вверх. – А что, не похож? – Как-то… не очень, но у меня не такой уж большой опыт общения с аристократами. – Да и к лучшему, персик, поверь мне, – затушив окурок в пепельнице, отрезал Крис. Пора было сворачивать разговор, набивший оскомину. – Чем занимается твоя семья? – спросила вдруг Соня. – Не поверишь… ничем! – Крис наклонился, чтобы подхватить её ноги, скинуть туфли на пол и уложить щиколотки к себе на колени. – Ну, чем они могут заниматься, Соня? Благотворительностью и посещением мероприятий. Что б отец лез в бизнес? Да ни в жизни… И зачем ему это? У семьи денег – одним местом жуй, напрягаться совсем не обязательно. Старые деньги. – А ты? – А что, я? Я тоже, как видишь, ничем не занимаюсь. Ну вот тебя время от времени потрахиваю. Чем не дело, а? Он прекрасно знал, как её смутить, резко переключив тему, и Соня действительно моментом вспыхнула. Ещё и возмущённо задохнулась: – Крис! – Всё, закрыли тему, – твёрдо обрубил он. Руки Криса пробежались по её ногам до коленок. – У меня на этот вечер есть идеи поинтереснее. – Это ж какие? – подыграла ему Соня, думая, что Крис и так слишком много ей рассказал для парня, который ещё недавно предпочитал в принципе ничем не делиться. – Ты подо мной, я в тебе… – наклонившись, он почти уложил Соню на лопатки на диван, нависая сверху. – Ещё, мне кажется, мы совсем зря игнорируем барную стойку на кухне. Если сядешь на неё и широко раздвинешь ножки, мне будет очень удобно пристроиться между ними.