Глава 22

Не знаю, сколько я молчала. От его слов я застыла, настолько сильное впечатление они на меня произвели. Когда до меня дошел смысл сказанного Киараном, я в испуге отшатнулась и упала бы с его колен, если бы меня крепко не обнимали.

— Ты… Безумие… Я… не понимаю… Когда… Как…

Слова, как и мысли в моей голове путались. Я не знала что сказать, что спросить и что делать в данный момент. Всю меня охватило какое-то странное чувство безысходности и страха. Я ничего не понимала и от этого страх только увеличивался.

— Риль, посмотри мне в глаза.

Эти слова были сказаны в приказном тоне, но я не могла это сделать. Сначала я не заметила, что стараюсь смотреть куда угодно, но не в глаза Киара, а сейчас поняла, что боюсь увидеть вместо синих глаз, бардовую пелену.

— Мышка, это же я, твой Киар. Пожалуйста, посмотри на меня.

Чуть настороженно посмотрела в его глаза и облегченно вздохнула. Синие глаза моего любимого лорда обеспокоенно смотрели на меня.

— Я ведь не ослышалась, ты сказал, что со мной говорил…ло Безумие, — мое дыхание снова стало прерывистым, как только я произнесла эти слова вслух, — Но как такое возможно? Ты же сказал, что с его стороны пока нет опасности для окружающих, но как в таком случае он смог потеснить твое сознание и взять контроль над телом?

Я слышала истеричные нотки в своем голосе, да и чувствовала себя соответствующе. Истерика накатывала на меня постепенно, шаг за шагом подталкивая меня к невменяемому состоянию. Резко встав с колен Киарана, я отошла от него на несколько шагов.

— Риль, если я сказал, что нет опасности, значит, так оно и есть. Не стоит сомневаться в моих словах, — он был так спокоен и в своем спокойствие безумно меня раздражал.

— Почему Безумие внутри тебя?

— Я его живая клетка, пока он внутри меня, я его сдерживаю. На данный момент он беспомощен как ребенок.

— Мне в это с трудом вериться. Я даже не заметила, когда со мной заговорил он, а не ты. А бардовая пелена на глазах? Это ведь из-за него?

В ответ я получила непонятный резкий кивок и поджатые губы.

— С самого начала нашей встречи твои глаза часто менялись окрашиваясь в красный цвет. В эти мгновения твое сознание было под контролем Безумия?

— Нет! — я вздрогнула от такого категоричного ответа, но Киар продолжил спокойным голосом, — Все это время был я, только пару раз ему удалось захватить контроль над моим телом. Сегодня и двадцать два гола назад, когда чуть не погиб Дариан.

— Шрам на лице…

— Да, это сделал я.

— Но ты сказал, что тебя контролировал Безумие, следовательно, это не твоя вина! Ты не виноват!

— Виноват, Мышка. То, что моим телом управлял Безумие, не уменьшает моей вины. Если бы я не расслабился, то этого не случилось бы. И моему брату не пришлось бы столь долгое время носить эту отвратительную маску.

— И все это время ты винишь себя?

Киаран лишь горько хмыкнул, как-то презрительно махнув правой рукой.

— Риль, ты меня не понимаешь. В ту проклятую ночь, когда я очнулся, вокруг творился кошмар. Я стоял посреди разгромленной комнаты, рядом навзрыд плакала мама, а напротив меня стоял Дариан, прижимая к лицу тряпку все больше и больше пропитывающейся кровью. Ты видела его лицо? Думаешь, на его лице был лишь порез, от которого остался шрам, пересекающий его лицо? Да там было кровавое месиво. Только благодаря дару и навыкам целительства нашей матери все кончилось более или менее нормально, а он не ослеп на один глаз, и очнулся я только с помощью мамы. Каким-то образом я смог услышать ее голос и крик. Но если бы я был настороже, то такого бы не случилось.

Мне было его так жаль, что на глаза выступили слезы, но я понимала, что кто угодно, но Киар не примет от меня жалости. Пока он рассказывал мне про этот несчастный случай, горькая складка не покидала уголков его губ, а глаза были опущены вниз. Вся его поза была пропитана виной от которой он не мог избавиться уже двадцать два года.

— А разве целительская магия не может убрать шрамы? Ведь даже от самых глубоких ран не остаются следов после лечения.

— Ты скажи это Безумию. Шрам от его раны так до конца и не сошел.

Я судорожно вздохнула и сменила тему.

— Ты спрашивал, что мне сказал Безумие? — дождавшись, заинтересованного взгляда, я продолжила: — Он интересовался, не боюсь ли я его, а после сказал, что мы с ним всегда будем вместе. Что он этим имел в виду?

Напряжение охватило все мое тело, так страшно мне вдруг стало. Да что же это такое? Сколько можно бояться? Я ведь не такая, столько всего произошло и сейчас что ни день, то трясусь от страха. Пора брать себя в руки. Что бы на это сказала бабушка? Мысленные уговоры немного успокоили меня и, сжав кулаки, уже без страха во взгляде посмотрела на Киарана.

— Скажи мне четко и ясно, что это за существо, которое мы все называем Безумие? Что оно хочет от меня?

— Откуда Безумие, наверное, не знает никто. Что он собой представляет, я тоже не могу сказать. Но в самом начале он хотел убить тебя. Нет, неправильно выразился. Он жаждал убить тебя, — от услышанного у меня пересохло во рту и на миг сжалось сердце, — При виде тебя он приходил в неописуемую ярость, хотел, чтобы ты умерла мучительной смертью и пытался прорваться сквозь меня. Но его желание не удивило меня.

— Почему?

— Потому что он чувствовал опасность, исходящую от тебя, Мышонок. Каким-то образом он понял, что ты, именно та девушка из пророчества. Вот еще одна причина, по которой я хотел выпроводить тебя из академии.

— Ты сказал сначала… Разве сейчас что-то изменилось?

Киар переплел свои пальцы и нервно дернул головой и я поняла, что мне не хотят отвечать. Он смотрел как будто сквозь меня, при этом не моргал и отводил свой взгляд.

В нетерпении помахала рукой перед его лицом.

— Ты собираешься отвечать на мой вопрос?

— Сейчас… он настроен крайне дружелюбно к тебе, что меня и настораживает. Я не могу понять, почему он так резко изменил к тебе свое отношение. И это собственнические чувства… Почему он испытывает их к тебе? Ему не нравятся наша связь и многое другое, но лучше все я чувствую его предвкушение, когда ты находишься рядом. Это меня сильно напрягает и заставляет волноваться.

От неприятного чувства, поползшего по спине, передернула плечами.

— Киар, я пытаюсь себе это представить, но не получается. Как ты можешь это терпеть? Как можешь делить с ним свое тело? Неужели ты и сейчас его ощущаешь?

— Мышонок, я его всегда ощущаю. За эти долгие годы не только я для него стал живой тюрьмой, но и он стал для меня чем-то неотъемлемым. И я не уверен, что смогу избавиться от него без последствий алки, скажем так, в “спячке”. Но двадцать два года назад в ночь прихода зимы Безумие проснулся и чуть не убил Дариана. После он снова затих, но это длилось до твоего прихода в академию.

От слов Киарана я вдруг почувствовала сильную слабость, ноги подкосились и я в поисках опоры прислонилась к стене.

— Киар, я не знаю точную дату своего рождения, но когда меня привели в приют, меня сразу отвели в женщине-целительнице на осмотр. Она спросила про мой возраст, я показала раскрытую ладошку. Так и определили мой возраст. Эта сцена не осталась в моей памяти, может потому что это было давно и я была слишком мала, чтобы запомнить, а может по какой-то другой причине. Мне не раз рассказывали об этом, — мой голос звучал довольно сухо и безэмоционально, но только я знала, насколько трудно давалось мне произносить каждое слово, — День моего рождения так и остался тайно для всех, но примерно все же смогли установить, что я родилась в первый месяц зимы. Только до сегодняшнего дня я не знала в начале или несколькими днями позже.

За весь разговор Киар ни разу не перебил меня, но слабая ухмылка скользнула по его губам.

— А вот и одна из недостающих частей нашей головоломки.

Встав с кресла, он подошел ко мне и приобнял за плечи. Большим пальцем правой руки он стер слезы, непрерывно стекающие по моему лицу. А я и не заметила, что плачу…

— В ту злополучную ночь прихода зимы родилась именно ты, Риль и стала причиной первого пробуждения Безумия. Ведь тогда мы так и не смогли понять, куда он так рвался, сметая все на своем пути, — кривовато усмехнувшись, Киар отвел выбившуюся прядь из моей косы за ухо, — Он хотел найти и убить, пока ты еще была младенцем и не могла причинить ему хоть какой-то вред. Но когда до Безумия дошло, что ему никак не выбраться из дома, он решил выместить свой гнев на первом, кто попался ему на глаза и этим человеком оказался Дариан. Слава Небесам и Пресветлой Паре у него ничего не получилось.

Виновато отведя глаза, сильно прикусила губу. Не могла я смотреть на Киара и видеть, как он осознает, что в инциденте двадцатидвухлетней давности виноват не он, а мое рождение.

— Риль, я…

Не дослушав его до конца, я вырвалась из его объятий и выскочила в коридор, снова побежав, куда глядят глаза. Но вдруг крепкие руки Киарана обняли меня сзади за талию и с силой прижали к себе, а над ухом раздался хриплый любимый голос:

— Мышонок, какая же ты у меня глупенькая. Не смей больше от меня убегать, — отклонившись назад, я уперлась головой в его грудь и тихо вздохнула, — Не делай так больше. Твоей вины в произошедшем нет. Ты была новорожденным ребенком, как можно тебя обвинять в чем-либо? И не выдумывай себе того, чего и в помине нет. Я и так знаю, какое у тебя прекрасное воображение, не надо мне ничего доказывать.

Меня резко развернули и взяв пальцами подбородок, коротко и властно поцеловали. В ответ я вскинула руки и, обняв за шею, притянула к себе поближе. Из головы вылетели все мысли, кроме одной. Я хотела, чтобы это мгновение длилось вечность.

Мой лорд отстранился, нежно меня обнял и в приказной форме мягко потребовала:

— Не забивай свою голову глупыми мыслями. Запомни, ты ни в чем не виновата.

Рядом появилась сияющая арка портала.

— Ступай домой, тариса Рафиния будет рада твоему раннему приходу из академии. У меня есть пара неотложных дел. Увидимся позже.

Прощальный поцелуй и я шагнула в открывшийся портал, напоследок оглянувшись на Киарана. Он стоял неподалеку и смотрел на меня. Изогнув бровь, он кивков головы указал на ореол позади меня.

— Мышка, шагай к бабушке, а то не отпущу. Смотри не провоцируй меня, — улыбаясь, заявил мне самый что ни на есть наглый высший лорд.

Не удержалась и показала язык и только после поняла, как по-ребячески выглядит это со стороны.

— Не дождешься.

И сразу шагнула в арку портала с надеждой, что в скором времени мы увидимся.

В доме никого не был, видимо бабуля не ожидала меня сегодня и вышла прогуляться, что неудивительно, ведь сегодня у всей Саронтской академии незапланированный выходной.

Немного перекусив, решила сбегать в городскую библиотеку. Меня не покидала мысль, что Киар что-то упустил во время нашего разговора. Но поиски ничего не принесли. Во мне все крепло чувство, что все записи, в которых есть хотя бы малейшее упоминание о Безумие и эпидемии ученной им изъяли или методично уничтожили. Иначе, как объяснить, что в одной из самых больших библиотек нашего мира в которой собрали огромное множество книг и записей, нет ни одной про это существо, прозванным Безумием.

Интересно, как вообще смогла наткнуться на дневник ремесленника? Его поиски тоже не увенчались успехом. Когда же я просила об этом у библиотекаря, моложавой женщины неопределенного возраста, та лишь пожала плечами и сказала, что работает в библиотеке недавно.

Оставалась крохотная надежда на академическую библиотеку, чего стоило увиденные много стеллажи, заполненные сверху донизу книгами и сочинениями, некоторые из которых даже отсутствовали в городской библиотеке, но что-то внутри подсказывало, что это пустая трата времени.

Придя домой, я первым делом направилась к себе в комнату. Действовала я по наитию и не ошиблась. На трюмо заметила лист бумаги, испещрённый кривоватым подчерком: “Риль, прости сегодня я не смогу вырваться к тебе. Но завтра или послезавтра, как освобожусь, обязательно увидимся. Скучай по мне. Люблю. Твой лорд.”

Расстроенная села на стул и еще пару раз перечитала короткую записку. Я и без его слов уже скучала, но не сразу поняла, что Киар впервые за то недолгое время, что мы вместе сказал о своих чувствах. Не знаю почему, но я никогда не придавала особого значения признаниям. Я знала, что дорога ему, а он знал, что я люблю его. Мне казалось, что этого достаточно, но сейчас поняла, как ошибалась. Вот это короткое признание, которое было записано вот так наспех и мимоходом на листке бумаги, меня безумно обрадовало.

Немногим позже пришла бабушка. Она приятно удивилась моему присутствию дома. Как я и думала, она ждала меня завтра. Сама же на мой вопрос: “Где гуляла?” рассказала про недавно открывшиеся в центре Саронта ботанический сад и галерею искусств. С радостным блеском в глазах, бабушка решила за меня, что свои выходные я посвящу новым достопримечательностям.

— Дорогая, ты должна это увидеть! Там просто восхитительно.

Уже засыпая, я поняла, что упускала, все это время. Пророчество… Когда я его прочитала, оно мне показалось неоконченным, но я просто-напросто забыла об этом спросить у Киара. Надо бы не забыть в нашу следующую встречу расспросить его об этом. Уверена, он должен об этом знать. Это были мои последние мысли, перед тем как я забылась сном.

Следующие два дня прошли суматошно. Я ждала, но Киар так и не появился. Заметив мой удрученный вид, бабушка вывела меня прогуляться.

Первым делом мы сходили в ботанический сад, где мне очень понравилось. Впервые я увидела своими глазами те редкие виды цветов и растений, о которых мне ранее только доводилось читать. Гуляли мы в саду так долго, мне хотелось увидеть все, а бабуля вела себя так, будто вчера не приходила сюда. Восторгов с ее стороны было не меньше.

В галерее искусств были представлены произведения известных художников и скульпторов. Я в этом ничего не смыслила, но были некоторые картины, которые привлекли мое внимание. Точнее такая была одна. Картина, на которой был изображен темноволосый парень, стоящий с разведенными руками вокруг развалин домов объятых огнем. Выглядел он немногим младше моих таэров, Я застыла перед ней на долгое время, пристально всматриваясь в глаза юноши, пока бабушка в другом конце зала рассматривала понравившиеся ей скульптуры. Не знаю как художник, нарисовавший эту картину, смог передать пронзительный взгляд янтарно-золотых глаз, но возникало чувство, будто они смотрят прямо в душу.

— Здравствуйте, тариса, — я испугано вздрогнула от неожиданно раздавшегося за спиной женского голоса, — Прошу прощения, если напугала вас, но вы так пристально разглядывали эту картину. Она вам так сильно понравилась?

Ко мне подошла молодая женщина с приветливой улыбкой. На ней было строгое синие платье длиной чуть ниже колен и черные туфли на низком каблуке. Короткие светлые волосы были красиво уложены.

— Не то чтобы…

Я замялась, не зная как ответить на ее вопрос.

— Ой, я не представилась, меня зовут Карисия Сорим — куратор саронтской галереи искусств. Заметила как вы завороженно смотрите на эту картину и мне стало любопытно, неужели она вам настолько сильно понравилась?

— Приятно познакомиться, я Мориль Танлей. Извините, если побеспокоила вас

— Ну что вы, это моя работа. К тому же мне доставляет удовольствие знакомиться с теми, кто понимает толк в искусстве.

Слова женщины меня смутили, а неверное представление моего любопытного разглядывания напрягало.

— Признаюсь честно, тариса Сорим, я не разбираюсь во всем этом, от слова совсем, — я обвела рукой галерею, — Просто именно вот эта картина приковала к себе мой взгляд. Есть что-то завораживающее во взгляде этого мальчика.

— Я вас прекрасно понимаю. Не одну вас привлекла эта картина, но только вы одна смогли так долго смотреть на этого юношу. Остальные очень быстро отводили свой взгляд и отходили как можно дальше от нее. Но это и не удивительно, если знать историю этой картины.

Я удивленно посмотрела на женщину.

— Вы знаете, кто изображен на этом холсте?

— Точно вам не скажу. Это картину нарисовали во время эпидемии Безумия. Художник, нарисовавший сие произведение, давно умер, но вот спустя много лет его правнуки нашли утерянные картины, среди которых была и эта. Не долго думая они отдали их нам, а мы уже выставили в галерее. Когда же мы поинтересовались у них, не знают ли они того, кто изображен на этой картине, нам ответили, что он является одним из первых зараженных. В мемуарах художника упоминается о том, как он убегая из своего городка увидел жуткую картину в центре которой стоял этот юноша. Окруженный пламенем он с улыбкой на губах наблюдал за тем, как горят люди и дома. Эта сцена так запечатлелась в его памяти, что сразу как выдалась возможность, он написал эту картину.

— Можно одним глазком взглянуть на мемуары, если вы не против?

— К нашему большому сожалению, родственники покойного художника отказались передавать вместе с картинами его мемуары. Они оставили их в семье как памятную вещь.

— Но откуда в таком случае вы узнали историю этой картины?

— С большим одолжением нам показали только записи про эту картину, на миг лицо женщины раздраженно скривилось, — Остальное, видите ли, нас не касается.

Увидев за моей спиной кого-то, Карисия кивнула. Когда я обернулась, никого не увидела.

— Извините, я должна отойти, некоторые картины хотят приобрести и эту процедуру без меня не оформить.

Как только женщина отошла от меня, я снова перевела взгляд на златоглазого зараженного казавшегося таким живым. Слова тарисы Сорим мне показались странными. Я не хотела отводить взгляд от картины, наоборот что-то притягивало меня в ней. Кончики пальцев закололо и у меня возникло непреодолимое желание коснуться лица нарисованного юноши, и я, было, потянулась, чтобы осуществить желаемое, как меня прервал взволнованный голос бабушки и ее ладонь перехватила мою протянутую руку.

— Милая, что ты делаешь? Пошли подальше от этой картины, когда я смотрю на нее, мне так неуютно становиться.

Я перевела недоуменный взгляд на нее.

— Бабуль, это всего лишь картина, чего здесь бояться?

— Не знаю, но взгляд этого молодого юноши пробирает до дрожи и не предвещает ничего хорошего. Удивительно, как автор смог передать это, — повторила бабушка вслух мои мысли.

Схватив меня за руку, она отвела меня к понравившемся произведениям, но мои мысли были еще долго заняты той картиной и златоглазым юношей изображённой на ней.

Спустя какое-то время мы отправились домой. Поужинав, я пожелала бабушке спокойной ночи и поднялась к себе в комнату. Завтрашние занятия еще никто не отменял.

Попыталась сосредоточиться на учебном плане, но то и дело отвлекалась. То вспыхивала легкая обида на Киарана, потому что он не навестил меня ни разу за эти выходные, хотя в записке и предупреждал о своей занятости, но меня это не успокаивало, то замешательство от моей реакции на картину с зараженным юношей.

Вскинула голову от ярко вспыхнувшего портала, открывшегося посреди комнаты. Из него выскочил взволнованный Киар. Не замечая моего оцепенения при виде него, он схватил меня за руку и неодобрительно окинул взглядом мой домашний наряд, состоящий из штанов и кофты.

— Ладно, и так сойдет, надо спешить, задержка недопустима, — еле расслышала я его бормотание.

После в буквальном смысле потащил меня к порталу. Придя в себя от возмущения, я попыталась вырвать руку, что конечно у меня не получилось, но Киар остановился и немного укоризненно взглянул на меня.

— Риль, у нас нет времени, я освободился только недавно и сразу за тобой.

— Киар, мне все равно есть у тебя время или нет, но ты не можешь отсутствовать больше двух дней, вместо объяснений оставив только записку, а потом нежданно появляться в моей комнате и тащить неизвестно куда.

Выразительный вздох сорвался с его губ.

— Мы идем к тому, кто может дать нам ответы может быть не на все наши вопросы, но на большинство из них. Он сказал, что расскажет нам все, что знает, только в твоем присутствии.

— И кто же это такой требовательный?

— Вот пойдешь со мной и увидишь.

Второй раз мне повторять не надо было.

Вышли мы в большом и длинном коридоре. Перед нами высились двери, наверное, в два-три моих роста. И кому нужны такие двери? Великанов вроде в нашей стране нет.

— Ну, что дальше? — мой голос звучал недовольно, что не укрылось от Киарана.

— Для начала ты успокоишься и прекратишь на меня злиться. Я знаю, что виноват перед тобой и не должен был уходить, ничего тебе не объяснив. И вместо того, чтобы оставлять записку, мне надо было лично попрощаться с тобой. Единственное, что могу сказать в свое оправдание — это то, что я хочу всю свою жизнь прожить с тобой и через много лет прожитых вместе увидеть наших правнуков. Но для этого я обязан найти способ уничтожить безумие без твоего вмешательства. А как ты знаешь, сроки, оставленные пророчеством и видениями брата, поджимают. И теперь, когда я сказал, все что хотел, давай зайдем в кабинет. Нас уже заждались. 152e1bc

Не глядя на меня, мой лорд направился к кабинету, но прежде чем он успел открыть дверь, я окликнула его. Когда он остановился и обернулся ко мне, я тихо произнесла, глядя в любимые синие глаза:

— Я тоже люблю тебя.

На его губах мелькнула нежная улыбка, а глаза ярко засияли.

— Я знаю, Мышонок. Я тоже люблю тебя.

А после, взяв меня за ладонь, потянул в кабинет.

Первым делом, увидев сидящего за большим деревянным столом человека, я застыла как статуя, потому что не могла поверить своим глазам. Что есть силы от недовольства, стиснула ладонь Киарана, но не думаю, что ему это доставило хотя бы капельку дискомфорта. Как он мог не предупредить меня, к кому в кабинет мы заявились? А я вдобавок в таком непрезентабельном виде. Смущенно отступила назад и спряталась за спиной Киара. Он еще ответит за такую подставу, но позже, а сейчас я должна набраться смелости и поздороваться.

Выглянув из-за спины Киара, я дрожащим голосом произнесла:

— Д-добрый вечер, в-ваше ввеличество.