ГЛАВА 44

Исчезновение Ады устроило переполох во дворце. На каждом этаже мельтешили стражи и безликие. Все искали меня! Все говорили обо мне! Я думаю, что Нарэль считал посмертные воспоминания убитых стражей и очень удивился, увидев, кто помог Аде сбежать.

В лабиринте стало небезопасно. Я слышала голоса, доносящиеся с верхних этажей тайных путей, и то и дело своей кожей чувствовала приближающуюся энергию архидемонов. Нарэль и сыновья Кларэля шли за мной по пятам, преследуя, как стая волков свою добычу. Когда они меня нагонят? Это вопрос времени. Бежала я очень быстро, путая и оставляя ложные следы своей энергии, но архидемоны не отставали. Я еще жива только потому, что магия тайного лабиринта не позволяет им использовать межпространственную скорость.

К счастью, кроме Нарэля, никто из старших членов семьи Иара не принимал участия в моих поисках. Не знаю почему, а гадать времени не было. Но у меня появились две теории, пока я сломя голову неслась на первый этаж, выбирая самые узкие коридоры, где массивные демоны не пролезут. Первая версия — никого из старших архидемонов нет во дворце, кроме Нарэля. И вторая — сейчас происходит что-то более важное, чей мой побег или побег Ады, вот только что это может быть, даже представить не могу.

До первого этажа я добралась минуты за три. И роли поменялись! Теперь волком стала я, а моей жертвой постовой низший демон, несущий свою службу возле зала телепортации. Я убедилась, что никого поблизости нет и вышла из лабиринта.

Постовой услышал мои крадущиеся шаги, обернулся и… тут же упал, обездвиженный заклинанием. Он нужен мне живым! Я затащила его в лабиринт, используя другой вход, противоположный тому, из которого вышла, чтобы запутать архидемонов, попутно стирая все следы своей энергии и создавая ложные. Если повезет, Нарэль (а он главный в «стае») купится на обманку и потеряет мой истинный след, что даст мне неплохую фору.

Я раздела демона догола, а учитывая его немалый вес, пришлось изрядно попотеть, после чего скопировала его внешность — только внешность без воспоминаний, чтобы не терять драгоценные секунды. Нарэль, конечно, не так умен, как его старшие братья, но и не идиот, чтобы часами блуждать по ложному следу.

На все про все у меня ушло минут семь! Спасибо отточенным навыкам краймера! Когда я закончила копирование демонической внешности, по лицу тек пот, тело подрагивало от резкой трансформации, а сердце колотилось в груди как ненормальное. Принимать облик мужчин всегда тяжело. А принимать его за считанные минуты еще и адски больно! А с учетом протеза ужасно дискомфортно. Протез не изменился… Рука заново не отросла даже под личиной, осталась прежней — полностью механизированной, покрытой черным металлом. Но это не беда. Я надела строгую форму постового стража, и моя механическая рука стала неотличима от обычной благодаря длинным рукавам камзола и кожаным перчаткам.

Я стерла с лица пот своей майкой и бросила ее на демона вслед за кроссовками и штанами, после чего щелкнула пальцами, и на них появился огонек.

— Ничего личного, — пробасила я грубым мужским голосом, поджигая демона.

Никто не должен узнать, чей облик я взяла. Стражей во дворце несколько тысяч. Пока архидемоны определят, кто именно пропал, я уже буду далеко отсюда… ну или сменю личину.

Я покинула лабиринт и уверенно направилась в холл, пропуская бегущих стражей, парящих в воздухе безликих и даже Нарэля. Некромант прошел мимо меня, злобно щурясь и озираясь по сторонам. Я поклонилась ему, как и подобает демону моего статуса, но Нарэль даже внимания на постового стража не обратил. Он прошел мимо и скрылся за дверьми зала телепортации, идя по ложному следу, который я оставила. На одного обманутого архидемона в нашем мире стало больше!

В холле царила какая-то суматоха. Стражи суетились, младшие архидемоны сновали туда-сюда, воздух колыхался от присутствия десятка безликих… Явно что-то происходит! Что-то несвязанное со мной.

 Я незаметно пристроилась хвостом к отряду из восьми стражей в такой же форме, как у меня. Они дружным строем направлялись к центральному выходу. Это то, что мне надо! Идеально! Я покину дворец вместе с отрядом, не вызывая особого подозрения у окружающих, затем постепенно отстану от стражей на улице, найду способ преодолеть энергозащиту и выберусь в квартал Власти, а там уже можно будет открыть портал и навсегда исчезнуть из поля зрения архидемонов.

Лакеи распахнули высоченные двери перед отрядом. Никто не обратил на меня внимания. Все демоны беспрепятственно вышли на улицу, а я чуть не сломала себе нос, налетев на невидимую стену, которая, как пружина, оттолкнула меня назад на целый метр. Нет… Вот черт! Пришлось развернуться и быстренько скрыться из холла, потому как лакеи начали бросать на меня слишком подозрительные взгляды.

Я вернулась на свое место, то есть на место постового стража, чью личину позаимствовала, вытянулась по струнке, стерла кровь, пошедшую из носа от удара о магическую преграду, и стала думать.

План «Б» с треском провалился, как и план «А». Дворец мне не покинуть! Ни на своих ногах, ни с помощью портала, ни с помощью архидемоницы. Я привязана к этому проклятому рассаднику зла! Каким будет план «В»?

— В подземелье нужно отправить больше стражей! — донесся до меня приглушенный голос Тимуэля из зала телепортации.

Я аж вздрогнула, не ожидая его услышать.

Тимуэль вернулся во дворец… Он уже здесь… И он наверняка меня ищет… А что, если он увидит меня под личиной? Нет’ Не увидит. Тимуэль узнал меня под личиной Хелен только потому, что в оппозиции есть предатель, который обо всем ему докладывал. Я думаю, что предателем является техник, хотя совсем в этом не уверена и очень надеюсь, что ошибаюсь, ведь техник мне нравился. Но только он мог взломать мой имплант и дать к нему доступ Тимуэлю, чтобы архидемон превратил меня в подконтрольную марионетку. Сейчас же техника поблизости нет, так что Тимуэль не должен узнать меня под личиной стража.

— И необходимо усилить магическую защиту. — Голос Тимуэля стал ближе. — Врагов нельзя недооценивать.

Он идет сюда! В этот коридор! Прямо ко мне!

Я приготовилась изображать статую. Главное, дышать ровно и не паниковать. Я простой страж! Неприметный низший демон, совсем не вызывающий интереса! Никчемный и маленький’ Маленький и никчемный!

— И желательно еще энергетическую защиту наложить поверх магической. — Тимуэль появился в коридоре в сопровождении трех командоров дворцовой стражи и одного безликого. — Но не переборщите. Император очень расстроится, если охотник подохнет раньше времени от воздействия агрессивной магии. Казнь должна состояться вовремя.

У меня глаз дернулся. Какой еще охотник? Надеюсь, не тот, о котором я подумала?

— Как прикажете, господин, — почтительно кивнул один из командоров. — Усилим магическую защиту подземелья, а также увеличим количество стражей и проследим, чтобы охотник дожил до утра.

— Отлично. — Тимуэль поравнялся со мной, но даже не взглянул на меня, прошел дальше и вскоре скрылся в холле. Уже издалека я услышала его вопрос. — Как вы допустили побег Ады и что планируете предпринять для ее возвращения?

Слова командоров разобрать не получилось, они слишком удалились от меня.

Я выдохнула, но напряжение не ушло. О каком охотнике говорил Тимуэль? Я знаю лишь одного охотника, но Ройз бы никогда не позволил себя пленить, если только его не застали врасплох. Даже думать не хочу, что архидемоны поймали именно Ройза и собираются его казнить. Этого не может быть! Просто не может быть! Нет! А вдруг может? У меня внутри все похолодело.

«Ройз?» — мысленно позвала я. Если он во дворце, то энергозащита не помешает мне выйти с ним на связь. — «Ройз, ты меня слышишь?» — с опаской спросила я, но мне никто не ответил, да и энергии охотника я по-прежнему не ощущала. Значит, его здесь нет и архидемоны схватили кого-то другого. Ну точно! В новостях же говорили, что раса высокородных охотников признана опасной наравне с вампирами, поэтому подлежит немедленному уничтожению.

 Я немного успокоилась, поняв, что Ройза во дворце нет, и снова начала думать, как мне сбежать, а вернее, избавиться от чар Тимуэля, которые не позволяют мне покинуть территорию дворца, но на душе стало тяжело. Сперва я не придала этому значения, мне ведь и правда было тяжело, а душе моей тем более, но затем меня накрыли эмоции, резко и внезапно, прямо захлестнули с головой: режущая душу боль, отвращение к себе, раскаяние, ненависть, ярость и снова боль, вьющаяся вокруг сердца как змея, удушающая, голодная, пожирающая. Я покачнулась. Это не мои эмоции! Не мои! А единственное существо, чьи эмоции у меня получалось перенимать даже на большом расстоянии — это Ройз.

В глазах потемнело от ужаса.

Через энергозащиту его эмоции я бы ни за что не смогла почувствовать, так что есть небольшая, крохотная вероятность, построенная на догадках, что Ройз и правда во дворце, но наша ментальная связь по какой-то причине не работает. Может, он разорвал клятву верности? Или умирает? Я помню, что не чувствовала его, пока он был в коме после аварии.

Я бегло осмотрелась, убедилась, что никого поблизости нет, подкралась к тайному проходу, открыла его и юркнула в лабиринт.

Если охотника (Не Ройза, черт возьми! Какого-нибудь другого охотника!) держат в том же подземелье, где держали меня после дня Сопряжения, то я знаю, как туда попасть. Но вот как охотника оттуда вытащить, учитывая усиленную охрану, о которой говорил Тимуэль? Этого я не знаю.

Используя потайные пути, я быстро добралась до северной части дворца, чтобы ни с кем лишний раз не встречаться и не объяснять, почему я покинула свой пост, но перед спуском в подземелье из лабиринта пришлось выйти. Потайные пути под землю не ведут.

Спуск был долгим. По ступеням я фактически бежала, стараясь как можно быстрее оказаться внизу. Сердце неприятно ныло, предчувствуя неприятности, но я старалась сохранять оптимизм, чтобы не паниковать. Правда, от оптимизма мало что осталось, когда я увидела количество стражей, охраняющих вход в темницу.

Шестеро демонов стояли в ряд с огнестрельными винтовками, перед ними трое илькаров с магическими копьями и несколько невидимых безликих, создающих колебания воздуха. И еще двое младших архидемонов, вроде бы один сын Кларэля, а второй — Тимуэля.

Дело явно серьезное, раз даже архидемоны здесь.

И ко всему прочему вход в темницу был опечатан магией. Даже стены почернели от вкаченной в них охранной энергии. Если я туда зайду, то не факт, что смогу выйти. Поглотить охранную магию не получится — сдохну от интоксикации. Слишком много всяких заклинаний намешано, в том числе архидемонских — нити их заклинаний блестят по-особенному.

Пока я шла к темнице по коридору, судорожно пыталась придумать, что сказать стражам и как убедить их приопустить меня внутрь, готовясь к тому, что придется много врать и изворачиваться ужом, но на деле все оказалось куда проще. Меня там уже ждали…

— Тебя прислал Тимуэль? — как только я приблизилась, спросил один из архидемонов, как раз таки сын Тимуэля — его глаза горели огнем.

— Так точно, — я поклонилась перед членами правящей семьи, — господин Тимуэль прислал меня для усиления защиты.

 — Где остальные? — хмуро поинтересовался сын Кларэля.

— Скоро прибудут, — соврала я с глубочайшим почтением.

Архидемоны кивнули, поверив мне. Ну еще бы! Они ждали стража, и вот страж пришел. Как же я вовремя!

— Заходи.

Архидемоны отступили, пропуская меня внутрь. Демоны и илькары последовали их примеру и тоже позволили мне беспрепятственно проникнуть в темницу.

Я сделала несколько шагов вперед и толкнула массивную дверь из бронированной стали, магии и черных кристаллов. Дверь со скрипом поддалась и медленно приоткрылась. В нос тут же ударил запах свежей крови и плесени. Кожа покрылась мурашками от минусовой температуры. Уши резанул свист хлыста, а следом презрительный голос императора:

— Не лги мне, мерзкая полукровка! — Кларэль здесь. И он кого-то пытает. — To, что архидемонам не доступны воспоминания и мысли высокородных, не означает, что я не замечаю, когда ты мне лжешь.

Я переступила через порог и увидела напряженную спину Кларэля, длинный хлыст в его руке, стражей, стоящих у стены с оружием, и натянутые цепи, на которых висел… О боже! На цепях висел Ройз…

Я чуть не задохнулась от боли, когда поняла, что это и правда он. Избитый до полусмерти, окровавленный, едва живой, сам на себя не похожий. Ройз был растянут на цепях так, что едва ли мог пошевелить даже пальцами. В одних штанах, босой, с голым торсом. Все его тело покрывали глубокие раны, уже засохшие и свежие, кроваво-синие следы от хлыста, когтей и клыков.

Его пытали…

Его убивали…

 И очень успешно, потому что он с трудом дышал и уже не поднимал опущенной головы.

Он умирал…

С моих губ чуть не сорвалось глухое: «Ройз…» Глаза защипали слезы. Я чудом не закричала и не бросилась к нему, не достала пистолет и не пристрелила садиста- императора. Я вовремя одернула себя и встала у стены рядом с другими стражами.

Все они следили за оппозиционером и с нескрываемым удовольствием наблюдали за пытками.

— Ты — худшее, Райвен, что случалось с демонами! Самое большое разочарование в моей жизни! — прошипел Кларэль, обходя охотника по кругу. — Я такие надежды на тебя возлагал! Такие великие планы строил! Высокородный охотник на службе императора! Вместе мы смогли бы добиться невероятного прогресса! Я даже был готов поступиться своими принципами и восстановить тебя в должности, а ты… — архидемон скривился, — разочарование. Я не люблю, когда меня разочаровывают. Оппозиция, клиника, помогающая людишкам, моя испорченная тобой дочь… Ты настоящая заноза, Райвен. А занозы следует удалять.

Хлыст взлетел в воздух и со свистом ударил охотника по лицу, оставляя кровавые борозды на уже изуродованной коже.

У меня перехватило дыхание. Я представила, как выхватываю этот дурацкий хлыст у Кларэля и вырываю его сердце механической рукой. Но смысла в этом было бы немного. Умрет Кларэль, умрет и Ройз, и еще несколько миллионов существ.

Охотник поморщился, но больше никак не отреагировал на удар, достойно переживая пытку, не показывая свою боль и страх.

— Даю тебе последний шанс, выродок. — Император обхватил когтистыми пальцами подбородок Ройза и вздернул его голову вверх, вынуждая открыть глаза. — Скажи, где прячется Инари Йорт, и я оставлю твою расу в покое. Или не говори, и тогда я сотру с лица земли всех высокородных охотников и охотниц. Целая раса вымрет из-за твоей несговорчивости.

Ройз открыл потускневшие глаза, одарил Кларэля пугающим безразличием и снова их закрыл, не произнося ни слова.

Архидемону это явно не понравилось, и он хлестнул охотника плетью еще раз, но уже по груди, где и так не было живого места. Ройз сжал зубы, чуть слышно застонал.

Я украдкой покосилась на стражей, стараясь придумать, что делать дальше и как помочь Ройзу, при этом не погубив нас обоих… но ответ был очевиден — никак! В подземелье около трех десятков стражей, за дверьми стоит еще один десяток и архидемоны. Я не успею добежать до Ройза, не успею остановить Кларэля, меня мгновенно убьют, а затем и его. Значит, нужно дождаться, когда Кларэль уйдет, и уже тогда действовать.

— Завтра тебя казнят на Центральной площади как изменника. — Архидемон презрительно фыркнул, осматривая свое творение… кровоточащее тело сильнейшего существа, которого я знала, не способного регенерировать из-за огромного количества травм. Мне казалось, что у него даже ребра сломаны. — Надеюсь, твои друзья захотят помешать казни? — Кларэль самодовольно улыбнулся. — О, скорее всего! Мы сделаем из тебя приманку, Райвен. И если повезет, то выманим Йорта из укрытия, а если нет, — император пожал плечами, — то я чудесно проведу время, слушая твои предсмертные хрипы. В любом случае я останусь в плюсе, а ты подохнешь с петлей на шее. И о твоей позорной смерти будет знать вся империя.

Кларэль стеганул охотника плетью и засмеялся, услышав его яростное рычание, с наслаждением хлестнул по ногам и со всей силы по спине. Ройз повис на цепях. Капли крови побежали по его лицу из открытых ран, стекая на пол. Я не могла на это смотреть, но я должна была, чтобы не раскрыть свою личность, ведь остальные стражи молчаливо наслаждались представлением. Такие же подонки, как и архидемоны!

— На этом твоя история жизни окончена, мой дорогой друг, — злобно прошептал Кларэль на ухо высокородному, но Ройз… он вряд ли его слышал, вряд ли он вообще был в сознании. — Да простит Луна твою душу, да смоет лунный свет твои грехи.

Император отбросил хлыст и направился к выходу, приказав стражам:

— Глаз с него не сводите. Если одумается и решит заговорить, сразу же сообщите.

Все стражи слаженно поклонились, и я в их числе.

Кларэль толкнул дверь, на ходу стряхивая кровь со своих поганых рук, и уже почти ушел, как вдруг случилось нечто страшное, что заставило его остановиться.

Личина демона слетела с меня, открывая истинное лицо!

Процесс трансформации запустился резко и внезапно, без моего участия и согласия. Я даже не сразу поняла, что происходит и почему в коже появились странные покалывания, но потом волнообразный жар пробежал по телу и кости захрустели, перестраиваясь.

Кларэль затормозил у выхода, как только услышал хруст.

— Это что еще такое?! — в его вопросе звучало искреннее недоумение, жуткое раздражение и полное непонимание.

 Co всех сторон ко мне ринулись стражи.

— Нет! — закричал Кларэль. — Не стреляйте в него! Подождите.

Это плохо! Очень плохо! Смертельно плохо!

Я упала на колени, пока мои мышцы бугрились под кожей, сокращались и изменялись. В голове закружились тысячи мыслей. Что делать? Меня сейчас убьют. Как теперь помочь Ройзу? Его тоже убьют. Как выкручиваться? Я ни разу не слышала, чтобы краймер внезапно терял личину. Так не бывает! Почему это произошло со мной? И почему это произошло именно сейчас на глазах у Кларэля, округлившихся от удивления?

Гадать долго не пришлось. Виновник моих бед даже и не думал скрываться!

«Я был так добр к тебе, линиар, а ты меня серьезно подставила!» — ворвался в сознание недовольный голос Тимуэля. — «Что ж… Теперь ты сама по себе. Больше я помогать не стану».

Я аж зашипела, но вовсе не от боли, хотя от нее даже звон в ушах появился (насильственная трансформация из мужского тела в женское — это не шутки), я зашипела от неописуемой ярости. Тимуэль! Этот урод сорвал с меня личину! Выждал самый паршивый момент и сорвал в наказание за устроенный беспорядок на восьмидесятом этаже, за побег Ады и за несколько десятков свежих трупов его доверенных! Как он это сделал? Да очень просто, так же, как и раньше манипулировал моим телом!

— ТЫ!!! — в бешенстве закричал Кларэль, когда трансформация завершилась и я предстала перед ним в своем истинном обличии. — Опять ТЫ, краймерская дрянь! Я дал тебе шанс на жизнь во дворце под покровительством моего брата, а ты решила плюнуть мне в лицо и устроить саботаж? — Император оскалился, его лицо изменилось, рот превратился в пасть, сверкнули сотни клыков. — Пришла пора с тобой покончить.

Архидемон стремительно бросился на меня, но я успела отпрыгнуть в сторону и даже успела взглянуть на Ройза, понимая, что это последние минуты моей жизни… или последние секунды. Я загнала себя в ловушку, в замкнутое помещение без потайных путей и с одним выходом, прямо в лапы лучших вооруженных воинов дворца и в объятия к Кларэлю.

Ройз по-прежнему висел на цепях без сознания, никак не реагируя на происходящее и даже не подозревая, что я здесь, рядом с ним. Мне бы очень многое хотелось ему сказать, очень многим с ним поделиться… Он должен знать, что наша встреча стала лучшим событием в моей жизни, что он научил меня чувствовать и любить, избавил от пустоты в душе и отчужденности. Ведь если вспомнить, что у меня было до встречи с Ройзом? Ненависть и жажда мести, разрушающая меня. И больше ничего! У меня ничего не было! А потом появились планы, желание начать жизнь с чистого листа, полноценную жизнь, а не ее черно-белое подобие, появилась вера в то, что все наладится, появились светлые эмоции и надежды. Ройз изменил меня, хотя я уверена, что он этого никогда не планировал, и подарил мне то, что другим краймерам и не снилось — любовь. Краймерам любовь недоступна, но Ройз помог мне к ней прикоснуться. Жаль только, что у нас было слишком мало времени и всего один поцелуй.

— Прости, Ройз, — только и успела сказать ему на прощание, пусть даже он меня и не слышал, — я очень пыталась нас спасти…

Какой-то страж оглушил меня сзади, ударив по голове чем-то тяжелым, и я упала на пол с разбитым затылком и диким головокружением. Архидемон поднял хлыст, которым еще недавно пытал охотника, и с остервенением хлестнул меня по лицу.

— Надо было сразу убить тебя, мерзкое порождение Тьмы! — процедил Кларэль сквозь сотню заостренных клыков, склоняясь надо мной с жутким оскалом. — Последователям лжебогов в этом мире места нет. От вас одни проблемы!

Я попробовала встать, и Кларэль даже позволил мне это сделать, но следующий удар хлыста пришелся по ногам, разрывая ткань штанов, раня плоть, обжигая кости.

Я завыла, снова падая на пол, и больше подняться уже не смогла.

Хлыст рассекал воздух вновь и вновь. Кларэль не останавливался, он целенаправленно забивал меня насмерть. Я старалась бороться до последнего, сопротивлялась, пока были силы. Но даже если мне удавалось создать пульсар, то тут же подключались стражи и били меня небольшим разрядом тока.

Вскоре я начала просто кричать от боли. Сил на сопротивление не осталось. Это было слишком… Хлыст не просто ранил плоть, он дробил кости.

Через минуту мои крики стали хриплыми и тихими. Моя магия ослабла, тело плавилось от жара, горло щипало. Пол подо мной стал скользким от крови.

— Передавай «привет» своей обожествляемой Тьме! — презрительно фыркнул Кларэль и хлестнул меня с такой силой, что мир вокруг мгновенно погас…

 ***

Ройз ри Райвен. Дворец Власти.

Ройз пришел ко двору и позволил имперским стражам себя пленить, не желая повторять события шестилетней давности, когда все его близкие познали лунные пытки и смерть только потому, что он не захотел преклонить колени. Почти все его друзья тогда были сожжены заживо, женщины, которые когда-то были с ним близки, изнасилованы и расчленены, Ада заключена под стражу на несколько столетий.

Теперь архидемоны обещали убить всех бывших работников и пациентов Святой Иоланы, всех охотников, всех знакомых Ройза. Он не сомневался, что Кларэль сдержит обещание, ведь архидемоны любят убивать, поэтому не стал выбирать между своей разрушенной жизнью и жизнями тех, кто умрет за него. Возможно, будь у Ройза семья, он бы поступил иначе, но у него никого не было.

Ройз добровольно сдался архидемонам.

Его пытали целые сутки, поили зельями правды, избивали, рвали на части, хлестали плетью, снимали кожу, снова наращивали и опять снимали. Младшие архидемоны под присмотром Кларэля за несколько часов непрерывных пыток довели охотника до состояния, в котором регенерация была просто невозможна. Ройз не сопротивлялся. Не пытался сражаться или сбежать. Он разрешил заковать себя в цепи и надеть блокирующие магию путы. Ройз чувствовал физическую боль — она была изнуряющей, дикой и мучительной… но душевная боль была сильнее. Пока архидемоны бороздили его лицо когтями и хлыстом, пропитанным ядом, украшали шею укусами, пили кровь, потрошили сознание лунной магией и ломали кости, он думал лишь о том, что Лиану могли истязать точно так же. И боль от этих мыслей была куда жестче ударов хлыста.

Кларэль хотел узнать у Ройза лишь одно, где скрываются оппозиционеры, но при этом ни в какую не хотел слышать правду. У Кларэля была своя правда, которую он узнал из воспоминаний Лианы, и другая правда его не интересовала.

Ройз сказал ему, что в оппозиции на самом деле намного меньше существ, чем он думает, что Инари Йорт не лидер, но Кларэль не поверил. У охотника нельзя изъять память и считать мысли, поэтому архидемоны решили, что Ройз сдался специально, дабы запутать их, внушить ложную информацию, посеять зерно сомнения.

Когда Кларэлю надоело видеть безразличное лицо охотника, апатично относящегося к самым изощренным пыткам, он попросил Тимуэля заняться подготовкой к казни.

По итогу Ройз не рассказал архидемонам ничего важного, не выдал имена истинных оппозиционеров, не сообщил о месторасположении портала, ведущего в межпространство, и даже не заикнулся о Винкеле. Он просто ждал, когда все закончится. И постепенно все действительно стало заканчиваться… Мысли начали путаться, реальность растворяться в холодной пустоте, боль превращаться в предсмертную агонию. Ройз терял сознание и приходил в себя от ударов хлыста, ненадолго задерживался в отвратительной реальности, а после снова проваливался в желанную бездну, где не чувствовал боли и вины, где просто исчезал.

«Прости Ройз…»

Образ Лианы всплыл перед глазами. Ее голос, ее бездонный взгляд, ее тонкие губы. Девчонка нашла его даже в бездне мучительной смерти. Ройз усмехнулся. Он был согласен умереть с ее образом, сотканным из воспоминаний и жгучего желания услышать ее голос хотя бы еще один раз.

 И он услышал.

«Прости Ройз…» — снова донеслись до него эти слова, просочились сквозь темноту и толстые стены сознания. Охотник не понимал, за что Лиана могла просить у него прощения, это он должен был молить ее о прощении, а не наоборот.

Разозлившись на себя, Ройз очнулся, вынырнул из бездны… и в ту же секунду услышал женский крик — отчетливый, заставляющий сердце биться чаще.

Реальным ли был этот крик или всего лишь обманкой воспаленного сознания? Ройз не знал. Предсмертные галлюцинации дело обычное. И все же он разлепил глаза, проморгался, с усилием сконцентрировал расплывчатый взгляд на отвратной роже императора. Кларэль скалился, зловеще улыбался, снова и снова хлестал кого-то плетью. Ройз сместил взгляд на бедолагу, который попал под горячую руку архидемона и… решил, что у него начался бред. Сквозь мутную пелену он увидел Лиану. Она ползла по полу вся в крови, упорно пытаясь избежать встречи с хлыстом, но хлыст без труда ее настигал. Еще несколько секунд Ройз в ступоре смотрел на нее, не веря своим глазам. Он не чувствовал Лиану несколько дней, не ощущал уз клятвы, поэтому резонно считал, что она мертва, но сейчас… он видел ее или женщину, очень похожу на нее, и не знал, во что верить.

— Я изведу всех последователей Тьмы из этого мира и начну с тебя! — едкий, как кислота, голос Кларэля пробудил в охотнике зверя. Ройз перестал чувствовать боль, он дернул цепи, посмотрел наверх, увидел, за что они крепятся, и дернул их еще раз, намереваясь вырвать цепи вместе с креплением из камня.

За криками Лианы (в реальности которой Ройз по-прежнему сомневался), свистом хлыста и хохотом Кларэля никто не слышал звона цепей. Стражи отвлеклись — шакалы, которых взбудоражили кровь и насилие!

***

На короткий миг я потеряла сознание от оглушающей боли, но быстро пришла в себя — видимо, слишком сильно хотела жить — и увидела, как верховный монстр снова подготавливает хлыст, намереваясь меня прикончить.

— А ты живучая, — с удивлением протянул Кларэль, перехватил хлыст поудобнее и замахнулся для решающего удара.

Но ударить он меня не успел…

Цепи обмотали его мощную глотку. Кто-то накинул на архидемона удавку со спины.

— Папочка не научил тебя, что женщин бить нельзя? — прошипел разъяренный охотник ему на ухо и в следующее мгновение это ухо откусил под корень.

Ройз! Он жив! Он в сознании! Я тут же забыла и о боли, и о кровавом месиве вместо своего тела. И даже вскочила на ноги, хотя, кажется, в костях образовались трещины.

Кларэль заорал так, что задрожали стены, подземелье пришло в движение, все стражи ринулись на пленника, дверь распахнулась, в темницу ворвались младшие архидемоны, и раздались выстрелы. Я успела добежать до Ройза, даже успела обнять его, почувствовать его руки на своем теле и услышать его полный мучительной боли вздох «Ox, Лиана…», а потом нас изрешетили дротиками с убийственной дозой снотворного, хотя сперва мне показалось, что стреляют в нас обычными свинцовыми пулями.

Я прижалась к израненной груди любимого мужчины. Ноги тут же подогнулись, тело ослабело, глаза закрылись против воли. Последнее, что я запомнила, прежде чем окончательно растворилась в тумане, это рык Кларэля:

— Бросьте их в клетку! Казним обоих.