Глава 50

Илье не повезло, Кира спала. Или, наоборот, повезло? Удалось избежать объяснений и расспросов. И можно просто сидеть рядом и воображать, что между ними все хорошо.

Илья мог притворяться, что все в порядке, пока к Кире не вернулась память, но не собрался ее обманывать. Однако лучше бы поговорить обо всем завтра, когда рядом не будет ее матери, да и у врача нужно уточнить, можно ли так волновать Киру. Может, счастливое неведение полезнее для ее здоровья.

К сожалению, Кира уснула, отвернувшись к стене и натянув одеяло на нос, и Илья не мог видеть ее лица. Он слушал мерное дыхание и вспоминал такую короткую и такую насыщенную историю их отношений. Месяц с небольшим — и этой удивительной девушке удалось перевернуть его жизнь, вытряхнуть его из привычных рамок, заставить поверить в то, что, по мнению Ильи, существовало лишь в воображении юных романтических барышень. И не просто поверить — признать и мучиться оттого, что его признание уже запоздало, и сделанного невозможно исправить.

— Кира, я люблю тебя, — внезапно произнес он вслух.

Она не проснулась, но Илья продолжил:

— Возможно, при нашей следующей встрече ты уже не захочешь меня слушать… Ты и сейчас не слышишь. Но я хотя бы могу произнести это. Я люблю тебя, Кира. Кира-а-а…

Он не сразу заметил, что плачет, а когда понял — сердито вытер слезы и с силой надавил на переносицу. Как оказалось, вовремя. В палату вернулась мать Киры.

— Поговорили? — шепотом спросила она.

— Нет. Она спит, — ответил Илья. — Если спросит, скажите, что я был, и что вернусь завтра.

Он наклонился, поцеловал Киру в макушку и ушел искать врача.

В отделении его скорее принимали за бывшего пациента, чем за надоедливого родственника, поэтому одна из медсестер велела ему сидеть и ждать, и сама привела Константина Николаевича. Он не рассердился. Видимо, Римма уже успела предупредить его насчет Ильи.

— Думаю, вам стоит поговорить с Кирой, — ответил он на вопрос. — Сейчас она получает седативные препараты, и новости не станут для нее стрессом. Заодно, возможно, и память вернется. Пусть уж лучше все произойдет под нашим наблюдением. Кира, конечно, не профильная больная, но я оставлю ее здесь.

Из больницы Илья поехал в студию. Если бы он мог, то отменил бы съемки, но Семен вчера и так совершил невозможное, прикрывая его отсутствие. Сегодняшнюю фотосессию Илья должен отработать сам. Радовало одно — она была частной и, следовательно, короткой.

Команда уже знала, что произошло с Кирой. Илью встретили подчеркнуто вежливо, интересовались Кириным здоровьем, но он чувствовал неодобрение и осуждение и во взглядах, и даже в жестах. Антон в студии не появился, прислал вместо себя друга. Илья с горечью подумал, что пока не сделал ничего, чтобы выполнить обещание.

После работы он позвонил Антону.

— Ты где?

— У Сержа. Как Кира?

— Лучше. А с голосом что?

— Я все рассказал.

— А, понятно… И что?

— Дай сюда! — Илья услышал рык Сергея, отбирающего телефон у Антона. — Илья, как раз собирался тебе звонить. Встретиться бы.

— Я в студии.

— Мы сейчас приедем.

Антон, конечно, был прав. В паре, где отношения основаны на доверии, очень тяжело — практически невозможно — простить партнера, который скрывает что-то важное. К тому же из-за трусости Антона пострадал человек. Но если Дом берет на себя ответственность за саба, он не может бросить его на произвол судьбы. Поэтому Сергей, хоть и испытывал злость и разочарование, примчался обсудить с Ильей, как правильнее построить разговор с Ланой.

Оказалось, Антон собирал материалы, которыми ее можно было шантажировать: фотографии и телефонные разговоры, ставящие под удар карьеру модели.

— Радует, что ты хотя бы строил такие планы, — одобрительно буркнул Сергей.

— Ехать нужно сейчас, Лана уже могла услышать о Кире, — сказал Илья. — Попробую вызвонить Пашку с его охранниками, лишними не будут. Антон, ты можешь выяснить, где она? Только не спугни.

— Она дома, собирается в ночной клуб, — доложил Антон через пять минут. — Попросила меня подъехать, уложить ей волосы.

— Отлично, поехали.

Детали обговаривали в машине. По-хорошему, наказать Лану, как она этого заслуживала, не получалось. Связываться с криминалом никто не хотел. Жизнь Антона нужно выкупать, и, к счастью, у них имелось то, что можно было выставить на торги.

— И чего так до-о-олго… — капризно протянула Лана, открывая дверь.

И тут же взвизгнула и попятилась, увидев мужчин. Пашка, Сергей, Илья и еще два амбала из Пашкиной службы охраны. Тут кто угодно испугается, а Лана сразу поняла, зачем к ней явилась такая внушительная делегация.

— Мерзавец, — прошипела она, обращаясь к Антону. — Ничего, недолго тебе…

— Полегче на поворотах, детка, — оборвал ее Сергей. — Ты не в том положении, чтобы угрожать.

— Ой, а что вы мне сделаете? — вскинулась Лана. — Убьете? Я буду кричать! У меня соседи! И видеокамера на входе. Вас всех посадят!

— Вот еще, руки марать о такую дрянь… — пробурчал Пашка. — Прекрати истерику. Иди в комнату, поговорим.

Сообразив, что мужчины пришли не ради мести, а для переговоров, Лана быстро успокоилась. Первым делом у нее отобрали телефон, чтобы не рисковать: она вполне могла улизнуть и запереться где-нибудь в ванной, чтобы позвонить своему дружку-бандиту. Переговоры взялся вести Сергей, как самое заинтересованное лицо. Пашка сказал, что ему проще подвесить Лану на крючок и полосками снимать с нее кожу. Причем в его устах это звучало вовсе не как метафора. Илья же вполне понимал желание Сергея исправить то, что натворил его саб, да и самого саба спасти от бандитских разборок.

— Так это был твой план, детка?

Лану подбросило от такого обращения. «Детка» прозвучало как небезызвестное слово на букву «б», с соответствующей интонацией.

— Нет, его, — она криво улыбнулась и показала на Антона. — Моя вина лишь в том, что я влюбилась. Да-да, не надо на меня так смотреть! Я полюбила Илью с первого взгляда. Это же не преступление?!

— Преступление — это методы, которыми ты пользовалась, чтобы добиться желаемого.

— Неправда! Я… я… делала то, что могла. Я даже пришла в эту вашу… Тему! А потом… потом… я попросила у Антона помощи, и он придумал этот чудовищный план… — Лана закрыла лицо руками и зарыдала.

— Два балла, — сказал Илья.

— Что?.. — она посмотрела на него, размазывая по щекам слезы и потекшую тушь.

— Два балла за актерское мастерство, — пояснил он и отвернулся.

— Может, все же по заднице для начала? — не выдержал Пашка. — Мальчики подержат.

— И хочется тебе лупить эту лживую задницу? — процедил Илья.

— Разве что для общего дела.

— Эй, мы вообще-то обо мне разговариваем? — возмутилась Лана.

— О тебе, детка, о тебе, — повернулся к ней Сергей. — Видишь ли, мы не собираемся выяснять, кто виноват. Мы это знаем. Думаю, ты понимаешь, детка, что такие суровые и влиятельные дяди, как мы, — он взмахнул рукой, указывая на присутствующих, — вполне можем сделать так, что тебя не то что в Москве, в любом провинциальном городишке никто не возьмет на работу. И никакие бандиты не помогут.

— Можно подумать, вы этого не сделаете… — раздраженно ответила Лана. — Ничего, Антошенька за все ответит!

Теперь она напоминала шипящую змею — еще немного, и бросится. И яд уже капает с раздвоенного языка.

— Как вариант, — неожиданно для нее согласился Сергей. — Но есть и другой, выгодный и тебе, и нам.

— Это какой же? — насторожилась Лана.

— Жизнь этого балбеса, — он кивнул в сторону Антона, — в обмен на твою карьеру. С рядом условий, конечно же. Первое — и ты, и мы отказываемся от мести.

— Второе — ты возвращаешь Антону все долговые расписки, — добавил Пашка.

— Третье — я никогда с тобой не работаю, — произнес Илья.

— Так много вам и так мало мне? — Лана приподняла бровь и усмехнулась. — А деньги?

— Мало? — удивился Сергей. — Детка, ты продолжаешь работать моделью. Лично тебе Антон никаких денег не должен, он свою часть сделки давно выполнил. Ты принимаешь наши условия и продолжаешь блистать на подиуме и в журналах мод. Ты не принимаешь наши условия, и в один прекрасный день тебя находят в подмосковном лесу с переломанными ногами. Или, допустим, темной ночью некто выливает на твое милое личико кислоту. Ты все еще считаешь, что наше предложение не выгодно?

— Черт, звучит убедительно… — Лана облизала губы. — А гарантии?

— А в качестве гарантии ты кое-что нам напишешь. И если с Антоном что-нибудь случиться, то мы отнесем твою записочку в соответствующие органы.

— Да-а-а? — насмешливо протянула она. — А где мои гарантии?

— Тебе придется поверить нам на слово. Лана, не дури. Ты прекрасно знаешь, что облажалась. И мы, фактически, отпускаем тебя без наказания.

— Из-за своего сладкого мальчика?

— Из-за моего сладкого мальчика, — покорно согласился Сергей. — Илья вправе требовать большего, но он согласился забыть о твоем существовании. Тоже ради моего сладкого мальчика. Ты долго еще будешь ломаться?

Как они и рассчитывали, Лана поверила в угрозы и согласилась на все условия. Илья думал, что ему будет невыносимо больно отпускать Лану без наказания за зло, которое она причинила Кире, но отчего-то испытывал только облегчение. Им удалось освободить из долговой кабалы Антона, и все же в первую очередь это человек, а уж потом чей-то саб и предавший друг. И потом, он сам обошелся с Кирой куда жестче Ланы.

— А ну-ка, выйди из машины, нам нужно поговорить, — велел Сергей Антону, когда все уже было позади.

Пашка с охранниками уехал первым, а Антон на машине Сергея довез Илью до дома.

— Может, поднимемся ко мне? — предложил Илья.

— Нет, поздно уже. Тебе самому отдых нужен. Я недолго… — он помолчал, потом вздохнул и спросил:

— Как я могу возместить то, что сделал Антон? Мы с ним, безусловно, расстанемся, но прежде мне бы хотелось как-то… Все же это и моя ответственность тоже.

— Прости его, — ответил Илья.

— Что? — растерялся Сергей.

— Прости его, Серж. А если любишь — не гони. Он виноват, бесспорно. Но, видишь ли… Мы с ним сейчас в одном положении. Он предал Топа, я предал саба.

— Не говори глупости, это не одно и то же…

— Одно и то же, — жестко произнес Илья. — И я даже поступил хуже, чем он. Антон мальчишка, он ошибся, думал, сможет сам решить проблему, завяз еще глубже, испугался… Но ему достало мужества во всем признаться самому. Мы вместе с ним искали Киру по моргам, и, поверь, самое страшное наказание он уже получил. А я, взрослый и опытный человек, оттолкнул девочку, которая доверила мне себя, подверг ее жизнь опасности. И теперь умираю от страха, что потерял ее навсегда.

— Я тебя понял, — задумчиво произнес Сергей. — И я подумаю. Проводить тебя до квартиры?

— Пусть Антон проводит, мне надо сказать ему пару слов.

Антон помог Илье благополучно миновать скользкие места, подняться по лестнице к лифту и открыть дверь.

— Спасибо, Илья Сергеевич. И простите…

Голос у Антона дрогнул, и Илья услышал судорожный всхлип.

— Самое время, — хмыкнул Илья. — Не реви, жалеть не буду. Но прощаю, я же уже говорил. Завтра чтобы был на работе.

— Я не могу… там все…

— Смотрят и осуждают? Ничего, переживешь. На меня тоже так смотрят, так что нас будет двое. Завтра на работе! Все понятно?

— Да. Илья Сергеевич…

— Ну что еще?

— Можно мне завтра с утра навестить Киру? Я бы хотел с ней поговорить. Извиниться… если ей можно…

— Врач сказал, можно. Хорошо, приходи. Как я могу запретить?

— Спасибо!

— Иди уже, а? Я сейчас прямо на пороге упаду.

— Давайте, я вам…

— Иди, Антон! Тебя Серж ждет.

— Он уехал…

— Не думаю. Поспеши.

Зайдя в квартиру, Илья все же подошел к окну. Сергей не уехал, как он и предполагал. В свете фонарей было видно, как Антон подошел к машине со стороны водителя, дверца приоткрылась — видимо, Серж что-то ему сказал, — Антон быстро юркнул на заднее сидение, и машина выехала с парковки.

Илья обнаружил, что улыбается. Наверное, чья-то задница сильно пострадает, но это пустяки по сравнению с тем, что могло бы быть.

А ему осталось дожить до завтра и узнать, что решит Кира.