Глава 21.1

- Пойдём, - тянет к выходу. А я смотрю на широкую спину в безукоризненно смотрящемся на ней пиджаке, на тёмные волосы и крепкую шею. И стараюсь запомнить каждую деталь, каждую отличительную черту. Я решила, что нужно просто расслабиться и наслаждаться моментом. Ведь он, как известно, неповторим.Будем новые мы. Будут новые встречи. Но никогда не повторится этот день, недавний поцелуй и нежность простого касания рук. И оттого хочется сделать эти ощущения ещё более яркими и запоминающимися.

- Герман, - притормаживаю и негромко мурлычу его имя. Рука, проворачивающая язычок замка, замирает, и Рыков медленно оборачивается, вскидывая на меня сосредоточенный, вопросительный взгляд. - Куда ты хочешь поехать?

- В «Бристоль». Там у меня всегда забронирован столик.

- Может не поедем никуда? Закажем что-нибудь и поедим здесь, в твоём кабинете?Рыков удивлённо вскидывает брови. Молчит, ощупывая взглядом и, видимо, пытаясь что-то прочесть на моём лице. При чём его рука продолжает держать мою, а подушечка большого пальца оставляет невидимые узоры на моей ладони.

- Если ты хочешь побыть наедине, то можешь не переживать. Столик - вип. Нас никто не побеспокоит, - уголок губы тянется вверх, а во взгляде разгорается голодное пламя. Ни секунды не может подумать о чём-то, кроме секса. Всё-таки ядрёная штука этот Хувалион.

Обречённо вздыхаю и качаю головой.

- Нет, я о другом. Мне не нравятся подобные пафосные места. Не хочу чувствовать себя не в своей тарелке.

- Не выдумывай. Я же сказал, что столик огорожен от остальных посетителей. И фактически мы будем там только вдвоём. Отметим наше знакомство. А потом поедем ко мне. Как тебе план?

- План неплохой, - смущаюсь. Нелегко признавать, что и сама до безумия хочу этого мужчину. Но вот произнести следующие слова ещё труднее. Всё-таки сказанные вслух, они звучат нелепей, чем даже в моей голове. - Но моя мама будет волноваться. Я, к тому же, телефон в клинике оставила. Она наверно уже напридумывала себе Бог весть чего.

- Хм, мама говоришь, - потирает указательным пальцем бороду. - Маш, а тебе сколько лет?

- Какая разница? - вот прям чувствую, как начинает булькать вскипающее раздражение. Но взгляд Германа - открытый, без намёка на сарказм, делает своё дело, и я бурчу в ответ. - Двадцать восемь.

- Машунь, ну так может ты позвонишь маме и скажешь, что останешься ночевать у своего парня? Да, кстати, и на все выходные. А в понедельник я так уж и быть верну тебя в целости и сохранности под крыло бдительной родительницы.

- Нет, что ты, - переполошенно машу руками и делаю страдальческое лицо. - Если узнает, что я без её одобрения с кем-то встречаюсь, то выест весь мозг.

И ведь действительно выест. Десертной ложечкой и с особой тщательностью. Не знает Герман мою мать, к счастью для него самого. Это не женщина, а мозговой короед. С богатым опытом в этом деле.

Но и я хороша. Ходячее невезение, которому неизвестно за какие заслуги свалилось на голову мускулистое чудо. И это даже не в канун Рождества.«И что же ты делаешь, Мария, чтобы удержать это чудо в своих руках? Продолжаешь показывать характер и следовать согласно маминым установкам. Браво!»Грёбаный мозг!- Мда, случай ещё более запущенный, чем я думал. Ладно, поступим иначе.Герман достаёт из кармана телефон и возвращается к столу. Делает несколько уверенных движений пальцем по экрану и прикладывает аппарат к уху.

Ой, не нравится мне его настрой. От слова «совсем». Что-то этот гений мысли уже задумал. Подхожу ближе. Пытаюсь понять по хитрющим глазам, что Рыков замыслил.

- Добрый день. Извините, не знаю ваше имя. Меня зовут Герман Юрьевич. Сегодня ваша дочь проходила собеседование на должность моего личного помощника. - Я замираю с вытаращенными глазами и открытым ртом. То есть он вот так просто берёт и звонит моей матери? Чёрт, я же сама брала у него телефон и не стёрла номер из списка набранных. Но у меня и мысли не возникло, что наглец может этим воспользоваться. - Да. Не сомневайтесь. Фирма довольно известная. Название? «СтройТрест».

Со скоростью струи из надломленного гидранта несусь к Рыкову и пытаюсь выдрать у него из рук телефон. Но тот также ловко и быстро уворачивается. Ещё и указательный палец выставляет вперёд, в который я влипаю лицом и застываю, слушая, о чём он продолжает говорить с матерью.

- Моя фамилия? Рыков Герман Юрьевич. Сколько лет? А зачем вам эта информация? Тридцать один. Послушайте, я собственно, позвонил вам сказать, что принял вашу дочь на должность помощника. И на выходные она уезжает со мной в командировку. Какой оклад? Сто двадцать тысяч. Вас такая сумма устраивает? Хорошо, тогда я передам Марии, чтобы она не волновалась о вас и спокойно исполняла свои трудовые обязанности. До свидания.

С довольным видом Герман возвращает телефон на прежнее место. Отнимает палец от моего лица. Обнимает одной рукой за талию и тянет к выходу. А я от возмущения даже рот забываю закрыть, что Рыковым тут же воспринимается, как приглашение к действию. Припадает к моим губам, как страждущий к стакану свежей воды. Жадно втягивает в себя. Исступленно работает языком. Моментально поднимая меня на одну геосферу ближе к космосу.Подлец, знает, как закрыть рот и избежать нагоняя. Знает все свои преимущества и активно пользуется ими. Стратег и великий мыслитель. Но на самом деле просто глупенький мальчик, который собрался тягаться с моим упрямством. Не зная, что эта ноша ему не под силу.

- Герман, ты зачем это сделал? – выпаливаю, как только он отстраняется. Одновременно выходим из кабинета и движемся к лифту.

- Ну, а ты как думаешь? – разоружает. Улыбкой, взглядом, особым Рыковским прищуром. Принуждает сдаться без сражения. Сложить оружие, загасить воинственный пыл. Только ведь это не про меня.

- Думаю, как обычно хочешь, чтобы всё было по-твоему, - ворчу в лучших традициях бабушек у подъезда.

- Возможно и это тоже. Но в основном потому, что хотел провести с тобой выходные. А затем, - наклоняется и касается губами волос, - и целую жизнь.Запрещённый приём. Однозначно. Но стоит признать, сражение я проиграла. С таким тембром и вибрационно-динамичными нотками в голосе, как у Германа, нужно аудиокниги озвучивать. Любовные романы с властными героями-любовниками или фэнтези про оборотней. Чтобы от одного прослушивания у женщин волосы на руках дыбом вставали. И не только на руках. Чтобы как у меня по всему телу пробегали волны ненасытного возбуждения. А бельё можно было снимать и к потолку подбрасывать. И оно точно бы прилипало.