Глава 5 Маша

Так, Машка, соображай, как выбираться из той каши, что заварила. Где была твоя хвалённая интуиция, когда ты сегодня летела на всех парусах в клинику и лелеяла мечту о баснословных заработках?

Заработала. Три короба неприятностей. И один из них сейчас гонится за тобой. Точнее даже не короб, а шкаф. Двухметровенький, сбитенький шкафчик. С накаченной антресолью и дубовым колом посередине. Который собирается тебя то ли прибить, то ли изнасиловать. А может и то и другое, и третье в придачу.

Я добежала до переулка и чуть не столкнулась с выруливающим из-за угла дома мужичком. Невысоким, но коренастым. В спортивном костюме и бейсболке.

Драгоценные секунды на отступление безвозвратно таяли, и от самца нас отделяли уже несчастные несколько шагов. Я спряталась у мужичка за спиной, вцепилась в ткань спортивного костюма и протараторила:

- Помогите, это маньяк. Он меня преследует. Помогите, пожалуйста!

Мужичок повернул голову, придирчиво осмотрел с ног до головы и спросил:

- Ты из больницы сбежала что ли?

- Из больницы, из больницы. Медсестра, не видите?

- Я то вижу, а почему халат порван?

- Но я же вам объясняю. Маньяк это. Перевозбуждённый, понимаете? Я ему лекарство вколола. По ошибке. А он теперь хочет отомстить. Отомстить, понимаете?

- Вообще ничего не понимаю, - нахмурился мужичок.

В это время подбежал самец, остановился напротив нас. Хитро подмигнул мне и елейным голосом пропел:

- Машенька, побегала и хватит. Пойдём в палату. Отдыхать пора.

Я раскрыла рот и перестала дышать. Мужичок нервно поглядывал то на меня, то на Рыкова. Видимо, совершенно перестав понимать, что происходит и что за люди его окружили? Я, честно говоря, тоже не особо представляла, какую игру затеял этот неандерталец. И напряжённо вглядывалась в его, вдруг ставшее приветливым, лицо.

А самец продолжил как ни в чём не бывало:

- Мужчина, вы бы отошли подальше. Пациентка всё-таки буйная. Халат своровала, а там, знаете, могут быть всякие колюще-режущие предметы. Да даже просто ножницы. Оно вам надо?

Мужичок округлил глаза до размера рефлектора и попятился от меня, как Хома от Панночки. Ткнулся задом в стену дома и дал дёру в том же направлении, откуда и пришёл.

- Ну ты и сволочь, Герман Юрьевич, - из всех эмоций во мне осталось лишь удивление. И оно просто зашкаливало. На ходу сочинить историю и мастерски сыграть роль невнимательного санитара, прошляпившего пациентку. У самца явный актёрский талант.

Я на время даже забыла, что вообще-то передо мной стоит тестостероновая бомба замедленного действия и неплохо бы поскорее убраться подобру-поздорову.

А самцу моя растерянность сыграла на руку. Он приблизился, запахнул ворот халата и пробурчал:

- Прикройся, нечего демонстрировать остальным свои выдающиеся формы.

- В смысле, остальным? - не поняла я.

Но железный обруч его ручищ уже сомкнулся на талии. А ноги против воли посеменили следом за мужчиной. Который, кстати, не собирался тратить время на разговоры, а молча дотащил меня до машины. Большой, чёрной и брутальной, как её владелец.

Привалившись, у авто стоял громила в классическом костюме. И увидев нас, открыл заднюю дверь. Без вопросов пропустил в салон, аккуратно прикрыл дверцу, обошёл машину и сел за руль.

- В офис? - глянул в зеркало заднего вида.

- В Гринвич, - бросил самец, не сводя с меня жадных глаз. Расстегнул две верхние пуговицы на рубашке. Провел ладонью по лбу, стирая капельки пота. И оскалился, совсем, как голодный волк.

- Послушайте, - силясь не замечать биение переполошенного сердца и шум в ушах, я постаралась наладить с самцом контакт. А для убедительности даже перешла на -вы. Человек же он, в конце концов. Влиятельный. И должен понимать, что не может делать с другими людьми всё, что взбредёт в его влиятельную голову. - У вас, кажется, жар. Нужно проверить пульс и, возможно, выпить парацетамол. В машине есть аптечка?

Маша, что ты несёшь? Парацетамол, серьёзно? Ты же прекрасно видишь, какое лекарство способно помочь самцу в данную минуту. И, судя по всему, Рыков собрался его получить.

Придвинулся ближе, отчего я вжалась в угол, мечтая об одном - слиться с обивкой сиденья. Стать маленькой и незаметной. А ещё чтобы грудь не колыхалась так сильно на ухабах. Чёрт, откуда в этой части города ухабы? Прямо как назло.

И как раз в этот момент перегородка, отделяющая нас от водителя, медленно и неотвратимо поднялась. Всё, я в ловушке!

Самец протянул руку и с издевательской улыбкой произнес:

- Проверяй.

Собралась с духом, проглотила комок в горле и недоверчиво положила пальцы на кисть, от которой вверх к локтю тянулись синие, широкие сосуды. Сразу видно, что мужчина поднимает тяжести. Впрочем, это понятно и по огромной, внушительной фигуре: богатырским плечам, узкой талии и крепким ногам. От страха я даже очевидные вещи начала анализировать по несколько раз.

- Как тебе мой пульс? - с иронией в голосе спросил Рыков.

- Идеальный. Но неплохо было бы померить температуру, - не унималась я. Чтобы хоть как-то отвлекать внимание самца от ворота халата, на который он поглядывал прожорливым взглядом. И повторно спросила. - У вас есть аптечка?

- У меня есть кое-что поинтереснее. Показать? - склонился, одну руку кладя на спинку сидения над моей головой, а второй поглаживая моё бедро.

- Может вы своему водителю покажете? Как-то мне не особо интересно, - вцепилась в его пальцы и попыталась отодрать от своей ноги.

- А ты не только криворукая зараза, но и бездарная шутница, - схватил за кисть, потянул к себе и положил мою ладонь на твёрдую, вздыбившуюся ширинку. - Как видишь, твоя безалаберность имеет вполне ощутимые последствия. И их придётся как-то устранять.

- Ничего я…

.

- выпалила в сердцах. Но мой рот тут же попал в плен яростных губ Рыкова. Настойчивых, горячих и абсолютно безумных. Язык напористо и неумолимо толкнулся внутрь. Сделал медленный круг и принялся кружить вокруг моего, то напирая, то отступая, то словно ненароком касаясь и поглаживая.

Тело. Предатель, изменщик. Моментально отреагировало и завибрировало, как натянутая струна, которую тронули умелыми пальцами. Волна возбуждения прокатилась диким цунами и сконцентрировалась между ног. Жаркое, волнительное ощущение, полностью отключающее сознание. И передающее управление организмом постыдным, животным инстинктам.

Маша, тебе же известен механизм возникновения возбуждения. Ты же знаешь, как действуют гормоны, как влияют на психику. Так может стоит перестать блудливо постанывать и отвечать на поцелуй? А рука? Зачем она легла на затылок самца и перебирает пальцами жёсткие, короткие волосы?

- Ох! – не удалось сдержать громкий стон, когда горячие пальцы скользнули под трусики и прошлись между влажными складками. А один – самый настойчивый, надавил на пылающую горошинку клитора и начал методично и головокружительно-приятно поглаживать её. Нежно – ах! Настойчиво грубо! Да, вот так! И нестерпимо медлительно! Длить и длить умопомрачительную, крышесносную пытку.

Ещё один палец толкнулся внутрь. Туда, где всё истекало соками желания. К нему присоединился второй. И все вместе они принялись быстро и умело подталкивать моё оглушённое и дезориентированное тело к пропасти оргазма. Ласково, грубо, страстно, неуёмно, сладко. Ещё и ещё. До самого пика. Пока мощный и яркий фейерверк не взорвался в самом центре этого волшебного очага страсти. Уничтожая до основания все барьеры, разделяющие меня и этого сумасшедшего неандертальца.