Глава 30. Задание особой важности
Позавтракали мы в своей комнате. Я проснулась поздно, а Тарион не хотел есть без меня. Пропустил семейную трапезу и принес завтрак в постель. Вот только он затянулся у нас до самого обеда, потому что в перерыве мы успели заняться любовью, а потом долго валялись под одеялом, шутя и смеясь.
— До сих пор не верится, — проговорила я, отгоняя сомнения в реальности происходящего.
— Во что? — улыбнулся Тарион.
— Еще вчера мы ночевали в пещере, а сегодня в настоящем дворце. А ты, — я повернула голову, — принц.
— Я уже говорил, что не виноват в этом. — Нависнув надо мной, он руками полез под одеяло и стал зацеловывать меня в шею.
Я засмеялась, игриво отпихивая Тариона.
Мы весь день потратили бы на баловство, если бы в дверь не постучались. Нехотя оторвавшись от меня, Тарион надел брюки и встретил Ризу. Засмущавшись, она опустила лицо и тихо сообщила, что нас ждут внизу.
— Спасибо, Риза, — ответил он. — Скажи, что мы сейчас спустимся.
Пришлось вылезать из постели, приводить себя в порядок и отправляться на совещание. Вопрос касался спасения моих друзей. Я не могла его игнорировать.
Тарион, держа меня за руку, шепотом подбадривал:
— Все будет хорошо. Не нервничай.
А я озиралась по сторонам, боясь вновь столкнуться с Рэйном. В мою голову даже стала закрадываться гадкая мысль, что он противен мне еще больше, чем Аарин или Рант. Не будь он братом моего любимого, вряд ли я сдерживала бы себя.
— Выспались? — с тенью улыбки спросил император, сидящий в кресле посреди гостиной.
По обе стороны от него на диванах расположились Брицеус и Дагос. Все трое встали при моем появлении и почтенно кивнули, в том числе и император.
— Да, спасибо, — улыбнулась я, чувствуя, что краснею.
Крепко держась за руку Тариона, я прошла к дивану, присела, и только потом расселись мужчины.
— Рони, — обратился ко мне мой будущий свекр, — ты говорила, что в тоннель тебя вывела Сона. Уточни, пожалуйста, это тот самый тоннель, что под пограничным замком огненного триумвирата?
— Да, тот, — ответила я, начиная расслабляться.
— Не ожидал, что он еще цел, — протяжно произнес Брицеус. — Что ж, так даже проще. Что у них сейчас в подземелье?
— Темницы. И чертоги для заключенных огненных.
— Там содержится Коул? — спросил Дагос.
— Верно.
Мужчины переглянулись, и Тарион напряженно спросил:
— Что вы задумали?
— Я смогу проникнуть в замок через этот тоннель, — пояснил Брицеус. — Разыщу Коула и Сону и выведу их.
— Но это опасно! — испугалась я. — Если Дэйдалос узнает… — И тут я заметила, как от упоминания его имени помрачнели лица всех присутствующих. — Если узнает, — повторила я, — он вас убьет.
— Рони, я опытный разведчик, — убедительно ответил Брицеус. — Поверь, я не попадусь. Меня больше беспокоит, как я открою клетку с Коулом и как разыщу Сону среди десятков других служанок? Я с радостью вывел бы всех, но не сейчас.
— Замок на его клетке под заклятием, — сказала я. — А Сона — единственная, кто кормит его. Достаточно подождать, пока она спустится. И еще, — вспомнила я, — там нет моста. В пропасти. Сона распыляла перед нами какой-то магический порошок, чтобы мы перешли на другую сторону.
— Это усложняет задачу, но не критично, — ответил Дагос. — Мы тоже орудуем магией и кое-что умеем. Спасибо за помощь.
— Это вам спасибо! — Я была поражена их вежливостью и обходительностью. Они уже считали меня членом своей семьи, а моих друзей своими друзьями. И это не могло не трогать. — Тарион не солгал, когда говорил, что у него прекрасная семья, — улыбнулась я.
— А у меня прекрасный сын, — вдруг сказал император, с гордостью взглянув на Тариона, отчего тот опустил глаза.
Я крепче скрестила наши пальцы, не представляя, насколько сильно еще смогу его полюбить. Ведь с каждым новым днем он покорял меня снова и снова. Даже его мрачное прошлое вызывало у меня уважение к нему. Он оступился, попытался загладить вину и снова оступился, а потом смело принял наказание. На это способен только по-настоящему сильный духом человек.
В гостиную вошла Риза с подносом в руках. Поставив его на столик, она сказала, что императрица ждет меня в саду, и любезно вызвалась проводить меня.
— Тарион, ты мог бы остаться для дальнейшего обсуждения этого задания особой важности? — спросил император, явно впервые за последние сто тридцать восемь лет предлагая ему принять участие в делах.
Он растерянно взглянул на меня, и я с улыбкой кивнула.
— Увидимся позже.
Мне очень хотелось поцеловать его, но я не могла позволить себе такую роскошь в присутствии посторонних. Поэтому просто отпустила руку, встала и направилась вслед за Ризой.
Императрица Рояна обрезала цветочные кусты садовыми ножницами, когда я вышла к ней. На ней были брюки, сапоги, рубашка и шляпка. Увидев меня, она улыбнулась, отложила в корзину срезанную веточку и сняла перчатки.
— Риза, будь любезна, узнай, пришла ли швея, — попросила она служанку, и та оставила нас наедине.
— Доброе утро, ваше величество, — сказала я, немного волнуясь.
Императрица засмеялась — тихо и мило. Ее смех напомнил мне веселое журчание ручейка.
— Простите, день, — поправилась я.
— Присядем, Рони? — Она указала на скамейку под цветочной аркой.
— Да, конечно!
Мы удобно расположились, и я с восторгом оглядела роскошный сад.
— Кажется, еще вчера здесь выходила замуж Мэйз, — после недолгой паузы ностальгически вымолвила императрица. — А совсем скоро женится Тарион. Я очень рада, Рони, что его сердце завоевала именно ты.
— Правда? — прошептала я.
— Разве может быть иначе? — улыбнулась она. — Ты замечательная девушка. Всему знаешь цену. Платила. Наивность Тариона всегда выходила ему боком. Я опасалась, что ему не повезет в любви. Но ты умеешь любить.
— Откуда такая уверенность?
— Едва ты появилась во дворце, ты не сошла с ума от нашего богатства и положения. Не стала пытаться всем понравиться и не бросилась готовиться к свадьбе. Ты рассказала о себе и своих друзьях, нуждающихся в помощи. Поверь, это о многом говорит.
— Может, я просто втираюсь к вам в доверие.
— Тогда в первую очередь ты втиралась бы в доверие к тем, кто настроен против вашего брака.
Тоже верно. Рэйн — первый, кого мне надо было бы убрать со своего пути.
— Вы так проницательны, — признала я.
— Ты тоже не глупая. Прекрасное дополнение к Тариону. Только ему не говори. Обидится, — засмеялась императрица, заговорщицки склонившись к моему плечу.
Я тоже засмеялась.
— С вами так легко.
— Я же мать, Рони. — Она положила свою нежную ладонь на мою руку. — Мои дети — это самое сокровенное, что у меня есть.
— Почему вы не родите еще ребенка? — поинтересовалась я. — Огненные драконицы рожают десятками.
— Я рожу, — вдруг ответила она. — Обязательно. Я хочу иметь много детей. Но родить мало. Важно воспитать. Заложить в своих детей лучшие качества личности. Чтобы за них не было боязно и стыдно. Чтобы быть уверенной в их счастливом будущем. — Императрица погрустнела. — После гибели Эртиуса на первом плане в моей жизни — благополучие Рэйна, Тариона и Мэйз. Моя девочка уже в надежных руках Дагоса. А вот сыновья… — Она посмотрела куда-то вдаль и вздохнула: — Женятся, тогда и подумаю о малыше. Сейчас нам надо позаботиться о вашей крошке.
Я улыбнулась.
— Не могу поверить, что беременна. Состояние вполне обычное.
— Это нормально на маленьком сроке. Начнет расти животик, начнешь чувствовать жизнь внутри себя — и все изменится. Тогда и проснутся материнские чувства. — Императрица приложила ладонь к моему животу. — Знаешь, Рони, я много лет не видела столько блеска в глазах Тариона, какой зажегся сейчас. Ты изменила его. В лучшую сторону.
От разговора нас отвлек тонкий жалобный голосок Ризы. Вернувшись в сад, она нашла птенца в траве и, подняв, поднесла к нам.
— Бедняжка. Повредил крыло.
Императрица внимательно осмотрела птичку и ответила:
— Посади его в клетку, налей воды и насыпь корма. Я позже его подлечу. И проверь остальных перианов в обеденном зале. Кажется, некоторые уже выздоровели. Пора отпускать их на волю.
Риза кивнула и опомнилась:
— Простите, запамятовала! Швея уже пришла.
— Хорошо. Мы идем.
Девушка поспешила во дворец, а я изумленно спросила:
— Так вы держите птиц не для красоты и пения?
— Нет. Это же кощунство. Перианы сами по себе очень слабые птицы. Их убивают громкие звуки, страх, переутомление. Да простят меня небо и земля, но, кажется, сама природа посмеялась над ними. Вот мы и ухаживаем за больными. Лечим их и выпускаем.
— Я поражена тем, сколько в вас любви.
— Это лишь перианы, Рони.
— Все равно.
— Нет, не все равно, — поспорила императрица, вставая со скамейки. — В мире есть те, кого полюбить выше моих сил. Те, кого я даже простить не могу.
— Я понимаю, — виновато произнесла я, тоже поднявшись.
— Лучше идем к швее. Надо снять с тебя мерки и выбрать свадебное платье.
На мгновенье я опешила.
— Я хотела бы выбрать платье вместе с Тарионом. Хочу, чтобы ему тоже понравилось.
Императрица взяла меня под локоть и повела к дворцу.
— Поверь, Рони, ему понравится любое твое платье. Особенно после тех ужасных вещей, в которые он наряжал тебя на заставе.
С этим было сложно поспорить. Вздохнув, я сдалась и согласилась с императрицей.
Замеряя мои параметры, швея, тучная женщина с розовыми щечками, восхищенно охала и ахала, что моя фигура — просто загляденье, и что на мне любой фасон будет сидеть идеально. А потом она протянула нам папку с рисунками.
Мы с императрицей долго разглядывали платья — настоящие произведения искусства, слушали, каких гармоничных расцветок и отделки они могут быть, обсуждали, советовались со швеей, и я заметила, что отвлекаюсь от грустных мыслей о друзьях. Императрице удалось взбодрить меня и увлечь подготовкой к свадьбе. Она говорила о композициях цветов для букета невесты, об украшениях, о туфлях, о венке. А когда к нам присоединились Мэйз и Риза, обсуждение и вовсе перетекло в настоящие дебаты с голосованием, шутками и несколькими чашками чая со сладостями.
Мы разошлись поздним вечером, наконец, определившись с вариантом, который всем пришелся по вкусу. Швея пообещала, что через пару дней уже состоится первая примерка. Риза отправилась провожать ее, а Мэйз во двор за играющим Арисом.21b4bc
— Ох, мы опаздываем к ужину, — спохватилась императрица. — Нехорошо заставлять мужчин ждать.
Однако в обеденном зале был только император. Оказалось, Дагос отбыл вместе с Брицеусом, а Тарион и Рэйн где-то задерживались.
По моей спине градинками прокатился мороз. Ничего не объяснив, я со всех ног бросилась наверх, в нашу комнату. Мысленно молясь и надеясь, что Тарион и Рэйн не сцепились в драке.
Поднявшись на второй этаж, побежала в правое крыло и замерла посреди коридора, увидев стоявшего тут Рэйна. Широко расставив ноги и положив ладонь на рукоять меча на поясе, он со звериным оскалом сверлил меня плотоядным взглядом.
Мои легкие закололо от сбившегося дыхания, внутри все загорелось. Ненависть Рэйна обволакивала все вокруг невидимым едким туманом. Он перекрывал мне кислород, отравлял и уничтожал.
Рэйн сделал шаг вперед, а я назад. Руки опустились, ладони расправились, и в этот момент ледяной застыл. В его синих глазах заиграли огоньки. Взгляд резко упал на мои руки. Я медленно опустила лицо и обомлела. В моих ладонях искрились огненные шары. Драконица защищала моего малыша, а магия тем временем защищала меня.
Я с вызовом взглянула на Рэйна. Улыбка сошла с его лица. Так ничего и не сказав, он попятился, развернулся и ушел прочь.
Только когда его силуэт скрылся во мраке коридора, я облегченно выдохнула. Огни погасли, по моей коже пробежали мурашки. На непослушных ногах я доплелась до нашей комнаты и распахнула дверь. Тариона здесь не было. У меня защемило сердце, и я развернулась, чтобы дальше искать его, но тут же наткнулась на твердую грудь любимого. Из-за шока даже не ощутила его приближение и сразу бросилась в его объятия.
Меня дико лихорадило. Подхватив меня на руки, Тарион вошел в комнату, сел на кровать и усадил меня на свои колени.
— Все хорошо, Рони, — зашептал он, прижимая меня к себе и поглаживая по голове. — Все хорошо. Я рядом.
Мы просидели так, пока я не успокоилась и не перестала вздрагивать.
— Что случилось? — Тарион заглянул мне в глаза. — Рэйн?
— Он не тронул меня, — призналась я. — Потому что… потому что испугался.
— Испугался? — Он озадаченно вздернул бровь.
— Да. Мне так показалось. Тарион, раньше этого не происходило, а сейчас… мои руки… они были в огне.
Он расслабленно улыбнулся:
— Да ты еще сильнее, чем я думал. Не каждый дракон властен над своей магией в человеческом обличии. Ты одна из немногих, Рони. И я, если честно, не удивлен. — Тарион вновь погладил меня по голове.
— А ты? Владеешь магией?
Он улыбнулся еще загадочней и шепотом ответил:
— Развил ее на заставах. Только никому не говори, а то зазнаюсь.
Я захихикала. Тарион всегда умел поднять мне настроение.
— Где ты был? — Я нарочно толкнула его в плечо. — У меня чуть сердце не остановилось, когда я не увидела тебя за столом!
— Занимался подготовкой к свадьбе, — ответил он, широко распахнув глаза. — Я хочу, чтобы все прошло на высоте. Церемония, банкет, музыканты… Рони, это требует времени.
Мне стало стыдно за свою нездоровую фантазию. Нужно было загладить вину.
Повалив Тариона на кровать, я, подтянув подол платья и раздвинув ноги, села сверху и кокетливо замурлыкала:
— Так значит, у Брицеуса задание особой важности. — Я чуть оттянула оборку выреза платья и провела вдоль нее пальцем. — Почему бы и тебе не заняться выполнением не менее важного долга?
— Оу, — заинтригованно улыбнулся Тарион, закладывая свои мощные руки за голову. Ткань его рубашки натянулась на его мышцах, глаза заблестели.
— Если ты немедленно не приступишь к его выполнению, то я могу расторгнуть устное соглашение, — продолжила я, неторопливо наклоняясь к его лицу. — Или ты голоден?
— Не буду лукавить, тебя я хочу больше, чем овсяную кашу, — ответил Тарион.
Я слегка коснулась его губ своими губами, и его руки, плавно выбравшись из-за головы, обвили мою спину.
Если мы с Тарионом когда-нибудь умрем, то явно от голода…