Глава 14

Кэрридан арш Параваль

Я соскочил со стула, будто ужаленный, и заходил вдоль окна между книжными стеллажами.

— Я не женюсь на Карле! Никогда! В семье полно свободных мужчин, предложи любого, если ей так хочется носить нашу фамилию!

— Ты сам прекрасно понимаешь, что это не сработает. Она хочет тебя.

— Мне плевать, чего хочет эта избалованная сука! Я не ее папочка, чтобы исполнять все ее капризы! И ты… Как ты можешь заявлять такое?! Или думаешь, меня можно кому-то подарить как Дэвину?!

— Сынок, успокойся. И не имел в виду ничего такого. Но вы ведь встречались и долго. И все было хорошо. Надо решаться. Карла отлично тебе подходит.

— Мы не встречались, отец! Мы трахались! Просто секс и ничего более! Я ни разу не водил ее на свидание, не приглашал куда-либо в качестве своей спутницы, не приводил в наш дом на ужин. Разве этого мало, чтобы понять, что она не та женщина, которую я хочу видеть рядом с собой?!

— Мы считали, что вы просто не хотите афишировать…

— Я не женюсь на Карле! И пусть тебе это будет стоить хороших отношений с губернатором — не женюсь!

— Не мне будет стоить, Кэрридан. Нашей семье. Надо ли объяснять, как много наших дел завязано на покровительстве губернатора и его людей?

— Значит, пора вылететь из-под его теплого крылышка, папа. Особенно, если он пользуется этими обстоятельствами для угроз и шантажа.

— Он просто пытается спасти репутацию своей дочери. Карла беременна.

— Вы все еще и чужого ребенка пытаетесь на меня повесить? — просто не мог в это поверить.

— Карла утверждает, что он твой.

— Э-то-го не мо-жет быть, — отчеканил по слогам.

— Кэрр, там, где есть секс, могут быть и дети. Ты же не маленький, чтобы не понимать этого.

Я понимал. Присел на подоконник, зажмурился, надеясь, что когда открою глаза, отца не будет, будто и не было здесь, также как и этого разговора. Но это ожидаемо не помогло.

— Только через результаты анализов. Если это мой ребенок, я согласен подписать соглашение о формальном браке. Больше никаких обязательств даже в этом случае.

— Очень зря, Кэрри. Так ты получишь в формальные жены женщину, целью жизни которой будет испортить твою.

— Она это делает уже не первый день, не вижу разницы, — буркнул раздосадовано.

— Сынок, рано или поздно ты все равно вступишь в брак. Почему не сейчас? Почему не с Карлой? Все молодые женщины этого города, годящиеся тебе в жены, примерно одинаковые. Девственница из пансионата у тебя уже есть. Не вижу ни одной причины, почему ты так бесишься и упрямишься.

— Потому что не хочу этого, и ты не заставишь меня. Никто не заставит. Это мое последнее слово. Как и сказал, обязательства по ребенку я на себя возьму, но не более того. Будешь упорствовать, откажусь от поста и съеду. Мой бизнес прекрасно себя чувствует и без покровительства губернатора, на жизнь хватит.

Отец попытался продолжить этот разговор, но я остановил его жестом. Ни минуты больше не потрачу на это. К тому же меня ждет Дэвина, а потом загул, которого этот город еще не видел. Хотя, может, стоит поменять мероприятия местами? Я явно на взводе, а эта пигалица умеет вывести одним взглядом. К тому же хочу ее безумно, а она лжет и противится.

Все же заглядываю к ней перед уходом. Захожу не через свою спальню, а сразу открываю дверь в ее комнату. Дэвина лежит на диване рядом с накрытым столом и внимательно читает книгу, подняв ее над собой на вытянутых руках. Обнаженные ступни то гладят поручень, то опускаются на спинку, а то и вовсе парят в воздухе. Еще несколько книг валяются на полу, и я давлюсь воздухом на вдохе, когда понимаю, что именно она читает. Девчонка понимает, что не одна, резко садится, захлопнув книжку. Увидев меня, она идет дальше — словно нашкодивший ребенок прячет книгу за спину, а те, что лежат рядом с ее ногами, торопливо задвигает под диван. Я не могу не смеяться, наблюдая за ее суетливыми полуобморочными действиями.

— Все нормально, — сажусь напротив на второй диван. — Я знаю, что Эмма дала тебе эти книги. Интересно?

Румянец густо заливает ее лицо и шею, а я не могу прекратить посмеиваться. Вот не девственница же уже, а все еще смущается.

— Не очень, — старательно отводит взгляд.

— Не страшно. Потом разберешься. Поймешь, что тебе больше нравится.

Дэвина бросает на меня удивленно-вопросительный взгляд из-под ресниц.

— Да, обязательно поймешь. А я помогу тебе научиться получать удовольствие от всего этого. Убирай свои книжки, давай поедим.

Отец и правда довел до бешенства, которое я пока не мог выплеснуть. Я попробовал почти все, что было на столе. Оказалось довольно забавным обсуждать с Дэвиной вкус привычных ей блюд. Точнее я думал, что привычных, пока она не сказала, что большую часть пробовала один-два раза в жизни до момента переезда в этот дом. Так что выходило, мы два новичка в человеческой гастрономии. Мне нравилось наблюдать за удовольствием появляющемся на ее забавной жующей мордашке. Я и сам нашел для себя несколько интересных блюд, на которые раньше не обращал внимания.

После еды Дэвина разлила чай по фарфоровым чашкам, а я, наконец, подвинул к себе стакан с кровью. Перехватил взгляд девчонки и не смог снова не предложить ей свою еду. Она снова отказалась, правда менее возмущенно на этот раз. Острое чувство разочарования кольнуло где-то в груди, хотел разделить с ней и эти ощущения. Но в целом ужин прошел замечательно, весь негатив после общения с отцом куда-то улетучился. Мне было хорошо, развалился сытым на удобном диване и смотрел на свою девочку, которая то краснела, то бледнела в зависимости от темы разговора. Какая же она красивая, и очень милая. Последнего напрочь лишены гемозависимые женщины, а мне, оказывается, это нравится. Слушаю с улыбкой о ее сегодняшней прогулке, о том какие эклеры она больше всего любит, о жестких учителях, которые изводят ее каждый день. Такая забавная, знала бы она как меня все изводит… Когда Дэвина начинает сонно тереть глаза и зевать, прикрываясь ладошкой, понимаю, что надо срочно проваливать. Иначе точно останусь и лично уложу ее спать. А может… Нет, не может, сам отпустил ее в библиотеке. Начну менять решения, сделаю из нее невротика, а не нормальную любовницу.

Коротко попрощался. Дэвина не смогла скрыть радости по поводу моего ухода. Грустно, но чего я ожидал? Закрыв за собой дверь ее спальни, спустился в гараж. Решил сам сесть за руль, хотя идея так себе. Все эмоции, что отступили за ужином, вернулись и сейчас бились безрадостными мыслями внутри моей головы. Дело дрянь — если отец позволил завершить этот разговор сегодня, это вовсе не означает, что он отступит. Как бы анализы не подделали — благо родственников-мужчин у меня для этого предостаточно. Стоит, наверное, сразу настоять, чтобы взятие образцов и сам анализ происходили в лаборатории, на которую я укажу и под контролем моих людей. Да, докатились, еще вчера это были наши люди, наша семья и наш дом. А теперь я на полном серьезе рассматриваю вариант съехать, сепарировать бизнес от отца, снять с себя полномочия наследника. И все из-за дурацкой блажи родителей! Если все подходящие женщины одинаковы, то, почему, мать их, все же Карла?! И почему так срочно, именно сейчас, когда мне никто не интересен, кроме моей девственницы из пансионата?!

Сбросить пар следовало основательно. Для этого существовал лишь один вариант — круглосуточный клуб «Кровавая жертва». Название говорило само за себя — куча гемозависивых в поисках приключений и толпа людей, готовых на все абсолютно безвозмездно. Расположение на заброшенных окраинах бедного промышленного района гарантировало отсутствие проблем в дальнейшем. Правда не всем, бывало и гемозависимых прихватывали за проделки там. Но это скорее были показательные порки, мол, смотрите, мы закон соблюдаем. Мне это точно не грозит.

Доехал быстро, игнорируя большую часть правил дорожного движения. К черту все! В клубе вечеринка уже в разгаре, мы с Дэвиной, оказывается, прилично проболтали. Улыбнулся, вспомнив о ней. Знакомая официантка, плотоядно улыбнувшись, проводила в мой обычный вип-кабинет. По дороге пялюсь на ее задницу и думаю, как при ее любви к оргиям она все еще жива. Никак покровитель имеется, и непростой.

Едва плюхнулся на черный кожаный диван, тут же включилась негромкая приятная музыка и подсветка, делающие темное помещение еще загадочнее. На шесте в углу спустя минуту завертелась танцовщица, задирая обалденные ноги к самому потолку. Смотрел с улыбкой, но никаких знаков приблизиться не подавал. Успею еще. На столе выстроились бутылки с алкоголем. Высушенные листья вербены, подожженные чьей-то заботливой рукой, уже начали распространять свой удушливый запах. Официантка продолжала расставлять на столике порошки и таблетки и не спешила останавливаться. Видимо, плохое настроение было написано крупными буквами на моем лице. Делала все молча, не пытаясь флиртовать, и даже не смотрела на меня. Похоже, буквы очень крупные.

— Могу еще что-то предложить? — спросила, закончив возиться с сервировкой. — Пить будете из холодильника или…?

— Или, — грубо перебил ее. — Пол не важен, главное, не очень пьяные и не б\у. Девок не надо. Мой водитель приедет, пропустите.

Не люблю доедать за другими, в крови остается привкус, пока ранки окончательно не затянутся. Да и еда может прийти в негодность раньше, чем ожидаешь. Стриптизерша продолжает крутиться и завлекательно вертеть всеми частями тела. Чувствую, как организм слегка реагирует вполне стандартным способом, но вот умом я ее не хочу. Как и любую другую здесь не захочу, наверное. Устал я от этого, даже пытаться проверять не буду. Может, дело и не в наложнице вовсе, а вот в таком давлении семьи. Теперь еще и ребенок… Надеюсь, это все же плод больной фантазии Карлы, а не нашей с ней «любви». Черт, не готов я стать отцом, совсем не готов.

Раскладываю перед собой принесенное официанткой. Почему-то считается, что из-за медленного обмена наркотики на гемозависимых не действуют. Это не так. Нужно просто найти свой вариант. И мне в этом плане повезло, у меня почти столько же способов «улететь», как и у любого человека. Белый порошок действует быстро и привычно. Какие-то десять минут бесцельного глазения в потолок, и мне уже хорошо. Проблемы отступают, выпуская с трудом сдерживаемую ярость наружу. Комната тем временем наполняется желающими накормить меня лично. Так как я пригласил и мужчин, кое-кто уже начал лапать мою стриптизершу. Девка к такому повороту оказалась не готова и теперь жалась в углу за шестом, уворачиваясь от жадных рук. Конечно, где они еще такую элитную шлюху потрогают. Закуриваю вербену и снова откидываюсь на спинку. Мать твою, как же хорошо прятаться здесь и иметь возможность хотя бы какое-то время не думать обо всем этом дерьме. Маме стоит послать какой-то подарок, чтобы она не думала, что мне безразлична наша ссора. А Карлу стоит просто послать! Окончательно и бесповоротно! Наверное, лучше сделать это лично. Хватаю телефон, желание высказать этой стерве все, что думаю о ней, буквально душит, но останавливаюсь. Поймет, где я, приедет, а я уже не в том состоянии, чтобы не свернуть ей шею, решив проблему одним движением.