Глава 133: Реальность

133: Реальность «Я слышал, что ваша служанка напала на служанок и экономок Юньцзяо?»

Линь Хуабинь выразил свое недовольство:

– Вернувшись в резиденцию, вы должны следовать нашим правилам, которые отличаются от сельских. Между сестрами вопросы следует обсуждать мирным путем, а не решать, приказывая слугам применять насилие!»

Чжэн быстро добавил:

– В нашей семье не терпят посторонних. Если вы хотите оставить эту служанку, я не возражаю, но она должна сейчас же подписать трудовой договор».

«Мама Фан, принеси чернила и попроси ее отпечатать твою ладонь».

Мама Фань подошла с заранее подготовленным договором о рабстве и настояла на том, чтобы Си Жу оставила отпечаток на её руке.

Си Жу оставалась неподвижной, даже не пытаясь спрятаться за Линь Юньвань.

И служанка, и её госпожа были одинаково непреклонны.

Мама Фан, стоявшая рядом с ними, не знала, что делать! Она посмотрела на Линь Хуабина и Чжэна и с трудом произнесла:

– Господин, госпожа…»

Линь Юньвань спокойно сказала:

– Дядя, нет необходимости в таких сложностях, как трудовой договор. Можете просто отправить Си Жу обратно».

Линь Хуабинь удивленно поднял брови, глядя на нее.

Он в какой-то степени понимал характер этой девушки. Ее предложение указывало на то, что она не хотела прогонять служанку и, вероятно, была уверена, что он тоже не станет этого делать.

То, что он не прогнал её, было нормально, но игнорирование правил и нападение на служанок дочери – нет.

Он нахмурился и сказал:

– Если тебе так тяжело с ней расстаться, научи её правилам поведения в доме».

Линь Юньвань и Си Жу сказали:

– Расскажите господину, почему вам пришлось вступить в конфликт с служанками второй молодой госпожи».

Си Жу шагнула вперед и громко заявила:

– Господин, вторая госпожа попыталась раздеть служанку первой госпожи на публике. Возможно, я и не очень воспитанная, но я знаю, что такое поведение недопустимо в этом доме. Я поступила лишь из необходимости».

– Что, раздеть служанку?!" Линь Хуабин был потрясен.

Он не мог поверить, что его собственная дочь могла такое сделать. Юньцзяо обычно была просто ленивой, больше других любила красоту и наряжаться. Как она могла совершить такое! Он строго повернулся к маме Фан:

– Иди и приведи ко мне всех служанок, которые были там в тот день!»

– Стоит ли мне действительно им звонить?" Мама Фань посмотрела в сторону Чжэна.

Линь Хуабинь холодно усмехнулся:

– Похоже, мои слова больше не действуют?»

Испугавшись, мама Фан опустилась на колени.

Чжэн поспешно попыталась прикрыть своих служанок:

– Нет, нет, господин, вам сегодня нужно идти в ямэнь. Не задержите ли вы выполнение своих обязанностей? Кроме того, это дело внутри дома, вам не о чем беспокоиться».

Линь Хуабинь яростно ударил по столу, вспыхнув от гнева:

– Не нуждаешься в моем внимании? Посмотри, во что превратилась Юньцзяо…»

Он не хотел опозорить свою дочь перед слугами и Линь Юньвань, поэтому сдержался и приказал:

– Вызовите сюда маму Чжао! Если я не увижу маму Чжао в течение пятнадцати минут, всех здесь изобьют и выгонят из дома!»

Слуги были в ужасе и бросились искать маму Чжао.

«Слава Будде, когда еще учитель так гневался!»

«Не теряйте времени, поспешите найти маму Чжао!»

Менее чем через пятнадцать минут приехала мама Чжао.

Лицо Линь Хуабина лишилось привычной мягкости, и он решительно приказал:

– Мне нужно тщательное расследование. Я ожидаю услышать каждую деталь от начала до конца!»

«Отправьте кого-нибудь в приемную, чтобы они оформили за меня отпуск; сегодня я беру больничный!»

В условиях такого хаоса во внутренней семье ему не следовало идти в ямэнь.

– Да." Мама Чжао повернулась и ушла.

Обычно она относилась к другим свысока, но когда дело касалось решения вопросов, ей не было равных. Она всегда следила за тем, чтобы указания хозяина были четко поняты и выполнены с тщательной организованностью.

Сердце Чжэн бешено колотилось, когда она украдкой потянула мужа за рукав.

Линь Хуабинь отмахнулся от ее руки, его лицо было мрачным.

Чжэн, не смея действовать опрометчиво и преисполненный гнева, угрюмо сел в стороне.

«Юнван, пожалуйста, садись и жди».

Линь Хуабинь взял себя в руки и вспомнил, что нужно пригласить Линь Юньвань сесть.

Если его дочь действительно была такой избалованной и высокомерной, то служанка Си Жу оказала бы ему огромную услугу! Если Юньцзяо действительно приказал кому-то раздеть служанку Юньвань, это было бы не просто оскорблением для Чжао Цзинъи. Он также не смог бы объяснить это своей матери и старшему брату! «Благодарю Вас, Учитель, за Ваше понимание».

Линь Юньвань села рядом с мастером Линем.

Си Ру последовала за ней и встала рядом.

Через полчаса прибыла мама Чжао, приведя с собой нескольких красноречивых служанок, в том числе из покоев Линь Юньвань и Линь Юньцзяо.

Она велела служанкам:

– Говорите с хозяином так же, как и при мне».

Служанки заметно нервничали, склонив головы.

Как только один из них начал говорить, остальные последовали его примеру.

Лицо Линь Хуабина помрачнело, когда он услышал, что его дочь действительно приказала служанкам раздеться. Закрыв глаза и взмахнув рукой, он сказал:

– Довольно! Все уходите».

Служанки замолчали.

Мама Чжао мягко махнула рукой, тихо отпустив служанок. Затем она сама тоже удалилась.

Линь Юньвань сказала:

– ...В то время карета для резиденции Ван уже была подготовлена. Из-за срочности дела у Си Жу не было иного выбора, кроме как сначала заняться второй молодой леди».

Линь Хуабинь хранил молчание.

Если с дочерью Чжао Цзинъи так обращались в его доме, то объяснить Чжао Цзинъи, почему он не держал прислугу вроде Си Жу для защиты, было бы сложно! Он любезно сказал:

– Хорошо, не волнуйся. Юнвань, можешь взять свою служанку и вернуться».

Линь Юньвань встала, намереваясь уйти.

Вспомнив кое-что, она сказала Линь Хуабину:

– Учитель, когда я была в доме Хуань Вана, кто-то попросил меня передать привет старшей госпоже».

Она намекнула, уместно ли ей навещать главу семьи Линь? Линь Хуабинь задумалась, а затем мягко сказала:

– Старшая госпожа обычно не принимает посетителей. Когда вы почувствуете себя лучше, пусть госпожа отведет вас к вашей старшей тете и третьей тете. Если у старшей госпожи будет время, вы сможете навестить ее».

Линь Юньвань поклонилась и сказала:

– Поняла. Юньвань прощается».

Наконец, у нее появится возможность встретиться с известной и уважаемой госпожой из семьи Линь.

После ее ухода Линь Хуабинь и Чжэн неизбежно начали спорить.

Линь Хуабинь в ярости воскликнул:

– Раздеваться? Какая у тебя воспитанная дочь! С таким поведением ты всё ещё мечтаешь выдать её замуж за члена семьи Хуан Ван? Забудь об этом!»

«Пойдите и посмотрите, какая уважаемая семья в Цзян Цяне осмелится жениться на такой девушке?»

Чжэн, испуганный до слез и чувствуя себя обиженным, сказал:

– Учитель, Юньцзяо просто на мгновение повела себя глупо. Вы подумали о своей роли в этом? Вы баловали ее более десяти лет, а как только Юньвань вернулась, вы дали ей все самое лучшее. Как Юньцзяо могла это терпеть?»

Линь Хуабинь ещё больше разозлилась:

– Всё это из-за куска шёлковой одежды из Кеси! Какая разница, наденет ли её Юньвань? Она могла бы надеть десять таких вещей и позволить себе все!»

«Раз уж эти три дома расположены так близко друг к другу, не боишься ли ты стать посмешищем для моего старшего и младшего брата?»

«Не забывайте, что старшая госпожа просто стара и устала вести дела, а не глухая или слепая! Вам все еще нужно отчитываться перед свекровью!»

При мысли о строгой и холодной пожилой госпоже Чжэн содрогнулся от страха.

«Прожив так долго в комфорте, я почти забыл о требовательной старушке, которая жила надо мной!»

Чжэн вытерла слезы и сказала:

– Учитель, я знаю, что должна измениться». Она тихо добавила:

– У вас всегда была слабая печень, пожалуйста, не сердитесь».

Линь Хуабинь сел, и выражение его лица несколько смягчилось.

Линь Юньцзяо вошла, замешкавшись, увидев напряженную атмосферу, и неуверенно произнесла:

– ...Отец, мать».

Линь Хуабин сердито посмотрела на неё.

Уходя, он сказал Чжэну:

– Завтра выведи Юньвань помолиться и зажги вечный светильник. Пусть Юньцзяо поразмышляет о своих поступках в резиденции».

К счастью, недовольного Линь Юньцзяо отвел в сторону Чжэн, который прошептал:

– Не пререкайся сейчас с отцом».

«Почему меня должны наказывать за переписывание текстов, если Юнван меня разозлила?»

«Мама, папа меня больше не любит?»

Она рыдала.

Чжэн утешил её:

– Конечно, он это делает. Он делает это ради твоего блага. Тебе суждено добиться больших высот в будущем, и ты не можешь позволить себе снова так безрассудно себя вести, понимаешь?»

Линь Юньцзяо фыркнул.

Она упорно отказывалась! Дом Истории Персонажи Монеты Таксономии Глоссарий Азиатский Первое в мире сообщество по переводу азиатских BL-романов, основанное на краудсорсинге.

Наложница пользуется большим предпочтением, чем жена? Я отказываюсь быть хозяйкой этого маркизского дома.