Глава 30: Убеждение

30: Убеждение «Хорошо, теперь, когда твоя мама здесь, скажи ей все, что хочешь!»

Старушка Лу настоятельно просила Цин Гээр.

Как только закончились уроки, ребенок прибежал, сказав, что ему нужно увидеть Линь Юньвань, но не осмелился пойти в зал Чуй Си один, чтобы поговорить с ней, настаивая, чтобы она позвала Линь Юньвань за него.

Таким образом, она помогла ему с этой просьбой.

Цин Гээр подняла взгляд на Линь Юньвань, больше не осмеливаясь вести себя игриво и невоспитанно, как прежде, в ее глазах читалось почтение.

Однако он по-прежнему не осмеливался говорить.

Старушка Лу с улыбкой сказала:

– Если вы сейчас не выскажетесь, вашей матери придётся заняться другими делами».

Она подозревала, что Цин Гээр стала более рассудительной под руководством Чжан Фэнъаня и, вероятно, намеревалась извиниться перед Линь Юньвань, поэтому с радостью помогла ей в этом.

Но Цин Гээр, заикаясь, сказала:

– Я… я… я больше не хочу, чтобы меня учил мастер Чжан, я хочу, чтобы меня учила моя мать».

– Что?!" Глаза старушки Лу расширились от удивления, она нахмурилась:

– Что за чушь вы несёте! Ваш отец приложил немало усилий, чтобы заполучить для вас учителя Чжана. Зачем вам менять учителей? Разве учитель Чжан не преподаёт хорошо?»

Цин Гээр покачал головой.

Мастер Чжан преподавал очень хорошо, даже слишком хорошо.

Он разрыдался, уткнулся лицом в объятия прабабушки и сказал:

– Прабабушка, я так устал, я больше не хочу, чтобы учитель Чжан меня учил. Он даже не дает мне отдохнуть, я… я больше не хочу ходить в школу».

Выражение лица старушки Лу стало мрачным.

Пропускать школу было исключено! Она строго сказала:

– Оглянитесь вокруг, какой ребенок не ходит в школу? Как вы можете не посещать школу?»

Линь Юньвань холодно и бесстрастно наблюдала за происходящим.

Методика преподавания Чжан Фэнъаня была весьма традиционной, обычно требуя от учеников заучивания и пересказывания материала без объяснения логики его изложения.

В этом не было ничего необычного, но для маленького ребенка ежедневные занятия и заучивание наизусть действительно могли быть утомительными.

Ей не нужно было готовиться к императорским экзаменам, как мужчинам, поэтому ее подход к преподаванию был менее строгим, больше внимания уделяя формированию привычек и темперамента учеников.

Цин Гээр был молод и раньше не знал о различиях между учителями. Только после общения с разными наставниками он пожалел о своем выборе.

Но было уже слишком поздно.

– Прабабушка, прабабушка..." Цин Гээр умоляла.

Старушка Лу бросила на Линь Юньвань явно обеспокоенный взгляд.

– Юньвань, это..." Линь Юньвань с лёгкой улыбкой сказала:

– Старушке Лу не следовало бы сначала спрашивать меня, а лучше посоветоваться с мастером Чжаном».

«Однако вы также видели темперамент мастера Чжана. Если мы сейчас его уволим, он может подумать, что семья Лу не воспринимает всерьез привлечение учителей!»

«У учёных нет ничего, кроме внушительного мастерства владения словом и письмом. Я считаю, что оскорбить мастера Чжана будет сложнее, чем кажется».

Услышав такой анализ ситуации, старушка Лу не смогла ничего противопоставить и могла лишь попытаться утешить Цин Гээр.

«Если Чангун может это сделать, почему ты не можешь? Цин Гээр, это всего лишь вопрос нескольких месяцев. Потерпи, и ты привыкнешь».

Дети не умеют рассуждать, а Цин Гээр продолжала плакать.

Старушка Лу была одновременно расстроена и раздражена.

«Юньвань, можешь предложить хорошее решение? Способ, позволяющий Цин Гээр получать удовольствие от обучения, не обижая при этом учителя Чжана».

– Да." «О? Пожалуйста, расскажите мне».

«Цин Гээр по натуре живая и беспокойная, ей не везет долго сидеть на месте.

Поскольку семья Лу — военная, вы могли бы предложить мастеру Чжану, чтобы Цин Гээр не нужно было учиться так интенсивно, как тем, кто готовится к императорским экзаменам. Достаточно было бы определить лишь несколько ключевых иероглифов и выделить время на физическую подготовку. Я думаю, мастер Чжан не откажется».

«Это недопустимо!»

Старушка Лу была непреклонна:

– Цин Гээр должна учиться и сделать государственную карьеру!» Она выпрямила Цин Гээр и строго сказала:

– Твой дед выжил, несмотря ни на что, и твой отец тоже очень много работал. Если ты не будешь учиться, твое будущее будет еще сложнее».

Губы Цин Гээр надулись, она всё ещё плакала.

Линь Юньвань, не обращая внимания на его плач, встала и ушла.

Уходя, Пин Е заметил:

– Мастер Цин учится у мастера Чжана всего несколько дней, а уже так подавлен».

«Каждый человек индивидуален. Он не похож на Чангуна, у которого от природы есть склонность к учёбе».

Линь Юньвань невольно гордо улыбнулась, испытывая чувство гордости за него.

Пин Е тихонько усмехнулся:

– Отношения между госпожой и молодым господином становятся все лучше и лучше, прямо как у настоящей матери и сына».

Выслушав его, Тао Е выразила свою обеспокоенность:

– Нехорошо, если господин Цин не любит учиться. Если он вырастет бездельником, у госпожи будет еще больше поводов для беспокойства».

Линь Юньвань придерживалась иной точки зрения.

«Не волнуйтесь, кто-нибудь его убедит».

Цин Гээр, скорее всего, всё ещё будет стремиться к сдаче императорских экзаменов, но сможет ли он добиться таких же успехов, как в прошлой жизни, остаётся под вопросом.

Тао Е с любопытством спросил:

– Как полагается госпожа, кто сможет убедить молодого господина?»

Пин Е вмешался:

– Конечно, это наследник. Кто же еще это может быть?»

Тао Е на мгновение задумался, почувствовав, что слова Линь Юньвань, похоже, не относятся к наследнику.

Гэ Баор услышал плач Цин Гээр и, не сдержався, направился в главную комнату.

«Старушка».

Она не приходила уже несколько дней и вела себя хорошо. Хотя старушка Лу её недолюбливала, её гнев со временем утих, поэтому она не прогнала её.

Гэ Баор внимательно оценил настроение старухи Лу и, подойдя, тихо сказал:

– Пожалуйста, позвольте мне попытаться его убедить».

Старушка Лу подумала, что слова матери могут возыметь какой-то эффект, и велела Янь Маме:

– Закрой дверь».

– Да." Мама Ян также назначила горничную охранять дверь, чтобы никто не смог ворваться и раскрыть секрет.

Цин Гээр рыдала, слишком расстроенная, чтобы что-либо слушать.

Ге Баор обняла сына, вошла в занавешенный марлей шкаф и начала осторожно вытирать ему лицо.

После того как он успокоился, она терпеливо вразумила его.

Что бы она ни говорила, Цин Гээр действительно перестала плакать.

Старушка Лу наблюдала издалека, внутренне вздыхая.

В конце концов, кровные узы крепки; Цин Гээр всё ещё была ближе к Гэ Баору.

Мама Янь попыталась подслушать, но Гэ Баор говорил тихо, шепча на ухо Цин Гээр, так что она ничего не услышала. Когда мама Янь подошла ближе, Гэ Баор замолчал, вывел Цин Гээр наружу и объявил:

– Старушка, теперь Цин Гээр всё понимает».

Цин Гээр серьёзно сказала:

– Старушка, я ошибалась. С этого момента я буду усердно учиться у мастера Чжана».

– Ой!" Старушка Лу, держа на руках Цин Гээр, от души рассмеялась:

– Ты так быстро пришла в себя?»

Цин Гээр кивнула.

«Мой дорогой мальчик, жаль, что ты не был таким рассудительным раньше. Ты так сильно расстроил свою прабабушку своими слезами».

Цин Гээр весело сказала:

– Я больше не буду тебя беспокоить».

«Разве этот ребёнок не очарователен? Словно его коснулся мёд».

Старушка Лу и мама Янь болтали и смеялись.

Спустя некоторое время старушка Лу велела Янь-маме:

– Уже поздно. Сначала отведи его обратно».

«Мастер Цин, идите со мной».

Цин Гээр кивнула и последовала за ней.

Старуха Лу оставила Гэ Баора позади, сначала спросив ее:

– Как ты убедила Цин Гээр?»

Гэ Баор опустила голову, скрывая свой всплеск внимания, и ответила:

– Ничего особенного, просто немного рассуждений. Цин Гээр ещё ребёнок, поэтому более мягкий подход подойдёт. Как только его упрямство утихнет, он поймет мои доводы».

Старушка Лу, не до конца знакомая с характером Цин Гээр, не питала никаких подозрений.

«Я слышала от горничных, что вы в последнее время тренируетесь писать?»

– Да..." Гэ Баор почувствовал себя неловко, когда старуха Лу внезапно затронула этот вопрос.

Старушка Лу спокойно сказала:

– Добродетель женщины заключается в отсутствии у неё таланта; вам следует прекратить учиться».

Лицо Ге Баора побледнело.

Что она имела в виду? Почему она не могла узнать то, что знала Линь Юньвань? Дом Истории Персонажи Монеты Таксономии Глоссарий Азиатский Первое в мире сообщество по переводу азиатских BL-романов, основанное на краудсорсинге.

Наложница пользуется большим предпочтением, чем жена? Я отказываюсь быть хозяйкой этого маркизского дома.