Глава 12

Алёна – И когда ты собирался мне рассказать? – смотрю на Шумакова, который привалился к стенке лифта. – Давай поговорим позже, – зевает. – Плохо соображаю. – Ты тут всю ночь просидел? Матвей кивает, а мне… Боже, мне становится его жалко. Накрывает такой знакомой теплотой. Вчера, когда мы столкнулись у кабинета Михаила, так же было. На удивление, никаких негативных эмоций. Я ведь так боялась с ним все эти годы вживую видеться. Боялась, что сорвусь, наговорю лишнего, начну обвинять в том, в чем он, по идее, и не виноват. Во мне эти обиды очень долго сидели, я его поэтому и видеть не могла, потому что в душе обвиняла. Нашла крайнего в той ситуации, что у нас случилась. Смысл агриться на Карину, которая в психушке? Моей расшатанной психике была нужна цель поближе. Человек, на которого можно всех собак спустить. Открыто я никогда так не делала. Ничего не говорила. Чаще молчала и просто злилась. Отдалялась от него. Он это видел. Понимал и не знал, что с этим делать. Мы оба не знали. Я так хотела, но так боялась его обидеть, что по итогу просто сбежала. Он это принял достойно. Без скандалов. Без упреков. Просто принял. Честно, это тоже стало ударом. В моменте казалось, что не любит, раз вот так отпустил. Только спустя время поняла, что он этим своим поступком именно любовь и проявил. Не стал доводить меня до грани, а позволил самой принять решение, которое и так месяцы висело в воздухе. – Вот именно из-за такого стиля работы у твоего отца и начались проблемы с сердцем, – вздыхаю. Мот скользит по мне слегка раздраженным взглядом, которым меня уже давно не пронять. Я права сейчас. – Все должно быть в меру. – Я тебя себе в няньки вроде не нанимал, – снова зевает и достает телефон. Что-то там листает. Специально так делает, чтобы я отстала. – Мне не все равно, что с тобой происходит, – замечаю резонно. Звучу гораздо грубее, чем до этого. – Я знаю, Алён. Но давай не сейчас, ок? Выдыхаю. Прячу руки в карманах пиджака. Он огромный, на два размера больше меня самой. Такой всеми любимый сейчас оверсайз оказывается очень кстати. Я в него прячусь в эту минуту. – Тебе бы поспать, – все же не могу удержаться. Мот качает головой, а потом улыбается. – Юлька звонила, сказала, папа глаза открыл, – произносит, перед тем как двери лифта распахиваются. – Правда? – искренне радуюсь. – Это хорошо, – иду за Шумаковым следом. На улице достаю сигареты и шарю по своим карманам в поисках зажигалки. Так мы перемещаемся на парковку. – Значит, ты серьезно решил остаться? – Надеюсь, что временно. Отец скоро восстановится и… Мот трясет головой, открывает машину. Уверена, мы оба думаем сейчас о том, что, даже когда Алексей Олегович поправится, работа ему будет противопоказана. Матвей это сам прекрасно понимает. А говорит все это больше для меня. Мы вроде как условились стараться больше на глаза друг другу особо не попадаться. Правда, несмотря на это самое условие, до сих пор не развелись. Смотрю на безымянный палец Шумакова, на котором до сих пор сидит кольцо. Зачем он его носит? Почему? Чувствую, как у самой покалывает то место, где была обручалка. Набираю в легкие побольше воздуха, а потом произношу: – Ты молодец, что осмелился. – Бросаю взгляд на здание офиса. – Он тобой гордится и всегда гордился, – облизываю губы, а сама дрожу вся. Хочу его поддержать. Для Матвея это очень серьезный шаг, особенно в той ситуации, которая сейчас сложилась. Его папа всегда видел его в своем кресле, но попал Мот в него, лишь когда Алексей Олегович загремел в больницу, и непонятно теперь, когда восстановится. Не хочу, чтобы Мот винил себя еще и в этом. Накручивал теориями о том, что, если бы приехал и разгрузил отца раньше, ничего подобного бы не случилось. – Хорошо выглядишь, – Матвей скользит взглядом по моим ногам… Выше, так и добирается до лица. Меняет тему. – Спасибо, – бормочу на автомате, до сих пор сжимая не подкуренную сигарету в руке. – Завязывай, – Мот кивает на мой кулак, – несет как от пепельницы, – склоняется к моему уху и улыбается. Он так уже говорил мне однажды. Закатываю глаза и касаюсь его плеча кончиками пальцев. – Я сама разберусь, как мне пахнуть, – улыбаюсь в его манере. Лениво и будто нехотя. – Ты вроде спешил, – киваю на открытую машину. – Точно. До встречи. – Ага, – делаю шаг назад. Наблюдаю за тем, как Шумаков выезжает с парковки, и, наконец, напарываюсь в кармане на зажигалку. Зажимаю сигарету зубами, подношу к ней огонь, но в самый последний момент себя останавливаю. Убираю все обратно по карманам и возвращаюсь в офис. Конечно, после этой встречи рабочий день идет по одному месту. Я не могу сосредоточиться и даже пару раз получаю от Миши словесный подзатыльник за то, что явно витаю в облаках. – Простите, – опускаю взгляд. – Шумаков теперь здесь работает. – Михаил поднимается из кресла и достает из своего алко-глобуса бутылку виски. – Я в психологи не набиваюсь. Скажу один раз, и больше мы к этой теме не вернемся. – Разливает напиток по бокалам. Один протягивает мне. – Ты здесь на работе, Алёна. Все личное должно оставаться там, – кивает на окно. – Доступно объясняю? – Еще бы, – морщусь, когда делаю глоток из своего бокала. – Отлично. Значит, мы друг друга услышали? – Конечно. Вечером еду домой на такси, потому что моя машина снова в ремонте. Глушитель под замену. Сейчас моя малышка ревет на всю улицу как сумасшедшая. Вылезаю из такси, уже хочу подняться к себе, когда звонит Андрей. Отвечаю не раздумывая. Мы с ним пару месяцев вместе. Познакомились у Ирины на концерте. Он его организовывал. Как-то сразу нашли общий язык. – Привет, Алён, как смотришь на то, чтобы сходить поужинать куда-нибудь? – Очень положительно. Мне нужно только привести себя в порядок. Я только приехала с работы. – Хорошо. Тогда заеду за тобой в восемь. – Договорились. Дома очень долго сижу в ванне и только в последние минуты перед выходом решаю, что надену. Красный брючный костюм с черным топом и туфлями на шпильке. Тоже черными. Андрей приезжает вовремя, ждет внизу. А вот я опаздываю. Спускаюсь к нему минут через пятнадцать. Извиняюсь, когда забираюсь в машину. – Все нормально, – целует меня в щеку. У нас пока букетно-конфетный период. Узнаем друг друга. Плюс видимся, конечно, не так часто. У Андрея почти весь прошлый месяц были гастроли. – Я подумал, что неплохо будет поужинать в «Вино и музыка». – Я не против. «Вино и музыка» пользуется в городе большой популярностью, открытие было в том году, и первые пару месяцев туда было очень сложно попасть в выходные, все столики всегда были забронированы. Сейчас интерес немного упал, но место по-прежнему находится в топе. Андрей помогает мне выбраться из машины, а потом открывает дверь в ресторан, касаясь ладонью моей спины. Мы занимаем столик практически в центре зала. Официант сразу приносит меню и винную карту, дает рекомендации. Акцент в этом месте сделан на хорошее вино и, конечно, живую музыку, исходя из названия. Решаю довериться вкусу Андрея, поэтому заказ он делает сам, пока я рассматриваю зал и мельком – собравшихся здесь людей. Приятная музыка ласкает слух. Прохожусь взглядом по столикам в дальней части зала. Они более уединенные. Их всего шесть. И на каждый всегда есть бронь. Растягиваю губы в улыбке, когда замечаю там Дашу. Князев с женой, видимо, тоже решили поужинать вне дома. Киваю ей. Дарья улыбается, взмахивает рукой, копирую ее жест, а когда мой взгляд проходится по сидящим рядом с ней людям, чувствую, как улыбка на моих губах угасает. Кроме Князевых, за столиком присутствует еще одна пара и… Матвей. Он сидит ко мне спиной, но я прекрасно вижу, что это он. Немного растерянно перевожу взгляд на Андрея. Он не знает, что официально я до сих пор замужем, а в этом месте прямо сейчас сидит мой муж. Боже, это даже звучит плохо… – Как прошел твой день? – А? – моргаю, сосредотачивая внимание на Андрее. – Как прошел день? спрашиваю, – улыбается, немного повышая голос. Видимо, думает, что я не расслышала из-за музыки. На самом же деле у меня такая какофония в ушах стоит. И все из-за учащенного пульса. – Отлично, – передергиваю плечами, чтобы сбросить этот налет из страха и волнения. – Начальник вернулся, так что можно гордо сообщить, что я теперь снова работаю двадцать четыре на семь, – смеюсь, крепче сжимая пальцами ножку бокала. Делаю пару глотков красного вина. Андрей выбрал сладкое. – Вкусно, – хвалю его выбор и почти опустошаю бокал. Нервничаю. Боюсь. Чего? Может быть, неадекватной реакции Матвея, мало ли… Он до сих пор носит это кольцо, и я понятия не имею, что у него на уме. Раньше он не был агрессивным, я не видела его ревности, поэтому угадать, какая у него будет реакция, сложно. Плюс, как бы я ни отгоняла от себя это чувство – мне стыдно. Да-да. Банально стыдно. Я вроде как замужем по документам, а до сих пор не рассказала Андрею об этом. Это некрасиво. Знаю, что имею право жить как хочу, выбирать, скрывать или говорить, встречаться с кем-то или нет. Знаю все это, но сердцу не объяснишь, ему тревожно и немного страшно. – Мы в воскресенье собирались за город, но у меня выступление перенеслось, – Андрей поджимает губы. – Прости. Читаю практически по губам. Его голос размывается на фоне музыки, которая почему-то звучит для меня громче прежнего. – Я понимаю. – Мне очень жаль, что мы так редко видимся. Ты прекрасна, – Андрей сжимает мою руку, которая лежит на столе. Вздрагиваю даже. Немножко неожиданно получается. Поджимаю губы на мгновение, ловлю взгляд Андрея, а потом улыбаюсь. Стараюсь отпустить ситуацию, но, кажется, если мы не уйдем отсюда, то сделать это у меня не получится. Затылок горит так, словно кто-то все это время на меня пристально смотрит. Почти дышит в спину, хоть и на огромном расстоянии. – Давай уйдем, – предлагаю, сжимая его пальцы. – Музыка, – взмахиваю рукой. – Разговаривать неудобно, – вру. Что угодно сейчас придумаю, лишь бы покинуть это место. В конце концов, я пришла сюда с человеком, к которому испытываю симпатию. Который хотел провести этот вечер со мной, а не с моим прошлым. – Хорошо. Я тогда расплачусь. Вино забираем с собой? – Андрей улыбается, а я киваю. Пока он расплачивается, мой взгляд снова добирается до столика Князевых. Дашка смеется, прижимая ладонь к груди. Матвей в это время явно что-то рассказывает, потому что жестикулирует. Показалось. Он, скорее всего, и не заметил, что я здесь, а Даша вряд ли бы стала делать на мне акцент при Матвее, она знает нашу историю. Отворачиваюсь. Поднимаюсь на ноги и, ухватив Андрея под локоть, спешу на выход. Только на улице могу вдохнуть полной грудью, сердцебиение нормализуется. Мы переходим дорогу и идем на набережную. Шпильки, конечно, не самая удобная обувь, но я вроде справляюсь. – Уйти было хорошей идеей, музыки мне хватает и на работе. Андрей крепче сжимает мою ладонь и делает глоток вина прямо из бутылки. Улыбаюсь, а потом тоже пью. Несмотря на то, что он музыкант, никаких стереотипов, присущих людям его профессии, я в нем не замечала. Даже в ситуации с перестановкой отказать ему в помощи было моей идеей. У него было несколько запланированных выступлений, и я реально испугалась, что он может как-то покалечить руки. – Давно не чувствовал себя так, как с тобой, – обнимает меня посреди набережной. – Мне хорошо, когда ты рядом. – И мне, – улыбаюсь, а потом запрокидываю голову. Смотрю Андрею в глаза. Он приобнимает меня за талию в этот момент. Поцелуй случается вовсе не неожиданно. Я к нему готова. Даже ждала, наверное. Мне не противно, наоборот, приятно. У Андрея мягкие, теплые губы, свежее дыхание и прекрасная техника поцелуя. Мне нравятся его объятия, его запах… Нет никаких отталкивающих маркеров. Наверное… По небу прокатывается первый раскат грома. Я вздрагиваю и втягиваю голову в плечи. Оба смотрим вверх. – Сейчас дождь начнется, – констатирует Андрей. – Я вызову такси. – Люблю дождь, – бормочу, подставляя лицо под первые крупные капли. Ветер усиливается в момент. Погода меняется по щелчку пальцев, хотя, казалось бы, минуту назад мы изнывали от вечерней духоты. – Идем, машина там, – Андрей тянет меня к парку. – Присаживайся, – открывает дверь в такси. – Спасибо. Оказавшись в машине, наблюдаю за тем, как стекло превращается в паутинку из стекающих капелек. Честно, я бы не отказалась сейчас прогуляться под дождем. – Поехали ко мне, – слышу шепот Андрея в самое ухо. Хватает нескольких секунд, чтобы кивнуть. Согласиться. Принять его предложение. Как угодно можно назвать. Суть в том, что я не говорю нет. Мы едем к Андрею. Я еду к Андрею. У подъезда немного тушуюсь. Кажется, будто мне снова семнадцать. На ступеньках ловлю себя на мысли, что все делаю правильно. Давно нужно было, а вот в квартире словно уличаю себя во лжи. Я будто специально сейчас начинаю себя подгонять, торопиться непонятно для чего, чтобы вроде как закрыть вопрос с Матвеем для себя навсегда. Я ведь уходила от него насовсем… В прихожей темно. Чувствую прикосновения. Поцелуи в шею. Прилипаю спиной к стенке, поочередно сбрасывая каблуки. Сразу теряю в росте, и Андрей тут же приподнимает меня над полом. У меня были мужчины за эти годы. Андрей сейчас может стать третьим… Снимаю пиджак, отвечаю на его поцелуи. Делаю это просто потому, что все уже давно к этому шло. Если бы Шумаков не появился, я бы даже не сомневалась, что так правильно сейчас. Но он приехал, и у меня появляются вопросы к самой себе. Взбаламутил, зараза, мою размеренную, тихую жизнь… Мой пиджак валяется на полу. Кожу на плечах и груди печет от поцелуев и трения о легкую мужскую щетину. Андрей просовывает ладони под мой топ на спине. Говорит какие-то комплименты, которые я даже разобрать не могу. Все мои мысли мечутся между вопросами, нужна ли мне эта ночь или нет. Наверное, я настолько погружаюсь в мысли и становлюсь бревном, что Андрей это замечает. Отстраняется, касается пальцами моей щеки. – Все нормально, Алён? – Да, все хорошо, – бормочу, но настроиться на интимный лад все равно не выходит. Мыслей слишком много, отключить голову не получается. Улыбаюсь, обнимаю, зарываюсь пальцами в его короткие волосы и даже издаю тихий стон. Андрей верит. Реагирует, как я и ожидала. Зацеловывает меня, обнимает крепче. Мы перемещаемся в спальню. Чувствую прохладные простыни под собой, жаркие поцелуи и жадные объятия. Все это будит страсть и желание. Оно не острое, не сумасшедшее, скорее, спокойное и правильное. Хотя разве существует что-то правильное? Не знаю. Но единственное, чего я хочу, оказавшись без трусов – это рассказать правду. Не к месту и, наверное, никому не нужную правду. Упираюсь ладонью Андрею в грудь, сжимаю бедра, выдыхаю, а потом произношу фразу, которую уже несколько лет вслух не произносила: – Я замужем. Андрей моргает. Замирает, равно как и я. Вижу, как у него между бровей образовывается складка. – В паспорте, – добавляю уже тише. – Мы давно не живем вместе, но я думаю, ты должен знать.