Глава 9

Матвей – Спасибо, Миш, – жму руку Князеву и вытаскиваю сигареты. Алёнка уже поднялась в квартиру, я же остался внизу с чемоданами. Вся эта ситуация с недостачей выстегнула, но и принесла плоды. Честно, до сих пор не верю, что Алёна приехала. Приехала ко мне. Навсегда. Мы столько говорили об этом, спорили, не понимали друг друга, а теперь вот она здесь. Со мной. У нас будет ребенок, а на ее безымянном пальце – кольцо. Мы скоро станем семьей. Или же мы уже семья? Изо дня в день кручу эти мысли. Сказал бы кто мне год назад, как круто изменится моя жизнь, я бы не поверил. Алёнка же внезапно ворвалась. Все собой затмила с первого взгляда. С той ночи на даче, с которой Вадик попросил меня ее забрать. Она была такая взъерошенная, рассеянная, волновалась, а потом призналась, что любит. Просто, без жеманностей и вообще каких-либо притязаний. Мой мозг эту информацию еще сутки напролет обрабатывал. Ситуация не отпускала. У меня на тот момент была постоянная девушка, свадьба на носу и полное безразличие к жизни. Думаю, что именно с появлением Алёны я на все иначе взглянул. На любовь, которой у меня и не было. На себя со стороны. На свои желания и стремления… Она изменила все. Маленькая, хрупкая, беззащитная, но невероятно сильная духом. Князев пробегается глазами по закрытой территории ЖК. – Неплохо, – заключает, возвращая меня в реальность. – Батя подогнал, – чешу затылок. – Работать к нам не собираешься? Хмурюсь. Слегка передергивает даже. – Не планировал. Миша улыбается, кивает как-то странно, но тему эту больше не развивает. – Красивая девочка. Это он, судя по всему, про Алёнку. С одной стороны, горжусь, с другой, ревную. Даже к Князеву. Не ожидал от себя такого. Раньше было как-то ровно на всех своих телок. А тут… Тут все ясно предельно. Алёна не телка. Вот и все. – Так, я поехал. – Миша чекает время на своих «Панераи». – Много не кури, – хлопает меня по плечу. Закатываю глаза, докуриваю и только потом поднимаюсь в квартиру с Алёнкиными чемоданами. Застаю ее стоящей в гостиной у окна. Вид тут хороший. Самый центр почти. – Ой, – вздрагивает, когда останавливаюсь у нее за спиной. – Я не услышала, как ты пришел. Красиво, – улыбается. – Ага, – киваю, уже шаря руками у нее выше пупка. – Пиздец соскучился. Алёна облизывает губы. Выглядит смущенной, счастливой. Я осознаю, насколько тяжело ей дался этот переезд, и вроде как мне, именно мне, нельзя сейчас оплошать. Правда, иногда возникает стойкое ощущение, что все от меня только и ждут, когда же я облажаюсь и запорю все по всем фронтам. – Я тоже, – выдает на одном дыхании и разворачивается ко мне лицом. Смотрим друг на друга примерно минуту. Мой взгляд рассеивается. Хочется ухватиться за каждую черточку, запомнить все до мелочей. Чувствую прикосновения подушечек ее пальцев к моему лицу. Алёна привстает на носочки, касается моей щеки сначала, потом проходится по лбу, смахивая не уложенную челку в сторону. Улыбается. Красивая. Настоящая. Моя. Она заряжает своей улыбкой все вокруг, и я, конечно, не исключение. – Это похоже на сон, – шепчет. – Самая настоящая реальность, – копирую ее интонации. Вкрадчивые такие, как порхающая с лепестка на лепесток бабочка. – Мне явно нужно привыкнуть, – зажмуривается, а когда открывает глаза, произносит: – Спасибо. – За что? – Просто спасибо. Прижимаю ее к себе. Зарываюсь пальцами в волосы. Вдыхаю аромат. Ни на что не похожий и ставший уже родным. – Я так боялась тебе звонить в тот день, когда узнала, что беременна. Так боялась, Матвей. Думала о тебе плохо. Была уверена, что мы не будем тебе нужны. Хотелось спрятаться где-нибудь на всю жизнь, чтобы не сообщать. Мы же совсем немножко были вместе… Это я люблю тебя со школы, а ты, ты даже внимания на меня никогда не обращал, – вздыхает. – Дурак потому что. Алёнка покрывается мурашками, они сползают по шее к ключицам. Обнимаю ее крепче, целую в мягкие, теплые губы, потряхивает от эмоций, которые испытываю. Они уже не в новинку, но с ней я испытал их впервые. С ней адское желание смешивается с трепетом. Хочется любить ее, оберегать, но вместе с этим трахать. Жестко. До хриплых стонов. До мольбы вколачиваться в нее сильнее. Моргаю. Чувствую, как немеют пальцы, сжатые в кулаки. В голове красным маячит запрет. Ей нельзя сейчас. Помню. Но сдерживать себя пиздец сложно. Выдыхаю. Чуть резче, чем следовало, разворачиваю ее к себе спиной, сжимаю грудь, целую шею. Хоть так. Потрогать ее, жадно, требовательно. Услышать тихий стон, сорвавшийся с манящих губ. Убедиться, что она тоже хочет. Завестись сильнее от этого понимания, а потом успокоиться, потому что снова накатит трепет. – Люблю тебя, – ее голос обволакивает. Закрываю глаза. Глажу Алёнкин живот, оставляя еще одну дорожку поцелуев на ее шее. – Моя девочка… И я тебя люблю. Очень люблю. – Когда ты это понял? – шепчет. – Давно. Теперь я знаю, что давно. Раньше, чем тебе кажется, – касаюсь губами ее виска. – Я очень тебя ждал. – Мы не виделись пару дней. – Не сегодня, Алён, – перехожу на шепот. – Я так долго ждал тебя в своей жизни. Тогда еще сам не знал, чего жду. Чуда какого-то. И оно случилось. Алёна всхлипывает. Замечаю, как вытирает слезы. Обнимаю ее крепче. Три недели спустя… – Нина, ты все собрала? – Алёна проверяет сумку сестры, перед тем как сесть в машину. Хмурится. – А то, что мы в сад купили, где? – Ой, – девчонка зажмуривается. – В пакете на кровати забыла. – Так, садись в машину, я сейчас принесу. Нина послушно забирается в салон, я наблюдаю за этим со стороны. Курю, стоя чуть подальше, чтобы дым не попадал на Алёнку. – Я сейчас сбегаю быстренько, ладно? – Алёна касается моего плеча. Киваю. Пока она поднимается в квартиру, я успеваю докурить и сесть в тачку. Малявка уже стащила куртку и даже разложила своих кукол на сиденье. Она приезжает к нам второй раз. В первый я работал, поэтому привозил ее Вадя и забирал тоже. Мы почти не пересекались. Сегодня же мы все вместе едем в родной город, после двух дней гуляний по Москве. Пришлось даже купить детское кресло. – Матвей, подержи, пожалуйста, – Нина вытягивает руку между спинками передних кресел. Протягивает мне расческу. – Красивая она, – вздыхает, рассматривая куклу, – спасибо за подарок. Киваю. Не сказать, что я нашел общий язык с Алёнкиной сестрой. Она меня не раздражает, и это вполне устраивает. Проникаться этой девочкой я не планировал. Да и вряд ли бы получилось, не такой я человек. – А можно я с тобой сфотографируюсь? – переходит на шепот. – Отправим потом Вадику, и я в саду покажу всем, – улыбается. На прошлой неделе вышел клип Лиссы, в котором я снимался еще летом. Эта веселая песенка залетела на детскую аудиторию. Все малявки теперь кипятком ссутся по Алиске, но меня тоже слегка зацепило, что, честно говоря, не особо нравится. – Перелезай тогда, – отдаю ей расческу обратно. Нина старательно перебирается ко мне на сидушку. Достаю мобильник, включаю фронталку. Нина прищуривает один глаз и высовывает язык. Щелкаю. – И еще одну, – растягивает губы в широченной улыбке. Только сейчас замечаю, что они с Алёной и правда похожи. Снова щелкаю. – Класс. А ты Вадику отправишь? – Отправлю. – А ты сегодня у нас дома спать будешь? – Вряд ли. – Почему? – Потому что нам нужно будет вернуться в Москву вечером. – Жаль. Я думала… – Алёна идет, – киваю на приближающуюся к нам фигуру Исаевой с пакетом в руках. Нина переключает все свое внимание на сестру. Половину дороги они подпевают песням, что играют по радио, вторую половину спят. Причем все это у них выходит почти синхронно. Останавливаюсь пару-тройку раз, чтобы покурить, а когда доезжаю до города, бужу Алёну, припарковавшись у дома своих родителей. – Мы все уже? – Алёнка зевает. – Ой, а мы… Нину надо же отвезти. – Давай пожрем сначала, ладно? На самом деле мне нужно застать отца. Он вот-вот должен улететь в Читу. Какие-то деловые переговоры. – Хорошо. Нина, просыпайся. Кушать будешь? – Нет. А мы уже до… Вижу в зеркало, как девчонка моргает. Высовывает нос в окно, разглядывая наш двор. – Мы не дома, – произносит с такой скорбью в голосе и грустью в глазах, что на секунды мне даже совестно становится, что я сначала сюда поехал, а не на квартиру ее закинул. – Мы на полчасика. Хорошо? Ты же помнишь тетю Виолетту? Нина кивает. – Вот, мы к ней в гости, – Алёна снова широко улыбается. – Ненадолго? – На чуть-чуть, кнопка. Идем? Вылезаю из авто, огибаю капот, обвиваю Алёнкину талию руками. – Я к отцу в кабинет на пару минут, – касаюсь губами ее щеки. – Ладно… – Мама! – ору еще на ступеньках, только открыв дверь в дом. – К тебе гости. – Матвей? – мама идет мне навстречу. – А ты чего не предупредил? – Отец дома? – Дома, он… – Мать указывает рукой на кабинет, именно в этот момент заходят Алёна с Ниной. – Ой, девочки. Привет. Матвей, – уже мне в спину. – Потом. – Так, ладно, девчонки, идемте на кухню. Слышу мамин голос, уже поднимаясь по лестнице. К отцу захожу после предварительного стука. Толкаю дверь, переступаю порог и сую руки в карманы. – Матвей? Не говорил, что заедешь, – отец складывает какие-то бумаги. – Появилась возможность, – отодвигаю для себя стул. – Я тут кое-что узнал, – наблюдаю за тем, как отец убирает бумаги в портфель. – Что? Сама невозмутимость прям. – Князев сказал, что ты хочешь переписать на меня контрольный пакет акций. – Тебя это ни к чему не обяжет сейчас. Зато, когда меня не станет, убережет от многих проблем. – Ты в гроб собрался? – Все когда-нибудь там будем. – Почему не на Юльку? – У нее и без этого будет большое наследство, а тебе денег напрямую я решил не оставлять. – Вот спасибо. Отворачиваюсь. Ну что за фокусы очередные? Князева я допытывал, не в курсе ли он, что там у отца по здоровью, он заверил, что все отлично. – Это все, Матвей? Я спешу. – Мама знает о твоих проделках? – Мы с ней вместе так решили. В конце концов, я все еще надеюсь, что ты возьмешься за ум и вернешься, – папа вздыхает. – С чего вообще возникли все эти разговоры о наследстве? – Семёнов умер на той неделе. Вот я и подумал, что неплохо будет побеспокоиться о своих детях заранее. Раз ты у нас все еще актер, мне от тебя понадобится право подписи, как от владельца контрольного пакета акций. Тут закорючку поставь, – подсовывает бумажку. Расписываюсь. – Отлично. Как дела? Как Алёна? Кто у меня будет? Внук, внучка? – Пока не знаем. Все нормально. – Это хорошо. Я через пару дней буду в Москве, ждите в гости. Пошли, с мамой надо попрощаться мне еще. Водитель же подъехал. Спускаемся на кухню. Мама уже успела накормить девчонок и предложить чай. – Здравствуйте, – Нина здоровается с моим отцом первой, потом Алёнка. – Здравствуйте. Да вы, Исаевы, все как под копирку. Одна краше другой. Нина хихикает. – Лёша, прилетишь, сразу позвони. Я волнуюсь. Ты носки теплые взял? Отец закатывает глаза, кивает. – Взял-взял. – А таблетки? Ты же плохо переносишь перелеты. – Вета, я все взял! – Ладно-ладно. Мама идет провожать отца, наблюдаю за этой картинкой. Всю дорогу до двери они переговариваются. Отец отбивается от маминой заботы, а она только с большей активностью ее навязывает. – Можем ехать, – смотрю на Алёну. – Хорошо. Я Вадику написала, он дома как раз. Хотела его застать, про папу поговорить, – переходит на шепот. Уже в прихожей подаю Алёне пальто, пока Нина напяливает ботинки. – Давай еще тортик купим заедем, ладно? – Хорошо, – целую ее в губы. Алёна улыбается, а Нина, путающаяся под ногами, хохочет. В квартиру Исаевых поднимаемся минут через сорок. Вадя открывает нам дверь в одних труселях. – Долго спишь, – хлопаю его по плечу и прохожу внутрь. Разуваюсь. Помогаю Алёнке с верхней одеждой. Нина сразу несется в свою комнату. – Это вы долго ездите. Я уже покемарить успел. – Мы тут к чаю купили. – Алёна ставит торт на стол в кухне. – Как папа? – смотрит на Вадика. – Нормально. Говорят, что даже лучше, чем ожидали. Я у него был на днях. Впервые за последний год с ним поговорил, – хмурится. Ловлю Алёнкин взгляд, она вот-вот зарыдает. – Ты чай хотела, – напоминаю ей, чтобы отвлечь. Алёна вздрагивает и начинает суетиться. Иса прищуривается и кивает в сторону балкона. Выходим туда вдвоем. Закуриваю. – Все реально нормально? – выдыхаю дым и смотрю на пятиэтажку, расположенную напротив. Вадя моргает, а потом заторможенно кивает. – Да. Сам не верю, если честно. Не надо было ей говорить, что я у него был. Затупил. Когда свадьба? – Алёна думает. – У нее скоро живот вылезет, а она все думает? Чувак, похоже, кто-то из тебя вьет веревки. – Захлопнись, – тушу окурок с улыбкой на губах. – Вы надолго? – Вообще, по-хорошему, через час-полтора надо ехать. У меня завтра утренняя смена. – Понял. *** – Матвей, давай остановимся на заправке. Хочу чай. – Через пару километров будет, – киваю, чуть сжимая Алёнкино колено. Мы живем вместе уже три недели, но ощущение, будто так всегда было. Я готовился ко всему, к ссорам, к тому, что не сойдемся в быту, чего только ни наслушался от женатых коллег, а по факту все оказалось лучше, чем просто хорошо. Алёна перевелась в местный вуз, мы видимся не так часто, как хотелось бы, но любую свободную минуту проводим вдвоем. Я могу сразу после ночной смены не ложась отвезти ее на учебу, чтобы выкроить для нас еще часок. Она постоянно собирает мне с собой какую-то еду. Первый раз, когда она так сделала, я даже не понял зачем. У нас дома так не принято. Отец всегда ел в городе, мы с сестрой тоже, поэтому мама не парилась насчет готовки. Оказалось, что это приятно. Вот такая простая человеческая забота… В моих прошлых длительных отношениях все было тоже, мягко говоря, иначе. Каждый был сам по себе. Мы пересекались, чтобы потусоваться и потрахаться. Ну и, конечно, много времени проводили вместе на работе. С Алёной я не чувствую себя одиночкой. Мы вдвоем, но при этом единое целое. Заворачиваю на заправку. Покупаю Алёнке чай, пока она идет в туалет, и не без удивления смотрю на высвечивающееся на экране смартфона имя. – Эд? – отвечаю и выхожу на улицу. С Эдом мы не общались последние полгода. Раньше зависали у него вместе с Каро, но потом он просто пропал с радаров. – Здорово, чувак. Ты в Москве? Нужно встретиться. – В ближайшие дни не смогу. – Это насчет Каро. Она ко мне приезжала, Мот. Что у вас произошло вообще? Она не в себе. Нужно пересечься, она свой айфон забыла. Там полный треш. Думаю, тебе стоит увидеть. – Сегодня в девять сможешь? – Да, приезжай ко мне на хату. – Буду. Скидываю звонок. Оглядываюсь. Алёнка чешет к машине, закутавшись в куртку. Когда подходит ближе, уже на автомате обнимаю и целую в губы. – От тебя воняет сигаретами, – морщит нос. – Прости. Забыл. – Все нормально? Ты чего такой хмурый? – Так, задумался, – отмахиваюсь. – Мне вечером на пару часов отъехать нужно. Дела нарисовались. – Опять? Я думала, мы посмотрим сериальчик… – Посмотрим. Я ненадолго. Алёна вздыхает и забирается в тачку. Всю дорогу кручу в голове слова Эда. Каро снова в городе. Это плохо. Честно говоря, я понятия не имею, чего от нее ждать. В Москве отвожу Алёну домой, сам поднимаюсь с ней в квартиру, переодеваюсь, прошу никуда не выходить и уезжаю. Дорога занимает минут тридцать. Звоню в квартиру Эда. Нервничаю. Я отлично помню о Каро, но, честно, не думал, что она опять объявится. – Проходи, Мот. Виски? – За рулем. – Когда тебя это останавливало? – ржет. – Давай ближе к делу. – А, да… Телефон. Вот, – протягивает мне айфон. – Пароля там нет. Быстро листаю галерею, и волосы дыбом на голове встают. Там и правда треш. Тут Эд не обманул. Десятки, а может, и сотни видео, снятых на камеру этого же телефона. Я либо один, либо с Алёной. В ресторане, парке, в тачке. Выхожу с площадки, звоню кому-то. Целую Алёнку. Видео, фото, все вперемешку. – Когда она у тебя была? – ловлю взгляд Эда, который что-то печатает. – Сегодня, нет, вчера. Да, вчера. С утра. Дерганая была. Киваю. Но словно что-то не сходится. Не нравится. Дерганая? Такая же, как Эд сейчас? Смотрю на часы, пролистываю еще пару фоток. Я, Алёна, Нина. Сфотографировано вчера. У дома, у дома, в котором мы с Алёнкой живем. Пальцы холодеют. Эд делает два шага назад. Сталкиваемся глазами. – Рассказывай, – давлю голосом, крепче сжимаю телефон Каро в руках. – Слушай, чувак, я не при делах. Она просто заехала, попросила позвать тебя. Оставила телефон, сказала, тебя заинтересует. Все. – Сука, – резко разворачиваюсь на пятках и бегу к лифту. В тачку прыгаю с железобетонным пониманием, что меня развели. Происходит что-то нехорошее. Пока еду, в голову что только ни лезет. Алёнка одна дома, а Каро, кажется, совсем слетела с катушек или в очередной раз обдолбалась. Бросаю машину у подъезда, забегаю в лифт. У двери в квартиру роняю ключи, они издают мерзкий брякающий звук. Подбираю и случайно толкаю дверь локтем. Внутренности холодеют по нарастающей, пока я наблюдаю за тем, как дверь медленно открывается. – Алён! – ору, забегая в квартиру. В ответ звучит только тишина. – Алёна! Я, наверное, забыл закрыть дверь. Забыл закрыть, а Алёнка в душе. Сто раз было так, что она не слышала, как я пришел, из-за шума воды. Вру себе. Успокаиваю, ведь в ванной пусто, в гостиной тоже, заворачиваю на кухню. Буквально на секунду ноги приклеиваются к полу. Всего секунда. Мозг пребывает в агонии. Алёна лежит на полу без сознания. Падаю рядом с ней на колени, встряхиваю, прощупываю пульс. Трясет. – Алёна… Ищу телефон по карманам, чтобы вызвать скорую, и чувствую, как кожу щекочет ветер. Поворачиваю голову. Балкон настежь. Поднимаю Алёну и перекладываю на диван, параллельно называю адрес, куда нужна машина скорой помощи. Делаю глубокий вдох, выхожу на балкон. Никого.