Глава 12

Картер

Я не врал, когда говорил, что знакомство с родителями не моя тема, поэтому хорошенько погуглил. Советы, правда, полная дичь. Лучшей идеей оказалась моя собственная, а именно: вооружиться бутылкой «Шато Латур» с красной лентой на горлышке и коронным обаянием. Прибыл ровно в семь вечера. Я в принципе пунктуален, ну и Ведьмочка особенно предупредила, чтобы без опозданий.

Припарковался на подъездной дорожке, вышел, осмотрелся. Мы с Марсией уже больше двух месяцев трахаемся, а я только сейчас узнал ее адрес. Обычно останавливался за квартал – как-то так уж вышло.

– Встречаемся, – поправил себя вслух. Иначе ее отец мне трахалку оторвет. Ведьмочка кратко описала, что из себя представляют ее родители. Папа внушал опасение.

Я поднялся на крыльцо, заглянул в окошко с миленькими занавесками: на подоконнике стоял горшок с каким-то пестрым цветком. Да, это точно будет интересным опытом.

Постучал тактично и приготовился сорвать поцелуй, пока родители не видят. Дверь открылась, и я качнулся навстречу…

– Ты что удумал, парень? – нахмурился высокий мужчина со жгучими темными волосами, немного тронутыми сединой на висках, и строгими усами, как у Тома Селлека! Черт возьми, я чуть не поцеловал усача! Знатная намечается вечеринка!

– Мистер Кларк, – я открыто улыбнулся и протянул руку, – Картер Трэвер, друг вашей дочери.

Отец Марсии посмотрел мне за спину, нахмурился (тачку мою не оценил, что ли?!), затем на меня взглянул и пожал руку.

– Генри Кларк, – и отступил от двери. – Проходи, а это мне, – бутылку забрал, повертел в руках и сощурился подозрительно. – Ты ведь не спаиваешь мою дочь, верно?

– Ни в коем разе, мистер Кларк, – я был открыт и вежлив. И, кажется, уже этим ему не нравился.

Гостиная выглядела разношерстной, но очень славной – по-домашнему. Серый диван с цветастым покрывалом и два лиловых кресла, глиняные вазы с живыми цветами и ковер с каким-то морским узором. Очень сочеталось с необычным и ярким характером Марсии. Возможно, и семья у нее такая же.

Через минуту я познакомился с хозяйкой дома. А мама у Ведьмочки зачетная! Казалось бы, женщина хорошо за сорок, чуть полнее, чем мне нравится (хотя в принципе люблю девушек с формами, а не худых селедок) и встречает меня не в роскошном наряде с боевым раскрасом на лице, но глаз не отвести. Зрелая, сочная, улыбчивая, с невероятной, чисто женской энергетикой! Марсия таких флюидов не испускала. У юных пташек – очарование молодости и свежести. А у женщин постарше – спелости, и то не у всех. Моей матери почти пятьдесят: она ухоженная, подтянутая и красивая, но никаких похожих эмоций. И это с поправкой на то, что она мама моя и влечения там в принципе ноль.

– Как тебе ребрышки, Картер? – поинтересовалась Марго (такое имя грех прятать за чопорным «миссис»), очень заботливо, между прочим. Я ей понравился. На это у меня чутье. – А тебе, дорогой, как? Может, горошка еще или соус? – Но муж определенно нравился больше.

– Все очень вкусно, миссис Кларк. Вы чудесно готовите.

– Спасибо, милая, – сухо проговорил отец семейства. Мистер Кларк мной не очаровался и смотрел скептически, хоть и был предельно вежлив. Дочь его тоже не выглядела влюбленной – настороженная какая-то. Неужели думает, что завалю операцию? Я послал Марсии обаятельную улыбку. Она ответила. Мое ж ты солнышко. Домашняя такая, послушная, сладкая. Вот бы со мной была покладистой! Хотя нет, пусть остается собой. Моей строптивой со вкусом малины ведьмой.

– Так вы работаете вместе? – поинтересовался отец Ведьмочки, словно не устраивал допрос десять минут назад.

– Пап, ну ты же знаешь.

Марсия – тигрица, кстати: сразу показала, что на моей стороне.

– Начальник и подчиненная, значит?

– Коллеги, которые давно друг друга знают, – поправил я. Его вариант слишком пошло звучит. Хотя верен. – У вас очень оригинальная посуда, – заметил, рассматривая интересную роспись. – Это глиняные? – у меня бабушка увлекалась гончарным делом, я тоже разбирался немного.

– Да, – еще больше похорошела Марго. – Я сама мастерю посуду. И расписываю тоже.

– У вас золотые руки, – отвесил комплемент, сверкнув глазами, и на Ведьмочку посмотрел: – Вот в кого ты такая умница.

Я едва сдержался, чтобы не заржать в голос, потому что Марсия так смешно боролась с желанием дать мне под коленку за мою приторную сладость. А вот мама ее растаяла. Глава семьи, правда, прокашлялся в кулак. Не, ну хорошо же сидим, душевно! Вообще родители у Марсии нормальные и обстановка не напрягает, но девочка моя все равно закипела. Ух, устроит мне!

– Ты вел себя отвратительно! – попеняла, когда вышли во двор. Официальная часть мероприятия закончилась, можно расслабиться.

– Почему? – я даже глаза округлил. – Твои родители вроде приняли меня.

– Ты флиртовал с моей мамой!

Я тихо рассмеялся. Было дело, да.

– И это заметила не только я.

Мы обернулись и увидели мистера Кларка с сигаретой на крыльце. Бдит.

– Думаешь, не понравился ему?

– Уверена.

– Окей, – я повернулся и пошел к ее отцу. Ведьмочка за мной. – Мистер Кларк, вы не против, если мы с Марсией прогуляемся по набережной? Ровно в десять часов будем на этом же месте, – даже жестом очертил ступеньку.

Он поглядел на часы, затем на нас и благосклонно кивнул. Проверяет.

– Мы действительно будем гулять? – удивилась она, когда припарковался в Консервном ряду.

– А ты думала что? – я повернулся и наконец притянул ее к себе, поцеловал жадно – и так долго держался! – У нас всего полчаса, а я не скорострел, – и дверь распахнул. – Пойдем, мороженого поедим.

Мы неспешно шли по тротуару, уплетая итальянское джелато. Я по классике: шоколад и ваниль с печеньем. Марсия выбрала ягодный микс и соленую карамель.

– Ты так «сексуально» ешь, – рассмеялся и вытер кончик носа, испачкавшийся красным. – Как поросенок, – и слизнул с пальца. – Вкусно! Ну-ка дай.

– Э! Это мое!

– Давай махнемся? – я уже всучил ей свой рожок, а сам в один присест проглотил пол ягодного шарика.

Так мы и шли: не держались за руки, не обнимались, но были очень близко. Мне было комфортно. Собственно, если наша шалость выльется в нового человека, то можно смело жениться. С Марсией мы точно сможем жить вместе. Нам и физически, и эмоционально вместе очень неплохо. Вот уже и с родителями ее знаком. Скоро и она с моими познакомится.

– Суббота, – начала Марсия, бросая косые взгляды на шумные террасы, – нас могут увидеть вместе.

Я пожал плечами, поглощенный мороженым. Да похер вообще!

– И?

– О нас и так шепчутся…

– Завидуют.

– Кому? – Марсия сделала вид, что не понимает. Тогда, пусть не обижается за колкости.

– Тебе, конечно! Такой красавчик тобой заинтересовался.

– Тебе тоже: такая красотка рядом.

Я иронично рассмеялся, прежде чем ответить:

– У меня очередь из красоток стоит. Так что, скажи спасибо, что работаешь со мной, так бы тебе не обломилось.

– Но ты ведь не дашь мне свободу? – деловито поинтересовалась Ведьмочка.

– Нет, естественно. Тем более в свете опоздания твоих месячных.

– Картер, – она остановилась и ко мне повернулась, – я тебя нравлюсь?

Смело, однако.

– А я тебе?

– Это нечестно.

– Я джентльмен и уступаю даме.

– Нет, – она врала.

– И мне нет. – Я тоже врал. – Поехали, папаша Кларк ждет.

Ровно в десять мы были возле парадной двери. Мистер Кларк открыл ее, смерил нас взглядом и махнул рукой:

– Встречайтесь, ладно уж.

– А ты говорила! – победно улыбнулся я.

– Удивительно даже, – Марсия тоже была довольна. – Знаешь, я… – замялась она. – Я…

Мне показалось, что она хотела сказать что-то приятно, но телефон просигналил сообщением, и Ведьмочка отвлеклась, затем вовсе нахмурилась.

– Зачем ты дал ему мой номер?! – потребовала воинственно.

– Кому?!

– Другу своему! Стиву этому!

– Стиву Дефо?! Он что, пишет тебе?

– Он встречал меня возле универа!

Блядь, я же предупреждал его.

– Ведьмочка, – я взял из ее рук телефон и заблокировал номер, – иди отдыхать и ни о чем не беспокойся. Я разберусь, – и очень целомудренно поцеловал ее в щеку.

Через двадцать минут я уже рывком распахнул дверь в кабинет хозяина клуба «Рай». Я вип-клиент, мне всегда рады и всегда ждут. Стив был один: трезв, сосредоточен, вменяем. Окей, значит, поговорим, прежде чем в морду ему дам.

– Картер?! – он был удивлен, но, кажется, приятно. – Все норм?

– Я же говорил, чтобы к Марсии не лез. Какого хрена, а?

– О… – задумался Стив и поднялся. Из-за стола вышел, оперся о крышку и руки сложил на груди. – Да я как-то не принял всерьез. Девчонка и девчонка.

– Не надо, Стив, а то поссоримся.

Он тихо засмеялся.

– Бля, Картер, ну не из-за телки же! Симпотная, признаю, но не биться же за нее! Давай лучше на вертолет намотаем. Ты же обычно не трахаешься дуэтом…

Я даже отвечать не стал, слова услышаны не будут. Поэтому резко подлетел к нему, кулак выбросил, прошив челюсть. Стив сначала опешил, но через пару секунд яростно ответил, расхерачив мне нос. Мы покатились по мягкому ковру, с переменным успехом дубася друг друга.

– Ладно, все. Все! – Стив принял удар и поднял руки, показывая, что услышал мои доводы. Мы сели прямо на пол. Я приложил платок к разбитому носу. Стив выплюнул сгусток крови на белый ковер.

– Ты мне зуб выбил, – констатировал спокойно.

– Денег дать? – сарказм, естественно. Бабки у него самого водились.

– Слышь, ну ты же реал по бабам скакал всегда… Неужели влюбился?

– Твое какое дело?

– Дело есть, – спокойно ответил Стив и прямо на меня взглянул.

– Прости, – хмыкнул я, – но если ты думал, что я после одного минета женюсь на твоей сестре, то это мимо вообще, – решил пошутить. Мы подрались, теперь можно и руки пожать. Думаю, Стив понял все правильно. На этот раз точно.

– Да похуй на нее. Дело в тебе.

Тут я завис. А пока я зависал… Стив выбросил вперед руки и, обхватив мою голову, прижался к губам. Чего?! Нет, не так: ЧЕГО?! Я на чистом рефлексе врезал ему в дыхалку, затем вытер губы, на которых осталась его кровь.

– Это что было?

– Да ничего. Так, мелочи жизни. Я понял тебя: твоя фиалка останется твоей.

Я поднялся, все еще смущенный, но, честно, не хочу даже разбираться в этом происшествии. Просто предупрежу, на всякий случай.

– Стив, если ты по пацанам – дело твое, мне ровно, но ко мне губищи свои больше не тяни. Меня хуй между ног не привлекает. Доходчиво?

– Вполне.

– Ну, и ок.

Я ушел. Сейчас бы к Ведьмочке под бочок: чтобы ее вкус во рту был. Чтобы приголубила, пожалела. Может, впустит меня в девичью спальню? Она, может и впустит, а офицер Генри Кларк яйца из табельного оружия отстрелит, а без яиц мне не жить. Тогда домой поеду, эх.