Глава 7

Картер

Ненавидит она! Ха! Будто бы мне есть до этого дело! Я подхватил рубашку и набросил на плечи. Характерная какая, ты посмотри! Будто бы ей кирпичи таскать предлагаю. Ноги раздвигать – не велика наука. Работа не пыльная!

Я остановился возле стола, на ноутбук открытый посмотрел: видео замерло на моменте, когда я над крепкой грудью склонился. Во рту до сих пор стоял вкус сладкой малины. Ведьмочка не обманывала: это не духи, ни крема или еще какая-нибудь женская уловка. Она вся так пахла: за ушком, в ложбинки грудей, живот и бедра. Интересно, а внизу она такая же малиновая? Если нежные нижние губки раздвинуть и языком пройтись по влажной плоти, соберу ли яркий вкус спелых ягод?

Я ударил по кнопке пробела и экран ожил. Марсия голову откинула и волосы черным водопадом упали на стол. Тело молодое, упругое, подтянутое. Хороша, Ведьмочка. Очень хороша. Полностью обнаженная, доступная, страстная. Она получала удовольствие. И я наслаждался. У меня до сих пор член стоял, а когда там, в зазеркалье, со стоном вставил ей, горячая волна усиленно ударила в нижнюю голову уже здесь, по ту сторону монитора. Бля, снова хочу ее…

Не ее, конечно, а просто трахаться. Если сейчас в дверь войдет толстушка из редакции, имя которой даже не знаю, завалю, не брезгуя. Я сильно возбужден, а строптивая Ведьмочка слишком быстро убежала, не удовлетворив меня полностью. Один раз – это вообще как?

Телефон мигнул сообщением – я бросил быстрый взгляд и тут же вернулся к видео. Меня зовут потусить и развлечься: девочки, выпивка, травка. Иногда позволяю себе немного марихуаны, но редко – на утро голова раскалывается, нивелируя расслабон, испытанный накануне. Можно, конечно, поехать…

Марсия приподнялась на локтях и, сексуально закусив губу, смотрела на меня. В сладкой испарине, дрожащая, натянутая как струна.

К черту, других баб! Я резко дернул бляшку ремня, замок нащупал и руку в трусы запустил. Ствол тут же отозвался, прозрачной слезой головку смазал. Никакой интенсивной дрочки – мне достаточно было на распаленную Ведьмочку смотреть и толкаться в руку, представляя ее губы на члене. Ничего, я еще узнаю, насколько рабочий у нее рот. А пока…

Серые глаза лихорадочно блестели, щеки горели, губы алые, грудь бурно вздымалась.

Я попал под чудо электромагнитного излучения – натурально ощущал ее эмоции, нарастающую бешеную волну наслаждения. Марсия упала на стол, опустошенная оргазмом, и я тоже кончил, руки спермой заливая, словно это ее щелка, а не моя ладонь. Катализатором стали охренительные сиськи, просто волшебный ракурс.

– Блядь, – тихо выругался, измазав даже брюки. Дожил. Дрочу на порно-видос. Эйфория моментом прошла, и я даже усомнился в собственной адекватности. Нет, онанировать – святое дело. Любой мужчина старше четырнадцати дрочит, а кто говорит обратное – врет. У нас это на генном уровне. Но чтобы с таким упоением, словно у телочки лобок никогда не гладил – это точно подростковое!

Носовой платок уже был в сперме, а в кармане остались только крошечные трусики. На черном кружеве были следы смазки и моего семени, но немного – основная часть на животе Марсии осталась.

Черт, в моем кабинете на постоянном месте работы была большая душевая и гардероб с одеждой, а здесь даже запасного носового платка нет!

Поматерившись от души, кое-как вытерся сухими салфетками, а тонкое кружево засунул в карман – завтра хозяйке отдам. На ролик снова посмотрел.

Это низко…

Да, согласен. Я и не оправдываюсь. Поступок охренительно не благородный и, если быть откровенным, Ведьмочка не заслужила ультиматума и тем более шантажа. Но, во-первых, она меня жутко бесит своей строптивостью. Во-вторых, возбуждает дико. Одна возбуждает! Я не занимался сексом тет-а-тет лет пять как минимум. Тройничок – это минимальный набор.

Я захлопнул крышку ноутбука – домой нужно взять и видео в безопасное хранилище спрятать. Удалять его не буду и Марсию не освобожу. Она – моя, это уже свершившийся факт, даже если она думает, что у нее есть варианты. Нет. Их нет.

Я не планировал давать Марсии много времени на осознание, но поскольку в субботу у нас был большой семейный обед, забрать ее с утра возможности не было. Не знаю, как это объяснить, но зудящее чувство предвкушения не давало заснуть всю ночь. Хотелось подчинить ее, а потом попробовать разные штуки, проверить кое-что. Меня не отпускало стойкое ощущение дежавю. Все-таки в Марсии что-то есть, как было в Вега Лире. Я однозначно уверен, что это не она. Ну куда двадцатилетней (или около того) девчонке до сексапильной пантеры, которая жила в моих воспоминаниях! Но знакомые нотки уловил. Вероятно, это именно то, что меня привлекало в женщинах на уровне инстинктов и феромонов. Возможно, при правильных вводных, я испытаю с ней похожее наслаждение. Эйфорию единения тел. С Вега Лирой было именно так.

– Здорова, брат, – я едва успел припарковаться у родительского особняка как увидел Джейсона. Мы крепко обнялись. Три года в Лондоне пропадал! Наконец вернулся в родные пенаты! – Не прошло и трех лет!

– Да ладно, – хмыкнул он. – Будто мы не виделись.

– Раз пять за три года и через телеграм – охренеть как часто!

Джейсона всегда рад видеть. Наши матери – родные сестры. Он для меня всегда старший. Непросто брат, а образец мужчины. Как и отец. Но с папой мы все же из разного поколения, а с кузеном всегда на одной волне, пусть и с разницей в десять лет.

– Как Софи, дети? – мы вместе пошли в дом, обмениваясь новостями. Вообще, история второго брака Джейсона мутная. Шушукались много, но подробностей не знал никто. Его первую жену убили, а вторая была ее сестрой-близнецом, появившаяся просто из ниоткуда. Честно, меня, как и прочих, поначалу смутил его роман с Софи. Думал, что так Джейсон тоску по Дэдэ заглушает, хотя знал, что их брак давно уже не равно семья. А потом увидел, как он смотрит на новую жену и все понял. На Дэдэ Джейсон так никогда не смотрел. НИКОГДА! Софи родила ему детей, вдохновляла, поддерживала… Черт, да он на руках ее носит! Порвет любого, кто косо посмотрит!

– Мы возле океана решили пожить, пока будем готовить сделку с твоим отцом, – рассказывал Джейсон.

– Он говорит, что ты дом купил в Пасифик Гроув. Неожиданно после Нью-Йорка и Лондона.

– Да я уже заебался, – тихо выругался Джейсон. – Возле нас постоянно люди: знакомые, коллеги, партнеры, бесконечная родня. Я постоянно жену с кем-то делю!

– Так-то, у вас дети, – заржал я.

– Это другое. Дети – они наши, а задолбавшие «гости» – чужие.

– Картер, милый, наконец-то! – а вот и моя дорогая бабуля. Мать отца. И у нее действительно скоро юбилей. Когда тебе перевалило за восемьдесят каждый следующий год – большое достижение.

– Глория, как же ты хороша! – Джейсон подхватил ее, полненькую и ухоженную старушку с идеальным шоколадным каре. Она закудахтала и вся зарделась от удовольствия. Что-что, а бабы, причем всех возрастов, от Джейсона Сторна всегда были без ума. А еще у него был острый ум и деловая хватка. Думаю, понятно, почему двоюродный брат стал для меня ориентиром.

– Джейсон, проказник! – и шлепнула его по рукам, но обнимать не перестала.

– Да ладно, – фривольно отмахнулся он, – мы же не родственники.

– А мы – родственники? – я обернулся, услышав мелодичный голос. Вкус на женщин у нас с Джейсоном совпадал. Софи, его жена – зеленоглазая брюнетка с умопомрачительной фигурой. Но я даже думать о ней в горизонтальном направлении не смел, опасаясь остаться без причиндалов.

– Ты – моя жена. – Он притянул ее к себе и, судя по взгляду, собирался съесть.

– Софи, милочка, посмотри на них, – бабушка вцепилась в тонкое запястье и указала на нас. – Какие красавцы, а как похожи! Как родные. Сюда бы еще Энди! – и младшего вспомнила.

– Согласна, – серьезно ответила она, – я даже не знаю, кого выбрать.

Бабуля широко глаза распахнула и даже закряхтела от возмущения. Софи с Джейсоном переглянулись: она закусила губу, понимая, что шутить на такие темы с жутко мнительной, пожилой и религиозной женщиной – дело неблагодарное; он же снова ангажировал свою давнюю поклонницу. Глория Трэвер, пусть и в летах, да и бога при ней всуе поминать не стоит, но к молодым и харизматичным мужчинам всегда испытывала слабость.

Стол накрыли в праздничной столовой, которую практически не использовали в повседневности – слишком большая и пафосная: здесь и люстра на шесть футов вниз с потолка свисает и сияет похлеще рождественской елки, а мебель сплошь слоновая кость с золотом. О стульях, обитых жемчужным бархатом, и говорить не стоит. Мама любила королевскую роскошь, а я терпеть не мог это место. Спасибо отцу, что прочие комнаты оформлены более сдержанно и современно. После университета у меня даже мысли не было возвращаться жить к родителям. Энди тоже не рвется в отчий дом, особенно после вечеринки, которую закатил прошлым летом: целая клининговая служба блевотину с золотых подсвечников и антикварных ваз оттирала.

– Так ты сейчас газетой управляешь? – поинтересовался Джейсон, смешивая бурбон с содовой. – В одиночное плавание подался?

– Нет, отец в ссылку отправил.

– Что так?

– Хочет проверить мои антикризисные способности.

– А еще разборчивость привить! – вставил папа, усаживаясь в кресло на террасе. Он достал сигару и покрутил, принюхиваясь. – Гормоны играют, как у подростка, – объяснил Джейсону.

Тот понимающе улыбнулся, но ответил достаточно жестко и прямолинейно:

– Бизнес строят через верхнюю голову, а все что через низ – удел проституток.

– Да понял уже, святые агнцы, – ответил миролюбиво, но на Джейсона остро посмотрел: хотелось доказать ему во вторую очередь (в первую, естественно, отцу) что мне можно доверять крупные проекты. – А ты не хочешь проинвестировать рынок медиа?

– А есть предложения?

– Наше издание, – и на отца взглянул.

– Финансовый отчет скинь и будем разговаривать.

– Через полгода все будет.

– Ну вот и поговорим, – и мы по рукам ударили. Завуалированное пари: покажу результаты – получи финансирование от «Сторн-Кэпитал» без кредитов от «West America». Не покажу – будет неприятно. Но я смогу. Точнее, мы. Теперь мне капитально вливаться в процесс придется. Сам себе дал пинка для ускоренной интеграции в «Калифорнийский синдром».

– Джейсон, – Софи появилась в дверях, отвлекая. – Дети устали, может, поедем домой?

Я сочувственно улыбнулся: видел, как мама губы поджимала, когда маленькая Мелисса пальчиками в шоколаде пачкала идеальную мебель. Думаю, Софи тоже заметила. Ну не любит миссис Хейли Трэвер детей. Не любит! Что же тут поделаешь. Мы уже привыкли и не удивлялись. Это еще мама держалась, не считая Сторнов настолько «своими». Если бы они были полноценными членами семьи, то она давно уже с видом снежной королевы удалилась к себе в спальню. Это еще нормально – хозяйка обеда до конца! Через испытание детьми проходит.

– Активная у тебя девчонка! – оживился отец. – И такая же красавица как мама, – и Софи реверанс сделал. – А пацан вдумчивый, серьезный. Эх, – и на меня посмотрел, – дождусь ли я внуков?

– Надеюсь, вопрос риторический? – поинтересовался я.

– Боюсь, он вообще на повестке дня в ближайшее десятилетие не стоит, – и нарочито тяжело вздохнул.

– Ну все, – я двинулся к выходу, – мне тоже пора.

Папа в том настроении, когда житейским мудростям учить начинает. Пора передислоцироваться.

– На связи, – попрощался с Джейсоном. – Рад был увидеть, – и Софи в щеку поцеловал. От нее пахло нежными розами. Приятно, но малиной лучше.

Кстати, о ней самой. Я сел в машину и достал телефон. Время пять вечера – у Ведьмочки было достаточно времени, чтобы оценить все «за» наших сексуально-деловых отношений. «Против» – быть не может. Правда, грозил позвонить в воскресенье, но какая разница по сути.

– Решила? – спросил без приветствия.

– Решила.

Ух, аж арктическим холодом в ухо ударило!

– Буду через полчаса на том же месте и приму твой положительный ответ.

– Не нужно. Я и так скаж…

Я отключился. Никаких «нет»! «Нет» – больше не принимается. Мы поговорим лично и приватно. Ведьмочка еще стонать свое податливое «да» будет.

Остановился там же, где высадил ее после ресторана и неудачной попытки потрахаться в машине. Марсии не было. Черт, нужно было хотя бы адресом поинтересоваться. Хотел уже выйти, как увидел ее: кроссовки, обтягивающее трико и спортивный топ. Спортсменка, мать твою. От меня, что ли, убегать собралась?!

Марсия остановилась напротив – в машину не села. Я опустил стекло с пассажирской стороны.

– Особое приглашение нужно? – Она осталась стоять на тротуаре. – Окей.

Я вышел, ягуар свой обошел и дверь распахнул:

– Прошу! – и даже шутовской поклон отвесил.

– Я не поеду с тобой, – и достала из маленькой сумочки через плечо лист бумаги. – Держите, мистер Трэвер.

Я на нее посмотрел, свежую, совсем без косметики: лицо ангела, а тело ведьмы. Сексуальной ведьмы. Я обязательно увижу ее сегодня полностью обнаженной, но наряд для пробежки так-то особо не скрывал аппетитную фигурку.

Так, что тут у нас: заявление… прошу уволить меня и бла-бла-бла. Я смял бумагу и, поискав глазами урну, совершил бросок.

– Да! Почти трехочковый! – не зря все же в баскетбол всю юность играл! – Ну, ты поняла, да?

– Нет, – и уйти попыталась.

– Куда, – я притянул ее за талию и руки на ягодицы положил. – Твои соседи смотрят, – прошептал ласково, не переставая задницу мять.

– Сволочь, – прошипела Марсия, но позволила себя в машину усадить.

Ехали мы молча, тем более жили не сильно далеко друг от друга. Я слышал, как она недовольно сопела, но в контакт не вступал – рано.

– Куда ты привез меня? – спросила Ведьмочка, когда заехали в гараж.

– Ко мне, – очень лаконично. Мы поднялись в гостиную и остановились напротив друг друга: она выжидала, я откровенно наслаждался. – Обычно я шлюх домой не вожу, но для тебя сделал исключение. Не чужие ведь.

Мне нравилось злить Ведьмочку. Она так прикольно краснеет. Но в этот раз не вышло. Кажется, Марсия всерьез обиделась.

– Почему ты так жесток ко мне? – спросила тихо. – Из-за Хлои?

– Не-а, – я сбросил ветровку и стянул поло, оставаясь в одних джинсах. – Мой счет к тебе длиннее, – и подошел совсем близко. – Хочу тебя раздеть.

– Перестань, – попыталась сопротивляться, но вяло, поэтому без топа осталась через десять секунд.

– Знаешь, почему секретарши практически всегда спят с начальством? – шепнул, мягко массируя полную грудь. Что-что, а сиськи у Марсии просто вышка.

– Нет, – покачала головой, не отбиваясь больше.

– Потому что много времени вместе проводят, постоянно в стрессе, а секс помогает его снять, – я обнял ее крепко, чтобы острые соски расплющились о мою грудь. – Чтобы голова снова стала ясной. Между мной и Хлоей это по любому бы случилось, но поскольку на ее месте ты… – я легко поймал спелые губы: не целовал, погладил только.

– Так пусть будет Хлоя, – и руками груди моей коснулась: вроде упиралась, но мы оба чувствовали, что мое сердце бьется в ее ладонь.

Я расстегнул ремень и болты на джинсах, член достал и потерся о плоский живот.

– У меня разве сейчас на нее стоит? – я потянул спортивные легинсы вниз и руку в трусики запустил. Мокрые. Хочет, значит. – Мы будем трахаться пока хотим друг друга.

– Пока мы хотим или ты хочешь?

Я тонко улыбнулся. Все-таки умная девочка.

– Правильные вопросы задаешь, – и тонкую полоску сдвинул, по влажным створкам пальцем провел, раскрывая, безошибочно клитор разбухший нашел и дразнить начал. – Пока я хочу.

– А я? – шепнула она. Сдалась. По глазам вижу, что сдалась. Ведьмочка молоденькая совсем, неопытная, но отзывчивая и чувственная. Она как губка принимать в себя будет все, что я в нее заложу.

– Я тебя не обижу, Ведьмочка, – я между пальцами смазку растер и к носу поднес. Марсия пахла возбуждением. – Деньги, шмотки, спа… Хочешь крутую тачку куплю?

– Что? – ее глаза прояснились, потемнели даже. – Хочешь использовать меня, а потом откупиться?!

– А что, жениться на тебе нужно? – не смог сдержаться, а потом вообще ехидно добавил: – Твоя девственность не мне досталась, солнышко.

– Иди к черту! – и толкнула меня в плечи.

– Сама иди, – но я не отпустил, конечно же. У меня пар из ушей уже идет! Я хочу ее, блядь!

– И пойду!

– Да хрен тебе!

Вот же ведьма строптивая! Характерная сучка! Но какая красивая. Пиздец, какая. Я не ожидал даже. Поэтому набросился просто, зажал в объятиях, рот запечатал. Наши зубы звонко встретились, языки сплелись, острые ногти впились в спину. Марсия не отбивалась, наоборот, неистово и зло отвечала, выгибалась тигрицей. Я бросил ее на спинку дивана, рванул легинсы и трусы максимально, чтобы доступ к щелке получить. Упаковку презерватива зубами рванул и на стальной член надел. Ягодицы раздвинул, сжал до красных пятен и вогнал на всю длину под томный аккомпанемент ее стонов.

– Ты все еще хочешь уйти, Ведьмочка? – спросил и, намотав на кулак волосы, потянул, шею прикусывая.

– Обязательно, – выдохнула и извернулась, подарив поцелуй, глубокий, влажный. – Когда ты вытащишь из меня член.

Я рассмеялся и жестче вколачиваться начал.

– Значит, не вытащу.

Не знаю, что со мной происходит, но мой максимум был две минуты. Я натирал горячий клитор, наращивая темп, а когда Марсия вскрикнула, кончив, ритмично сокращаясь внутри, член сжимая, до капли просто сперму выдавливая. Это был бурный и длинный оргазм. Свалиться хотелось и выпить литр воды, но с этой козочки станется. Убежит, как только член вытащу – я прямо не сомневался. Понял, с кем дело имею – строптивая Ведьмочка.

– Давай так, солнышко: мы с тобой работаем с периодическими сексуальными забегами, а когда выведем газету на рентабельность – я удалю видео. Потом расходимся, идет?

И я все еще был внутри.

– Ты действительно будешь помогать? – с неверием спросила Марсия.

– Черт, так-то мне выгодно поднять «Синдром» больше, чем тебе!

– Тогда идет.

Я вышел, презерватив снял и, завязав узлом, бросил на пол. Марсию повернул и стянул оставшуюся одежду.

– Встань, я хочу посмотреть на тебя, – попросил ласково. Она поднялась, гордо голову вскинула и волосы собрала, открывая длинную шею. Лицо, грудь, бедра, тонкие щиколотки и маленькие ступни – я снова готов кончить.

– Зубы показать? – и подбородок вздернула вызывающе. Кобылка с норовом. – Ты, кстати, тоже раздевайся. Не мешало бы взглянуть на тебя.

Я быстро скинул оставшееся тряпье и стал рядом. Ведьмочка смотрела и, мне казалось, смущается она, хорохорится, а на самом деле в первый раз в такой ситуации, под таким прессом.

– Ну как? Подхожу?

Марсия демонстративно на член посмотрела и деловито произнесла:

– В самый раз.

– Тогда в душ пойдем, – я подхватил ее на руки. – Отсосешь там у меня, – и обстановку разрядил.

Ведьмочка меня укусила. Сучка.