Глава 4

Арианна

День выдался эпический. С утра Леакрэ с требованиями на счет странноватого питомца, затем этот их странный неймарский пациент, столкновение с которым привело силу богини и мою душу в смятение, и… прямо-таки поток нежности, излитый на меня гирденцией уже вечером. А всего-то и потребовалось, что вместо кнута протянуть пряник!

Видимо, и несчастной Колючечке непросто выживать рядом с Тьер-Тенгом Нечаянно я мысленно нарекла гирденцию этим прозвищем. Не знаю каким образом все это началось, я и сама не сразу сообразила, что образы с его участием в моих мыслях — это совершенно целенаправленный и осмысленный контакт, но когда до меня дошло…

Устроившись на кровати мы с питомцем долго и поначалу как-то натужно и заторможено попытались «пообщаться». Но с опытом получалось все легче: мне удалось собраться и представить себе нечто фиксированное, и осознать представленное в ответ.

Чем-то это действо напомнило мне игру в шарады, там тоже необходимо представить окружающим «картинку» без слов донося заданный смысл. А с отцом мы очень любили эту забаву! И дело пошло…

Пусть о «высоком» и «глобальном» поговорить мы пока не могли, но самые насущные темы затронули — пропитание и неудачное соседство. В моем случае все ясно — поселили тут насильно и продолжают вероломно удерживать вопреки всем моим протестам. Но чем успел насолить питомцу Леакрэ я пока не уловила…

Кажется, Колючечка так обрадовался возможности поплакаться кому-то в жилетку, что беднягу разморило от чувств. Если это понятие применимо к таким вот разумным растениям-животным? Мое сознание буквально затопили образы втянувшего в себя угрожающие ядовитые шипы питомца так и льнущего к моим ногам. Натуральный кот!

Он в полном блаженстве обвился вокруг моей ноги, явно радуясь вниманию. А когда я представила и немного «задержала» перед мысленным взором эпизод, где я ласково поглаживаю безопасные отросточки рукой, так и вовсе получила в ответ такую волну невыразимой нежности, что и сама расчувствовалась.

Леакрэ хотел, чтобы я стала его хозяйкой? Он своего добился: таким вот странным способом мы с Колючкой признали друг в друге родственные души. Меня грела мысль, что нас свело одиночество и нелюбовь к неймарцу!

Неожиданно общение с гирденцией навеяло воспоминания о доме. Я так явственно ощутила тепло родного очага, родительскую любовь, утраченную мною в угоду собственных убеждений. Прежде все это заслонял от меня холод Алади, но Колючка словно бы оттянул часть его к себе вместе с моими «картинками». И тем самым спровоцировал сильнейший взрыв эмоций!

Катализатором стал Леакрэ. С неизменной самонадеянностью, заговорив со мной о случае со вторым помощником, неймарец всколыхнул настоящую душевную буру — не сдержавшись, я наговорила ему много не самых приятных мыслей. О том, что они живут в моей памяти, я уже забыла.

Невероятный день! Еще более поразительный вечер… И все тот же возмутительный неймарец. Продолжая настаивать на чувствах ко мне, он вел себя неизменно безразлично. Но…

Эту странность я подметила еще на Земле, но тогда не придала ей значения. Этот пугающий и неприятный тип по каким-то таинственным соображениям преследующий меня, пусть без всяких эмоций и как-то отстраненно, но… на деле он снова и снова вел себя… заботливо.

И вот сегодня — отнес на кровать, утешал! А главное — то что он сказал о крыльях, изумило неимоверно. Инстинкты? Его инстинкты действительно пробуждаются из-за меня? Так невероятно было об этом услышать.

Но я немедленно прогнала червоточинку закравшегося сомнения: не могут, просто никак не могут такие заботливые поступки служить подтверждением его чувств. Поверить не могла — мешала интуиция, упорно твердившая об угрозе.

Дела — то что выверено у него с практичной скрупулёзностью. Леакрэ, наверняка, обдумал и решил, что, поступая заботливо, разрушит все мои подозрения. Но они лишь усилились! Раз неймарец предпринимает такие усилия — его цель очень значима.

Впрочем, Тьер-Тенг так смеялся, когда я озвучила предположения на счет причин его интереса, что я вновь начала сомневаться в себе. Что же он задумал? И как это связано с Алади? Почему богиня направила меня к неймарцам?

Мысль об этой пугающей расе вновь вернула меня к случившемуся сегодня с погруженным в кому членом экипажа и с единственной пока встреченной мною неймарской парой. Осолия и Найгур казались не менее странными, чем Леакрэ. А уж эта их зацикленность на эниаре…

— Что за попытка меня запугать? — все его намеки на ребенка казались мне абсурдными — поверить в такое невероятное использование жриц в храме на Альдис было невозможно. Зачем бы Алади все эти младенцы?! — Признавайся, что прикрывают этой бредовой ширмой неймарцы?

Про армию клонов больше не упоминала — уж очень искренне смеялся Тьер-Тенг. Может быть в его смехе не было тепла и эмоций, но деланным он тоже не казался.

И почему ничего не получается вспомнить о той единственной ночи на Альдис, когда он был рядом? Это и смущало, и настораживало одновременно.

На удивление болтать, ссориться и выяснять отношения пусть даже и с Леакрэ оказалось таким приятным занятием, что всколыхнуло почти размытые холодом и одиночеством воспоминания о прошлой жизни. Исключительно поэтому я продолжала лежать рядом с неймарцем и даже терпела, когда он касался ладонями или губами моего лица. Все ради возможности говорить, только из практичных соображений!

Заставив вздрогнуть, вдруг сработал звуковой сигнал — тонкий едва уловимый для меня звук, вынудивший Леакрэ моментально отстраниться. Прежде чем я моргнула, он уже оказался возле двери. Ведомая тревогой — если что-то случилось с крейсером — я тоже подскочила и следом за мужчиной выскочила из спальни, но моего «соседа» уже и след простыл. Почему-то я ощущала уверенность: он рядом.

Начав с ближайшей, методично принялась заглядывать за все двери в капитанских апартаментах. За одной из них — той что неподалеку от комнаты-оазиса, как я прозвала помещение с растениями и водоемом, и обнаружился сам хозяин.

— Ари выйди!

Суровым окриком приветствовал он меня, не оборачиваясь мотнул мне подбородком в направлении откуда я только что шагнула.

Но пораженная удивлением и любопытством я словно приросла к полу. Это же та дверь, которая прежде всегда была закрыта! И не зря… Прежде уже дважды побывав на капитанском мостике «Эндорры» я сразу распознала очевидный факт — вокруг была немного меньшая и лишенная других членов экипажа копия. Не знакомая с устройством систем звездолета, я и сейчас не старалась разобраться в назначении полукругом окружавшего сидящего в кресле Леакрэ оборудования. Взгляд моментально приковал к себе огромный развернувшийся напротив экран… Происходящее снаружи? Тогда как понять увиденное? К нам приблизился другой звездолет?

Всматриваясь в темноту, подсвеченную прожекторами «Эндорры», я пораженно осознала: он так же огромен как флагман разведки конфедерации. И он… совсем рядом. Должно быть движется с нами параллельным курсом? Даже внешне похож…

— Отвернись! — новый резкий приказ. Леакрэ выглядел сосредоточенным и… недовольным. — И выйди. Помни, твоими глазами может видеть еще кое-кто!

Ах! Моментально устыдившись, я резко мотнулась на пятках, поспешно отворачиваясь от экрана. И тут же глубинным ощущением пришло понимание — это не одобрила богиня. Опасаясь, что сейчас она вынудит меня подойти ближе, я сорвалась с места, выскочив, наконец, из помещения. Не останавливаясь, пронеслась по коридору, стремясь к служившему тут холлом приемному помещению.

Неожиданно в голове возник образ взволнованного питомца. Он как бы встревоженно вскинул росточки, обхватив ими верхние веточки. Как если бы я в тревоге сжала ладонями голову — образ был таким красочным и понятным. Гирденция спрашивала меня: что случилось?

Точно! Посижу с Колючечкой. Где искать живность вопроса не стояло — он болтался на кухне.

— И почему он прогнал меня? Нас что, преследуют?

Усевшись на пол возле стены, я посетовала, кажется, единственному другу. Способность говорить на удивление не исчезла, поэтому я бормотала вслух.

В ответ перед мысленным взором появился Леакрэ со светящимся нимбом над головой! Пришлось даже потрясти головой, прогоняя яркое видение.

— Шутишь? — возмутившись, я негодующе погрозила обжоре-кустарнику, расположившемуся рядом. — Тоже мне святоша! Ты что же так незыблемо в него веришь?! Вот глупыш… Хотя, о чем я, он тебя кормил, конечно, для тебя он — идеал. Но я, прости, твоих восторгов не разделяю.

Один из отросточков Колючки немедленно ткнулся мне в колено, а следом вся верхушка питомца отрицательно заколыхалась.

— Нет? Споришь со мной? И напрасно, уж я знаю, что капитан тот еще злодей и двуличный притвора. Всегда выкрутится. На Земле говорят: лучше откусить себе руку, чем поверить неймарцу. Одно то что твориться здесь? Ты бы знал… Все эти красноволосые со странностями. Капитан продолжает донимать притязаниями, хотя куда уж яснее ему дано понять — нет, твердит мне про беременность, поселил у себя. Первый помощник с женой — это вообще парочка за гранью адекватности, просто живые мертвецы, от них холоднее чем от огня Алади. И есть еще второй помощник, тоже из этой братии, который словно вампир из страшных сказок, то восстает, то лежит в «гробу». Даже на Альдис было не так жутко! У меня ощущение что все вокруг — какое-то нездоровое сновидение. Ты то хоть настоящий?

Все время моего страдальческого монолога, питомец не шевельнулся, казалось замерев от внимания. Но едва я замолчала как он красноречиво и даже как-то важно кивнул — вся верхняя часть его ветвистого туловища синхронно склонилась в моем направлении. А в голове… Он снова продемонстрировал мне Леакрэ, овеянного сиянием и… позади в отдалении едва проступающих из темного дыма Осолию и Найгура.

Мысленно закатив глаза, я махнула на него рукой: что взять с полуразумного инопланетного звереныша?

— Ладно, нашла с кем советоваться, — с чувством обострившегося одиночества, пробормотала скорее сама себе. — Но надо решать, что делать дальше…

Перед глазами появилась очередная яркая и красочная миниатюра, крайне озадачившая меня содержанием. На ней присутствовали: я и… тот самый кулон, навязанный Леакрэ. Надломив его вершинку я самым безумным образом всадила его в… плечо. Собственное! Поморщившись даже при мысли о подобном, я возмущенно уставилась на смиренно притихшую у ног гирденцию. В самом деле, Алади утихомирилась, так вот нашлось чудо, которое наводнит мое сознание какими-то ужасами.

— Что за сумасшедший дом? Логово маньяка, а не звездолет. Неужели трудно показать мне что-нибудь жизнерадостное и ободряющее? Я и так на взводе, ничего не понимаю, богиня использует вслепую, так еще и ты пугаешь меня ужастиками. Заставишь меня пожалеть об обнаруженном способе общения!

Едва я успела грозно фыркнуть, как тут же в мыслях увидела себя… с округлившимся животом!

Вздрогнув, нервно дернулась: сколько же можно?!

— Это перебор! — вскочив, я уже занесла ногу, чтобы гневно ею притопнуть, когда…

Медленно опустив конечность, ошеломленно уставилась на гирденцию. Минутку! Один раз — случайность, два — уже совпадение. В моей же жизни в последнее время уж слишком часто возникает тема… материнства. Все вокруг начиная от Алади и заканчивая вот иноземным питомцем подталкивают к ней. Богиня еще и недвусмысленно дает понять, что роль отца отведена исключительно Тьер-Тенгу!

А еще… есть эниар. О нем Осолия и Найгур говорили тоже в контексте материнства.

И Колючка продемонстрировал как я… обламываю один его край и втыкаю в собственное плечо, а затем предстаю уже в положении?! Как если бы эта штука была шприцом. Что за дичь? И главное — что в нем??! Иначе, откуда такая пугающая логическая цепочка?

Не теряя времени, выдернув из-под одежды странный кулон как никогда пристально уставилась на него. Что такого важного в этой штуковине? Правильно ли я поступаю, продолжая носить его? И зачем несносный неймарец подарил его мне? Мне?!

— Ты же не радиоактивный? — буркнула себе под нос, озвучив первую же бредовую мысль.

Но слишком уж безумной стала моя жизнь с момента как в ней появился «жених», я бы уже ничему не удивилась. Переведя взгляд на также всполошившегося питомца, сурово пригрозила ему пальцем:

— И не забывай на чьей ты стороне, ясно? Леакрэ от тебя отрекся, он вообще ратовал за строгую диету, помнишь? Теперь я — твоя хозяйка. С сегодняшнего дня, это и мое решение. Теперь уже точно, раз ты на поверку оказался таким милым. А капитан пугал: ядовитый… Пора во всем этом разобраться, и ты мне поможешь — будешь объяснять все, как сможешь. Придется научиться понимать. — вспомнив что по распорядку «Эндорры» время ночь, и где-то рядом вездесущий неймарец, поспешно себя поправила. — Начнем с завтрашнего дня!

Колючка согласно закивал, синхронно задергав в моем направлении вершинками своих отросточков — уже знакомый мне прием. Отлично, я уже не одинока! Испытав неожиданный прилив воодушевления, хлопнула в ладоши и тут же застыла, осознав свой порыв. Прежде я так вела себя только рядом с Леакрэ. Только ради него отступал холод силы богини, позволяя мне хоть немного походить на себя настоящую. Опять же, и речь не пропала?!

Алади интересна и гирденция? Хм…

— Ари?

Слишком резко обернувшись на призыв неймарца, уставилась на него как раз в тот момент, когда Леакрэ появился в проеме двери.

— Услышал отсюда твой голос? — он внимательным взглядом обвел пространство кухни, задержав его на Колючке. — Богиня сегодня добра? Или причина в чем-то еще?

Не желая раскрывать свое возможно и не существенное преимущество, я рывком подалась навстречу мужчине, всеми силами желая отвлечь его от питомца.

— А что там такое случилось? Что за корабль подлетел? Это плановая стыковка?

Засыпав Леакрэ вопросами, невольно всмотрелась в его лицо. Чуть прикрытое карминово-красными прядками изрядно растрепавшихся волос, с высокими идеально пропорциональными скулами и светлой кожей, поджатыми до узкой полоски губами, за которыми прятались впечатляющие клычки мужчины, его лицо в первую очередь удивило меня выражением глаз. На какое-то время, прежде чем он прикрыл их веками, вернув отрешенно-безликое выражения, там промелькнула очевидная усталость.

— Корабль? — внешне это было не заметно, но мне почему-то показалось — проявленная наблюдательность его не порадовала. — Ты неверно поняла, я просматривал старую запись.

— А в чем тогда причина экстренного сигнала?

Почему-то я ему не верила. Едва заслышав звук, капитан так спешно ушел.

— Тоже привычное дело — этот сигнал означает сообщение от брата.

— Ааа… И что же такого…

— Ты же не будешь так бестактна и не станешь расспрашивать о делах моей семьи? — вот вернулся привычный Леакрэ. Беззастенчиво пользуясь предоставленным богиней доступом, он вынудил меня отступить к стене и встал напротив вплотную, уперев руки в стену рядом с моими плечами — не сбежишь. И лицо склонил, задержав напротив моего. А уж выдержать пристальный взгляд алых глаз — испытание, которое я никогда не могла пройти и прежде. — Тем более после того как приложила столько усилий, чтобы не стать ее частью?

— Мм…

Почему он так напористо ведет себя? Так откровенно давит на меня? Даже… соблазняет?

Последнее внезапно осознала, почувствовав, что мое тело вопреки всему реагирует на близость этого неймарца. И ведь он тоже слышит участившийся стук сердца и затрепетавшее дыхание. Что за проклятие, этот тип не должен меня волновать ни при каких обстоятельствах! Как же… неловко.

— Я тебе совсем не нравлюсь? Пусть даже немного?

Ошеломленная вопросом, я только молча во все глаза уставилась на Леакрэ. Почему он снова и снова возвращается к моим чувствам? И когда он вот так нависает сверху, не давая сделать и одного глубокого успокаивающего вздоха, когда сквозь ткань балахона я грудью чувствую давление его твердого торса…

Захотелось взреветь в голос. И затопать ногами и закричать. Но как я могу подобное сделать? Получилось только испуганно сглотнуть, замерев под его взглядом словно кролик перед удавом.

— А…что?

— Просто подумал — это для меня все изменится. Но для тебя останется прежним. Насколько ты в действительности понимаешь себя? Готова ли принять совершенно немыслимое предназначение? Ведь пути назад уже не будет, неужели мне суждено воплотить в жизнь все те страхи о неймарцах, что живут в твоем земном сознании?

— Изменится? Что за предназначение? Перестань говорить загадками и дай мне пройти, — толкнув Леакрэ в плечо, поймала себя на ощущении, что даже сейчас он меня совершенно не пугает. Бесит, раздражает, возмущает, даже волнует — да, но не пугает. — Ты задумал сделать мне что-то плохое? Так я в этом уверена с момента твоего появления у нас в доме. Думаешь почему я выбрала Альдис? И что же ты задумал? Это связано с эниаром? — поерзав я сумела просунуть между нами руку и снова дернула за шнурок с кулоном. — И с моим ребенком? Объясни! Почему ты считаешь, что Алади он нужен?

— Ей нужен мой ребенок!

Он вновь уже знакомым жестом надавил мне на кончик носа подушечкой пальца.

— Тогда я могу спать спокойно, — фыркнула я, демонстрируя куда больше уверенности, чем испытывала.

— Пока не используешь эниар — да.

Бросив эту хлесткую и в чем-то угрожающую фразу, неймарец резко отстранился. Он сделал это так быстро, что я даже ощутила поток скользнувшего по коже лица пришедшего в движение воздуха.

— Вот по поводу эниара — поподробнее, ты же как раз начал объяснять мне, когда раздался сигнал.

Мне отчаянно хотелось демонстрировать уверенность. Какими бы не были планы Леакрэ на мой счет, их способна смешать богиня.

— Обсудим это завтра, — словно и не было резкости миг назад, губы капитана растянулись в широкой ухмылке. Такой характерной неймарской улыбке, не затрагивающей выражения глаз. — Мы же должны устраивать ежевечерние обнимашки? Вот и продолжим болтать о всякой ерунде. А сейчас, — обхватив мое запястье Леакрэ чуть потянул за собой, — идем мыться и спать?

— Вот еще, — внутренне протестуя против лишения права хоть что-то решать, я вздорно выдернула руку. — Мне надо Колючку покормить!

На удивление в ответ не последовало и звука возражения. Лишь неодобрительно приподнятая бровь и неизменное выжидательное спокойствие капитана, молча подпиравшего собой стену, пока я возилась с заказом питательной смеси, затем подливала ее в горшок, куда уже забрался довольный питомец. Даже небольшой «сюсюкательный» монолог, адресованный Колючке, Леакрэ вынес, единственное — скрестил руки на мощной груди, выражая несомненный скепсис.

И чего он тут торчит? Шел бы уже. Или готовиться ко сну нам отныне тоже предстоит вместе? Почему-то перед глазами появился образ из какого-то фильма, виденного еще в «прежней жизни», где герои-возлюбленные вместе чистили зубы и принимали душ… Ой!

Ну уж нет! На такие правила совместного проживания я не соглашалась.

— Может погреемся?

На удивление Леакрэ задал тот единственный вопрос, что не заставил меня откликнуться бурным протестом. С момента первого знакомства с богиней я постоянно ощущала холод внутри, а где-то в глубинах подсознания поселилась потребность… отогреться.

— Каким образом?

Почему-то перед глазами возникли образы довольно чувственных методов согревания. Неймарец на них намекает?

— Земляне любят мыться… мм… в жарких клубах влажного пара?

В голосе Леакрэ промелькнул намек на сомнения, но я моментально сообразила, о чем он говорит. О бане! Сауне, хамам — называйте как угодно, на Земле масса вариаций этого действа. Должно быть, ему известно об этом от матери. Но откуда на космическом звездолете, пусть и таком большом, взяться баньке?

— А… разве здесь это возможно?

— Да. — он говорил с неизменно серьезным видом. — В купальне есть специальный режим. Еще мой отец его встроил. Там особый микроклимат, очень похоже на земную версию горячего пара. Попробуешь?

— Ээ… — сейчас неймарец необъяснимым наитием попал в мою ахиллесову пяту. За год жизни на Альдис я неизбежно смирилась с холодом. Он окружал там все, он теперь жил и во мне. Но где-то глубоко в сердце все еще оставалась неистребимая потребность в тепле, желание отогреться. И, пожалуй, это единственное чему я не могла сейчас противостоять. — А я там буду одна?

Из вежливости спросила, можно сказать, задала риторический вопрос.

— Нет.

Несколько секунд я оторопело переваривала ответ, уставившись на непробиваемую неймарскую физиономию.

— Тогда обойдусь.

В самом деле, это уже слишком. Поселил меня здесь, устраивает какие-то двусмысленные эксперименты, твердит об общем ребенке, и это после того как я сделала невозможными наши даже гипотетические отношения, а он все еще продолжает упрямо стоять на своем!

И обниматься с ним больше не стану — в молчании есть свои плюсы. Почему я соглашаюсь быть шариком для пинг-понга между неймарцем и Алади? Сколько еще я буду мириться с подковерной игрой между этими двумя?!

От разочарования и обиды нахлынула небывалая волна гнева. Или я совсем разучилась сдерживать эмоции, полагаясь на «заморозку». Испугавшись небывало острой реакции, я развернулась и потопала к той двери, за которой располагалось помещение «с природой». Там был гамак!

— Не спеши. — молниеносно Леакрэ заступил мне путь. — Это честная сделка — дослушай до конца. Мне действительно интересно, а с кем еще это странное мероприятие опробовать. И у меня есть ответная уступка. Ты хочешь полетать?

— П-полет-тать?

Вот это удивил! Почему-то прежде я и не задумывалась о такой возможности. Все прелести прошлой жизни я твердо решила забыть, избрав путь служения богине. И пусть полет уж точно не рядовая часть моей жизни, но…То неуловимое и почти забытое ощущение покоя, облегчения, эйфории и даже… доверия, что поселилось в памяти с нашей первой встречи, оно кружило голову и сейчас. Словно возможность вернуться на миг в беззаботное и такое желанное сейчас детство!

Конечно, я не задумывалась об этом. И даже не позволяла себе задуматься, оказавшись в тисках чужой воли. Но сейчас, когда Тьер-Тенг спросил… Я поняла, что хочу этого больше всего на свете! Словно последнее желание умирающего.

А все что надо для этого — попариться в обществе настырного Леакрэ. Какие сложности? Без малейших колебаний я отступила от очередного редута внутренних установок, позволяя противнику в лице капитана приблизиться еще на шаг.

— Идем! — схватив мужчину за руку, решительно понеслась к санитарной зоне. — Где тут эта баня? Имей в виду, если перегреешься — помощи от меня не жди. И поспеши, поспеши!

Вот любой нормальный человеческий парень сейчас бы обязательно засмеялся! Но этот… неймарец, он просто молча быстро шел следом. Раздражает! Как можно верить такому?

— Запоминай, — деловито, как если бы проводил инструктаж для экипажа, принялся пояснять Леакрэ коды команд, едва мы добрались до нужного помещения. — Здесь можно переодеться, при необходимости прозрачная поверхность становится зеркальной. А вот эта комбинация как раз открывает специальную капсулу, — сообразно его словам часть боковой стены отодвинулась, образовав дверной проем. Из него пахнуло теплом! Мм… — И вот тут необходимо задать оптимальный температурный режим.

— Дай-ка я сама, — споро сориентировавшись в простом по-земному типу устройству парильни, я даже запрыгала на месте, предвкушая долгожданное тепло. — Так-так, температурка… Люблю, когда пар особенно густой!

Не прошло и десяти минут, как я, предварительно обмотавшись большой банной простыней с головы до пят, улеглась на теплый камень внутри предназначенного для банных процедур закутка. На поверку места здесь оказалось куда больше, чем думалось снаружи — двое могли легко разместиться в полный рост, не доставляя неудобств друг другу. И источник горячей воды имелся, и мой опытный в этом вопросе нос уловил в паре аромат лечебных трав — кто-то хорошо подготовил все в этом месте.

Сразу за мной появился и неймарец, прикрыв за собой дверь и оставив нас в непроглядном тумане жаркого пара — все как я люблю, заданный режим себя оправдал. Не думая о реакции богини на происходящее, о том, что волосы сейчас несомненно облепили логову, я просто наслаждалась моментом. Ощущением необъятного шелковистого и такого необходимого тепла вокруг!

И что дернуло меня отказаться от всех этих моментов счастья в моей прежней жизни? Сейчас я особенно остро недоумевала по поводу своего поразительного решения податься на Альдис.

— Согрелась?

По ощущениям Леакрэ тоже расслабленно лежал на соседней половине каменного лежака. Я слышала его размеренное дыхание — не похоже, что его можно напугать жаром. Впрочем, ожидаемо, он же — сверхъестественный неймарец. Аж тошно! И как его мать выживает в окружении этих «идеальных»? При том что они не способны на самую элементарную теплую и искреннюю улыбку?

— Мне обязательно отчитываться перед тобой?

Раздражение выплеснулось в грубом ответе. Стало стыдно, но сказанного не воротишь.

— Вовсе нет, — тон Леакрэ не изменился, оставшись неизменно ровным. Вот так всегда — груби ему, целуй его, соглашайся на его предложение о замужестве, отказывай ему — реакция неизменно безразличная. Определенно, пусть он и пытается помогать мне при случае, держит при себе — причина в том, что я нужна ему для какой-то цели. Чувствами тут и не пахнет, сколько бы он не твердил об обратном. Мы идеально подходим друг другу, ты должна осознать это — разве такое услышишь от влюбленного по уши?! — Просто хочу, чтобы ты отогрелась. Альдис… бр… там же все ледяное: от воздуха внутри до атмосферы. Думаю, ты настрадалась там. И стараюсь все сделать, чтобы хоть немного облегчить тебе жизнь. Холод отступил? Теперь ты можешь заходить сюда, когда захочешь.

— Холод? — смущаясь из-за собственной резкости, решила поддержать разговор. И Алади это угодно — она больше не истязает меня немотой, затаилась, позволив стать собой. — Он постоянно во мне, даже сейчас его ощущаю. Это так странно — вокруг жар, а внутри — лед. Для жрицы Алади наивно мечтать о том, чтобы согреться…

Неймарец молчал — очевидно, я дала ему пищу для размышлений. Меня же посетила утешающая мысль: все это время его кулон был для меня источником тепла. Как парадоксально, в улыбке красноволосого тепла нет. А вот в подарке — есть. Еще и такое осязаемое.

— А ты бы хотела?

— Чего?

— Избавиться от холода внутри.

Больной вопрос, но раскаиваться в своей безрассудности поздно.

— Пути назад нет.

Он снова долго не отвечал. Затем сквозь сплошной туман пара я разглядела силуэт его тела — мужчина сел.

— Можешь мне довериться? Как тогда, в детстве?

— Нет! — ответ выпалила моментально. Но он шел от сердца: доверять ему — последнее дело. Но все же решилась пояснить. — Уж извини, но с первого дня твоего второго визита на Землю, я знаю, что ты что-то затеял на мой счет. И смейся сколько угодно — я верю собственной интуиции. Поэтому знаю: ты замышляешь что-то плохое.

— Пф… — он фыркнул. — В чем тут смысл? Сама подумай? Если бы мне от тебя было что-то нужно, стал бы я так долго ждать, уговаривать, позволил бы тебе возможность натворить глупостей? В тот самый первый день забрал бы тебя. Думаешь, что-то бы меня остановило? Почему ты полагаешься на какие-то подозрения, основанные на странных эмоциях, а не на здравый смысл?

Вот в этом вопросе весь Леакрэ.6c72a9

— Я верю сердцу! А оно ясно намекает: держись от этого неймарца подальше, иначе… попадешь в беду.

— Что же твое сердце тебе «подсказывало» по поводу побега на Альдис?30f6fc

Тон Леакрэ звучал нейтрально, но мне за ним почудился сарказм. Впрочем, своим вопросом он попал в точку — внятных объяснений своей идеи я не находила по сей день. А передумала об этом немало.

— Не стоит перекладывать с больной головы на здоровую! — пришлось «куснуть» его в ответ. — Лучше признайся честно что задумал на мой счет? Тогда и посмотрим чья вина больше. К чему просил довериться?

Ага. Вот и докажи, что я тебе «нравлюсь».

— После сообщения о том, что ты «думаешь» эмоциями, я лучше воздержусь от пояснений. Немного тревожусь о последствиях.

— Что? Можно подумать, рассказал бы, будь я такой же бездушной машиной как ты.

Теперь и я подскочила, обвинив его в ответ. Пришлось помахать рукой, разгоняя пар перед лицом. Леакрэ тоже чуть подался вперед, наверняка желая видеть мои глаза отчетливо.

Самое поразительное — ледяной огонь Алади сейчас почти не ощущался. Ради чего богиня так затаилась? Сейчас я на девяносто процентов ощущала себя прежней, присутствия чуждой воли словно бы не было.

— Да, если бы была уверенность, что ты спокойно все воспримешь, осознаешь неизбежность и очевидную закономерность грядущего — я бы рассказал. Но пока уверен в последующей истерике и самых наихудших попытках что-то изменить.

— А ты попробуй? Вдруг я тебя удивлю?

Все же год жизни на Альдис дал свои плоды. Используя заученную технику дыхания и концентрации, я заставила себя успокоиться. И даже задышала так же ровно, как капитан.

— Нет. Извини, но я доверяю своему сознанию. И сейчас осмысленно понимаю — ты не готова узнать истину.

— Живо говори! — вскочив на ноги, я схватила неймарца за покрытые каплями влаги плечи с намерением тряхнуть. Но это было равносильно попытке легкой былинки потрясти могучий дуб. — К чему я тебе? Или… — я задумалась, отчаянно выискивая достойную угрозу, — отдам твой эниар Осолии!

Теперь вскочил и Леакрэ. От неожиданности повиснув на нем так, что ноги не касались пола, я неосознанно подметила что вопреки очевидной значимости вопроса, его сердце даже не ускорило своего ритма. И это любящий меня мужчина?!

И еще одна мысль стрельнула в голове. Все эти обнимашки по воле богини сделали свое дело — могла ли я прежде вести себя с Леакрэ так… раскованно и панибратски? Нет! Но стоило покинуть Землю, помучиться на Альдис, как итог немного «посожительствовать» с этим любителем порядка и тайн — и готово, он уже не кажется мне таким богоподобным и неприкасаемым! О, чудо — Леакрэ каким-то неведомым образом незаметно стал для меня… просто мужчиной. Мужчиной, на которого злишься, на которого временами надеешься, или больше — хочешь обнять. Приехали… вернее, прилетели!

— Ари! — Тьер-Тенг совсем чуть-чуть повысил голос, давая мне понять, как значимо следующее заявление. — Мой подарок — это не игрушка. Веди себя по-взрослому.

— Ага!!! — я же, вывалившись из круговерти странных мыслей и пользуясь своим положением, завопила прямо в ухо капитана. — Подействовало! Испугался? Тогда рассказывай. Имей в виду, я упрямая. И своего добьюсь, если ради этого потребуется во всем пойти наперекор твоим желаниям — я пойду. Что там еще может тебе не понравиться? Ах, да, соблазнение!

Леакрэ чуть поморщился, почему-то реагируя лишь на последнее заявление. Не делая и попытки оторвать меня от своей шеи, спокойно возразил.

— Подумай уже головой. Именно этого и добивается Алади. Ты сейчас, должно быть, радуешь ее безмерно. В ослеплении эмоций еще отдайся мне. Что вообще с твоим разумом? Из-за злости и себя не щадишь? Хорошо, что я сохраняю рассудок и выдержку. Но если ты снимешь кулон — то все необратимо изменишь. И не представляешь какие для тебя будут последствия. Ты не найдешь ни аргументов, ни поводов, ни сил противостоять мне.

— А что по-твоему мне надо делать?

— Довериться мне.

— Как? Если ты не объясняешь, чего добиваешься?

— Так уж и не объясняю? Да я язык смозолил, тебя убеждая.

Леакрэ улыбнулся: снова земная фразочка, пример маминого воспитания? На этот раз в его улыбке словно бы мелькнула… нежность. Брр… Нет, показалось.

Но он определенно склонился ближе, коснувшись кончиком носа моего носа. Что за… странности? От неожиданности я неловко дернулась, и… потяжелевшая от влаги простыня скользнула вниз. Она просто рухнула на пол, стремительным ветерком сметая капельки воды с моей кожи.

— Ааа…

Мы с неймарцем замерли, испуганно уставившись в глаза друг друга. Ладно, испуг был только в моих, но его хватило на нас двоих.